Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда Джули бежала по непроходимому лесу. Оглянувшись, она заметила мелькнувшее между стволов пятно – за ней гнались Кейси и Эйс.

Вечер выдался влажным, и от этого дышать было трудно. Сейчас бы хорошо найти какое-то место и спрятаться.

Ветки царапали лицо и руки, коряги и сучки цеплялись за платье. Зачем только она надела это красное платье, в нем ее отлично видно на большом расстоянии.

Джули не представляла, в каком направлении движется, самое главное, чтобы Эйс не смог ее догнать. Он точно ее убьет, Джули не сомневалась. Он уже пытался это сделать, а в глухом лесу все намного проще, чем в городе.

Джули остановилась и оперлась на ствол дерева, чтобы перевести дыхание.

– Джули… – послышалось издалека. – Джули, где ты?! – выкрикнула Кейси. – Мы ничего тебе не сделаем, просто хотим поговорить. Откликнись, давай будем вести себя как взрослые люди.

Джули зажмурилась, чувствуя, что глаза наполняются слезами. Сестре нельзя верить, она, вероятно, тоже была в ломбарде, когда Эйс пытался ее убить. И свет тогда, скорее всего, выключила она. Если бы Кейси хотела просто поговорить, она не спрятала бы своего приятеля в багажнике.

Во рту появилась горечь от мысли о предательстве родного человека. С ним невозможно быстро справиться, но она обязана отбросить переживания и думать о том, как спасти свою жизнь.

– Джули, я обещаю, все будет хорошо. Давай поговорим, а потом поедем все вместе ужинать, и я отвезу тебя домой. – Голос Кейси стал ласковым, успокаивающим.

Джули стало еще печальнее. Эта девушка не имела ничего общего с той Кейси, с которой они вместе выросли. Джули не представляла, когда она успела так измениться, впрочем, это не важно.

– Джули… – Низкий мужской голос заставил ее вздрогнуть.

Он был слишком близко. Опасно близко. Зажав рот, чтобы не вскрикнуть, Джули опять бросилась бежать. Она почти ничего не видела перед собой из-за слез, страх холодил тело и сковывал движения.

Споткнувшись о корень дерева, Джули вскрикнула и упала, но быстро поднялась и оглянулась. Эйса уже можно было увидеть. А вдруг у него есть оружие?

Джули встала на четвереньки, подползла к толстому поваленному дереву и пригнулась, чтобы ее не было видно.

Вдалеке послышались звуки сирены, они приближались, видимо, к тому месту, где была брошена машина Кейси. Слава богу, подоспела помощь. И все же ей не стоит обнаруживать себя или пытаться добежать до полицейских. Сирена неожиданно стихла.

Джули склонила голову ниже и стала молиться, чтобы Эйс ее не заметил. Но ведь тогда ее не найдут и спасатели. Совсем близко хрустнула ветка. Джули набрала в грудь побольше воздуха и закричала так, что сидящие на деревьях птицы разлетелись в разные стороны. Потом она встала и опять бросилась бежать, не понимая куда, лишь бы оторваться от Эйса.

Надо свернуть, чтобы сделать круг и выйти опять к шоссе, где стоят патрульные машины.

Сирены смолкли, и Джули было сложно определить, в каком направлении двигаться. Решив перевести дыхание, она прислонилась спиной к стволу дерева и огляделась. Как долго она бежала? Несколько минут? Или уже часов? Далеко ли теперь машина Кейси? Казалось, прошла вечность. «Ник! Ник, помоги мне». Сердце сжалось от боли. Как бы ей хотелось сейчас оказаться в его крепких объятиях. Он нужен ей сейчас, как никогда. Джули рылась в памяти, но не вспомнила ничего об их совместном прошлом.

Сильная рука сжала ее запястье, и Джули вскрикнула от неожиданности.

– Руки!

Она перевела взгляд на оружие в руках мужчины в форме защитного цвета – полицейский пистолет.

– Слава богу, – выдохнула она. – Меня хотят убить. Боятся, что я расскажу, что знаю. Дело в том, что у меня амнезия, и я долго не могла вспомнить… – Джули понимала, что речь ее спутанная, человек едва понимает смысл слов, но не могла остановиться. – Эйс… парень моей сестры… она привезла его в багажнике. Сестра сказала, что мы едем ужинать, но они приехали сюда, чтобы меня убить. – Из груди вырвались горестные рыдания.

– Мы все выясним, мэм, – отчеканил спасатель. – А сейчас поднимите руки и следуйте вперед. – Он махнул рукой куда-то влево.

Они шли совсем недолго и вышли из леса на дорогу. Джули сразу увидела Кейси и Эйса у машины сестры и невольно замерла на месте. Рядом с ними стояли два офицера.

– Почему они не в наручниках? – спросила Джули. – Они хотели меня убить. Их надо арестовать.

– Джули, милая, успокойся. Все будет хорошо, – ласково пропела Кейси.

– Жюль, ты не помнишь, мы просто решили покататься, – сказал Эйс таким тоном, словно они были лучшими друзьями.

Жюль? Что за игру они ведут? Офицер подтолкнул ее вперед. Джули стало не по себе от всего происходящего.

Отойдя на некоторое расстояние, она заметила, как Кейси что-то говорит стоящему рядом офицеру. Видимо, не хотела, чтобы сестра ее слышала. Кейси, которая способна очаровать бесчувственный пень. Интересно, что она втолковывала ему, чтобы спасти свою шкуру? Полицейский кивал и с подозрением косился на Джули.

Когда она подходила к машине, сестра повернулась к ней:

– Джули, все будет хорошо. Тебе ничто не угрожает.

В голосе было столько заботы и нежности, а в глазах беспокойства, которые Джули никогда раньше в ней не замечала.

– Как я понимаю, вы пережили аварию, мисс Петерсон, – произнес стоящий рядом с сестрой крупный мужчина с именем Бен Родман на значке.

– Какое это имеет отношение к происходящему? – Джули вскинула голову, готовясь защищаться.

– Джули, ты же знаешь, что после инцидента была не в себе, – вмешалась Кейси и многозначительно посмотрела на полицейского. – Все родные за нее очень волнуются.

– Мы думали, прогулка пойдет ей на пользу, а она ни с того ни с сего вдруг вывернула руль и выскочила из машины, – поддержал подругу Эйс.

– Заткнись! – крикнула ему в лицо Джули. – Ты поэтому спрятался в багажнике? Думаешь, я не поняла, что ты пытался вчера меня убить?

Мужчина покачал лысой головой и улыбнулся.

– Зачем ты говоришь глупости, Джули? – Он повернулся к офицеру: – После аварии у нее появилась навязчивая идея, что родные хотят ее убить.

Значит, они решили выставить ее сумасшедшей. Что ж, судя по выражению лица полицейского, у них это получается.

– Он лжет, а я говорю правду! – возмутилась Джули. – Проверьте сводки происшествий и увидите, что вчера в ломбарде на меня было совершено покушение. Они хотят все скрыть, потому что боятся, что я расскажу о том, как они торгуют наркотиками, используя наш семейный ломбард.

– Джули. – Кейси взяла ее за руку и посмотрела на нее с болью и жалостью.

Джули отдернула руку, по щекам от бессилия потекли слезы.

– Они хотели завезти меня в тихое место и убить, как опасного свидетеля.

– Ей нужна помощь психиатра, – уверенно заявила Кейси. – Мы с родителями не раз ей об этом говорили.

Джули вскрикнула от возмущения. Что за ерунда?

– У него есть пистолет, – произнесла она, указывая на Эйса.

– Джули, милая, – принялась успокаивать ее Кейси. – Офицер обыскал Эйса, никакого пистолета у него нет. – Она говорила таким тоном, будто перед ней стоял трехлетний ребенок.

Джули с надеждой посмотрела на Бена Родмана. Нет, он верит не ей, а Кейси и Эйсу. Выходит, она в большой беде. Ее запихнут в клинику для душевнобольных, и никто никогда не поверит в ее показания о том, что творят сестра и ее дружок. Бог мой, страшно представить, что они уже успели сделать…

И в этот момент к одной из патрульных машин подъехал знакомый автомобиль, и из него вышел Ник. Она никогда в жизни никого не была так рада видеть, как его.

– Ник? – Прежде чем ее успели остановить, она бросилась к нему и обхватила за шею. Его руки крепко прижали ее к груди.

– С тобой все в порядке? – спросил он, отстраняясь, и оглядел ее с ног до головы.

– Они пытаются выставить меня сумасшедшей. Кейси и Эйс привезли меня сюда, чтобы убить, Ник.

Рядом с ними встал Бен Родман.

– Это мой жених, Ник Саймон, – объяснила Джули. Он вам все расскажет и подтвердит, что я не сошла с ума.

Полицейский поднял обе руки.

– Мы проедем в участок и во всем разберемся.

– Я еду с вами, – сказал Ник.

Джули поместили на заднее сиденье полицейской машины, Кейси с другом ехали в другой. Джули так и не удалось расслабиться, от страха у нее даже пересохло во рту.

Что будет, если они отпустят сестру и ее парня? Их непременно должны посадить, она очень этого хотела. И в то же время сердце Джули сжималось от боли, она переживала не за предавшую ее сестру, а за родителей, для которых преступления Кейси станут ударом.

Через несколько часов Ник и Джули наконец вышли из полицейского участка. Эйс был задержан для предъявления обвинения по двум статьям. Кейси тоже арестовали после того, как в ее машине была найдена упаковка препаратов, которые ей не были прописаны врачом.

Джули опустилась на переднее сиденье машины и запрокинула голову на спинку кресла. Ник сел за руль и завел двигатель.

– Устала?

– Физически тоже, но больше морально, – ответила Джули и оглядела платье.

Ветки цеплялись за подол, теперь он порван в нескольких местах. Слава богу, что сегодня скончалось только платье. Она достала из сумочки телефон и нашла номер родителей.

– Надо позвонить маме и папе, сообщить, что произошло. Боюсь, это разобьет им сердце.

– Их сердца были бы разбиты, если бы Кейси и Эйсу удалось тебя убить, – уверенно ответил Ник. – И мое тоже, – добавил он.

Джули посмотрела на него с благодарностью и нажала кнопку вызова. Этот разговор был самым трудным в ее жизни. Джули плакала, мама рыдала, отец громко ругался. Родители были в состоянии шока, но сказали, что очень любят Джули и готовы к тому, что младшая дочь должна ответить за свои поступки.

– Милая, с тобой точно все хорошо? – спросила мама.

– Да, все в порядке, не волнуйся. Ник рядом, и я успокоилась. Просто очень устала, нужно время, чтобы жизнь вернулась на круги своя.

Отключившись, Джули почувствовала себя совершенно опустошенной. Она запрокинула голову и закрыла глаза. В голове вновь стали всплывать воспоминания.

Скандальные клиенты… Щенок Джоэла… Кейси и Эйс входят через заднюю дверь с коробкой наркотиков… Сестра накидывается на нее в гостиной, плафон разбивается, когда Джули бросает подсвечник, потом бежит прочь из дома и садится в машину.

Джули распахнула глаза, когда машина остановилась около дома. Сердце забилось сильнее от необъяснимой тревоги и вновь навалившегося страха.

Она повернулась к Нику. На его лице была тень подкрадывающихся сумерек. Он был рядом с ней в самые трудные моменты. Она определенно любит его, но сейчас важнее другое.

– Я долго пыталась вспомнить тебя, ждала, когда память откроет мне наше общее прошлое. Но теперь понимаю, что этого не случится, потому что тебя не было в моем прошлом. Ты не мой жених. Но объясни, кто ты?

Ник каждую минуту ждал, что этот момент наступит. Ждал и боялся его. Теперь, когда он настал, сердце сжалось от отчаяния.

– Давай войдем в дом и поговорим, – глухо произнес он.

В глазах Джули мелькнуло разочарование. Она коротко кивнула, и они вместе прошли к входной двери. Слава богу, она сразу не попросила его уйти.

Джули сидела перед ним на диване, выпрямив спину и расправив плечи, красивое лицо выглядело равнодушным, словно после блуждания по лесу в страхе за свою жизнь у нее не осталось сил ни на какие чувства и эмоции. Все в ее облике говорило о том, что сейчас ему лучше к ней не прикасаться.

– Кто ты и зачем появился в моей жизни? – ледяным тоном спросила она.

– Я мужчина, который тебя любит.

– Не надо. – Она подняла руку, удерживая его от дальнейших признаний. – Я знаю, что тебя не было со мной в машине в ночь аварии. И мы не ругались с тобой в этой гостиной. Мы были здесь с Кейси, и в машине я ехала одна. Для чего ты здесь и как появился? – Она несколько минут изучала его лицо острым взглядом.

С чего ему начать? Какие подобрать слова, чтобы она поняла причины его поступков? Ник больше всего хотел убедить Джули, что сейчас имеет значение лишь его чувства к ней и ее чувства к нему.

– Я был на улице, когда увидел, как твоя машина врезалась в дерево. Именно я вызвал врачей и полицию.

Джули смотрела на него не моргая, видимо пытаясь отыскать скрытый смысл.

Ник и сам был в замешательстве. То, что было самым главным для него в ту ночь, сейчас казалось временным помутнением разума.

– И как ты поменял роли с доброго самаритянина на моего жениха? – спросила Джули.

Сердце сжалось от боли. Он отвернулся, не в силах смотреть ей в глаза.

– Тогда я оказался не в том месте и не в то время.

Ник вспомнил детали того вечера и опять усомнился, что все это произошло с ним.

– Ты была в машине без сознания, и я принял спонтанное решение выдать себя за твоего жениха. Я думал, меня отпустят, как только тебе окажут медицинскую помощь, но офицер повез меня в больницу, я был вынужден что-то рассказать о наших отношениях. Потом ты пришла в себя и сразу поверила, что я твой жених. Я решил, что закончу этот спектакль, как только привезу тебя домой.

– Спектакль? Называй как хочешь, но ты мне лгал. – Она бросила на него суровый взгляд.

Руки Джули были скрещены на груди, она смотрела так, будто пронзала его насквозь. В глазах сверкнул гнев, губы сжались, превратившись в тонкую линию.

Ник кивнул.

– Ложь, казавшаяся маленькой и безобидной, стала расти и вышла из-под контроля. Когда я привез тебя сюда и увидел, что творится в гостиной, понял, что у тебя серьезные неприятности, и решил не говорить тебе правду. Тебе угрожали, мне не хотелось еще больше усложнять твою жизнь.

Ник наклонился вперед.

– Джули, наши отношения начались с моей лжи, но они настоящие, по крайней мере для меня. Я влюбился в тебя и хочу быть не воображаемым женихом, а настоящим мужем.

Она неожиданно рассмеялась. Впрочем, скорее горько, чем весело.

– Ты чужой мне человек. Неизвестно, что еще ты придумал. Может тебя зовут вовсе не Ник Саймон?

– Это мое настоящее имя, я действительно учитель и тренер школьной команды. О себе я сказал только правду.

Все происходящее было невыносимо. Ему надо сесть ближе, обнять ее, хотя она смотрит на него с недоверием и презрением. Ник протянул руку, но Джули подпрыгнула на месте и встала с дивана, прежде чем он смог до нее дотронуться.

– Ты занимался со мной любовью, хотя знал, что мы чужие люди. – В ее глазах появились слезы. – Ты позволил мне влюбиться в тебя, понимая, что наши отношения построены на лжи.

– Но наши чувства – это правда. Они настоящие. Я люблю тебя всем сердцем.

Джули смахнула слезы и потерла пальцами виски.

– Я прошу тебя уйти.

Ник встал.

– Джули, пожалуйста, не отказывайся от счастья. И прости меня. Мне очень жаль, что у нас все так нелепо сложилось.

Грудь сжалась от отчаяния. У него было ощущение, что, если он сейчас уйдет, все будет кончено навсегда. О надеждах на счастливое будущее придется забыть.

– Я люблю тебя, Джули, и ты очень нужна мне.

– А мне нужно, чтобы ты ушел, – бросила она ему в лицо и вытянула руку в сторону двери. – Я думала, предательство Кейси – самое страшное, но такое… Тебе удалось меня уничтожить.

Ник не двинулся с места, ожидая, что она все же посмотрит на него, однако взгляд ее был устремлен куда-то вдаль, в сторону. Джули выглядела сломленной и потерянной.

– Прошу тебя, уходи, – тихо произнесла она. – Вещи можешь забрать завтра или в любой другой день. И оставь ключи на столе.

Проклятие, ему совсем не хотелось уходить. Он думал, как приблизиться к Джули, обнять и заставить понять, что встреча их не случайна, они будут счастливы вместе.

Молчание длилось, казалось, целую вечность. Затем он медленно вытянул из кармана ключи, сделал шаг к кофейному столику и положил их на столешницу.

– Лучше бы мы действительно встретились в кафе год назад, – неожиданно произнесла Джули и наконец повернулась к нему. В глазах ее были боль и отчаяние от перенесенного двойного предательства.

Ник тяжело вздохнул.

– Джули, боюсь, что год назад я был бы недостаточно хорош для тебя.

Он развернулся и пошел к выходу, каждую секунду ожидая, что она его остановит. Но нет. Он не терял надежды до последней минуты, даже когда стоял за дверью и слушал, как поворачивается ключ в замке за его спиной.

Может, ему удастся поговорить с Джули завтра? Или она соберет его вещи и выставит на крыльцо? Успокаивало лишь, что жизнь ее вне опасности, хотя, несомненно, ей будет тяжело справиться с болью от предательства сестры.

Поморщившись от головной боли, Ник направился к машине. Глупо было предполагать, что разговор их будет легким, что она простит его, когда узнает правду, и все станет по-прежнему. Надежды на счастливый конец были пусты и напрасны.

Он должен уйти, оставив женщину, которую любит всем сердцем, такую он уже точно не встретит. Ник вспомнил о пистолете. По крайней мере, им не пришлось воспользоваться.

Он больше не был человеком, забывшим о благоразумии и гуманности, утонувшим в собственном горе, и никогда не станет таким, что бы ни произошло в будущем.

Ник ехал на север, следуя за лучами фар, разрезавшими мрак ночи. Домой нельзя возвращаться прежде, чем он избавится от пистолета. Это последняя вещь, связывавшая его с темным прошлым.

В голове постоянно всплывали моменты их короткой совместной жизни с Джули. Она помогла ему обрести себя, вернула умение смеяться и желание заниматься любовью.

Каждое утро он просыпался счастливым оттого, что они проведут день вместе. Он мечтал, что так будет до конца жизни, в горе и в радости.

Ворвавшийся в окно ветер ударил в лицо, картина перед глазами стала размытой из-за выступивших слез. Ник поспешно вытер их ладонью. Сейчас он проезжал мимо того места, где недавно стояла машина Кейси. Слава богу, все разрешилось, и Джули в безопасности. Но как ужасно, что он больше никогда ее не увидит. Впрочем, ее нельзя корить за принятое решение. Ник сильнее сжал руль.

Он один был виноват во всем. В том, что воспользовался ее слабостью и занимался с ней любовью. В том, что так долго обманывал ее, нагромождая ложь одну на другую. Он до самых мелочей придумал жизнь, которой не было.

Ник свернул на узкую дорогу с высившимися по обеим сторонам деревьями. Она вела к старому причалу на озере, что за северными окраинами. Он глубоко сожалел, что ранил сердце Джули, но все же благодарил силы, которые свели их. Он не хотел бы изменить ничего из того, что между ними было, каждая минута, проведенная вместе, была очень дорога ему. Теперь до конца дней ему остается жить этими воспоминаниями.

Ник въехал на небольшую стоянку, выключил двигатель и огни. В полной темноте открыл ящик в панели, достал пистолет и тряпку, которой иногда вытирал лобовое стекло.

Ступив из машины во влажную пелену жаркого воздуха, он побрел к пирсу. Сюда в детстве часто привозил его отец, он не был здесь со дня его смерти.

Сердце затрепетало от воспоминаний о счастливой поре жизни и часах, проведенных здесь с отцом. Если бы у него была поддержка родителей, когда умерла Деби, возможно, все было бы иначе и он не встал на путь мести. А возможно, все было бы так же. Однако Нику пришлось одному пережить страшное убийство жены, и рядом не было никого, кто мог бы его поддержать.

Вытирая тряпкой оружие, Ник думал об остальных пяти товарищах по несчастью. Как бы он хотел иметь возможность убедить их, что облегчить душевные страдания может не месть и ненависть, а только любовь.

Эти слова казались банальными, но, как человек, проживший долгое время в злобе и обиде, он понимал, что эти чувства не дают двигаться вперед, а главное, не возвращают любимых.

В любом случае их союз теперь не имеет для него никакого значения, он свободен и больше никогда не увидит этих людей.

Ник стоял и смотрел на завернутый в тряпку пистолет – последняя вещь из прошлого, в котором он едва не совершил убийство. Резко выдохнув, он бросил оружие в воду. Еще со времен рыбалки с отцом он знал, что здесь много гнезд краппи, и надеялся, что среди них пистолет никогда не найдут.

Ник поднял глаза к небу, на котором красовалась большая яркая луна, она отражалась в водах, покой которых то и дело нарушали беспокойные рыбы. Только сейчас он услышал звуки мира природы, в который попал. Их было великое множество, они заполняли пространство и поднимались ввысь.

Мысли его переключились на Джули, и глаза опять защипало. Ник никогда в жизни ничего не желал так сильно, как видеть ее своей женой. Он сел на причал и перестал сдерживать слезы. Душу раздирала уверенность, что Джули, как ни печально признавать, никогда его не простит.