Спустя два часа Дэймон, держа на руках Лукаса, смотрел в окно комнаты своей жены на темный заснеженный парк. У него за спиной Кэролайн пробовала десерты после легкого ужина. Его сын смотрел на него широко распахнутыми синими глазами. Выражение его лица было спокойным и довольным.

Теперь, когда его жена вернулась в его постель, Дэймону следовало бы испытывать чувство удовлетворения. В его семье было все в порядке, и он мог наконец сосредоточиться на своем бизнесе.

И все же он чувствовал, что что-то не так. Каким бы хорошим ни был секс, у него было такое ощущение, будто в их отношениях чего-то не хватало. Чего-то, что было в них раньше. Страсть не могла компенсировать отсутствие доверия. Сомнения и секреты вызывали чувство неловкости, которое они пока не могли преодолеть, как бы сильно ни старались снова стать единым целым. Они не знали, как восстановить хрупкую связь, которая была между ними когда-то.

Отрывистый стук в дверь прервал его размышления. Кэролайн поставила тарелку на столик и начала подниматься.

– Сиди. Я открою, – сказал Дэймон, направляясь к двери.

За дверью стоял Уэйд.

– Простите, что побеспокоил.

– Что случилось? – спросил Дэймон, крепче прижав к себе Лукаса.

– У вас посетители. Мы хотели навести о них справки, но персонал за них поручился. Это ваш сводный брат Кэмерон Макнилл и его жена Мареса. – Он показал ему фото на экране телефона.

Дэймон в очередной раз поразился их с Кэмероном внешнему сходству.

– Нам лучше немедленно принять родственников, иначе меня вышвырнут отсюда пинком.

Он думал, что Кэмерон приедет только завтра. Ему сейчас не хотелось видеть никого из своих новых родственников, но он не мог не впустить Кэмерона в дом их дедушки.

Кэролайн подошла к Дэймону. Ее шелковистые волосы коснулись рукава его рубашки, когда она наклонилась, чтобы посмотреть на фото его родственника.

– Я просто выполняю свою работу, – сказал Уэйд, убирая телефон в карман. – Старшая горничная проводила их в библиотеку, чтобы они подождали вас там. Я отправил Джозефа наблюдать за третьим этажом, пока они находятся там.

– Передайте ему, что он может быть свободен. Но в любом случае спасибо вам за хорошую работу. Мы спустимся через несколько минут. – Отпустив телохранителя, Дэймон закрыл дверь и обратился к своей жене: – Я могу придумать для тебя какую-нибудь отговорку. Уверен, они поймут.

– Я хочу с ними встретиться, – к его удивлению, ответила Кэролайн. – Мне только нужно переодеться.

– Ты уверена?

– Сейчас, когда моя семья распадается, я хочу установить связь с твоей, – сказала она, направляясь в гардеробную. – Ты, может, и не хочешь сближаться со своим дедушкой и сводными братьями, но я хочу, чтобы у Лукаса была большая семья.

Возможно, это означает, что она верит в то, что они с Дэймоном смогут снова стать настоящей парой.

– Хорошо, – ответил он. – Если ты не возражаешь, я передам Лукаса няне и спущусь в библиотеку, чтобы поприветствовать Кэмерона и его жену. Присоединяйся к нам, когда будешь готова.

– Значит, твой брат здесь счастлив? – спросила Кэролайн Маресу. Они сидели на огромном кожаном диване в окружении коллекционных изданий и предметов антиквариата. Стены были отделаны панелями из красного дерева. Дэймон и Кэмерон разговаривали за большим столом в противоположной стороне библиотеки.

В воздухе витал слабый запах дыма и сосновых дров, потрескивающих в камине. Кэмерон сказал, что в особняке целых одиннадцать каминов.

Потягивая вино, Кэролайн слушала рассказ Маресы о том, как ее семья перебралась на Манхэттен. У Маресы была сложная, но интересная жизнь. Она познакомилась с Кэмероном, когда работала менеджером на одном из курортов Макниллов на острове Сент-Томас. У ее матери был рассеянный склероз, а ее брат страдал от последствий черепно-мозговой травмы, которую получил в результате дорожной аварии. В Нью-Йорке были отличные возможности для получения качественной медицинской помощи.

– Ему здесь нравится. Он занимается озеленением, и у него хорошо получается. – Смуглая темноволосая Мареса посмотрела на нее глазами цвета янтаря. – Но хватит обо мне. Я настояла на том, чтобы Кэмерон взял меня с собой, потому что хотела с тобой познакомиться. Как ты себя чувствуешь?

– Отлично. – Кэролайн не знала, были родные Дэймона в курсе всех ее злоключений или Мареса спрашивает, восстановилась ли она после родов. – Мы с Дэймоном вчера катались с горки в парке. Я получила большое удовольствие от прогулки.

Мареса закусила губу.

– Гейб сказал, что у тебя была амнезия и ты проходила курс терапии. Надеюсь, теперь с твоей памятью все в порядке?

– Возможно, я вспомнила все, что могла, но это не означает, что я не буду пытаться вспомнить что-то еще. Завтра я иду на прием к новому специалисту. Надеюсь, что его методика окажется более эффективной, чем у доктора, который наблюдал меня до сих пор.

– Это хорошо. – В знак поддержки Мареса положила ладонь ей на руку. Ее ногти были покрыты лиловым лаком, на безымянном пальце красовалось кольцо с грушевидным бриллиантом. – Главное, что ты в безопасности и что твой муж тебя любит. Я никогда не видела более подавленного человека, чем Дэймон, в день нашего с ним знакомства. Оно состоялось до твоего возвращения.

– Правда? – произнесла Кэролайн и вдруг поняла, что ее вопрос прозвучал странно. Но слова Маресы так ее взволновали, что ее пульс участился. – То есть я знаю, что ему было тяжело, но…

Дэймон и Кэмерон посмотрели в их сторону. Мареса придвинулась ближе к Кэролайн и понизила тон.

– Да, я думаю, что Дэймон выглядел удрученным во время нашей первой встречи. Его взгляд был пустым. – Она выпрямилась и улыбнулась. – Сейчас Дэймон выглядит по-другому. Его глаза светятся. Совершенно очевидно, что он снова обрел свое счастье. Я так рада за вас обоих.

При мысли о том, что ее исчезновение причинило невыносимые страдания ее мужу, ее сердце болезненно сжалось. В то же время ей хотелось, чтобы Мареса была права и чувства Дэймона действительно были так глубоки, как она утверждала.

– Кэмерону нравится Дэймон, – сказала Мареса. – Он пришел сегодня сюда, чтобы заверить его в том, что он поможет ему сохранить контроль над «Транспарент». Что он будет действовать от имени их могущественного деда.

– Значит, Малкольма не будет на заседании совета директоров? – спросила Кэролайн.

– Ты ничего не слышала? – Мареса украдкой посмотрела на мужчин. – Уверена, что Дэймон в любом случае рассказал бы тебе об этом после нашего ухода. В общем, Малкольм отправился в Вайоминг, чтобы попытаться помириться с сыном, который отрекся от него много лет назад.

– С Лайамом? – удивилась Кэролайн, которая ничего не знала о разрыве между дедом и отцом Дэймона.

– Нет. – Покачав головой, Мареса сделала глоток вина. – С другим сыном, о котором он никогда ни с кем не говорит. Его зовут Донован.

Мареса поделилась с ней еще кое-какой информацией. Оказалось, что Куинн, Кэмерон и Иен знали, что у них есть дядя, но ни разу его не видели. Что здоровье Малкольма пошатнулось, и он решил в последний раз попытаться наладить отношения с Донованом.

Наконец мужчины встали и обменялись рукопожатиями. Кэролайн обняла и поблагодарила Маресу. Она не сомневалась, что они станут подругами. Конечно, при условии, что их с Дэймоном брак не распадется.

Когда Кэмерон и Мареса покинули библиотеку, настояв на том, что их не нужно провожать, Дэймон подошел к Кэролайн сзади, обхватил ее руками и прижал к себе. По ее телу тут же пробежала приятная дрожь.

– Ты такая красивая. – Его теплое дыхание коснулось ее уха. – Я весь вечер не мог отвести от тебя глаз.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею. Его шершавый от щетины подбородок коснулся ее кожи, и ее пульс участился.

Ей хотелось избавиться от тревог и сомнений, которые не давали ей покоя, и просто побыть с ним. Поискать в их отношениях малейший намек на любовь, которая в них когда-то была.

– Правда? А мне показалось, что ты был увлечен разговором со своим братом, – сказала она, хотя ей было приятно осознавать, что он обратил внимание на то, что она принарядилась.

Его ладони скользнули по ее бокам и задержались на талии.

– С того момента, как ты вошла в дверь, я думал лишь о том, как бы поскорее снять с тебя это платье.

Ее черное платье с асимметричным подолом было довольно скромным, зато подчеркивало изгибы ее фигуры. Она надела его специально для Дэймона. Они купили его в итальянском бутике во время своего медового месяца. Тогда в Италии оно ему очень понравилось, и она взяла его с собой в Нью-Йорк, чтобы оно напомнило ему о счастливых беспечных днях.

Потемневшие от желания глаза Дэймона сказали ей, что она не ошиблась в выборе наряда для сегодняшнего вечера.

– Я помню, что оно тебе понравилось, когда я мерила его в магазине.

Его рука проскользнула под подол платья, и Кэролайн, двигая бедрами, теснее прижалась к нему. Она не знала, сколько продлятся их отношения, и была рада жить настоящим и позволить огню желания сжечь все остальное.

– Я хочу тебя, – пробормотал Дэймон, поглаживая внутреннюю поверхность ее бедра.

– Что, если сюда войдет кто-нибудь из персонала?

Он запустил пальцы ей под трусики, и ее ноги налились свинцовой тяжестью, а разум затуманился, как от вина.

– Здесь есть комната для игры в карты. – Схватив ее за руку, он потащил ее в заднюю часть библиотеки, и она увидела среди блестящих панелей дверь, которой не замечала до сих пор. – Она запирается.

Они вошли в дверь. Дэймон включил свет, и Кэролайн окинула взглядом круглую комнатку со шкафчиком для напитков и длинной барной стойкой красного дерева. В центре помещения стоял покерный стол с обтянутой кожей столешницей и пятью мягкими стульями.

Когда раздался щелчок замка, по спине Кэролайн пробежала дрожь возбуждения. Повернувшись, она посмотрела на Дэймона и обнаружила, что его потемневшие глаза горят как два уголька. В них было желание, но она могла поклясться, что на мгновение в них промелькнуло что-то еще. Она узнала это выражение глаз. Дэймон так на нее смотрел во время их медового месяца в Италии, когда они были безумно счастливы.

Не теряя времени даром, Дэймон расстегнул ей платье. Оно упало на пол, и Кэролайн осталась в одних лишь красных шелковых трусиках. Бюстгальтер она не надела, так как в корсаж платья были вшиты плотные чашечки.

Взяв в ладони ее грудь, он потер большими пальцами соски, после чего наклонился и поочередно их поцеловал. Из горла Кэролайн вырвался голодный стон. Встав на цыпочки, она потерлась своими бедрами о его и почувствовала, что он возбудился.

Тогда Дэймон приподнял ее, но лишь для того, чтобы положить ее на массивный стол. Чувствуя спиной прохладную обивку, Кэролайн наблюдала за тем, как он снимает с себя одежду, обнажая сильное мускулистое тело, к которому она так любила прикасаться.

Желая ему помочь, она просунула пальцы под пояс своих трусиков, но он схватил ее за запястье и покачал головой.

– Не надо. Я сам.

Склонившись над ее животом, он схватился зубами за ее трусики и спустил их на несколько дюймов. Затем он шире раздвинул ей бедра и, убедившись, что она готова его принять, навис над ней и вошел рывком в ее теплую влажную пустоту.

Крепко его обняв, Кэролайн покрывала поцелуями его лицо, повторяя как мантру нежные слова. Когда он оказался уже достаточно глубоко, она обхватила его ногами, и ее внутренние мышцы стали активнее смыкаться и размыкаться.

Накрыв ее губы своими, Дэймон задвигался быстрее, и она подхватила его ритм.

Наконец ее захлестнула волна экстаза, и перед ее внутренним взором словно зажглись звезды. Она обхватила его еще крепче и почувствовала, как он затрясся в момент собственной кульминации.

Когда Кэролайн немного отдышалась и к ней вернулся здравый смысл, она вдруг осознала, что все это время бормотала не какие-то пустые слова. Что во время их головокружительной близости она шептала ему: «Я люблю тебя».

Возможно, слова Маресы придали ей смелости, и она призналась мужу в своих чувствах в надежде услышать в ответ то же самое. Год назад Дэймон непременно сказал бы ей, что любит ее, но сейчас тишину в комнате нарушало лишь их учащенное дыхание.

В тот момент, когда Кэролайн открыла глаза и посмотрела на него, он отвел взгляд.

Огонек надежды, который все это время теплился в ее сердце, тут же погас. Дэймон ее не любит. Он остается с ней лишь ради Лукаса.

Хотя он нежно поцеловал ее в висок, поднял с пола ее платье и положил руку ей на талию, когда они шли к лифту, они оба не произнесли ни слова, и каждый из них направился в свою спальню.

Кэролайн решила, что останется с ним вплоть до окончания заседания совета директоров. Что сделает все возможное, чтобы помешать своему отцу отобрать у него «Транспарент». Но после этого ей придется уйти от мужчины, который ей не доверяет и потому больше не может ее любить.