Разницу она почувствовала уже в частном самолете.

Как только Кейт взошла на борт, она поняла, что никогда больше не сможет наслаждаться полетом в экономклассе. В самолете Шона были кожаные сиденья, мягкий ковер на полу, в котором утопали ее ноги, и стюардесса, единственной обязанностью которой была забота о комфортном полете пассажирки Кейт. К сожалению, эта расторопная женщина не могла помочь своей подопечной избавиться от нервного напряжения.

Нервное напряжение возросло, когда самолет приземлился и Шон повез ее в свой пентхаус в доме у пляжа. Размер квартиры ошеломил Кейт. Там, в Вайоминге, она познакомилась с Шоном — обычным парнем, который любил серфинг. Она знала, что он богат, но только сейчас поняла насколько. Его дом продемонстрировал ей разницу между его и ее жизнью.

Просторная гостиная была обставлена со вкусом подобранной мебелью.

На полированных паркетных полах лежали ковры нейтральных цветов. Одну стену полностью заменили окна с видом на Тихий океан. Через застекленные створчатые двери можно было попасть на террасу, расположенную по всей длине здания. Бриз лениво колыхал шторы.

Кейт бродила по квартире. Она была одна, как и прошедшей ночью. Шон не стал заставлять ее делить с ним постель, что несколько разочаровало ее. Кейт спала в одной из комнат для гостей.

Когда она проснулась сегодня утром, Шона уже не было дома. Но он оставил ей записку в гостиной.

«Я пошел заниматься серфингом. Чувствуй себя как дома. Вернусь через пару часов, и мы поедем в офис».

Итак, Кейт приготовила себе кофе в его огромной невероятной кухне и постаралась не завидовать тому, что у нее нет такой плиты с шестью конфорками, нет морозильника и столешниц из черного гранита. Она была готова поспорить, что Шон мог приготовить себе только бутерброд и чашку кофе. Кейт никогда бы не поверила, что он действительно использует всю технику, которой была напичкана его кухня.

Вздохнув, она отправилась со своим кофе на террасу, где села в одно из кресел и стала наслаждаться видом океана. В июне серые облака каждое утро зависали над побережьем Калифорнии, придавая океану вид расплавленного свинца. Эти облака держали температуру воздуха некоторое время под контролем, не давая ему моментально накаляться. Океан был безграничен. Волны с гребнями белой пены перекатывались вдали. По поверхности океана скользили лодки и доски для серфинга.

«Интересно, где среди них доска Шона?» — Кейт наблюдала за серфингистами и думала о мужчине, который привез ее сюда, и о том, что же она будет здесь делать несколько дней. Когда зазвонил телефон, она с облегчением вынырнула из круговорота своих далеко не оптимистичных мыслей.

— Привет, Молли!

— Привет! Как твои дела?

— Ну, я сижу на террасе, выход на которую предусмотрен только из одной квартиры. Это шикарный пентхаус с видом на океан.

— Да, звучит невероятно круто.

Кейт рассмеялась:

— Ты еще не видела его кухню!

— Ну, в отличие от тебя я не интересуюсь всеми этими кухонными приборами. А как там Шон? Что происходит между вами?

— Ничего. — Кейт отхлебнула кофе из чашки и вздохнула. — Я не знаю, почему я здесь. Я клянусь, даже несмотря на то что он настаивал, что эта поездка связана с бизнесом, где-то внутри я думала, что он хочет затащить меня к себе в постель. Но он ничего не предпринял этой ночью. Ничего. Он просто проводил меня в комнату для гостей.

И этот факт беспокоил ее. Она полночи лежала без сна, представляя себе, как он выйдет из своей комнаты и придет к ней.

— Да, это просто грустно, — согласилась Молли.

— Более чем! Тем более что он флиртовал со мной и пытался соблазнить меня с момента его приезда в Вайоминг. А теперь вдруг успокоился. Он действительно очень спокоен, не похож на парня, с которым я познакомилась у себя дома. И, кроме того, я замечаю, что он наблюдает за мной!

— Но это не означает ничего плохого!

— Он, скорее, изучает меня. Я как будто под микроскопом, и он пытается понять, к какой разновидности людей я отношусь.

— Ты сейчас все слишком близко принимаешь к сердцу, — сказала Молли.

Но Молли не знала Шона так хорошо, как Кейт. Может быть, они знали друг друга только несколько месяцев, но их общение было интенсивным с самого начала. Когда Кейт была вместе с Шоном, она начинала радоваться жизни. Она любила спорить и смеяться с ним, и ей нравилось, когда он обнимал ее.

— Я думаю, что у него какие-то планы.

— Может быть, у тебя паранойя? — рассмеялась Молли.

— Молли, он сказал мне, что хочет ребенка. Судя по этой квартире, по частному самолету, денег у него достаточно, чтобы получить полную опеку над ребенком, если он захочет. У меня не будет ни малейшего шанса.

Настроение ее подруги мгновенно изменилось.

— Не думай об этом, Кейт. Не причиняй себе боль! Не ищи проблем. Подожди пока, скоро все твои сомнения развеются. Сделай одолжение себе самой. Наслаждайся природой, комфортом. Перестань беспокоиться о том, что может произойти! Еще ничего не случилось!

«Хороший совет», — подумала Кейт, когда они закончили разговор. Только она не знала, может ли она последовать этому совету. Она беспокоилась всегда, с тех пор как себя помнила. Когда умерла ее мать, она начала беспокоиться за жизнь отца. Она настояла на том, чтобы сопровождать его на работу каждый раз, когда ей не нужно было идти в школу. Потом она начала беспокоиться за учебу. А когда она вышла замуж на Сэма, она боялась, что что-то сможет нарушить их счастье. И к сожалению в тот раз она не ошиблась. Как она могла перестать беспокоиться, когда над ней нависла угроза потерять своего ребенка?

— Кейт, ты здесь? — послышался голос Шона.

Она поднялась с кресла и пошла обратно в квартиру. На какие-то доли секунд она действительно постаралась забыть о своих тревогах и наслаждаться жизнью здесь и сейчас. Наслаждение было видеть сейчас Шона. Его волосы были еще влажными. Доску для серфинга он нес под мышкой, а мокрый плавательный костюм он спустил до пояса, оставив грудь и руки открытыми.

Он был так красив, что у Кейт мгновенно перехватило дыхание, ей стало жарко, и она не смогла произнести ни слова в ответ. Усилием воли она заставила себя оторваться от вида его мускулистого тела.

— Привет! — воскликнул Шон и бросил свою доску на пол. В мгновение ока он оказался рядом, протянул к ней руки и спросил: — Как ты себя чувствуешь? Ты немного бледная! Это из-за ребенка?

А она могла в этот момент думать только о том, как прекрасно он пахнет. Но она смогла взять под контроль свою единственную активную клетку головного мозга, затем подождала, когда к этой клетке подтянется пара-тройка других, и только тогда смогла ответить ему:

— Со мной все в порядке!

Но он по-прежнему выглядел встревоженно.

— Со мной действительно все в порядке. И с ребенком. — Она быстро сменила тему, пока он не потащил ее к какому-нибудь врачу. — А как ты провел время?

— Больших волн не было, но я был рад, что снова вышел в океан. — Шон пожал плечами и провел руками по мокрым волосам. Его грудные мышцы немного напряглись, и Кейт изо всех сил захотелось положить на них свои ладони. Поэтому она решительно сжала кисти в кулаки. — Я сейчас быстро приму душ, а потом мы поедем в офис.

— Хорошо, — ответила Кейт. Она не хотела представлять его в душе. Может быть, он специально вошел в квартиру в таком виде, чтобы произвести на нее впечатление? Но он вышел из комнаты, даже не обернувшись, даже не улыбнувшись ей, и просто оставил ее стоять, где стояла.

Так что же ему было нужно? Какой у него был план?

Никакого плана у Шона не было. Его по-прежнему терзала мысль, что Кейт была чьей-то женой. Ему было неприятно от того, что она не рассказала ему о своем браке. Что это могло значить? Когда он зашел в квартиру, он прекрасно понял ее мысли, которые она не озвучивала. Он прочитал в ее глазах страсть. Желание. Она тщетно пыталась скрыть свои чувства. Но он не собирался быть заместителем ее покойного мужа. Ему стоило огромного труда сдержаться и не броситься к ней через все комнату, чтобы обнять ее. А потом она так побледнела, что его гнев сменился паникой.

Он приглядывал за ней, чтобы понять, что с ней происходит. Когда он убедится, что с ней все в порядке, он задаст ей пару вопросов.

В офисе он наблюдал за ней во время обсуждения проекта в отделе, слышал, как расслабленно она смеется какой-то шутке Дейва. Она откинула назад свои распущенные волосы и склонилась над плечом Дейва, когда он вносил какие-то пометки на своем компьютере.

«Зачем она стоит к нему так близко?» — недовольно подумал Шон.

— Она мне нравится.

Шон посмотрел на подошедшего к нему брата. Брат разглядел, что Шон пристально наблюдает за Кейт.

— Да, она хороший специалист. Ты видел, как быстро она поняла идею сделать крыши коттеджей разными? Мне понравилось, как ловко ей удалось убедить в этом архитектора, который изначально был против.

— Я заметил, — сказал Майк, дружески подтолкнув Шона плечом. — Но я говорю не только о ее работе. Она мне просто нравится. Она приятная, смешная, симпатичная.

Шон закатил глаза. Майк не отличался особой чуткостью.

— Она такая и есть. Кажется, Кейт и Дженни поладили.

Майк кивнул, глядя, как его жена присоединилась к Кейт и Дейву за компьютером. Они оживленно что-то обсуждали, и Шон был уверен, что они придут к единому мнению. Его взгляд был прикован к Кейт, на которой были черные брюки и желтая рубашка с коротким рукавом, обрисовывающая ее округлившийся живот. Какое-то новое чувство вдруг завладело им. Желание защитить ее, желание быть рядом с ней? И что-то еще, что он не мог назвать словами. Это был не ребенок, которого он так хотел, это была Кейт.

— Ты постоянно пялишься на нее, — пробормотал Майк.

— Что? — Шон бросил на него быстрый взгляд. — Ты это заметил только потому, что сам постоянно пялишься на меня. Перестань. У тебя полно других дел, вот и иди.

— Нет, я могу себе позволить быть где хочу. Это преимущество босса. И прямо сейчас я хочу посмотреть, как у моего брата текут слюнки от вида беременной женщины. — Майк хмыкнул, когда Шон обернулся и уставился на него. — Да, Шон? Ты хочешь что-то сказать классу?

Шон раздраженно дернул головой и отошел от брата, хотя знал, что тот не оставит его в покое. Даже войдя в кабинет Майка, Шон продолжал ходить из угла в угол.

— Итак? Это твой ребенок?

Шон остановился, взглянул на Майка и вздохнул:

— Да, это будет девочка.

— Девочка? — Майк улыбнулся до ушей. — Это прекрасно! Поздравляю тебя! А мы узнаем завтра, кто у нас родится.

Шон кивнул, он знал, как Майк радовался тому, что скоро станет отцом. Он и Дженни были настоящей семьей, они строили планы на будущее. А Шон сейчас знал только то, что будет отцом. Он никогда не задумывался о будущем. Он всегда жил одним днем. Но в последнее время его жизнь начала меняться, заставляя его пересматривать свои взгляды.

— Это замечательно, Майк, — сказал Шон, проводя рукой по волосам. — Я рад за вас.

— Спасибо. — Майк пересек комнату и присел на угол своего стола. — А что происходит с тобой?

— О, — Шон попытался рассмеяться, — ничего особенного. Я только что узнал, что стану отцом. Женщина, которая ждет от меня ребенка, не хочет иметь со мной ничего общего, и, оказывается, она была замужем, однако ее праведный супруг умер два года назад.

— О, на тебя много свалилось в одночасье.

— Ты так думаешь? — Шон упал в кресло, вытянул ноги перед собой и сложил руки на животе. — Я никак не могу успокоиться и понять, почему она не рассказала мне, что была замужем. Понятно, мы только познакомились и у нее не было повода, чтобы рассказать мне об этом, но все же почему? Боже, я не понимаю даже то, почему меня так гложет этот факт.

— Правда не понимаешь?

— Она до сих пор любит того мертвого парня, Майк?

— Не знаю, — ответил его брат задумчиво. — Почему ты не спросишь ее об этом?

— Потому что она должна была мне рассказать про своего Сэма! — рявкнул Шон.

Эта мысль терзала его с того момента, как отец Кейт рассказал ему про ее брак и чем он закончился. Он сдерживался изо всех сил, чтобы ничего не сказать самому. Он считал, что Кейт должна рассказать ему об этом. Но, судя по всему, она не собиралась ему рассказывать ни о чем, что касалось ее прошлого. Поэтому он должен был что-то сделать, чтобы положить конец своему отчаянному ожиданию. Она думала о Сэме, когда целовала его?

— Послушай, — снова заговорил Майк. — Не так давно, когда Дженни доводила меня до белого каления, ты дал мне очень хороший совет.

— Это не то же самое, — прервал Шон своего брата. Майк любил Дженни. А Шон хотел Кейт. Это большая разница.

— Правильно. — Майк нетерпеливо кивнул и продолжил: — Как бы то ни было, ты сказал мне, что я должен поговорить с ней, обсудить все проблемы. И ты был прав. Почему ты не воспользуешься своим собственным советом? Поговори с ней, Шон. У вас же будет ребенок.

— Правильно. Но как? — Шон вскочил со своего кресла и снова начал бегать по кабинету. Бросив взгляд на Майка, он сказал: — Сейчас у меня на это нет времени. На следующей неделе запуск новой игры, и нам есть чем заняться. Кроме того, мы готовим сценарий для новой игры «Слезы дракона», она должна выйти в декабре…

— Да-да…

Шон остановился как вкопанный и метнул гневный взгляд на своего брата:

— Просто скажи мне, что ты обо всем этом думаешь. Когда ты со мной так легко соглашаешься, мне становится не по себе.

— Ладно! — Майк встал со стола и посмотрел прямо в глаза Шону. — Мы всегда справлялись с запуском новой игры и разработкой сценариев. Надеюсь, что так будет продолжаться еще лет пятьдесят. Но работа — это не все. Она не должна заменять тебе жизнь. Поэтому, — Майк потер рукой затылок, — начни жить, Шон. Ты привез Кейт сюда, так воспользуйся игрой на своем поле так сказать. Пойми сначала, чего именно хочешь ты, а затем иди и поговори с ней. И перестань мучить меня.

Шон рассмеялся, качая головой:

— Да, трогательно и душевно, Майк. Как раз в твоем стиле. Что касается времени для себя, то завтра я не планирую быть в офисе.

— Хорошо. Измени свое поведение до того, как ты сюда вернешься.

— Я поработаю над этим, — ответил Шон и вышел.

* * *

Несколько часов спустя Кейт сидела напротив Шона в самом изысканном ресторане, который она когда-либо посещала. На каждом столе мерцали свечи, белизну льняных скатертей оттеняли темно-красные салфетки и сияние хрусталя и столового серебра. Приглушенные голоса и мягкая классическая музыка наполняли пространство зала.

Кейт расправила салфетку на коленях. На ней было новое черное платье. Шон, который был неотразим в джинсах и рабочей рубашке, сейчас казался неописуемо красивым в сшитом на заказ черном костюме с голубым галстуком. Он выглядел так, как будто родился, чтобы украшать собой мир. И был настолько расслаблен и спокоен, что Кейт, напротив, почувствовала себя неуверенно. «Вот еще одна причина, — подумала она, — почему моя любовь к нему ничем хорошим не закончится. Мы слишком разные».

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал Шон, нарушая ход ее мыслей.

— Спасибо, — ответила Кейт.

Весь день между ними ощущалось какое-то напряжение. Кейт отметила, что с момента возвращения из Вайоминга Шон стал другим. Когда она осознала, что влюблена в него, то стала более осторожной в проявлении своих эмоций. Она опасалась, что одним неосторожным словом или жестом может выдать свои истинные чувства. И они оба кружили в осторожном танце, когда каждое слово взвешивалось и оценивалось, но важнее всего было оставшееся несказанным.

Во время ужина они вели разговор на отвлеченные темы, и Кейт ощущала себя гимнасткой на канате, отчаянно пытающейся не упасть.

— Как тебе нравится Калифорния?

Кейт улыбнулась.

— То, что я успела увидеть, мне очень понравилось. Мне нравится вид с твоей террасы.

Шон кивнул и улыбнулся уголком рта.

— Именно поэтому я купил эту квартиру. Мне нравится смотреть на океан, когда я просыпаюсь.

— Из твоей спальни тоже виден океан?

Он поднял бровь.

— Если бы ты присоединилась ко мне прошлой ночью, ты могла бы сама это узнать.

— Ты не пригласил меня.

— Тебе не нужно приглашение, и ты об этом знаешь.

О, если бы она пришла к нему прошлой ночью, вид из окна не интересовал бы ее вообще. И хотя ей хотелось говорить совсем о другом, она сказала:

— На самом деле это моя вторая поездка в Калифорнию. Правда, в первый раз мне было десять лет, и мои родители повезли меня в Диснейленд.

— Каждый ребенок должен иметь шанс попасть туда, — рассмеялся Шон.

— Ты-то, наверное, постоянно ходил туда.

— На самом деле, нет. Мои родители любили ходить в походы и изучать новые места. Они не любят развлекательные парки.

— Глядя на тебя сейчас, я ни за что бы не поверила, что ты провел свое детство в походах.

— А глядя на тебя, никто не скажет, что ты носишь пояс с инструментами так, как другие женщины носят бриллианты.

— Но я именно такая и есть. И я редко бываю в таких местах, как этот ресторан.

— А могла бы чаще.

— В маленьком городке Вайоминге не так много пятизвездочных ресторанов, — ответила Кейт, чувствуя, как ее сердце начинает биться. Она не чувствовала себя в Калифорнии как дома. Даже если им удастся принять решение, которое устроит их обоих, она не сможет остаться здесь. У нее было свое дело, от нее зависели люди и их семьи, и она хотела растить своего ребенка там, где выросла сама.

Его пальцы постукивали по столу, пока он внимательно смотрел на нее.

— Почему ты уставился на меня? — спросила Кейт.

— Мне нравится вид напротив, — ответил он.

— Ты опять включил любимца дам. — Кейт слегка улыбнулась. — Я все ждала, когда снова это увижу.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты стал очень тихим и спокойным, когда мы прилетели из Вайоминга.

Он посмотрел на ее живот.

— Мне теперь есть о чем подумать.

— Ты прав, — ответила она. Боже, как странно. Им надо так много обсудить, но они не находят правильных слов. — Ты часто приходишь сюда на деловые ужины?

Он улыбнулся, и его глаза блеснули в свете свечей.

— Не так уж часто.

— Но ты привел меня сюда. Почему?

— Тебе не понравилась еда?

— Еда была чудесная, но ты не ответил на мой вопрос.

— Ответ очевиден. Я хотел отвести тебя в приятное место. — Он встал, подошел к ее стулу и помог ей встать. — А теперь я хочу тебе что-то показать.

Она подала ему руку, и, как всегда при его прикосновении, по ее телу пронесся электрический разряд.

Как она будет жить без прикосновения его рук? Возможно, всю оставшуюся жизнь она будет думать о нем, скучать по нему.

— Куда мы идем?

— Это секрет. Ты ведь любишь секреты, Кейт?

Они ехали по побережью в его «порше». По правую сторону океан переливался бликами в лунном свете. По левую сторону от себя она видела мужчину, который так старательно разрушал возведенные ею защитные стены. Его шарм и его улыбка, а теперь его странно молчаливое поведение не давали ей покоя. Он так изменился из-за ребенка? Он обдумывал, как получить единоличную опеку? Или он сожалел о своих словах, что он хочет ребенка?

И что он имел в виду, когда говорил, что она любит секреты?

Она посмотрела на него в задумчивости. Почему ей теперь так сложно понять, что происходит у него в голове? Когда они только встретились, она поставила на нем штамп заносчивого богатого парня, но теперь она понимала, что ошибалась. Но каким именно он был сейчас?

— Ну и кто уставился сейчас?

— Я просто пытаюсь тебя понять.

Он резко рассмеялся.

— Не надо так глубоко копать, Кейт. Я достаточно прост для понимания.

— Я не стала бы пытаться, если бы ты сразу сказал мне, что тут происходит.

— Тогда будет неинтересно!

Она прикусила нижнюю губу, чтобы промолчать. Она понимала, что он намекает на ее отказ сообщать ему о ребенке. Но она сделала так, потому что понимала, что так будет лучше. Кроме того, она ведь извинилась за это.

Она замолчала и больше ничего не говорила до того момента, как он свернул направо по указателю на Вью-Пойнт. Шон припарковал машину, вышел и помог выйти Кейт. Взяв ее за руку, он повел ее к невысокому белому ограждению на краю утеса.

— Это одно из моих любимых мест, — сказал Шон, стараясь перекричать ветер, шум океана и оживленное шоссе за их спинами. — Когда у меня появилась первая машина, я любил приезжать сюда. Я садился на капот и часами смотрел на океан.

— Красиво, — произнесла она. Ей было не по себе из-за того, что они стояли так близко к обрыву.

— Верно. — Шон указал рукой куда-то, и Кейт посмотрела в этом направлении. — В хорошую погоду, как сейчас, можно увидеть все побережье. Если вечер туманный, то все видится как в сказке. Но большей частью ночи ясные, и если смотреть отсюда, то огни пляжа не кажутся такими яркими и резкими.

Кейт слушала его и представляла себе, как подростком он, сидя здесь, познавал мир. Ведь и она, когда была ребенком, приходила на озеро и смотрела на луну и звезды и на их отражение в воде.

— Огней здесь гораздо больше, чем обычно ночью в наших краях.

— И у вас есть огни, — сказал он, улыбаясь. — Они называются звезды. Никогда не видел так много звезд, как в Вайоминге.

— Верно. — Кейт поежилась от порыва свежего ветра и перевела взгляд на подножие утеса, где волны разбивались о камни.

— Холодно?

— Да, немного. — На самом деле ей было очень холодно, но, когда он обнял ее за плечи и притянул к себе, ей сразу стало жарко.

— Когда я был ребенком, — сказал он, — я приезжал сюда, и никто не знал, где я. Это было мое секретное место.

Он снова произнес это слово. Кейт посмотрела на него и увидела, что он, в свою очередь, тоже внимательно наблюдает за ней.

— Ты говоришь о секретах, Шон. Что ты имеешь в виду?

Его глаза сузились, и он продолжал смотреть на нее. Через пару секунд Кейт подумала, что он решил проигнорировать ее вопрос. А затем он спросил:

— Почему ты не сказала мне, что была замужем? Что твой муж умер?