– На самом деле верный термин – внеземной, а не чужой, Феликс. Если ты хочешь, чтобы тебя воспринимали серьезно, очень важно правильно употреблять термины, – голос Селвига звучал неожиданно строго. Унизительная сцена в «Кричащем долларе» и нагоняй, который он получил от Анжелики Тан, подействовали на него удручающе. Он надеялся, что плотный обед, приятный разговор и уютная обстановка приведут его в чувство. Но пока что это не работало.

– Эрик, я миллион раз слышала, как ты говоришь слово «чужой», – прокомментировала Дарси.

Селвиг сжал губы и прищурился.

– Мне нужно подышать свежим воздухом, – произнес он, выходя из-за стола. И, свесив голову, угрюмо поплелся на улицу, как ребенок, которого только что отправили в его комнату.

– Кажется, плачу я, – произнесла Дарси, глядя на чек. – В который раз.

Феликс был знаком с Селвигом совсем недавно, но уже понимал, насколько он выдающийся ученый, и ломал голову над тем, как помочь ему избавиться от страхов.

– Скажи честно, Дарси, мы только что познакомились, и ты считаешь, что я не знаю ничего о докторе Селвиге, но я много за ним наблюдал. Особенности его поведения и все такое. Иногда он прямо на расслабоне. Мы болтаемся вместе, как отец с сыном. Иногда он ведет себя легкомысленно: что-то бормочет, потом переключается на другую тему. Мне он очень нравится, не пойми меня неправильно, – Феликс оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что Селвига нет поблизости. – Но я боюсь, что он погружается в темноту.

Дарси очень хороню было знакомо это чувство.

– Да, – произнесла она и задумалась. – Скипетр Доки действительно что-то сдвинул у него в мозгу. Потом ему стало лучше. Казалось, он излечился и ему хорошо. А после Истребления он вновь стал разваливаться на куски.

– Нам нужно как-то вернуть его в строй, – произнес Феликс.

– Легко сказать. Тебе это не понравится, но я довольно давно работаю на Эрика Селвига. Так что могу рассказать об особенностях, которых он сам у себя не замечает. Если я что-то и поняла, так это то, что он любит решать проблемы в одиночку. И не всегда готов принимать чужую помощь.

– Упрямый? Пф, это еще не самое худшее, – ответил Феликс.

– Все, что я хочу сказать, – не удивляйся, если он решит тебя оттолкнуть, – произнесла Дарси.

– Если он отталкивает людей, то почему ты все еще с ним?

– Стоматология, она входит в соцпакет, – ответила Дарси. Она нервно вертела в руках соломинку. – Слушай, все с Эриком будет в порядке, – она сделала большой глоток газировки. – Ну, надеюсь.

– Эта история про Тора, Джейн и Камень Реальности совершенно дикая. Я видел кое-что по телевизору: экстренные выпуски новостей и все такое – но никогда не догадывался, что там на самом деле произошло.

– А что, Эрик тебе об этом не рассказывал? Хм, кажется, не такие уж вы коллеги и братаны, как ты пытаешься представить.

– Я что, должен заревновать теперь? Думаешь, я настолько дурачок? Что ж, вот тебе немного фактов обо мне, – произнес Феликс. – Я до сих пор не верю, что мы с ним познакомились. Когда он въехал в мотель «Морячок», я чуть с ума не сошел. Это было невероятно. Статистика не сильная моя сторона, но самый выдающийся астрофизик на планете совершенно неожиданно вселяется в мотель, в котором по случайному стечению обстоятельств живу я? Вероятность того, что это случится...

– Близка к нулю?

– Да, типа того.

– Объясни мне, как такой малыш, как ты, мог самостоятельно проживать в мотеле?

– Что тут скажешь? Я хитрый, – усмехнулся Феликс. – Половина постояльцев исчезла. Я заполнил пустоту. А тупой Кен не задавал мне лишних вопросов. Все, что ему было нужно, – это своевременная оплата аренды. Я накопил немного денег. Надеялся, что смогу самостоятельно добраться до Калифорнии. Я читал, что там есть одна школа. И вот, я начал копить деньги на автобусный билет. Работал по ночам, а днем учился. Я слышал, как Эрик разговаривает Сам с собой, рассуждая о научных теориях, каждый раз, когда проходил мимо его комнаты. Однажды я взял и постучал. Он впустил меня, и мы обсуждали науку весь день. Точнее, больше говорил он, а я слушал. Он был не совсем в себе, но мне было плевать. Он же невероятно умен! Он говорил, что если Истребление случилось, значит, все, что нам известно, – это ложь и больше ничто не имеет значения.

– Мрачновато, – пробормотала Дарси. – Ты через многое прошел, парень. Должна отдать тебе должное. Я бы на твоем месте могла только лежать, свернувшись калачиком.

– Я не настолько испуган, как ты думаешь.

– Я не это имела...

Феликс помотал головой.

– Я уже не ребенок.

– Мы знакомы меньше дня. Расслабься.

Феликс ударил кулаком по столу.

– Мне тоже нужны ответы! Моя жизнь не будет зависеть от Вселенной! Только от меня! – но его гнев улетучился так же быстро, как появился, когда ему в голову пришла следующая мысль: – Как думаешь, Камень Реальности – это на самом деле Радикальный Квантовый Селектор?

– А мы можем хотя бы минутку не говорить о науке? – простонала Дарси. – Серьезно. Мир сошел с ума, а наш дорогой предводитель, – она выглянула в окно и увидела, что Селвиг, похоже, о чем-то увлеченно спорил сам с собой, – на волоске от безумия. Теперь мы направляемся к какой-то горе, чтобы встретиться с Аноки. Непонятно, зачем. Я устала. Я уже не уверена в том, что все, что мы делаем, ведет к открытию какой-то великой истины. Так что, пожалуйста, давай сменим тему. Мне хочется поболтать о чем-то бессодержательном. Например, о сериалах или косметике.

Феликс внимательно посмотрел на лицо Дарси.

– Но ты не пользуешься косметикой.

– Пользовалась бы, если бы у меня была возможность с кем-то это обсуждать! – возразила девушка. – Вундеркинд ты или нет, но неужели тебя, двенадцатилетку, ничего кроме науки не интересует? Не знаю, сладости, или игрушки?

– Думаешь, мне это интересно? -– произнес Феликс, закатывая глаза. – Может, еще спросишь, какой костюм я надену на Хеллоуин?

– И какой же костюм ты наденешь?

Феликс застонал, сползая с кресла.

– Еще не знаешь, да? Мне это знакомо. Вампиры – это тупо. Ведьмы – устарело. Понимаю. Почему бы не Железный Человек? Кажется, сейчас он в моде, – произнесла Дарси.

Феликс сел обратно на диван.

– Нет, серьезно, что думаешь по поводу Железного Человека? Он же крутой, правда?

– Да, Старк крутой, – согласился Феликс. – Но доктор Фостер мне больше нравится.

– Да, мне тоже, – Дарси как будто что-то вспомнила. – У нее моя любимая кепка. Или была моя любимая кепка. Не хочу сейчас об этом думать.

Феликс покопался в карманах, достал грязный катышек из ниток, кусочек бумаги, немного мелочи. Разворошил эту кучу хлама, нашел десятидолларовую купюру и подтолкнул ее к Дарси.

– Убери деньги. В этот раз плачу я, – произнесла та. Заметив, что в горке мусора затерялась вырезка из газеты, она взяла ее в руки и отряхнула. – Это твои родители?

– Да, – тепло произнес Феликс, посмотрев на фотографию. Они с родителями стояли на сцене Нью-Йоркского зала науки, благодарно принимая грант на исследования. – Наука у нас в крови.

– Причем буквально.

Тук-тук-тук.

Селвиг пальцем барабанил по окну кафе снаружи. Он нетерпеливо ходил по парковке, размахивая руками в разные стороны и бесконечно повторяя: «Поехали! Поехали!».

– Мы выходим, – произнесла Дарси четко, чтобы он прочел по губам. – Держи себя в руках, дружище.

Официантка подошла к столику, чтобы отдать им сдачу.

– Вы отличные посетители и все такое, но вам стоит успокоить своего спутника, – заметила она, указывая на Селвига. – Он нам всех посетителей распугает.

– Нас он тоже пугает, мэм. Именно этим он сейчас и занимается. Спасибо за гостеприимство! – произнесла Дарси. – Ну что ж, отправляемся к нашей следующей цели.

* * *

– Оно здесь! Наверху! – бормотал Селвиг, тыча указательным пальцем во всех направлениях. – Выше, выше, выше! Хватит копаться! – Дарси и Феликс видели только себя самих, занимающихся скалолазанием в горах Сангре-де-Кристо. Это было последнее, что бы они хотели делать. Солнце ярко светило, воздух был свежим, а чириканье птиц наполняло небеса. По крайней мере, в данный момент.

– Ты мог бы просто позвонить Аноки, – произнесла Дарси, пытаясь нащупать ногой новый выступ в скале, – и сказать: «Эй, дружище! Случайно не знаешь, где сейчас доктор Фостер?». Это сэкономило бы нам время, потраченное на крайне мучительный подъем в гору.

– У Аноки нет телефона. Блестящий ум, без сомнений, который тем не менее решает пренебречь благами современной цивилизации ради естественной жизни на лоне природы, – произнес Селвиг. – Круг наших задач расширился, Дарси. Этот подъем наполнил мой мозг новыми силами.

– Прекрасно. «Мэри Джексон» была бы рада это услышать.

За годы работы в Калверском университете Селвиг курировал всего горстку учеников. Но таких одаренных, как Аноки, даже среди них было мало. Аноки удалось не только поступить на факультет теоретической астрофизики, но и далеко продвинуться в науке, получить несколько грантов, премий и одобрительных рецензий уже к концу второго курса. При этом держался он не просто скромно, но, можно сказать, робко. Селвиг знал, что Аноки обладает блестящим умом, страстью к познанию и любопытством, хотя, честно говоря, пол ученика так и остался для него загадкой. Ученый хотел, чтобы Аноки продолжал научные изыскания, но целью ученика всегда был личностный рост, а наука – лишь увлечением. Аноки ушел из института и изобрел приложение, которое позволило путешественникам выстраивать маршруты в зависимости от прогнозов погоды. Приложение оказалось таким успешным, что Аноки решил использовать эти деньги, чтобы начать новую главу своей жизни вдали от цивилизации. Хотя Селвиг знал, что для Аноки так лучше, он тяжело воспринял его уход из науки.

Неожиданная вспышка молнии прервала его воспоминания. Последовал раскат грома, темные облака разродились стремительно усиливающимся дождем.

– Мы обречены, – произнесла Дарси. Она закрыла глаза и позволила потоку с небес промочить ее насквозь.

– Обожаю! – произнес Феликс, вытягивая руки с таким видом, как будто дождь послал ему облегчение после долгого и жаркого подъема в гору.

Вдруг Селвиг заметил где-то на склоне холма пещеру.

– Сюда! – скомандовал он.

Дарси, Феликс и Селвиг добрались до укрытия и решили остаться тут и обсохнуть. Пещера была усыпана древними на вид скелетами различных животных. Втроем они прошли вглубь настолько, насколько позволил свет.

– Хм, – пробормотал Селвиг, – я думал, что Аноки живет здесь, но место не выглядит обитаемым.

Дарси аккуратно отодвинула в сторону скелет енота.

– Если только твой друг не занимается темной магией, – пошутила она. – Аноки проводит ритуалы с жертвоприношениями? Если дело в этом, то я пошла обратно в машину.

– Эти кости – часть глобальной экосистемы леса, – пояснил Селвиг. – Аноки никого не приносит в жертву. По крайней мере, я об этом не знаю.

– Э-э-эрик! – послышался радостный голос из другого конца пещеры. – Сообщите духам, зачем вы пришли к ним сегодня.

– Ой, это странно, – произнес Феликс.

– Кто идет сюда?! – прокричал Селвиг. – Покажитесь!

Высокая худая фигура Аноки, одетого в длинное, затейливо украшенное пончо, будто вплыла в пещеру. Его ясное, оливкового оттенка лицо ничего не выражало. Шелковые волосы до пояса развевались на ветру. Мягкие голубые глаза Аноки глядели Дарси прямо в душу.

– О боже, – тихо сказала она.

– Добрый вечер, – произнес Аноки с легкой улыбкой. – Ты что, подумал, что за тобой пришли темные силы, Эрик? Именно поэтому так вопишь? Что ж, приятно осознавать, что я не потерял способности изменять голос. Я очень давно не применял ее. Забавно наблюдать за тем, как тебе сейчас стыдно.

– Привет, Аноки, – с облегчением в голосе произнес Селвиг. – Как ты узнал, что мы здесь?

– Предки нашептали мне об этом в снах, – произнес Аноки. – Шучу. Я еще за милю услышал, как вы карабкаетесь по склону, и ты гавкаешь и отдаешь приказы своим бедным помощникам. Это звучало так знакомо. Примерно так же ты на меня рявкал, когда я на первом курсе опаздывал на занятия.

– Знаешь, «время изменчиво» – это была очень плохая отговорка, – произнес Селвиг.

– И тем не менее это правда. Время в самом деле изменчиво, как и многие другие вещи, как пол, например. Это очевидно, – ответил Аноки. – Мой лагерь расположен недалеко отсюда. Он замаскирован, разумеется. Идемте. Я поставлю чай, – Аноки махнул троице рукой, чтобы они следовали за ним, и направился вглубь прохладной темноты.

* * *

– Добро пожаловать. Ваша одежда высохнет моментально, – произнес Аноки, предлагая гостям войти в свой домик на дереве. Жилище было просторным и круглым, украшенным висящими тканевыми перегородками, креслами-мешками и большими подушками. Повсюду были полки со специями, горы книг и ведерки со свежими овощами, такими аппетитными, что они сами просились в рот. Кристаллы и геоды были разложены в определенном порядке. В углу – труба с вентилем, очевидно, служившая источником воды. Ни единого электронного приспособления заметно не было.

– Зачем ты и твои помощники пришли сюда, Эрик? – спросил Аноки, расположившись поудобнее. – Давай сразу перейдем к делу.

– Хорошо. Мы ищем доктора Джейн Фостер, – ответил Селвиг.

– Здесь ее точно нет, – заверил Аноки. – Вы уверены, что именно за этим пришли? Не стесняйся, Эрик. Дело действительно в докторе Фостер?

Селвиг взвыл:

– Этот допрос уж точно не поможет делу!

– Ладно, давай подумаем. Половина планеты обратилась в прах. Тебе стоит хотя бы допустить факт того, что физического тела доктора Фостер больше нет с нами, она сама растворилась в пространстве, а ее сознание отправилось в лучший мир. Может быть, эти соображения облегчат тебе задачу.

– Не будь жестоким, Аноки, – произнес Селвиг.

– И не пытаюсь. Просто строю предположение и вежливо предлагаю тебе его рассмотреть, – ответил тот. – Кстати, какова твоя личная теория по поводу Истребления?