Спустя три дня Дэймон ясно понимал, что все испортил, и это уже никак нельзя исправить. Их с Кэролайн отношения так хорошо складывались, а он все разрушил. Наблюдая за ней с веранды их дома в Лос-Алтос-Хиллс, он с болью в сердце думал о том, что навсегда ее потерял.

Вчера они вернулись из Нью-Йорка в Кремниевую долину, чтобы присутствовать на сегодняшнем заседании совета директоров. Сейчас она гуляла с Лукасом в саду и одновременно с этим делала утреннюю гимнастику. Уэйд охранял их обоих.

Вчера за ужином Кэролайн сказала Дэймону, что она уже достаточно здорова и ей пора начинать приводить себя в форму Он ответил, что она и так хорошо выглядит, но если хочет, то может заниматься физкультурой.

Это был самый долгий их разговор после той ночи в Нью-Йорке, когда он совершил оплошность.

Кэролайн сказала ему, что любит его. А что он ей ответил? Ничего.

Он вел себя не как взрослый мужчина, который хотел вернуть свою жену, а как школьник, постеснявшийся пригласить в кино девочку, которая ему нравилась. Наверное, он боялся ей доверять после того, как она скрыла от него существование Лукаса.

– Дэймон? – окликнул его Гейб, который уплетал яичницу, сидя за столиком на веранде. Он прилетел с Мартиники, чтобы присутствовать на заседании совета директоров, которое начнется в десять часов утра. Ему пришлось взять с собой своего девятимесячного сына Джейсона. Малыш ерзал у него на коленях, мешая ему есть. Джегер еще находился в дороге, но к началу заседания должен был прилететь. – Ты слышал хоть слово из того, что я сказал?

Дэймон заставил себя отвести взгляд от своей жены. Почему он все-таки не смог сказать ей слова, которые могли бы навсегда привязать ее к нему?

Должно быть, он по-прежнему ее любит, иначе после той ночи в Нью-Йорке он не чувствовал бы себя так, словно совершил прыжок в бездну. Проблема была в том, что он не до конца поверил словам Кэролайн. Как его жена может знать, что чувствует к нему, когда она до сих пор страдает от провалов в памяти? Когда она не может быть на сто процентов уверена том, что не ушла от него по собственной воле?

Почему, когда Кэролайн ждала ребенка, она обратилась за помощью к своему отцу, а не к нему? Она тогда не любила его, своего мужа?

– Тебе честно ответить? – Подойдя к столику, Дэймон снял Джейсона с коленей брата, чтобы Гейб смог спокойно закончить свой завтрак. – Я тебя не слушал. – Он опустил малыша на мягкий ковер посреди веранды. Тот издал радостный возглас и пополз к красным кубикам, которые Дэймон до этого принес из детской.

Через семь месяцев Лукас будет таким же. Дэймону не хотелось больше пропускать ни одного дня жизни своего сына, но если ему не удастся наладить отношения с Кэролайн… Он даже представить себе боялся, что будет тогда.

– Я так и понял. А я пытаюсь привыкнуть к разнице во времени, хотя почти не спал с тех пор, как последняя няня уволилась несколько дней назад. Несмотря на это, я все же стараюсь разговаривать как нормальный человек. – Допив остатки апельсинового сока, Гейб выдвинул стул и поднялся. – Я пытаюсь сказать тебе, что ты ведешь себя как полный идиот, откладывая свой разговор ней.

– Что я должен ей сказать? – Дэймон сделал шаг в сторону, чтобы в него не врезался Джейсон, который полз так быстро, словно под подгузником у него был моторчик. – Правду? Что я недостаточно ей доверяю, поэтому не могу поверить в то, что она меня любит? – Он покачал головой. – От этого она только начнет быстрее собирать чемоданы.

– Нет. – Гейб подошел к нему. – Сначала дай ей понять, что ты ее любишь. Исправь свою ошибку, потому что неопределенность сводит ее с ума.

Дэймон перевел взгляд с брата на племянника, который грыз большой пластиковый кубик.

– Думаю, что прежде всего она сейчас испытывает гнев.

Он это знал, поскольку Кэролайн почти не разговаривала с ним. Но сейчас ему было труднее понять, что она чувствует, чем до ее исчезновения. Его жена стала спокойней. Если он чем-то расстроил бы ее год назад, она сказала бы ему об этом прямо.

После той злополучной ночи в особняке Малкольма Дэймон с головой ушел в работу – стал тщательно готовиться к встрече с инвесторами. Сейчас он с чувством сожаления понимал, что действовал по старой схеме. Когда десять с лишним месяцев назад Кэролайн призналась ему во время их телефонного разговора, что прилетела в Лондон, чтобы помириться со своим отцом, Дэймон расстроился и буквально поселился в своем офисе. Тогда он жалел, что не обсудил с ней все спокойно, однако сейчас пошел проторенной тропой – попытался убежать от проблемы вместо того, чтобы ее решить.

– Значит, вот что, по-твоему, чувствует человек, не получивший ответа на свое признание в любви? Гнев? – Гейб покачал головой. – Я, конечно, не могу назвать себя знатоком женских душ, но в одном я абсолютно уверен. – Наклонившись, он взял Джейсона на руки и поднял высоко над головой. Малыш весело завизжал, и он снова опустил его на ковер. – Тебе не следует сидеть сложа руки и ждать, когда ты окончательно потеряешь такую замечательную женщину, как Кэролайн.

Дэймон был очень благодарен своему младшему брату за совет. Сейчас ему как никогда был нужен взгляд на ситуацию со стороны.

– Что, если она в конце концов вспомнит, что случилось в день ее исчезновения, Гейб? Что, если она однажды проснется и вспомнит, что оставила меня, потому что хотела разорвать наши отношения? Возможно, ее похитили уже после того, как она начала строить новую жизнь без меня.

Лицо Гейба посуровело.

– Открой глаза, брат. Все это не имеет значения. Тебе повезло, что рядом с тобой есть человек, который любит тебя здесь и сейчас. У большинства людей нет и этого.

Его брат говорил прочувствованно, и Дэймон понял, что к «большинству людей» Гейб относит и самого себя. У него создалось впечатление, что он не знает, через что пришлось пройти его младшему брату. Он решил, что в другой раз обязательно расспросит Гейба о его проблемах, но сейчас ему нужно было ехать в офис и бороться за свой бизнес. Если ему повезет, туда прибудет полиция и начнет задавать его тестю вопросы об исчезновении Кэролайн и расследовании, которому он препятствовал. Возможно, Стефана Деграффа будут судить за дачу ложных показаний. Но если бы Дэймону предложили выбирать между арестом Деграффа и сохранением их с Кэролайн брака, он без колебаний выбрал бы второе.

Потому что Гейб прав. Рядом с ним есть женщина, которая его любит, и он должен постараться убедить ее дать ему второй шанс.

Ему оставалось лишь надеяться, что для этого еще не слишком поздно.

Кэролайн ходила взад-вперед по приемной, примыкающей к залу заседаний совета директоров, готовясь появиться на самой важной деловой встрече в жизни ее мужа.

Точнее, человека, который скоро может стать ее бывшим мужем.

Остановившись, она перевела взгляд с гор Санта-Круз за окнами на свое обручальное кольцо.

Дэймон позволил ей поехать в офис вместе с ним и его братом Гейбом, но настоял на том, чтобы она не заходила в зал, хотя она имела на это полное право. Зная, что на заседании будет присутствовать ее отец, он приставил к ней двух телохранителей.

Возможно, он думал, что она будет его отвлекать. Чего он не знал, так это того, что без ее помощи ему не удастся победить Стефана Деграффа. Ее отец одержим местью. Он сделает все, чтобы сместить Дэймона с его поста хотя бы для того, чтобы показать Кэролайн, что ее муж не достоин ее любви.

Тут ее отец ошибается. Дэймон человек достойный во всех отношениях. Жаль только, что он ее не любит. Но, несмотря на это, она поможет Дэймону, неожиданно для него и всех остальных став его главным козырем. Она убедит своего отца подписать один важный документ, который в конечном итоге обеспечит ее мужу победу. Дэймону это не понравится, но это уже не имеет значения. Он уже разбил ей сердце, когда промолчал в ответ на ее признание в любви. Видимо, он так и не смог простить ей то, что она так долго скрывала от него существование Лукаса.

У нее за спиной раздался сигнал лифта. Ее телохранители не пошевелились, однако она знала, что они начеку.

– Доброе утро, миссис Макнилл, – обратился к ней знакомый сотрудник полиции.

– Здравствуйте, офицер Дауни, – ответила она, пожав протянутую им руку. – Мой муж не хотел, чтобы я столкнулась со своим отцом. Они сейчас в зале заседаний. – Она указала ему на помещение, о котором говорила.

Помимо Дэймона и ее отца в зале находились Джегер, Гейб, Кэмерон и еще четыре человека. В стороне сидел секретарь, который вел протокол заседания. Кэролайн наблюдала за происходящим через окно в одной из стен зала, но никто из присутствующих на заседании ее не видел. Ее отец сидел к ней спиной.

– Мы допросили человека, который несколько дней назад появился у вашего дома в Лос-Алтос-Хиллс и поинтересовался, дома ли ваш супруг, – сообщил ей офицер, убирая в карман солнцезащитные очки. – У нас уже есть двое подозреваемых в вашем похищении. Мы собрали против них некоторое количество улик. Когда мы поговорим с вашим отцом, у нас будет больше информации. Похоже, у мистера Деграффа есть деловые связи с ними обоими.

Она увидела, как Дэймон положил перед ее отцом договор. Макниллы предлагали Стефану Деграффу выкупить у него его долю компании. Кэролайн знала, что ее отец ни за что не согласится на их условия.

Если только она его не заставит.

– Спасибо, офицер Дауни. А теперь прошу меня извинить. Мне пора идти в зал.

– Вы уверены? – Полицейский сделал шаг вперед. – Я могу пойти с вами.

– Со мной все будет в порядке, – улыбнулась она. – У меня есть два телохранителя. Вы сможете наблюдать за мной через окно.

Ее сердце учащенно билось от страха перед тем, что она может узнать о своем отце. Дэймон разозлится на нее, но цель оправдывает средства.

Она надеялась, что своим поступком сможет загладить свою вину перед Дэймоном за то, что не сказала ему о сыне раньше.

С этой мыслью она сняла с левой руки оба кольца и убрала их в сумочку.

– Прошу меня извинить, господа, но я никогда не соглашусь продать свою долю компании, – с улыбкой произнес педантичный Стефан Деграфф, не соизволив даже заглянуть в лежащий перед ним документ.

Дэймону безумно хотелось стереть с надменного лица своего тестя лживую улыбку, но, разумеется, он не мог себе позволить потерять над собой контроль в присутствии стольких людей. Тем более, когда ставки были выше, чем когда-либо.

– Вам не кажется, что моя семья проявляет к вам великодушие, предлагая выкупить вашу долю по выгодной цене, когда вы можете через неделю оказаться за решеткой? – процедил сквозь зубы Дэймон, и Гейб под столом ударил его ногой по лодыжке.

– За решеткой? – Стефан поднял бровь и самодовольно улыбнулся. – Я так не думаю.

– Наши условия весьма щедрые, мистер Деграфф, – вежливо обратился к нему Кэмерон, дав Дэймону возможность обуздать свой гнев – Если вы их примете, вы не будете зависеть от выпуска нового продукта. Вы должны понимать, что мы можем продолжать его откладывать, если не договоримся с вами об условиях.

Другие инвесторы зашептались. Каждый из них хотел как можно скорее получить прибыль от своих вложений. Но Дэймону было все равно. Ему хотелось получить полный контроль над своим бизнесом.

Его взгляд вдруг упал на окно, и он увидел Кэролайн, разговаривающую с офицером Дауни в приемной. Что она делает в столь видном месте, черт побери? Он же велел ей подождать его в одном из кабинетов. Что, если ее увидит ее отец?

Желание увести ее подальше отсюда и защитить было так велико, что он начал терять концентрацию.

– Я знаю, что вы пытаетесь от меня отделаться, – сказал Стефан Деграфф, поигрывая дорогой черной авторучкой. – Что вы не хотите, чтобы я играл какую-то роль в «Транспарент». Но вы забрали мою дочь, поэтому я вам не позволю забрать мою долю бизнеса.

Дэймон не успел никак на это отреагировать, потому что в следующий момент дверь открылась, и в зал вошла Кэролайн, ритмично постукивая высокими каблуками туфель. В белом платье-футляре и с аккуратно уложенными волосами она выглядела как истинная бизнес-леди. Именно такой она была, когда он с ней познакомился и влюбился в нее.

– Не говори глупости, папа, – сказала она, тепло улыбнувшись Стефану. – Дэймон меня не забирал.

Дэймон был потрясен до глубины души. Неужели его жена предала его? Неужели она ему лгала всю эту неделю? Неужели все это время она была на стороне своего лживого вероломного отца?

Кэролайн, как ни в чем не бывало, опустилась на свободный стул рядом с Деграффом. Он выглядел так, словно увидел привидение. Он не ожидал увидеть здесь свою дочь? Или он ожидал увидеть слабую растерянную Кэролайн, которой можно манипулировать?

Дэймон не знал, что думать, но затем заметил, что на ее безымянном пальце нет обручального кольца, и ему стало ясно, на чьей она стороне.

– Кэролайн. Ты пришла, – произнес Стефан Деграфф крепче сжав пальцами авторучку.

– Ну разумеется. – Она ослепительно улыбнулась ему. – Где еще мне быть? Я собираюсь защищать интересы своей семьи. Я заблаговременно ознакомилась с содержанием договора. Должна сказать, что его условия выгодные, тем более что мы знаем об ошибке в новом программном обеспечении, которое компания собирается выпустить на рынок.

Эти слова вызвали недовольство инвесторов, что было вполне естественно. Деньги, вложенные в некачественный продукт, не принесут прибыли.

Вместо того чтобы их успокоить, Дэймон наблюдал за Кэролайн и ее отцом, сидящими за противоположной стороной стола. Стефан смотрел на свою дочь как на утраченное сокровище, которое неожиданно снова обрел.

Дэймон отчасти мог его понять. Он тоже не хотел ее потерять, но он не стал бы похищать или накачивать лекарствами дорогого ему человека для того, чтобы им обладать. Это не любовь, а одержимость.

– Ты правда думаешь, что мне следует подписать договор, Кэролайн?

Впервые с того момента, как Стефан Деграфф вошел в зал, он выглядел неуверенным в себе и озадаченным. Судя по его тону, он очень хотел, чтобы его дочь была на его стороне.

Дэймон задержал дыхание. Он хотел, чтобы Кэролайн осталась преданной ему. В этот момент он понял, что она нужна ему больше, чем «Транспарент». Он долго боролся за свою компанию, в то время как ему следовало бороться за свою жену.

Кэролайн взяла лежащий перед ее отцом документ и открыла его на последней странице.

– Да. Это в интересах Деграффов. Нам нужно защитить наши инвестиции и выйти из дела до того, как акции «Транспарент» упадут в цене. – Снова положив договор перед отцом, она коснулась пальцами его руки. – Я знаю, как для тебя важна наша семья.

Дэймону хотелось оттащить ее от этого мерзавца и увести в безопасное место, но ему стало ясно одно: как бы происходящее ни выглядело со стороны, она не предавала его, своего мужа. Ведь сделка, на которой она настаивает, вовсе не в интересах Деграффа. Она просто пускает пыль в глаза своему отцу, чтобы он подписал бумаги, которые дадут Макниллам контроль над «Транспарент».

– Интересы нашей семьи для меня важнее всего. – На бледном лбу Стефана выступили капли пота. – Я сделаю все, чтобы их защитить. Я рад, что ты это знаешь.

Тонкие губы Деграффа растянулись в улыбке, затем он поставил подпись на документе и убрал ручку в карман пиджака.

Дэймон не верил своим глазам. Он молча наблюдал за происходящим, в то время как Джегер и Гейб спокойно объясняли другим инвесторам, что новый продукт надежно защищен от хакеров и с его запуском проблем не возникнет.

Поднявшись, Кэмерон обошел стол и пожал руку Стефана.

– Поскольку вы только что продали мне свои акции, мистер Деграфф, позвольте моему поверенному отвести вас в кабинет, где оформите документы для передачи вам денежных средств. Мы тем временем закончим встречу с остальными инвесторами.

– Хорошо, – кивнул Стефан, как-то неуверенно глядя на людей за столом, словно начиная понимать, что он, возможно, что-то упустил. – Мне не терпится разорвать все отношения с Макниллами. – Он протянул руку своей дочери. – Пойдем, Кэролайн.

Дэймон насторожился. Он не может позволить Кэролайн выйти из зала с этим человеком. Возможно, их брак развалился, но он не может допустить, чтобы с ней что-то случилось.

– Мне нужно задержаться здесь еще на какое-то время, папа, – мягко произнесла она. – Я просто хочу прояснить некоторые моменты, касающиеся моей доли бизнеса. – Она взяла со стола папку, в которой находился план выпуска нового продукта, и начала его изучать.

Точнее, сделала вид, будто его изучает. Лицо ее было сосредоточенным, но Дэймон заметил, как жилка пульса на ее шее трепещет от напряжения.

Не в силах больше сидеть на месте, он встал из-за стола.

Какой же он идиот! Он недостоин женщины, которая подарила ему столь важную для него победу после того, как он причинил ей боль.

Он мысленно называл себя последними словами, в то время как остальные, включая инвесторов, радовались уходу Деграффа. Все, за исключением Кэролайн, которая с грустью наблюдала в окно за тем, как офицер Дауни сопровождает ее отца в один из соседних кабинетов.

Благодаря Кэролайн Дэймон сохранил контроль над «Транспарент», но он не мог радоваться победе, потому что по своей глупости потерял женщину, которую любил.

– Поздравляю, брат. – Кэмерон обнял Дэймона и похлопал его по спине. – Вместе мы поднимем компанию на недосягаемую высоту.

Дэймон кивнул и поблагодарил его. Когда Гейб подошел к нему, чтобы его поздравить, он услышал стук каблуков и щелчок двери.

– Прошу меня извинить. – Дэймон подошел к своему старшему брату и положил руку ему на плечо. – Джегер закончит вести заседание. Мне нужно идти.