Волосы Эсмеральды слишком красные. Увидят ведь. Станут задавать вопросы. Вот идиотка, что за мысли лезут тебе в голову? Кукла Барби и ее купальник в горох куда заметнее… Брианна прикрыла глаза, чтобы не смотреть на тряпичную куклу Мэнди с багровыми волосами торчком – ну откуда в восемнадцатом веке взялись бы такие яркие краски? Споткнувшись о камень, Бри выругалась себе под нос: «Вот дерь..!» – и покрепче сжала руку дочери – ту, в которой та не держала Эсмеральду.
Она отлично понимала, почему ее так беспокоят волосы чертовой куклы. Мысли о чем-то незначительном помогали отвлечься, иначе Брианна тут же развернулась и испуганным зайцем побежала бы обратно по горному склону через заросли засохшего утесника, таща за собой Джема и Мэнди.
Мы сделаем это. У нас нет выбора. Мы умрем, мы все умрем в этой черной… О боже, боже…
– Мам? – Джем смотрел на нее хмурым взглядом. Брианна улыбнулась сыну, думая, что вышло вполне убедительно, но Джем только еще больше встревожился.
– Все в порядке, – сказала Брианна, перестав улыбаться, однако стараясь придать голосу уверенности. – Все хорошо, Джем.
– Ладно. – Вид у него по-прежнему был беспокойный, однако когда Джем посмотрел в сторону горного склона, тревогу сменила сосредоточенность. – Я их слышу, – тихо добавил он. – А ты, мама? Ты слышишь?
Услышав такое обращение – «мама», – Брианна сжала ладошку Джема с такой силой, что мальчик вздрогнул, казалось, сам того не замечая. Он прислушивался. Бри замерла, и все они напрягли слух. Шум ветра, легкий стук дождя по вереску. Мэнди напевала что-то своей Эсмеральде, а вот Джем смотрел вперед – серьезно и неустрашимо. Над холмом виднелась зазубренная верхушка одного из камней.
– Нет, милый, – ответила Брианна, подавляя тяжелый вздох. – Пока нет. – А вдруг я вообще не смогу их услышать? Вдруг я потеряла эту связь? Святая Дева Мария, Матерь Божья, молись за нас… – Давай подойдем поближе.
В последние сутки внутри Брианны будто все заледенело. Она не могла есть, не могла спать, однако продолжала держать все в себе, отказываясь верить, что они действительно пройдут через камни. Несмотря на это, все необходимые приготовления Бри совершала с невероятным спокойствием.
Висевшая на плече кожаная сумка тихонько звякнула, возвращая ее к реальности. Нести тяжело, зато вес придавливает к земле и не дает ветру и воде взять верх. Джем выпустил руку Брианны, и она нервно засунула ее через прорезь в юбке, чтобы проверить, на месте ли мешочек с тремя маленькими камушками, привязанный к поясу.
Бри боялась использовать искусственные камни – вдруг не сработают или взорвутся, как тот большой опал в Северной Каролине, разлетевшийся у Джемми на мелкие кусочки.
Брианну вдруг накрыла тоска по Фрэзер-Ридж и родителям, на глаза выступили слезы. Она поморгала и протерла глаза рукавом, делая вид, будто это все из-за ветра, хотя дети все равно не заметили. И Джем, и Мэнди подняли головы вверх, да и Брианна с трепетом осознала, что слышит гул камней, в тон которому бормочет что-то ее дочь.
Брианна машинально обернулась – не идет ли кто за ними. По тропинке шустро поднимался Лайонел Мензис.
– Твою же эм! – вслух выругалась Брианна, и Джем тоже глянул через плечо.
– Мистер Мензис! – с облегчением крикнул мальчик и заулыбался. – Мистер Мензис!
Бри строго наказала сыну оставаться на месте и сделала несколько шагов навстречу Мензису. Из-под обуви выскакивал гравий и катился вниз по тропе.
– Не пугайся, – сказал он, запыхавшись. – Я… я не мог не прийти, хотел убедиться, что вы в безопасности. Что у вас… все получится. – Мензис кивком показал на холм позади Брианны. Она не повернула голову – Бри и так ощущала, как легкий гул камней отдает вибрацией внутри ее.
– Мы в порядке, – на удивление ровным голосом ответила Бри. – Правда. Э-э… спасибо, – с запоздалой вежливостью добавила она.
Лайонел, бледный и немного напряженный, выдавил улыбку.
– Не за что, – не менее вежливо произнес он, однако с места не сдвинулся. Брианна сделала вдох и почувствовала, что лед внутри ее оттаял. Она снова оживилась и теперь была начеку.
– Или нам все же стоит чего-то опасаться? – спросила она, следя за взглядом Мензиса за очками. Тот скривился и глянул через плечо.
– Черт. Кто там? Роб Кэмерон? – Услышав резкий тон и знакомое имя, Джем обернулся, под его ногами заскрипел гравий.
– Да, со своими дружками. Вам надо идти, – кивком показал Мензис на верхушку холма. – Прямо сейчас.
Брианна сказала пару нехороших слов на гэльском, отчего Джем нервно захихикал, затем бросила на Лайонела гневный взгляд.
– И что ты собирался делать, если бы Роб со своими придурками погнался за нами?
– То же, что и сейчас, – просто ответил Мензис. – Предупредил бы вас. На твоем месте я бы не тратил времени на болтовню. Кстати, девочка уже…
Держа в руке Эсмеральду, Мэнди усердно ковыляла вверх по тропинке.
– Джем! – Одним широким шагом Брианна подбежала к сыну, и вместе они бросились догонять Мэнди, оставив Лайонела Мензиса одного.
Малышка уже стояла на краю круга, когда Бри попыталась поймать ее ладошку, но промахнулась. Мензис спешил за ними.
– Мэнди! – Брианна все же схватила дочь за руку и теперь, тяжело дыша, стояла в окружении камней. Гул стал пронзительным, от него зудело во рту и хотелось скрежетать зубами, чтобы избавиться от этого ощущения. Мензис моргнул, как бы говоря: «Хорошо».
При звуке ревущего двигателя выражение лица Мензиса стало встревоженным.
– Идите! – крикнул он. – Скорее!
Покопавшись трясущимися руками в мешочке, Брианна наконец достала все три камушка – маленькие изумруды разной огранки. Она выбрала их, думая о глазах Роджера, а мысль о нем придавала уверенности.
– Джем, держи. – Брианна подала ему изумруд. – А это тебе, Мэнди. Нужно положить его в карман и…
Не успела она договорить, как Мэнди, зажав изумруд в маленьком кулачке, повернулась к самому большому камню и широко раскрыла рот. Ее лицо вдруг просияло, будто внутри зажгли свечку.
– Папа! – завизжала она и, вырвавшись из хватки Брианны, побежала прямо к расселине – и прошла сквозь нее.
– Боже! – Брианна едва слышала испуганные крики Мензиса. Она кинулась к камню, но споткнулась о куклу Мэнди и растянулась в траве в полный рост.
– Мама! – Джем замер, глядя то на мать, то на камень, в котором только что исчезла его младшая сестра.
– Все… хорошо, – сумела выдавить она, и, убедившись, что Брианна в порядке, Джем помчал через поляну со словами: «Я верну ее, мам!»
Сделав вдох, Брианна попыталась закричать ему вслед – из горла вырвался лишь хрип. Ее напугал звук шагов, однако это был Лайонел: он бежал к камням, то и дело оглядываясь назад. Вдалеке захлопали двери автомобиля. Двери. Много дверей…
Брианна с трудом встала на ноги; упав на сумку, она ударилась ребрами, но, превозмогая боль, захромала к камню с расселиной и по дороге машинально подобрала Эсмеральду. В голове крутилась односложная молитва: «Господи, Господи, Господи…»
И мольбы были услышаны. Пошатывающиеся и бледные, дети вдруг оказались прямо перед Брианной. Мэнди вырвало, Джем резко шлепнулся на задницу и качался из стороны в сторону.
– О боже… – Бри прижала к себе непослушных сына и дочь. Джем крепко обнял ее, но затем отстранился.
– Мама! – в восторге крикнул он. – Он там. Мы его чувствуем и сможем найти. Пошли, мам!
– Идите. – Напуганный и запыхавшийся Лайонел расправлял накидку Брианны. – Они приближаются, и их трое.
– Да, я… – Не договорив, Брианна в панике посмотрела на детей. – Джем, Мэнди, где… где ваши камушки?
– Сгорели, – мрачным голосом ответила Мэнди и сплюнула в траву. – Тьфу. Гадость. – Девочка вытерла рот.
– В каком смысле…
– Да, мам, смотри. – Джем вывернул карман своих брюк, показывая прожженное место. Запахло паленой шерстью.
Брианна в отчаянии стала осматривать одежду Мэнди и обнаружила такое же почерневшее пятно: испарившийся изумруд прожег карман ее юбки.
– Тебе не больно, детка? – спросила Бри, проводя рукой по крепкой ножке дочери.
– Не очень, – заверила ее Мэнди.
– Брианна! Ради всего святого, я не могу…
– Это я не могу! – рявкнула она, тряся кулаками. – Изумруды сгорели! Без них… без них не пройти сквозь камни! – Брианна не знала точно, так ли это, но не могла позволить детям испытать портал на себе без защиты драгоценного камня. От одной только мысли у нее скрутило живот, и Бри едва не заплакала от ужаса и ярости.
– Камни, – озадаченно повторил Мензис. – То есть драгоценности?
– Да!
На мгновение он замер с открытым ртом, после чего подбежал к краю круга и спрятался в тени за одним из камней. На полпути к вершине холма виднелись человеческие очертания: Роб и его дружки быстро нагоняли их.
Из-за камня, позади которого скрывался Мензис, раздался хруст, и Лайонел закряхтел от боли.
– Брианна! – настойчиво позвал он, и Бри бросилась к нему – неужели дети опять попытались пройти сквозь портал? К счастью, ничего подобного не произошло: ребята стояли рядом с Лайонелом, а тот склонился к Мэнди и держал ее за руку.
– Сожми кулачок, малышка, – нежно сказал Мензис. – Вот так. А это тебе, Джем, давай руку. – Брианна подошла достаточно близко, чтобы увидеть: Лайонел положил на ладонь Джема что-то маленькое и блестящее, а Мэнди держала большое потертое кольцо с масонской эмблемой на ониксе, рядом с которым зияло пустотой еще одно углубление – отсюда Мензис вытащил такой же камушек для Джема.
– Лайонел, – сказала Брианна. Он протянул руку и коснулся ее щеки.
– Вперед. Я буду здесь, пока вы не уйдете, а потом побегу со всех ног.
Брианна судорожно кивнула и взяла детей за руки.
– Джем, положи его в другой карман, хорошо? – Сделав глубокий вдох, она повернулась к большому камню с расселиной. Его гул отдавался в биении пульса, притягивая к себе.
– Мэнди, давай найдем папу. – Брианна едва различала собственный голос. – Держись крепче.
Только услышав крик, она вспомнила, что не поблагодарила Мензиса, а потом все мысли исчезли.