Проснувшись, Питер Каллен первым делом огляделся. Мышцы затекли, голова раскалывалась. Питер уселся поровнее и издал громкий печальный стон.

– Адское утречко, да? – Гарри Дюк пошевелился и посмотрел на друга. – Чего только не сделаешь ради женщины. Столько одежек, могла бы и на полу поспать. А мы бы устроились на кровати.

– Она же так и предлагала.

Питер снял пиджак, расстегнул жилет и осторожно выпрямился.

– Точно, – кивнул Дюк. – И зачем я ее отговорил! Сдурел на старости лет. Жалость к девчонкам проснулась.

– Надо бы в душ? Орел или решка? – Питер взял монетку.

– Орел, – сказал Дюк и проиграл. – Иди, не затягивай. Я пока приготовлю завтрак. Интересно, как там наша цыпочка. – Он приоткрыл дверь и заглянул в темную комнату. – Просыпайся! С меня завтрак, а в душ пойдешь последней.

Ответа не было.

– Спит как сурок, – сказал Дюк и взглянул на Питера через плечо. – Не люблю таких. Женщина должна спать чутко.

– Это зачем? – поинтересовался Питер, снимая пиджак.

– Грабителей отпугивать. Меня-то из пушки не разбудишь.

– Так зайди да подними ее. Вдруг она умеет готовить?

– Это ты хорошо придумал. Мне-то казалось, что у тебя между ушами сплошная кость.

Дюк включил свет.

– Просыпайся, соня! – позвал он. – Пора завтракать.

Вдруг он изменился в лице и шагнул в комнату.

На кровати лежал Тимсон – голова запрокинута, кулаки судорожно сжаты, горло распорото от уха до уха, простыни залиты кровью. На стене, у изголовья кровати, на ковре – повсюду блестят красные потеки и лужицы.

Дюк сделал глубокий вдох. По телу забегали мурашки, в животе что-то перевернулось. Он осторожно подошел к кровати и коснулся руки Тимсона. Холодная, липкая, как сырая глина. Мертв уже несколько часов.

Он прошелся по комнате, стараясь не наступать на кровь. Никаких следов Лорелли. Почему-то он совсем не удивился. Еще раз посмотрел на распростертое тело. Казалось, он внезапно попал в другой дом – да что там, в другой мир, вращающийся вокруг мертвого Тимсона.

Ножа не видать, бритвы тоже. Значит, убийство. И никаких улик. Это расстроило Дюка даже больше, чем труп на кровати. Теперь убийство повесят на них с Питером. Придется разбираться с полицией. Только этого не хватало.

Он вернулся к двери, тщательно проверил одежду и обувь. Не обнаружив следов крови, выключил свет и вышел в гостиную, прикрыв дверь спальни так осторожно, словно она была сделана из яичной скорлупы.

– Что же ты не вытащил ее из постели? – крикнул Питер. – Испугался, что ли?

Нужно выпить. Дюк налил полный стакан виски, медленно осушил его и направился в ванную.

Питер принимал душ.

– Красота, – сказал он. – Присоединяйся.

– Минуту, – отозвался Дюк, чувствуя, как спиртное ударило в голову.

Он начал раздеваться.

Питер выбрался из ванны и энергично растерся полотенцем.

– Чую запах виски. Только не говори, что пил с утра пораньше.

– И правда спиртным пахнет, – сказал Гарри, снимая рубашку. – Интересно – от кого?

– Что такое? Тебе нездоровится? – Каллен с удивлением посмотрел на него.

– Погоди, сейчас расскажу.

Дюк встал под душ, включил холодную воду. Ледяные шипы вонзились в кожу, сознание прояснилось. Он постоял несколько минут, закрыл кран, протянул руку за полотенцем. Питер начал бриться.

– Пит, у нас тут труп, – мрачно произнес Дюк. – Парню перерезали горло.

От неожиданности Каллен уронил бритву в раковину, чуть не поранившись.

– Не понял, – сказал он, в изумлении уставившись на Гарри. – Ты что-то сказал про труп или мне послышалось?

– Не послышалось. – Дюк начал намыливать лицо. – Но ты продолжай шутить.

Питер издал сдавленный смешок.

– Подумаешь, труп! Чего не бывает между друзьями! – Он поднял бритву и с подозрением посмотрел на Дюка. – Но мне не нравятся такие приколы по утрам.

– Не представляешь, как мне хочется обернуть все в прикол. – Дюк аккуратно водил бритвой по лицу. – Смотри-ка, я и правда крутой. Даже рука не дрожит.

– Что ты несешь?

Дюк посмотрел на Каллена:

– Прости, Пит. Похоже, у меня шок. Помнишь Тимсона? Он лежит в спальне с перерезанным горлом.

– Какой Тимсон, какое горло? – Питер схватил халат. – Спятил, что ли? Ты вчера девчонку привел. Никакого Тимсона с вами не было.

– В спальню не ходи, – предупредил Дюк. – Картина не из приятных. Проклятье! И как теперь быть?

Питер выбежал из ванной. Было слышно, как он прошел к спальне и включил свет. Гарри поежился, смыл пену с лица. Питер вернулся, лицо белее бумаги.

– Я же говорил. – Дюк натянул брюки и начал застегивать рубашку. – Иди плесни себе выпить.

– Ух, пробрало. – Передернувшись, Каллен вышел в гостиную, Дюк за ним. – Похоже, меня сейчас вырвет.

– Не придуривайся, – резко сказал Дюк. – Вырвет его. Переживешь, никуда не денешься.

– Кто это сделал? – Взяв стакан, Питер опустился в кресло. – И где девчонка?

– Не спеши. Об этом нас спросят копы. – Дюк закурил. – Будь другом, свари кофейку. Мне нужно подумать.

– Кофейку, – отозвался Питер и глотнул еще виски. – Да я сдохну от твоего кофейку.

– Я же не пить прошу, а сварить. Иди, хоть развеешься.

Допив виски, Питер ожил, подошел к столу и включил электрический чайник. Достал чашки, блюдца, поискал молоко. Дюк застыл в кресле, напряженно обдумывая ситуацию.

Питер принес кофе. Дюк потянулся за очередной сигаретой.

– Звоним в полицию, да побыстрее. Но сначала нужно решить, что мы скажем.

– Мы? – переспросил Питер. – Ты про нас обоих или себя в короли назначил?

– Извини, Пит, но ты тоже увяз по самые уши. – Дюк грустно усмехнулся.

– Того и боюсь. Чисто для справки – я понятия не имею, что происходит.

– Я тоже. Вижу только часть картинки. – Дюк допил кофе, довольно крякнул и налил еще. – Неплохо идет с виски, согласен? Похоже, я придумал отличный завтрак, полминуты – и готово.

– Давай ближе к делу, весельчак. – Питер терял терпение.

– Ладно, ладно. Не суетись. Все у нас получится. Должно получиться. Введу тебя в курс дела. Слушай внимательно – может, заметишь, что́ я упустил. – Дюк поставил чашку на стол и откинулся на спинку кресла. – Сначала ко мне пришел Келлз. Ну, ты помнишь. Сказал, что я позарез нужен Беллману. Нес какую-то чушь о моей репутации игрока: мол, будет полезно для заведения. Предложил кучу денег. Я смекнул, что на Беллмана кто-то наезжает, вот он и хочет прикрыться моей сноровкой, если станет жарко. У меня хватало проблем в прошлом, поэтому я отказался от предложения и прогнал Келлза. Когда он ушел, мне позвонили. Девушка. Та самая, с которой я вчера явился.

– Кто она? – спросил Питер.

– Хороший вопрос. Думаю, подруга Шульца. По крайней мере, я познакомился с ней у него дома – толстяк как раз хотел свернуть девчонке шею. Больше ничего не знаю. Может, что всплывет по ходу рассказа.

Значит, она звонит и советует не связываться с Беллманом. Говорит: «Не хочется вас хоронить». Так и сказала. Ладно, меня таким не проймешь. Думаю: надо потолковать с Беллманом. Перед этим иду к Шульцу.

Как ты знаешь, толстяк держит игорный клуб, а я снимаю там кабинет. Мы давно знакомы, и до недавнего времени я думал, что он мужик неглупый. Имеет связи, знает, что почем в Бентонвилле. Приехал в город, как только стало понятно, что здесь можно озолотиться. Я не знал, что мне звонила Лорелли, и понятия не имел, что Шульц с ней знаком. Если бы знал – не разболтал бы о том звонке. Но вышло так, что разболтал. Вот такое я трепло. Из разговора с Шульцем я вынес только одно: похоже, Беллман боится Спейда. Забавно, что все в городе упирается в этого парня. Будет интересно им заняться. Однако, я вижу, что Шульц где-то умалчивает, а где-то привирает.

Далее, иду к Беллману, мило беседую с ним, и тут в кабинет врывается какой-то карлик с пугачом в клешне и пару раз пуляет в Беллмана. Я так перепугался, что пролил виски прямо на карличью рожу. Беллман жив-здоров, а коротышка вспоминает, что у него остались другие дела, и сваливает.

Добавлю, что Беллман становится слегка желтоват с лица. Раскалываться не хочет, и я с ним прощаюсь. Мне приходит в голову, что стоит перемолвиться с Шульцем, и я иду к нему домой. Заглядываю в окно. Радуюсь своей осмотрительности, поскольку вижу, что Шульц наклонился над этой малышкой Лорелли, в руках у него – веревка, на веревке – петля, а в петле – девчонкина шея.

Потихоньку открываю окно и советую толстяку не дурковать. Тут Лорелли начинает верещать, и я понимаю, что это она звонила мне по поводу Беллмана. Решаю, что девчонке не повредит моя компания, и забираю ее с собой. Шульц, похоже, не в восторге, начинает палить во все стороны и чуть не доводит меня до инфаркта.

Привожу девчонку к тебе, дальше ты знаешь. Еще один момент: она молчит как рыба. Но что-то знает. Шульц приказал ей не болтать, грозил расправой. Вот, теперь все.

Питер закатил глаза:

– А Тимсон здесь каким боком? В твоем рассказе про него ни слова.

– Я о нем вспомнил только вчера вечером, когда его упомянула твоя подружка. Он раньше был распорядителем в «Ше Паре». Видимо, шестерка Беллмана. Как он оказался в спальне? Спроси чего полегче.

– Наверное, его убила Лорелли, – помявшись, сказал Питер. – Думаю, Тимсон пришел по ее душу, а девка разделалась с ним и свалила.

– Почему Тимсон? Он никак не связан с Шульцем. Ладно, если бы там лежал Джо.

– Джо? Кто такой Джо? – недоуменно спросил Питер.

– Парнишка один, служит у Шульца шофером.

– Можем хоть весь день просидеть, проблема не рассосется, – сказал Питер. – Нужно звонить в полицию.

– Конечно. Но что мы скажем? Будем упоминать Шульца и Лорелли?

– Придется. Иначе спросят, почему я спал не в кровати, а в кресле.

– Думаю, надо позвонить Полу, разрядить атмосферу, – сказал Дюк и набрал номер.

Питер расхаживал по комнате, то и дело затягиваясь сигаретой. Дюк задумчиво наблюдал за ним, пока в трубке не раздался голос Шульца.

– Пол? Это Гарри.

Повисла пауза.

– Чего надо? – проскрежетал Шульц.

– Не знаешь, где Лорелли?

– Тебе-то что?

– Не тупи. Дело серьезное. Вчера я привез девчонку к Питеру Каллену, а теперь ее тут нет.

– Что за чушь ты несешь? – В голосе Шульца послышалась издевка. – Похоже, ты вчера крепко набрался, Гарри.

– Значит, я набрался. – Лицо Дюка окаменело. – Откуда такая уверенность?

– Одно из двух: или пьяный был, или рехнулся. Лорелли не отходила от меня – ни вечером, ни ночью. Вот она, сидит рядом. Не веришь – спроси Джо, он подтвердит.

– Погоди. – Гарри чувствовал, что Шульц вот-вот повесит трубку. – Не нужен мне Джо. Дай Лорелли.

– Не думаю, что она захочет с тобой беседовать. Но спрошу. – Толстяк бросил в сторону: – Звонит Гарри Дюк. Хочет с тобой поговорить.

Лорелли взяла трубку.

– Да? – Голос девушки был ледяным.

– Что происходит? Шульц говорит, ты провела у него всю ночь. Только не вздумай его покрывать.

– А где, по-вашему, я была?

– Ну ты и дура, сестрица! – Дюк разозлился. – Вчера, когда я заглянул к нашему упитанному другу, он готовился тебя придушить. Хорошо, я помешал. Ты бы держалась меня, не то пропадешь. Куда ты подевалась прошлой ночью?

Лорелли передала трубку Шульцу:

– Совсем сдурел ваш Дюк. Сами с ним разговаривайте.

Не дожидаясь ответа, Гарри повесил трубку и пристально посмотрел на Питера:

– Она вернулась к Шульцу. Говорит, была у него всю ночь. Джо подтвердит. Нужно что-то придумать, Пит, иначе копы нас прижмут.

– Чушь какая. Ей не отмазаться.

– Почему нет? – Дюк потянулся. – Если не сумеем объяснить, откуда взялся Тимсон, все повесят на нас. Копам будет за счастье пришить мне хоть какое-то дело.

– Черт, что же делать? – сказал Питер, приглаживая волосы.

– Погоди пока. – Дюк пошел в спальню, спустя несколько минут вернулся. – Пусть это будет самоубийство. Антураж готов, осталось подложить бритву.

– Боже правый! Так нельзя! Когда копы разберутся – нам не поздоровится.

Дюк был непреклонен:

– Пока они будут разбираться, я доберусь до настоящего убийцы. К тому же эта затея вполне может выгореть. – Гарри ушел в ванную и вернулся с бритвой Питера. – Я мигом. – И снова скрылся в спальне.

Питер налил еще один стакан. Почему бы и нет?

Дюк вышел из спальни, закрыл дверь, сел и поморщился.

– Выглядит убедительно. Теперь – наша история. Вчера мы встретились – ты, Клэр и я. Ты проводил девушку и заехал ко мне. Мы выпили, пошли прогуляться. Встретили Тимсона, вдрызг пьяного. У него была бутылка скотча, мы помогли ее допить. Тимсон вырубился, мы притащили его сюда, уложили на кровать, сами устроились в креслах. Утром ты пошел в ванную, не нашел бритву, пошарил по углам и обнаружил Тимсона. Пусть копы выясняют, зачем он это сделал.

– Какой-то бред. Ты же не знаешь, где этот парень шлялся весь вечер. Кто-нибудь мог его видеть.

– Не важно. Он явился сюда с трех до четырех утра. Значит, в это время мы с ним и встретились. Если не спалишься, разыграем как по нотам.

– Ты, Гарри, выжил из ума, – печально произнес Каллен. – От тебя одни неприятности.

– Проехали! – отрезал Дюк. – Раз попали в переплет, нужно выбираться.

Зазвонил телефон. Питер снял трубку.

– Привет, – сказала Клэр. – Не знаешь, где найти Гарри Дюка?

Каллен почувствовал внезапный укол ревности.

– Зачем он тебе? – спросил он, стараясь не выказать обиды.

– Только не сердись, – взмолилась Клэр. – Я по поводу Тимсона.

– Тимсона? А что с ним?

– Помнишь, вчера Дюк просил позвонить, если Тимсон купит землю? Вот, звоню. Он приобрел Пиндерз-Энд.

– Секунду, Клэр. – Питер посмотрел на Дюка. – Тимсон купил Пиндерз-Энд.

Гарри шумно выдохнул:

– Вот это новость. Можно поговорить с Клэр?

Питер сунул ему трубку и отступил в сторону:

– На здоровье. У нас свободная страна.

– Только на первый взгляд, – сухо произнес Дюк. – Это Гарри, – сказал он в трубку. Услышал дыхание Клэр, снова ощутил странный комок в горле.

– Я пыталась до вас дозвониться, мистер Дюк.

– По поводу Тимсона? Вы говорите, он купил Пиндерз-Энд?

– Да, вчера закрыли сделку. Он выступил от имени «Земельного общества Бентонвилля». Что за общество – никто не знает.

– Спасибо. Постараюсь выяснить. Но не могу сказать, что покупка его осчастливила. Вчера ночью мы встретились, выпили лишнего. Тимсон заночевал у Питера, а утром мы нашли его мертвым. Горло себе перерезал.

– Кому ты мозги пудришь? – Питер нетерпеливо хрустнул пальцами.

Дюк жестом велел ему молчать.

– То есть Тимсон мертв? – сказала Клэр. – Самоубийство?

– Ага. Только что нашли. Вчера он был какой-то мутный, но мы и не думали, что все так обернется. Сейчас будем звонить в полицию.

– Я еду к вам, – произнесла Клэр упавшим голосом. – Думаю, у Питера будут неприятности.

Дюк плотно сжал губы.

– Неприятности будут у нас обоих. Ничего, справимся. Питеру не повредит лишняя известность.

– Я все равно приеду. – В трубке раздались короткие гудки.

– Похоже, она волнуется за тебя. – Дюк аккуратно поставил телефон на место. – По голосу слышно.

– Ну что поделать? – Питер отвел взгляд. – Пожалуй, позвоню на работу.

– Успеешь. – Дюк снова снял трубку. – Сначала в полицию. Соберись, Пит. Скоро нас будут раскалывать.

– Пусть попробуют, – ответил Питер.

Дюк кивнул и набрал номер полицейского участка.