Я купила полосатого окуня длиной почти с мою руку, а еще немного раков и мешочек устриц из дельты реки, так что теперь на кухне стоял манящий запах свежего хлеба и тушеной рыбы. Хорошо, что рагу можно разбавить, ведь прямо перед ужином в типографию пришли Йен и Рэйчел вместе с Ролло. Молодая пара выглядела такой счастливой, что от одного их вида хотелось улыбаться или даже покраснеть.

Вот и Дженни встретила их с улыбкой, ее спина немного расслабилась, когда она заметила сияющие глаза Йена. Я быстро помешала рагу и подошла к Дженни сзади – она сидела у огня, и я стала мять ей плечи. После дня стирки все мышцы чертовски болят, уж я-то знаю.

Она довольно выдохнула и опустила голову, чтобы я помассировала ей шею.

– Как думаешь, наша маленькая квакерша еще не в положении? – пробормотала Дженни. В другом конце комнаты Рэйчел болтала с младшенькими, то и дело поглядывая на Йена, а тот смотрел на какую-то штуку, которую Фергус достал из ящика буфета.

– Они женаты всего месяц, – шепотом ответила я, хотя все же изучила Рэйчел взглядом.

– Как будто на это нужно много времени, – возразила Дженни. – К тому же парень знает свое дело. Посмотри на нее. – Дженни едва сдерживала смех, и ее плечи затряслись.

– Замечательно, когда мать волнуется о сыне, – буркнула я себе под нос, не скрывая веселого тона, но и не возражая ей. В тусклом свете сумерек и мерцании огня Рэйчел сияла, будто в волшебных лучах, и не переставала посматривать на изгибы спины Йена, даже когда восхищалась новой тряпичной куклой Фелисити.

– Весь в отца, – добавила Дженни и хмыкнула, а в ее голосе – все еще радостном – я услышала что-то вроде… тоски? Джейми присоединился к Йену и Фергусу, стоявшим у буфета. Слава богу, он все еще здесь. Высокий и грациозный; в складках рубашки мелькали тени от света очага, который мимолетно отражался от его длинного прямого носа и золотистых завитков волос. Он по-прежнему мой. Слава богу.

– Джоани, порежь хлеб! – крикнула Марсали. – Анри-Кристиан, хватит играть с собакой, лучше сбегай за маслом! А ты, Фелисити, выгляни на улицу и позови Жермена. – Снаружи послышались голоса мальчишек и стук мяча о фасад здания. – И скажи этим варварам: если разобьют окно, я пожалуюсь их родителям!

Краткая вспышка домашнего хаоса прекратилась, как только все взрослые сели за стол, а дети с деревянными мисками и ложками собрались у очага. Несмотря на духоту, ароматный пар от лука, молока, морепродуктов и свежего хлеба, окутавший комнату, вызывал приятное предвкушение.

Последними уселись мужчины, и в этот момент их приглушенная беседа резко оборвалась. Я бросила на Джейми вопросительный взгляд, но он лишь коснулся моего плеча и, кивком показывая на очаг, шепнул: «Потом». В смысле, pas devant les enfants. Не при детях.

Фергус едва слышно прокашлялся, однако ребята, сидевшие у огня, сразу замолчали. Он улыбнулся, и те склонили головы к сложенным вместе ладоням.

– Благослови нас, Боже, – произнес Фергус по-французски, – и эти щедрые дары от Господа нашего Иисуса Христа.

– Аминь, – прошептали все вместе, и в комнате восстановился поток беседы.

– Тебе скоро обратно на службу, Йен? – поинтересовалась Марсали, заправляя влажный локон светлых волос под чепец.

– Да, – ответил он, – но не в войска Вашингтона. Пока что.

– То есть ты перешел на сторону противника? – изумился Джейми. – Или британцы просто больше платят? – Это звучало издевательски: Йен не получил ни цента и честно сказал мне, что и не надеялся. Конгресс не спешил с выплатами, а уж временный командующий, подавший в отставку, наверняка был в самом конце их списка.

Йен прикрыл глаза от удовольствия, пережевывая устрицу, а проглотив, снова открыл их и вытер молоко с подбородка.

– Нет, – спокойно ответил он. – Я повезу Дотти в Нью-Йорк повидаться с отцом и лордом Джоном.

Все, кроме болтавших у камина детей, вдруг замолчали. Дженни глянула на Рэйчел – та держалась невозмутимо, хотя уже не выглядела такой же счастливой, как раньше. Ее лицо не выражало удивления, значит, она была в курсе.

– Зачем это? – полюбопытствовал Джейми. – Надеюсь, она не передумала насчет Дензила? Вряд ли он стал ее поколачивать.

Рэйчел усмехнулась – коротко, но громко, – и все присутствующие немного расслабились.

– Не думаю, – сказала она. – Похоже, Дотти довольна своим браком, а мой брат тем более. – Взгляд Рэйчел оставался веселым, хотя лицо приняло серьезное выражение, когда она посмотрела на Йена и затем на Джейми. – Ее старший брат умер. Попал в плен в Нью-Джерси. Другому брату, Генри, вчера пришло письмо с подтверждением смерти, но он пока не готов к такому дальнему путешествию, особенно учитывая опасность на дорогах. А Дотти хочет быть рядом с отцом.

Дженни сурово посмотрела на Рэйчел. Ее взгляд стал еще более суровым, когда она обратилась к Йену.

– Учитывая опасность на дорогах, – спокойным, как у Джейми, тоном повторила Дженни, однако все почувствовали ее настрой. Йен улыбнулся матери, отломил себе кусок хлеба и макнул в рагу.

– Не волнуйся, мам. Тут одни знакомые ребята едут на север и согласились проложить свой путь через Нью-Йорк. С ними мы будем в безопасности.

– Что еще за ребята? – с подозрением спросила Дженни. – Квакеры?

– Могавки. – Улыбка Йена стала еще шире. – Можем сходить к ним после ужина, ты, я и Рэйчел. Они будут рады с тобой познакомиться.

Честно скажу: за все время, что я знаю Дженни Мюррей, я ни разу не видела ее ошеломленной. Джейми трясся, с трудом сдерживая смех, да и мне пришлось опустить взгляд в тарелку, чтобы не прыснуть.

И все-таки Дженни так легко не пробьешь. Она сделала глубокий вдох, прогнала Ролло, который тыкался носом ей в колени, и невозмутимо ответила:

– С удовольствием. Фергус, передашь мне соль?

Несмотря на жизнерадостную атмосферу за столом, я не могла выбросить из головы слова Рэйчел о погибшем брате Дотти, Бенджамине. Грудь сдавило от невероятно острой боли, словно мое сердце связали колючей проволокой. «Ты когда-нибудь заключаешь сделки с Богом?» Если Хэл и заключил такую сделку, на небесах ее явно отвергли. Господи, Хэл… Прости.

– Так жаль Бенджамина, – сказала я, обращаясь к Рэйчел. – Ты в курсе, что с ним случилось?

Она качнула головой, и когда свет огня оказался прямо позади, на ее лицо упала тень от копны темных волос.

– Генри получил письмо от их брата Адама, а тому, кажется, прислал весточку кто-то из штаба командира Клинтона. Послание было кратким: автор выражал соболезнования в связи с кончиной капитана Бенджамина Грея, британского военнопленного, заключенного в лагерь Миддлбрук в Нью-Джерси, и просил передать горестное известие его семье. Родные подозревали, что он погиб, теперь же, увы, не осталось никаких сомнений.

– Лагерем Миддлбрук называют местечко в горах Уочунг, куда Вашингтон отвел свои войска после битвы при Баунд-Брук, – заметил Фергус. – Правда, солдаты покинули его еще в июне прошлого года. Как же там оказался капитан Грей?

– Вряд ли войска передвигаются вместе с пленными, – отмахнулся Джейми. – Если только не захватывают их как раз по дороге.

Фергус кивнул, соглашаясь, но продолжил о чем-то размышлять. Пока он молчал, слово взяла Марсали.

– Кстати, – обратилась она к Йену, показывая на него ложкой, – зачем твоим друзьям нужно на север? Это никак не связано с резней в Андрустауне?

Дженни внимательно посмотрела на сына.

– Связано, – нехотя ответил Йен, однако его голос звучал спокойно. – А вы откуда знаете?

Марсали и Фергус одновременно пожали плечами, и я невольно улыбнулась, на мгновение забыв о несчастной судьбе сына Хэла.

– Нам все время присылают письма с новостями, которые мы печатаем, – объяснил Фергус. – Вот и об этом сообщил некто осведомленный.

– И что же твои друзья намерены делать? – поинтересовалась Дженни.

– А самое главное, – добавил Джейми, повернувшись, чтобы посмотреть на Йена, – что намерен делать ты?

Я же следила за выражением лица Рэйчел, сидевшей на другом конце стола. Ее брови слегка нахмурились, но от тревоги не осталось и следа, когда Йен решительно ответил:

– Ничего.

Сочтя свой тон слишком резким, он откашлялся и сделал глоток пива.

– Я никого там не знаю и не собираюсь переходить на сторону Британии, чтобы сражаться вместе с Тайенданегеа… Ни за что. – Йен поставил кружку. – Я прослежу, чтобы Дотти попала в Нью-Йорк, а затем отправлюсь туда, где будет войско Вашингтона. – Он улыбнулся Рэйчел, и его симпатичное лицо вдруг переменилось и стало поразительно красивым. – В конце концов, пора получить свои деньги за службу, мне ведь надо содержать жену.

– Тогда мы можем взять тебя с собой, – предложила Марсали Рэйчел. – На то время, пока Йен будет в отъезде.

Не успела я задуматься о том, где разместить Рэйчел – изобретательная Марсали обязательно бы что-нибудь сообразила, – как та покачала головой в ответ. Распущенные волосы Рэйчел едва слышно зашуршали о платье.

– Я поеду с Йеном. Мы с Ролло дождемся его в лагере у моего брата. Я там пригожусь. – Она сжала и распрямила свои длинные пальцы, после чего с улыбкой сказала мне: – Вот Клэр понимает, как много удовольствия приносит полезное занятие.

Дженни издала неподдающийся описанию горловой звук, а Марсали фыркнула – но беззлобно.

– Еще как понимаю, – сказала я, не отводя глаз от кусочка хлеба, который намазывала маслом. – И чем бы ты хотела заняться там, Рэйчел, – кипятить белье или вскрывать нарывы на заднице мистера Пинкни?

Рэйчел засмеялась, и тут появился Анри-Кристиан с пустой миской, так что ей не пришлось отвечать. Поставив тарелку на стол, мальчик сонно зевнул и покачнулся.

– И правда, малыш, уже поздно. – Мать взяла его на руки и стала покачивать. – Опускай головку, a bhalaich. Папа скоро отнесет тебя в кровать.

Принесли еще пива, девочки собрали пустые миски и положили в ведро с водой, Жермен выбежал на улицу, чтобы немного поиграть с друзьями, пока совсем не стемнело, Ролло свернулся калачиком у огня, и беседа за столом продолжилась на общие темы.

Теплая рука Джейми покоилась на моем бедре; я прильнула к нему, положив голову на его плечо. Он сжал мою ногу и улыбнулся. Хотелось скорее подняться наверх, где нас ждал не самый удобный соломенный матрас, свобода обнаженных тел и перешептывание во мраке, однако мне было хорошо и просто сидеть рядом с ним.

Рэйчел говорила с Фергусом, пока Марсали укачивала темноволосого Анри-Кристиана, который уже засыпал у нее на руках. Я внимательно рассматривала Рэйчел, но никаких признаков беременности пока не видно, даже если… К моему изумлению, я вдруг заметила кое-что другое.

Я помогала Марсали, когда она была беременна Анри-Кристианом. И сейчас ее щеки раскраснелись не из-за жары в комнате. Более того, у нее слегка припухли веки, да и лицо (как и все тело) словно округлилось, на что я просто не обращала внимания. В курсе ли Фергус? Он сидел во главе стола и с любовью смотрел на Марсали и сына.

Джейми наклонился, чтобы сказать что-то Йену – по другую от меня сторону. Его племянник тоже поглядывал на Марсали с Анри-Кристианом, и его взгляд был полон тоски, которая поразила меня в самое сердце.

Я разделяла его тоску, ведь мне так не хватало Брианны. А еще Роджера, Джема и Мэнди. Я надеялась, что все в порядке, но от мысли о том, как они далеко, к горлу подступил ком.

«За семью можно и умереть. С радостью, – сказал Хэл в ту долгую ночь, когда я помогала ему дышать. – Хотя в то же время думаешь: господи, я хочу жить! Что с ними станет без меня? – Его губы тронула грустная улыбка. – И ты прекрасно понимаешь, что ничем не можешь помочь. Они должны сделать все – или передумать – сами».

Он был прав. Только тревожно от этого не меньше.

***

Наверху было жарко и тесно, в комнате, пропахшей соломой, все еще витали ароматы ужина, к которым примешивался едкий запах чернил, бумаги, коленкора и кожи, накопившийся за день. Я поднялась по лестнице и поспешила открыть погрузочную дверь, которая выходила на мощеный переулок за типографией.

Сильный порыв филадельфийского ветра растрепал стопки бумаг и принес с собой дым от десятка труб ближайших домов, зловоние от платной конюшни и опьяняющий смолистый запах листьев, коры деревьев, кустарников и цветов – наследие Уильяма Пенна. «Сохраняйте один акр леса на каждые пять вырубленных», – завещал он в своем указе. Пусть основанная им Филадельфия не так уж строго следовала его совету, город все равно был очень зеленым.

– Храни тебя бог, Уильям, – сказала я, как можно быстрее сбрасывая верхние одежды. Несмотря на духоту и высокую влажность, дул легкий ветерок – скорей бы он коснулся моей кожи.

– Как мило с твоей стороны, саксоночка, – отозвался Джейми, забравшись по лестнице. – Почему ты вдруг о нем вспомнила?

– Что… А, Уильям, – дошло до меня. – Это я не о твоем сыне, хотя, конечно же… – Я не знала, как оправдаться, но Джейми, похоже, не слушал, так что я спросила: – Ты думал о нем?

– Да, – признался он, помогая мне со шнуровкой. – Когда рядом столько детей и всем так хорошо вместе… – Джейми замолчал и нежно прижал меня к себе, затем уперся лбом в мою голову и вздохнул – даже волосы вокруг моего лица растрепались.

– Тебе хочется быть частью всего этого, – тихо сказала я, касаясь его щеки. – Частью семьи.

– Если бы да кабы. – Он разомкнул объятия, и я заметила его кривоватую улыбку – сюда доходил свет из кухни. – Из репы можно было бы сделать шпагу.

Я засмеялась и сразу же бросила взгляд на стопку Библий, где Джейми обычно складывал свое оружие. Кинжал, револьверы, дробь и всякая всячина из его споррана были на месте, однако шпаги я не увидела. Присмотрелась получше – все верно, шпаги нет.

– Я ее продал, – как ни в чем не бывало сообщил Джейми, заметив мое удивление. – Хоть какой-то прок от войны – можно выручить неплохие деньги за качественное оружие.

Я хотела возразить, но промолчала. Джейми всю жизнь не расставался с оружием, ножи и револьверы будто приросли к нему, однако не стоило умалять его достоинство из-за отсутствия шпаги. Вряд ли она ему понадобится вне поля боя, а вот деньги нам точно нужны.

– Можешь купить другую, когда доберемся до Уилмингтона, – предложила я и помогла Джейми расстегнуть брюки. Они заскользили по его стройным бедрам и упали на пол у ног. – Вот бы Уильям однажды узнал правду о Бри и ее семье. Ты расскажешь ему?

– Если он когда-нибудь приблизится ко мне, не пытаясь убить, то да, возможно, – печально улыбнулся Джейми. – Но вряд ли я сообщу ему всю правду.

– Ну, не сразу, это верно, – поддержала я. Теплый ветерок взъерошил его волосы и полы рубашки. Я провела пальцами по смятому льну, теплому и влажному от его тела. – Почему бы тебе не снять ее?

Джейми внимательно окинул взглядом мое тело: на мне осталась лишь сорочка и чулки.

– Тогда и ты раздевайся, – с улыбкой сказал он. – Чтобы все по-честному.

***

Обнаженная Клэр с ее белоснежной кожей прекрасна, как французская статуя. За окном сгущались сумерки. Ее кудрявые волосы грозовым облаком окутали плечи. Джейми хотелось просто стоять и смотреть на нее, но еще сильнее – быть внутри.

Правда, из кухни все еще доносились голоса, поэтому он затащил лестницу наверх. Не хватало еще, чтобы Жермен или кто-нибудь из девочек пришел пожелать им спокойной ночи.

Послышался смех – видимо, Йен с Фергусом заметили исчезновение лестницы. Джейми ухмыльнулся самому себе. Если им интереснее сидеть и пить пиво, чем лежать в постели с женой, это их личное дело.

Клэр уже устроилась на матрасе, когда бледная тень Джейми скользнула по бочонкам с чернилами. Он осторожно прилег рядом с ней, провел рукой по изгибу ее бедра, а Клэр коснулась его члена.

– Хочу тебя, – прошептала она, и все вдруг переменилось.

Это была их привычная, но все-таки магия. От ее рук пахло луком и солью, язык сохранил привкус масла и пива. Волосы Клэр защекотали плечо Джейми, она опустила руку вниз к его ягодицам, заставив стремительно войти в нее.

Чтобы заглушить стон Клэр, Джейми закрыл ее рот рукой, чувствуя ее улыбку, горячее дыхание, а потом убрал ладонь и впился в губы. Он вытянулся сверху во весь рост, не двигаясь и ожидая, когда Клэр начнет извиваться под ним, тереться о его тело сосками, заставляя продолжить… Она задрожала и с приглушенным криком сдалась, предоставив Джейми свободу действовать по своему усмотрению. Чем он и воспользовался.

***

Джейми шумно и расслабленно выдохнул.

– Я ждал этого весь день, саксоночка. Moran taing, a nighean18.

– Я тоже… Это что, летучая мышь? – Порхающий кусочек темноты мелькал то в одном, то в другом углу чердака. Одной рукой я схватилась за Джейми, другой натянула на голову простынь. Не то чтобы я их боялась, но когда летучая мышь проносится прямо надо мной…

– Не волнуйся, саксоночка, – весело сказал Джейми. – Она сейчас вылетит обратно.

– Сомневаюсь. – Что-то защекотало мою шею, и я хлопнула по ней ладонью. – Здесь полно насекомых, которыми она питается. – По вечерам внутрь проникает целый рой мошек и комаров, так что особого выбора у нас нет: либо закрыть окно и задохнуться от жары, либо всю ночь слушать, как под ухом что-то пищит.

– Тогда ты должна радоваться появлению летучей мыши. – Джейми перекатился на бок и промокнул потную грудь уголком простыни. – Сколько жуков она может поймать?

– Ну… много. Не спрашивай, почему я это запомнила, но, если верить энциклопедии Брианны, обычный маленький кожан способен съесть до тысячи комаров за час.

– Вот и отлично. Сейчас тут комаров двести-триста, не больше, так что мышка расправится с ними за четверть часа.

В его словах имелся смысл, только вот если прикармливать летучую мышь, она, скорее всего, поселится здесь на постоянной основе. Я все же выбралась из своего убежища под простыней и глянула вверх.

– А вдруг прилетят еще?

– Тогда они уничтожат всех насекомых за пять минут. – Джейми тихонько вздохнул. – Хочешь, чтобы я поймал ее, выставил прочь и закрыл дверь, саксоночка?

– Нет, – ответила я, представив, как Джейми будет выписывать пируэты по всему чердаку, в результате чего либо свалится вниз, либо будет укушен напуганным кожаном. – Не надо. Ты что-то собирался мне рассказать. Говори, я как раз отвлекусь.

– Что я… Ах да. – Он перекатился на спину и сложил руки на животе. – Не хотел поднимать эту тему за столом. Я предложил Йену и Фергусу поехать в Ридж с нами. Им сначала надо все обсудить с Рэйчел и Марсали. Представь, что было бы, услышь об этом дети? Они начали бы скакать от радости, а Марсали поколотила бы меня за то, что я взбудоражил ребят перед сном.

– Она может, – с улыбкой сказала я. – К слову о Марсали… По-моему, она беременна.

– Правда? – заинтересованно спросил Джейми. – Ты так считаешь?

– Я не уверена, – призналась я. – Вполне возможно, но, чтобы удостовериться, надо обследовать ее и засыпать кучей вопросов. Это ведь повлияет на их решение, да? Насчет Риджа.

В одну секунду мысль о возвращении домой вдруг стала реальной. Почувствовалось дыхание гор на обнаженной коже, по телу, несмотря на жару, пробежала легкая дрожь.

– Хм-м, – рассеянно отозвался Джейми. – Может быть. Думаешь, следующий – если она и правда беременна – будет как Анри-Кристиан?

– Вряд ли, – ответила я, хотя, следуя профессиональной предусмотрительности, добавила: – Однако Фергус ничего не знает о своих предках, а подобный вид низкорослости, наверное, передается по наследству. И все-таки я думаю, что это мутация – то есть единичный случай.

Джейми усмехнулся.

– Чудеса тоже бывают нечасто, саксоночка. Поэтому все дети разные.

– С этим не поспоришь, – спокойно сказала я. – Но нам всем скоро надо уезжать, верно? Даже если Марсали беременна, она на месяце третьем-четвертом, не больше. – В моей голове поселилась тревога. Несмотря на теплую осень – стоял сентябрь, – снег начнет заваливать горные переходы уже в октябре…

– Как думаешь, сколько времени уйдет на дорогу в Ридж?

– Слишком много, чтобы успеть до снега, саксоночка, – осторожно ответил он, проводя рукой по моей спине. – Пусть я достану деньги и найду корабль, который направляется в Северную Каролину – а это лучший вариант…

– Серьезно? – удивленно выпалила я. – Ты? Согласен плыть на корабле? Я думала, ты поклялся в жизни больше не ступать на борт судна и доверишь морю только отправить гроб с твоим телом обратно в Шотландию.

– Хм. Ну да, было такое. Если бы речь шла только обо мне, я бы скорее дошел до Северной Каролины босиком по раскаленным углям, но тут еще ты и…

– Я? Что ты имеешь в виду? – гневно спросила я. – Ай! – Я прижала волосы к голове и бросилась к Джейми, так как летучая мышь пролетела прямо надо мной. Я четко слышала ее писк и хлопанье кожистых крыльев.

Джейми рассмеялся, хотя не очень-то весело. Когда я выпрямилась, он коснулся моего правого бока, пальцы замерли на свежем шраме.

– Я не шучу, саксоночка. – Джейми нажал на шрам, и я едва не вздрогнула – кожа была еще покрасневшей и очень чувствительной.

– Все в порядке, – как можно увереннее сказала я.

– В меня стреляли, – без лишних эмоций продолжил Джейми. – И не раз. Я знаю, каково это, и я в курсе, сколько времени уходит на восстановление сил. Сегодня ты чуть не упала посреди улицы, и…

– Я проголодалась, совсем ничего не ела, поэтому…

– Я не позволю тебе ехать по суше, – заявил он тоном, не терпящим возражений. – И дело не только в тебе, хотя в основном в тебе, – уже мягче добавил Джейми, убирая волосы с моего лица. – С нами дети, да и вдруг Марсали действительно беременна… Дорога будет трудной, милая, и очень опасной. Ты же сама говорила, что, по словам герцога, британцы хотят захватить юг?

Я хмыкнула в ответ и все же поддалась, когда Джейми притянул меня к себе.

– Да, все верно. Только я понятия не имею, что это значит на самом деле – где их войско сейчас и чем занимается. Если не считать битв при Лексингтоне, Конкорде и Банкер-Хилле, я слышала о Саратоге и Йорктауне – в последнем все и закончилось. Хотя между ними наверняка были и другие, – добавила я.

– Конечно, – согласился Джейми. – Что ж, в Северной Каролине я куплю себе другую шпагу, да и деньги тоже будут.

У Джейми имелись средства – опять же, в Северной Каролине. Достать золото, спрятанное в Пещере испанца, не представлялось возможным: о ее расположении знали только он и Джемми. Кроме того, там хранился запас виски большой выдержки – не менее ценный, чем золото, если продать его на побережье.

– Вырученных за хорошую шпагу денег вряд ли хватит на оплату девяти мест на корабле? Даже одиннадцати, если Йен с Рэйчел поедут с нами.

– Ты права, – задумчиво ответил Джейми. – Я сказал Фергусу, что типографию, возможно, придется продать. Зданием он, конечно, не владеет, но печатный станок принадлежит ему. – Он обвел рукой комнату, в которой мы находились. – К тому же в Уилмингтоне есть моя Бонни.

– Твоя… Ну да, твой станок. – Я уткнулась в его плечо, чтобы скрыть улыбку. Джейми всегда отзывался о ней довольно… ревностно. Не припомню, чтобы он когда-нибудь так же говорил обо мне…

– Фергус не собирается бросать печатное дело, и это мудрое решение. Жермен еще слишком мал для работ в поле, а бедняга Анри-Кристиан никогда до них не дорастет.

Я боялась представить реакцию Жермена, если мальчика насильно увезут из шумного города в деревню и заставят пахать землю. Он вспоминает Ридж с любовью, но не думаю, что парень мечтает стать фермером.

– А что насчет Ричарда Белла?

Лоялиста Белла выдворили из его дома в Северной Каролине и отправили в Англию без гроша. В итоге он попал в Эдинбург и нашел работу печатника – там Джейми и познакомился с ним. Они заключили сделку: Джейми поможет Беллу вернуться домой, а тот взамен перевезет Бонни в Северную Каролину и присмотрит за ней.

– Не знаю. – Джейми погрузился в размышления. – Я писал ему, чтобы сообщить о нашем прибытии в Уилмингтон и дать некоторые распоряжения, однако… ответа так и не получил.

Это еще ничего не значило, письма часто терялись или запаздывали. Джейми пожал плечами и потянулся, чтобы устроиться поудобнее.

– Ладно, не будем спешить. Поживем – увидим. Как там наш дружочек?

– Наш… А-а, вот ты о чем. – Я осмотрела потолок, но летучей мыши нигде не заметила. Как и жужжащих насекомых. – Отличная работа, мышка, – похвалила я.

Джейми тихо усмехнулся.

– Помнишь, как мы сидели на крыльце в Ридже и летними вечерами смотрели на летучих мышей?

– Помню, – сказала я и повернулась на бок, чтобы приобнять Джейми, положив руку на его грудь с кудрявыми волосками. Я помнила. Ридж. Когда мы только приехали туда, Джейми с Йеном построили лачужку, а потом мы купили поросенка, из которого выросла бесстрашная свинья, гроза окрестностей. Наши друзья, арендаторы Джейми – Лиззи и близнецы Бердсли… От воспоминаний сжималось сердце.

Мальва Кристи. Несчастный ребенок. И семья Баг – управляющий, которого Джейми считал таким надежным, и его жена, – вовсе не заслуживающие, как оказалось, доверия. Большой дом, наш дом, объятый пламенем, что уничтожило вместе с ним нашу жизнь.

– Первым делом надо построить новый дом, – планировал Джейми. Он положил руку на мою ладонь и сжал ее. – И я снова разобью тебе сад. Половину денег от продажи шпаги можешь потратить на семена.