Элбрайн и Пони уже перевалили через горный хребет и спускались по склону вниз, когда наступил рассвет. И только тогда они воочию убедились, насколько огромна армия демона, собранная в долине между двумя дымящимися горными отрогами, начинающимися у подножья одинокой горы, четко вырисовывающейся на фоне рассветного неба.

— Сколько их… — выдохнула Пони.

— Много. Слишком много.

— И как же мы доберемся до Аиды? Как прорвемся сквозь все эти полчища? — спросила Пони.

Элбрайн покачал головой.

— Думаю, этого нам делать не придется. Всего несколько охранников, вот что нас ожидает, — сказал он, и Пони недоверчиво посмотрела на него. — Демон настолько уверен в себе, что… как бы это сказать?… приглашает нас в свой дом. Он не боится ни смертных людей, ни монстров. Ему, наверно, до сих пор не верится, что у кого-то хватит смелости рискнуть выступить против него таким маленьким отрядом. Вот на эту его самоуверенность мы и возлагаем свои надежды. Однако действовать нужно быстро. Если он забеспокоится и прикажет армии задержать нас, не помогут ни мой меч, ни магические камни Эвелина; не поможет вообще ничто. Хотя вряд ли он станет это делать. Судя по броне и колдовскому копью великанов, демону уже известно, что мы где-то рядом, и все же он не теряет уверенности, что никто в целом мире не способен одолеть его.

— Откуда ты все это знаешь?

В самом деле, откуда? Ведь он никогда даже не видел демона. Элбрайн пожал плечами. Нет, знать он ничего не знает. Просто догадывается и… надеется.

Впрочем, сейчас они забрались уже слишком далеко, чтобы беспокоиться о том, что им неподвластно. Они продолжали спускаться, и, несмотря на усталость после долгой, трудной ночи, им даже в голову не приходило остановиться на отдых; тем более учитывая всю эту армию впереди и, возможно, великанов за спиной.

Спустя час, оказавшись на сравнительно открытой местности, — и какое чувство незащищенности овладело ими! — Элбрайн внезапно остановился и припал к земле. Думая, что он заметил какую-то опасность, Пони рухнула рядом с ним и полезла в сумку за камнями.

— Вон! — взволнованно воскликнул он, указывая куда-то влево.

Там, позади черного дымящегося хребта, ограничивающего долину с запада, на фоне травяного ковра можно было разглядеть быстро движущееся темное пятно.

Пони вгляделась повнимательней. Человек… верхом на коне… Нет, на кентавре!

— Эвелин и Смотритель!

— Кентавр скачет прямо к Аиде, — Элбрайн взглянул на Пони и расплылся в широкой улыбке. — И никто не гонится вслед, никто не пытается остановить их.

На лице Пони, однако, застыло мрачное выражение. Может, он и прав, может, демон в самом деле приглашает их к себе. Но вот вопрос: хорошо это или плохо?

Спустя час они уже добрались до подножия горы, по-прежнему прячась за валунами и деревьями. По пути они незаметно проскользнули мимо изнывающих от скуки гоблинов, приставленных караулить подходы к долине. Отчетливые следы на земле подтверждали тот факт, что именно этим путем не так давно проскакал кентавр.

В конце концов, уже переваливая через западный горный отрог, они с удивлением обнаружили, какая теплая под ногами земля. Только тут им стало ясно, что длинный черный курящийся дымом хребет — не обычное горное образование. Большая часть его ощущалась как твердая, но тут и там мелькали оранжевые всполохи — это лава с бульканьем вырывалась на поверхность и медленно сползала вниз. Однако буквально через несколько минут ее движение приостанавливалось, она скапливалась в небольших углублениях и быстро застывала. Мерцание гасло, поверхность приобретала насыщенный черный цвет.

— Похоже на что-то живое, — с гадливостью заметила Пони, осторожно выбирая место, куда поставить ногу.

— Похоже на самого демона, — ответил Элбрайн. — Расползается из Аиды, погребая под собой весь мир.

Через несколько часов они оказались примерно в том месте, где сверху видели скачущего кентавра с Эвелином на спине. Хребет застывшей лавы, высота которого достигала от двадцати до тридцати футов, надежно отгораживал их от вражеского лагеря. Никаких признаков преследования за спиной; никакой, по крайней мере бросающейся в глаза, охраны впереди.

Следы копыт были отчетливо видны. Вскоре, правда, рядом с ними обнаружились человеческие следы, из чего сам собой напрашивался вывод, что длительная гонка утомила кентавра. Тем не менее и он, и Эвелин упорно продолжали свой путь. Элбрайн и Пони тоже не останавливались и даже пошли быстрее, в надежде догнать друзей до того, как те углубятся в горные туннели.

Увы, этого не произошло. Выйдя из очередной рощи уже у самого подножия Аиды, они увидели огромную зияющую дыру, освещенную косыми лучами заходящего солнца. Если это и в самом деле начало пути к сердцу Аиды, то Эвелин с кентавром, скорее всего, проникли уже далеко в глубь горы и, возможно, в этот самый момент стоят перед демоном.

Элбрайн и Пони вернулись в рощу, срезали прутья и обмотали их тряпками, соорудив таким образом что-то вроде факелов.

Потом они вошли в пещеру и тут же заметили на полу следы копыт.

Держась около стены и не решаясь зажечь факелы, они двинулись вглубь, настороженно оглядываясь по сторонам. Очень скоро стало ясно, что перед ними выбор: либо рискнуть зажечь факелы, либо идти дальше почти в полной темноте.

Элбрайн вздрогнул, когда вспыхнул огонь, точно ожидая, что приспешники демона тут же набросятся на них. Однако ничего не происходило. Вскоре впереди показалась развилка: один туннель уходил вправо, оставаясь на том же уровне, а другой влево и вниз. Несколько шагов по правому туннелю позволили обнаружить в нем еще одну развилку.

— Настоящий лабиринт, — вздохнул Элбрайн.

— Пошли влево, — решительно объявила Пони. — Будем идти по тем туннелям, которые ведут в глубь горы и вниз.

Можно было поступить так, а можно по-другому, но за неимением четких логических обоснований все решения казались равноценными, и Элбрайн не стал спорить. Больше он не тратил времени на поиски следов копыт. Эвелин с кентавром бродили по этому же самому лабиринту, тоже не имея понятия, куда надо сворачивать. И все же он хоть и велик, но не бесконечен. Без сомнения, рано или поздно одна из пар или, возможно, обе набредут на демона или его ближайших помощников.

Стоя вместе с Квинталом и двумя явно нервничающими великанами на вершине горы и глядя вниз на полностью разрушенный склон, Бестесбулзибар испытывал смешанное чувство ярости и веселого удивления. Какая все-таки мощная штука — это его копье! Причинить такие разрушения, просто выпав из руки умирающего великана и заскользив вниз по камням!

Один из великанов продолжал оправдываться, запинаясь на каждом слове. Дескать, им просто не повезло и прочая чушь в том же духе; ясное дело, боится за свою шкуру. Бестесбулзибар слушал его краем уха.

— Они уже добрались до горы? — спросил он у Квинтала, кивнув в сторону Аиды.

Прикидывая расстояние, каменный человек внимательно оглядел местность, странно человеческим жестом подперев подбородок рукой. Он и в самом деле сейчас гораздо больше походил на человека. Грубые линии каменного тела стали более сглаженными и округлыми. Кроме того, в нем, несомненно, наблюдалось сходство с прежним Квинталом: те же черты лица, тот же рост, та же фигура, как будто человеческий дух каким-то образом влиял на свое каменное воплощение. Конечно, «кожа» у него была обсидиановая, кое-где усыпанная красными прожилками все еще не затвердевшего камня; и глаза представляли собой капли красной раскаленной магмы. Но в целом он очень напоминал Квинтала и с нетерпением ждал того момента, когда Эвелин увидит его новое, столь совершенное тело.

— Ну, так что? — вывел его из задумчивости Бестесбулзибар.

— Думаю, да, если они шли всю ночь, — сказал Квинтал, — и если никто больше не пытался остановить их.

— Возможно, они будут сидеть на моем троне, когда я вернусь, — насмешливо произнес демон и перевел взгляд на великанов.

— Н-н-не повезло… — залепетал снова один из них.

— Мы пойдем… — начал было второй, но демон прервал его.

— Вы вернетесь в строй, — приказал он.

Больше всего ему хотелось содрать шкуры с этих двоих, да и вообще с любого, кто уцелел в схватке с незваными гостями, а сейчас дрожал, опасаясь его гнева. Можно было поступить и по-другому: послать их остановить ненавистного Полуночника. Однако Бестесбулзибар был отнюдь не глуп и мог держать в узде свои порывы, даже самые разрушительные. Его потери и без того уже велики, в особенности если учесть, скольких усилий стоила ему броня, которую носили великаны; однако все это были сущие пустяки по сравнению с тем, что его элитной страже не удалось выполнить свою задачу. Брат Эвелин и этот так называемый Полуночник проникли внутрь Аиды; ну что же, можно будет доставить себе удовольствие убить их лично.

— Возвращайся и найди их, — приказал демон Квинталу.

Тот подошел поближе к своему хозяину. Демон приподнялся над землей и толчком мощных ног послал его в полет над долиной, прямо над головами съежившихся от страха воинов, обратно к Аиде.

— Мы забрались слишком далеко вниз, — жалобно сказал Эвелин, прислонившись к стене маленькой душной пещеры.

Он держал сияющий алмаз у самого пола, стараясь остаться незамеченным для охранников вроде тех двух поври, с которыми они только что расправились. Оттолкнув в сторону окровавленную ногу одного из карликов, он уселся так, чтобы видеть туннель, из которого они только что вышли.

— А разве демон прячется не под горой? — рассеянно спросил кентавр, разрывая на части второго поври.

Эвелин покачал головой; его уже давно не покидало ощущение, что они идут неверным путем. Свернув у первого поворота налево, они опускались все ниже и ниже, блуждая по бесконечным туннелям и пещерам.

— Вовсе не обязательно. Может, он как раз наверху, чтобы в случае чего быстро взлететь через отверстие, откуда валит дым.

Взглянув на кентавра, Эвелин тут же отвел взгляд.

— Ба, все это одни догадки, и больше ничего, — пробормотал кентавр, откусывая кусок ноги поври. Эвелин закрыл глаза. — Ты и сам понимаешь это не хуже меня, — закончил он, жуя полным ртом.

Монах только вздохнул. Что тут возразить? Какой бы путь они ни избрали, во всех случаях это делается наугад. Слишком много поставлено на карту, и нервы уже на пределе.

— Ну подумай сам, зачем ты здесь? — продолжал кентавр. — Чтобы выполнить свое предназначение, ты сам так говорил. Ну, ты его и выполнишь. Рано или поздно мы доберемся куда надо, и если тебе страшно, я не стану тебя осуждать. Однако не поворачивать же обратно в поисках более правильного пути? Только потеряем время, и, значит, увеличится риск, что нас могут обнаружить, — он сплюнул и швырнул обглоданную ногу поври на землю. — Тьфу! Эти твари к тому же и мерзкие на вкус!

Эвелин слабо улыбнулся, встал и подошел к кентавру, стараясь не наступить на остатки его трапезы. Они зашагали дальше — оба крупные, тяжеловесные, почти перегораживающие собой узкий туннель.

— Не нравится мне это, — прошептал Элбрайн, глядя на уходящий под углом вниз узкий каменный выступ, слева ограниченный шероховатой стеной, а справа обрывом глубиной не меньше двухсот футов.

Но пугала даже не сама высота, а то, что внизу, там, где заканчивался обрыв, бушевало красное пламя, яростное и неистовое, похожее на озеро расплавленной лавы. Даже с такого огромного расстояния Элбрайн и Пони ощущали сильный жар и почти невыносимый запах серы.

— А мне не нравится возвращаться обратно, — упрямо ответила Пони. — Мы решили идти вниз, значит, другого пути нет!

— Но эта вонь… — запротестовал Элбрайн.

Понимая и разделяя его опасения, Пони порылась в сумке и достала оттуда полоску ткани. Разорвала ее пополам и смочила обе половины водой из своего меха; одной частью обмотала лицо себе, а другую протянула Элбрайну.

У него, однако, возникла идея получше. Он снял с правой руки зеленую повязку, ту самую, которая, по словам эльфов, должна была защитить его от любого яда, разорвал ее надвое и половину отдал Пони. Она укрепила ткань под своей маской, то же самое сделал и Элбрайн, восхищаясь ее сообразительностью и мужеством.

Теперь, когда по стенам плясали отблески раскаленной лавы, факелы им были не нужны, и руки оказались свободны. Они начали спуск вниз, поначалу держась за стену, чтобы не соскользнуть с выступа, но потом, почувствовав себя более уверенно, пошли быстрее. Вскоре уже примерно половина пути осталась за спиной.

Пони шла впереди; ей стало легче, когда она заметила далеко внизу темное отверстие уходящего в гору туннеля. Внимательно вглядываясь в него, она не обратила внимания на трещину, пересекающую выступ, по которому они опускались.

Пони занесла над ней ногу, и подошва соскользнула с камня, который она при этом нечаянно задела.

Молодая женщина вскрикнула; Элбрайн схватил ее, рванул на себя, и они рухнули на выступ. Элбрайн подполз к самому краю трещины и увидел, как камень полетел вниз, отскакивая от стен, и в конце концов упал в поглотившую его расплавленную лаву.

Испуганная Пони тяжело дышала, пытаясь успокоиться. Однако теперь случилась другая неприятность — во время падения маска соскользнула с ее лица и в легкие проник серный газ. Чувствуя подкатывающую дурноту, Пони подползла к краю выступа, стянула с лица маску, и ее вырвало.

— Нужно возвращаться, — Элбрайн успокаивающе положил ей на плечо руку.

— Вниз ближе, чем вверх, — упрямо пробормотала Пони, и ее снова вырвало.

Она села, развязала мех для воды, вымыла лицо, снова натянула маску и встала.

— Трещина широкая, — заметил Элбрайн, оценивая взглядом расстояние, которое им предстояло перепрыгнуть.

— Пустяки!

Пони разбежалась, прыгнула и легко приземлилась на другой стороне.

Элбрайн бросил на нее долгий взгляд, снова восхищаясь ее решимостью, но одновременно задаваясь вопросом, не безрассудство ли это, вызванное желанием настоять на своем. В конце концов, они понятия не имели, куда ведет туннель внизу — и ведет ли вообще куда-нибудь, — а прыгать через расщелину обратно вверх будет несравненно труднее.

— Пустяки, — повторила Пони.

Элбрайн сумел заставить себя улыбнуться; как мог он ругать ее за безрассудство сейчас, когда их ожидала схватка с демоном?

Внезапно глаза Пони расширились, рот приоткрылся, словно она собиралась закричать. Элбрайн мгновенно обернулся, на ходу выхватывая меч, но опасность исходила не сзади, а сбоку. Часть камней вывалилась наружу; Элбрайн отскочил и припал к выступу. Спустя несколько мгновений глаза у него чуть не вылезли от удивления на лоб.

Прямо из стены вышел Квинтал.

Элбрайн замер, сжимая в руке меч, готовый в любой момент прыгнуть, хотя понятия не имел, каким образом одолеть надвигающегося на него каменного человека, этого обсидианового изваяния Карающего Брата.

Намерения Квинтала не вызывали сомнений. Бросив взгляд на Пони, он снова перевел его на Элбрайна, угрожающе ткнув в его сторону пальцем с красными прожилками.

— Думаешь, ты и на этот раз победишь, Полуночник? — голосом, больше похожим на грохот каменного обвала, спросил слуга демона.

— Что ты такое? — едва дыша, спросил Элбрайн. — Что за существо, что за измученная душа?

— Измученная? — усмехнулся Квинтал. — Смертный глупец! Я свободен и буду жить вечно, а твоя жизнь подходит к концу!

И он пошел прямо на Элбрайна. Тот плашмя ударил его мечом — пустячная царапина, которая не заставила Квинтала хоть сколько-нибудь замедлить свое движение. Элбрайн отпрыгнул на шаг, сделал новый выпад, и меч взвизгнул, отскочив от лица Квинтала. Этот удар, однако, оказался посерьезнее: выкованный эльфами меч прочертил на каменной коже оранжевую линию.

Но шрам почти сразу же почернел; даже если Квинтал почувствовал боль, он никак не показал этого, бросившись вперед с занесенным над головой кулаком.

Элбрайн пригнулся, отскочил, и кулак Квинтала с силой врезался в стену, оставив на ней дымящуюся вмятину. Полуночник с невольным уважением посмотрел на своего противника.

— Может, сбежишь и оставишь женщину мне? — насмешливо спросил Квинтал. — Она будет моя, не сомневайся.

Эти слова заставили Элбрайна бросить взгляд на Пони, и, к своему ужасу, он увидел, что она собирается перепрыгнуть обратно через трещину.

— Оставайся на месте! — закричал он. — Я приду к тебе!

— Нет, мимо меня тебе не пройти! — Квинтал, словно подчеркивая значение сказанного, снова ударил кулаком по стене, еще сильнее.

Эти слова разозлили Элбрайна. Он бросился на врага, держа меч прямо перед собой, проткнул обсидиановую оболочку каменного человека и глубоко погрузил лезвие в его пылающие расплавленной магмой внутренности.

Квинтал взревел и бросился на Элбрайна, но тот оказался проворнее. Вытащив меч — и радуясь тому, что замечательное оружие не пострадало от соприкосновения с раскаленными внутренностями Квинтала, — он взмахнул им вправо, влево и снова ткнул острием прямо в лицо монстра.

Однако даже заметная рана в животе каменного человека быстро затянулась, а его движения стали более осторожными.

Стоя по ту сторону расселины, Пони прокричала что-то, но смысл ее слов не дошел до Элбрайна. Ему нужно было немедленно найти способ вывести из строя своего противника, а с помощью меча, похоже, это сделать невозможно. Тогда как?

Ответ напрашивался сам собой. Элбрайн ринулся вперед, нанес удар и повернулся, как будто собираясь обойти монстра слева и оказаться у края выступа.

Совершенно инстинктивно он упал на одно колено, и тяжелый кулак Квинтала со свистом рассек воздух у него над головой — удар, который, достигни он цели, наверняка сбросил бы его в пропасть! Мгновенно развернувшись, Элбрайн метнулся к стене и попытался проскочить между нею и Квинталом.

Вторая рука монстра врезалась в стену прямо перед Элбрайном, не пропуская его; теперь он оказался в кольце каменных рук. Прижатый к стене, он изо всех сил пытался вырваться на свободу, но из этого ничего не выходило. Квинтал лишь расхохотался — такой сильный, такой непоколебимый.

Элбрайн ощущал давление и жар, с каждым мгновеньем становившиеся все сильнее. Он бился, извивался, но нажим лишь увеличивался. Закричала Пони, однако ее голос доносился как будто издалека.

Потом над головой что-то пронеслось, каменный человека закричал, и его хватка ослабела.

Вырвавшись, Элбрайн метнулся вверх по склону, обернулся и увидел, что Квинтал прижимает руки к глазам, а по его щекам катятся капли мерцающей лавы. Но едва ли не большее недоумение вызывала веревка, тонкая, но прочная, протянувшаяся вдоль стены, мимо него и Квинтала. Дернув за нее, Элбрайн почувствовал, что она сильно натянута; по-видимому, закреплена где-то неподалеку.

Однако решать все эти головоломки у него не было времени — глаза Квинтала, как и все его раны, наверняка должны были вот-вот исцелиться. Полуночник бросился в атаку, наотмашь рубанул слева, справа, вперед, снова слева, справа — и так без конца. Меч звенел не переставая и выбивал искры из каменного тела, по которому зазмеились трещины. Может, с надеждой подумал Элбрайн, его противник в конце концов просто рассыплется на куски?

— Привяжи ее, вон туда! — Тантан швырнула ошеломленной Пони конец прочной эльфийской веревки и взмахом руки указала на большой валун, лежащий примерно в десяти футах вниз по склону. — Да побыстрее!

Пони уже мчалась выполнять ее указание, не совсем понимая, что задумала Тантан, но не желая терять времени на расспросы. Любой план, даже самый отчаянный, лучше, чем ничего, а сама Пони как раз ничего и не могла придумать. Начав привязывать веревку, она почувствовала, как та натянулась. Если другой конец каким-то образом закреплен на каменном человеке… Да, в этом определенно был смысл!

Тантан метнулась назад, к противникам, сжимая в руках свои кинжалы. Элбрайн все еще наносил тяжелые удары Квинталу — по рукам, по туловищу, по голове. Однако нужно было торопиться; в любой момент Квинтал мог прийти в себя, и тогда…

И вдруг каменный человек снова взвыл — это Тантан подлетела к нему поближе и кинжалами принялась наносить удары по голове, целясь прежде всего в пылающие красные глаза. Взмахом руки Квинтал отшвырнул эльфийку в сторону; при этом один кинжал вылетел из ее руки и исчез в бушующей внизу расплавленной магме.

Элбрайн стиснул рукоятку меча обеими руками, со всей силой обрушил его на монстра и отсек ему руку между запястьем и локтем.

Каменный человек снова завопил. Горячая магма хлестала из раны, но почти сразу же начала остывать и твердеть; несколько мгновений — и рука Квинтала превратилась в обрубок, прошитый оранжевыми прожилками.

Квинтал продолжал кричать, но теперь это был рев ярости. Перекрывая его, послышался мелодичный голос Тантан:

— Давай! Давай!

Элбрайн понятия не имел, к чему относятся эти слова, — в отличие от Пони. Она бросилась к обвязанному веревкой валуну, втиснулась между ним и стеной и начала с силой отталкивать его ногами. Мышцы ног напряглись, она застонала от усилий и почувствовала, что валун сдвинулся с места, но едва-едва.

За ее спиной меч снова зазвенел о каменное тело, монстр продолжал яростно реветь. Немного изменив направление своих усилий, теперь Пони пыталась перевернуть камень. Ближайший к ней край его уже немного приподнялся, еще чуть-чуть и…

Тантан снова подлетела к сражающимся, но в последнее мгновенье резко сменила направление, когда Квинтал повернулся, чтобы попытаться схватить ее. Воспользовавшись этим, Элбрайн тут же нанес ему новый удар.

— Над веревкой! — закричала ему Тантан. — Над веревкой!

Смысл этого возгласа стал ясен Элбрайну в тот момент, когда Пони наконец перевернула камень и он покатился к краю выступа. Веревка внезапно пришла в движение и натянулась. Элбрайн хотел перепрыгнуть через нее, но не успел. Валун докатился до обрыва и полетел вниз, оттянув от стены веревку, которая при своем движении сбросила Квинтала и Элбрайна с края выступа.

Они с криком полетели вниз, а камень рухнул в магму, которая и поглотила его.

Элбрайн, однако, успел уцепиться за веревку, и то же самое сделал Квинтал пятью футами ниже него.

— Карабкайся вверх! — закричала Пони, но Элбрайн уже и сам подтягивался со всей возможной скоростью.

Квинтал тоже не отставал, неуклонно догоняя его. Пони перепрыгнула через трещину, сильно ударилась о ее край голенью, но тут же вскочила и помчалась вверх по склону.

Перебирая по веревке руками, Элбрайн поднимался вверх. Как только одной рукой он ухватился за край выступа, Пони тут же вцепилась в нее и потащила его наверх. Однако Квинтал уже был совсем рядом; еще мгновенье — и он схватит Элбрайна за ноги.

Но тут откуда-то сверху прямо на них понеслась Тантан. Элбрайн закричал, чтобы она вернулась, и даже схватил ее за руку, надеясь, что Пони удержит его.

Эльфийская веревка отличалась удивительной прочностью, но кинжал Тантан был тоже выкован эльфами. Быстрым взмахом руки она перерубила веревку чуть ниже ног Элбрайна.

Не успел он выпустить руку Тантан, как Квинтал вцепился ей в ногу.

Они повисли, медленно поворачиваясь из стороны в сторону. Пони отчаянно тянула Элбрайна на себя, он не отпускал руку бедняжки Тантан, а ее ногу оттягивал вниз тяжеленный Квинтал.

— Тяни! — закричал Элбрайн Пони, и они старалась изо всех сил.

Но нет, тяжесть была слишком велика, и он снова соскользнул с края выступа.

Тантан казалось, что ее сейчас просто разорвет пополам. Ей стало ясно, что Пони не сможет вытянуть ее вместе с повисшим на ней каменным человеком. Она подняла кинжал и посмотрела в сверкающие глаза Элбрайна.

— Нет! — сказал он чуть слышно, потому что горло у него перехватило.

Тантан вонзила кинжал ему в руку и вместе с Квинталом полетела вниз. Проклятый монстр не дал ей спастись, воспользовавшись крыльями. Тантан пыталась вырваться из хватки каменной руки, пыталась ударить его кинжалом…

Элбрайн и Пони отвернулись, не в силах смотреть, как раскаленная лава поглощает Тантан.

Они без сил лежали на краю выступа, пока не начали задыхаться от ядовитых газов.

— Нужно поторопиться, — сказал Элбрайн.

— Ох, Тантан…

Они перепрыгнули через трещину, побежали вниз и с облегчением обнаружили, что темный ход внизу вел не в тупик, а был началом длинного прямого туннеля.

Они снова зажгли факел и устремились вперед, радуясь, что отправленный воздух и ужасное зрелище раскаленной бездны остались позади. Вскоре, однако, им пришлось остановиться. Далеко впереди возник неяркий свет, который медленно приближался, разгораясь все ярче. Воображение Элбрайна и Пони разыгралось, рисуя им образы ужасных монстров, как вдруг…

— Хо, хо, знай наших! — донеслось до них с той стороны, откуда приближался свет.