Удивительно, насколько хорошо мы себя чувствовали после пары часов сна. Лора сияла. Она продолжала обнимать меня в манере Ретта Батлера[37]. Когда я пощекотал ее, она подпрыгнула, потом замерла, положив руку мне на голову и позволив поднять ее одной рукой. Я выделывал разные штучки своей воображаемой ладонью.

Когда пришло время уходить, мы стали церемонными и осторожными. Я вышел первым. В холл как раз спускались Дезире Портер и Том Рейнеке. Они окликнули меня, обступили с двух сторон и попытались выкачать свежие новости о Конференции.

Я уклонился от ответа.

– Чем вы оба занимаетесь все это время? Ждете, пока один из нас расколется?

– Была история с Пенцлером, – сказал Том. – Был суд. А еще мы интервьюировали лунян. Знаете, очень многие из них останутся недовольны, что бы вы ни делали.

– И мы трахались от души, – добавила Дезире.

– Ну, это само собой, я и не сомневался. А вы были знакомы до прибытия сюда?

– Не-а. Это просто было что-то…

– Вожделение с первого взгляда, – сказала Лора. – Думаю, больше всего мне понравились его ноги. У мужчин Пояса мускулы в основном находятся в руках и плечах.

– Так ты влюбилась в меня только из-за моих ног?

– И сообразительности. Разве я не упомянула твой ум?

Когда мы дошли до лифтов, я сделал было шаг, потом сказал им, что забыл что-то в номере. И в сущности, не солгал.

Теперь холл был пуст. Я велел двери открыться, Лора присоединилась ко мне, и мы спустились к завтраку. Мы даже не держались за руки. Но иногда руки все же соприкасались, и Лора подавляла улыбку, а я задался вопросом, насколько мы скрытны. И кстати, пока двери лифта закрывались, я заметил довольно саркастическую улыбку Рейнеке.

За завтраком я сказал Лоре, что хочу поездить на пуффере. Ей это не понравилось.

– Разве не будет заседания Комитета?

– Денек пропущу. В конце концов, вопрос касается и Комитета. Если суд приговорил невиновную…

Лора сердито передернула плечами:

– Если она не пыталась убить Пенцлера, значит сделала что-то другое!

До меня наконец дошло: предполагалось, что, будучи заново влюбленным, я должен полностью забыть о прежних привязанностях. Лора не хотела слышать, что я все еще надеюсь спасти Наоми Митчисон.

Мне пришла идея зайти с другой стороны.

– Один раз я оставил было дело на половине, – сказал я и поведал ей, как сюрреалистическая сцена смерти Рэймонда Синклера оказалась связана с двумя органлеггерами, которые были обнаружены с лицами, прожженными до кости. Я едва не угодил в морг в том же состоянии.

Может, она на это купилась. Она помогла мне заказать пуффер.

Пуфферы были выстроены вдоль стены зеркального завода. Сегодня не все они находились на месте. Единственная разница между оранжевыми пуфферами городской полиции и прокатными заключалась в том, что последние имели разные расцветки.

Я выбрал полицейский пуффер. Это был мотоцикл с низкой посадкой, широким и мягким седлом, корзиной для груза сзади и тремя баками. Воздухозаборник мотора отсутствовал. Выхлопная труба раздваивалась под сиденьем налево и направо. Амортизаторы были огромными, а шины представляли собой большие, толстые и мягкие трубки.

Лора показала, как его заводить. Я прослушал краткий курс молодого лунного водителя: как маневрировать, как действовать рулем и на какой местности лучше его не трогать.

– Я смогу переехать пылевое озеро, – объясняла она мне. – Надо мчаться, как адская летучая мышь. Если затормозишь – перевернешься, если колесо заденет скрытый камень, ты окажешься под пылью, пытаясь понять, где верх, где низ. Держись подальше от пылевых озер. Не налетай на камни. Если упадешь, прикрывай шлем руками…

– Я буду держаться дороги, – сказал я. – Это ведь безопасно?

– Наверное. – Она привыкла считать опасным все на свете.

– Для чего три бака?

– Кислород, водород, водяной пар. Мы не выбрасываем воду, Джил. Выхлопная труба – это просто предохранительный клапан, и еще она питает боковые сопла. Тебе не следует их использовать, разве что при угрозе падения.

Я вскарабкался в седло, еле ощущая вибрацию.

– Он не пыхтит[38], – заметил я.

– И не должен, вообще-то. Если начнет выбрасывать пар, значит что-то не в порядке. Вот почему их называют пуфферами. Если такое случится, сбавь скорость и проверь запас воздуха: возможно, домой придется идти пешком.

Она настояла на том, чтобы показать, как стравливать кислород из бака пуффера в ранец скафандра.

– Ну что, все уразумел?

– Угу.

– Пока не научишься рулить, не разгоняйся. Это Луна. И наклоняться надо больше, чем ты это делаешь.

– Ладно.

– Я не освобожусь до восьми. Ты вернешься к тому времени?

– Обязан.

Мы стукнулись шлемами вместо поцелуя, и я отправился в путь.

С восточной стороны города торговая дорога заворачивала за зеркальным заводом и устремлялась прямо на запад. Для внедорожного транспортного средства я подпрыгивал не так уж и часто. Далеко слева я отметил наклонную скалу, а справа – дорогу, вившуюся по холмам к фабрике воды и воздуха. С высоты я видел все это словно уменьшенным в проекционном зале: зеркала, установленные по краю недавно сформировавшегося кратера немалого размера, фокусировали свет на прочный сосуд, заполненный докрасна раскаленным лунным камнем. Трубы, подводящие внутрь водород и выводящие водяной пар. Мне хотелось подняться наверх и посмотреть на это в реальности. Может, на обратном пути…

Слева от меня находилась пустошь, через которую пыталась провести нас Наоми, пик, на который она пыталась взобраться. Я продолжал движение.

Дорога виляла подобно раненой змее. Широкий путь вел налево к карьерам, которые принесли богатство Хоувстрейдт-Сити. После их исчерпания город занялся изготовлением зеркал.

Наоми не была местной жительницей. Чтобы встретиться здесь с кем-нибудь, она нуждалась в четком ориентире. То же относилось к варианту, если бы кто-то припарковал для нее поблизости пуффер. Карьеры? Там она не могла потеряться, свидетели были маловероятны, отвалы могли обмануть радар, замаскировав маленький аппарат.

Она вела нас в веселом танце на следующий день после нападения на Криса Пенцлера. Когда Алан Уотсон показывал ей проекционную комнату, он мог предоставить ей то, в чем она нуждалась. И она дотанцевалась прямо до банков органов. Чтобы скрыть… что?

А может, присяжные были правы?

Вскоре я уже мчался, подпрыгивая, вниз, за ту территорию, которую обшарил воображаемой рукой, за пределы всего, куда Наоми могла добраться пешком. Далеко впереди протянулась серебряная линия: линейный ускоритель масс для поставки руды по проекту L-5[39] 2040 года. Компания обанкротилась, ускоритель остался недостроенным и давно заброшенным.

Я продолжал следить за часами.

Впереди появилась Фактория. Не приученные различать подробности лунного пейзажа, мои глаза какое-то время ее не замечали. Сперва я увидел силуэты двух космических кораблей, потом очертания космопорта и, наконец, здания из камня и стекла, расположенные вокруг него полумесяцем. Дорога перешла в окружность между зданиями и космопортом. Я совершил поездку точно за тридцать пять минут.

По любым меркам Фактория выглядела странно.

Не было Купола. Продолговатые дома имели собственную систему подачи воздуха; иногда их соединяли туннели. В гриль-баре «Селена», куда я зашел на ланч, имелись подставки для гермошлемов, но ни одной вешалки для скафандров. Посетители держали наличные в наружных карманах.

Гриль-бар «Селена», спа-салон «Море Ясности» (с бассейном и сауной), отель «Человек на Луне»[40] (он был изображен зевающим), «У Афродиты» – все названия заведений были связаны с Луной. Половина встреченных мною посетителей были лунянами. «У Афродиты» предоставлялись сексуальные услуги. Официантка в «Селене» рассказала, что это заведение в основном обслуживает лунян. Я был несколько шокирован.

Административное здание находилось на обратной стороне окружности. Оно имело немаленькие размеры, и потеряться в нем не составляло труда. Там помещались полиция, служба лицензирования, администрация порта. Я нашел офис полиции Пояса.

– По делу АРМ, – сказал я единственному клерку в поле зрения.

Тот глядел в складной 3D-экран на подставке и не поднял головы.

– И что?

– В прошлую среду кто-то стрелял в делегата Пояса на Конференции по…

Теперь он посмотрел на меня:

– Мы об этом слышали. Но разве дело не выяснилось? Как я понимаю…

– Послушайте, существует возможность, что наша подозреваемая в то время находилась здесь. Это бы означало, что не она стреляла в Пенцлера. Кстати, оружия так и не нашли. Получается, что вероятный убийца с коммуникационным лазером все еще охотится на делегата Пояса.

– Я понял. А что вам требуется?

– Не произошло ли здесь какого-либо преступления между двадцатью двумя тридцатью вторника и полвторого ночи среды?

Наоми пришлось бы дойти пешком до места, где кто-то оставил для нее пуффер, потом приехать сюда. По крайней мере полчаса сюда и полчаса обратно. Позже мне надо будет для проверки прошагать это расстояние.

Коп сдвинул в сторону раскладной экран и постучал по клавиатуре компьютера. Экран осветился.

– М-м-т… в это время случилась драка в «Афродите». Один лунянин мертв, два поясника и один лунянин арестованы, все – мужчины. Но вы ищете что-то предумышленное.

– Верно.

– Ничего такого не было.

– Черт… Как насчет исчезновений?

Он вывел список пропавших людей. Со среды ни о ком не сообщалось. Видимо, преступление, совершенное Наоми, не относилось к насильственным.

– Насколько хорошо вы следите за своими пуфферами?

– Их выдают напрокат. У местных жителей есть собственные. – Разговаривая, он печатал.

Экран заполнился.

– Вот эти были в прокате…

– «Чилийская птица»? – Название прозвенело колоколом.

– Два пуффера записаны на два дня на счет «Чилийской птицы». Так это понятно. У Энтси были пассажиры.

– Расскажите поподробнее.

Он хмурился. Я придумывал ему работу, а он вовсе не был расположен… но продолжал печатать, и появились новые данные.

– Энтси де Кампо, владелец и пилот «Чилийской птицы» с Весты. Прибыл десятого апреля. Улетел тринадцатого апреля. Пассажиры: доктор Рэймонд Форвард и четырехлетняя девочка Рут Хэнкок Коулс. Груз… загрузка небольшая. Монополи. Еще он взял некоторое количество куриных и индюшачьих эмбрионов; может, поэтому на борту был врач.

Тринадцатое апреля. На следующий день после покушения на Пенцлера.

– Где они сейчас?

– Направлялись к Родильному астероиду. Вероятно, из-за девочки. – Он что-то ввел в компьютер. – Я ее припомнил: просто куколка. Всем интересовалась. Ей нравилась малая гравитация, она прыгала вокруг… – Экран ожил. – «Чилийская птица» уже почти на месте. Это вам как-нибудь помогло?

– Надеюсь. Откуда я могу послать сообщение на «Чилийскую птицу»?

Он объяснил мне, как найти «Межпланетный голос» – на горе с наружной стороны городской окружности.

При разговоре, из-за того что скорость света конечна, будет задержка в несколько минут. Поэтому я послал телеграмму.

ДОКТОРУ РЭЙМОНДУ ФОРВАРДУ НАОМИ МИТЧИСОН СУДИМА И ПРИГОВОРЕНА ЗА ПОПЫТКУ УБИЙСТВА СОВЕРШЕННУЮ ХОУВСТРЕЙДТ-СИТИ 01:3 °CРЕДУ 13 АПРЕЛЯ КАЗНЬ НЕМИНУЕМА ЕСЛИ ЗНАЕТЕ О ЕЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯХ В СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВРЕМЯ СООБЩИТЕ МНЕ ХОУВСТРЕЙДТ-СИТИ ДЖИЛБЕРТ ГАМИЛЬТОН АРМ

По пути домой я не делал остановок. Все равно угадать место, где кто-либо мог оставить пуффер для Наоми, не представлялось возможным. Может, я уже растратил время зря. Я ощущал горячее дыхание времени на затылке, беспричинную уверенность, что у Наоми остались не месяцы, а только часы.

В холле меня окликнул Маккэвити:

– Привет, Джил. Предложение все еще в силе, – сказал он.

– Предложение?

– Напиться с кем-нибудь.

– А-а… Мне это еще может понадобиться. Давайте сейчас я поставлю вам выпивку. Хотя я не видел бара…

– Здесь нет никакого бара. У нас обычно есть собственные запасы, и мы выпиваем на дому. Пойдем, у меня неплохой набор.

Квартира Маккэвити находилась близ нижнего уровня города. Каких-либо инструментов бармена не имелось; выпивка обещала быть простой. Он предложил мне нечто под названием «земное сияние», налив его поверх ледяных кубиков.

Пошло гладко.

– Дистилляция здесь безумно дешева, – заметил Гарри. – Тепло, холод, частичный вакуум – все сразу за стенкой. Вам понравилось?

– Да. Как хороший бурбон.

– Мне звонила Тэффи. Она нормально добралась до Марксграда. Говорит, что оставила сообщение и для вас.

– Хорошо.

– Как я понимаю, напоследок вы поладили?

– Да, слава богу. Я был в ужасном состоянии. Она меня заново собрала. – Я сделал еще глоток. – Хотел бы я иметь время, чтобы напиться в хорошей компании. Может, это именно то, в чем я нуждаюсь. Гарри, не знаете ли вы врача из Пояса, Рэймонда Форварда?

Маккэвити почесал в затылке:

– Слышал что-то… Да. У него были клиенты с Луны. Специалист по проблемам бесплодия.

Черт! Наоми не страдала бесплодием.

– Он был на Луне несколько дней. Может, у него был клиент-лунянин?

– Тогда должны были остаться записи. У нас нет ограничений на рождаемость, кроме естественных.

– Хорошо. Я смогу это проверить.

– А в чем вообще дело?

– Он был здесь в нужное время и прибыл с небольшим грузом. Может, имелись скрытые мотивы.

– В нужное время для чего?

– Для Наоми. Хотя я, возможно, захожу не с той стороны. Я должен был бы искать того, кто стрелял в Криса Пенцлера. Но если Наоми была не там, где она утверждала… Хотя это лишь версия. Я смогу ее проверить. Наоми могла с кем-то встретиться. Или с Энтси де Кампо, или с Форвардом. Могут существовать два Рэймонда Форварда?

– И оба врачи из Пояса? Ну, в принципе возможно. – Он тоже хлебнул из бокала. – А Наоми была бесплодна?

– Нет. Но поклялась не рожать больше детей.

– Тогда это отпадает.

– От мужчины.

– Что?

– Она поклялась, что никогда больше не будет иметь детей от мужчины. Так этот Форвард занимается проблемами бесплодия?

– Да. Вы о чем-то догадались, не так ли?

– Клонирование?

– Если все остальное не даст успеха, он может вырастить для пациента клон. Но это адски дорого.

– Можно одолжить ваш телефон?

– Я позвоню для вас. Какой номер?

Я сказал.

Артемус Бун стоял, нахмурившись, в дверях своей конторы.

– Я как раз закрываюсь. Могу принять вас завтра в десять ноль-ноль. Или это что-то срочное?

– Кажется, срочное, – сказал я телефонному изображению. – Вы все еще относитесь к Наоми Митчисон как к своему клиенту?

– Конечно.

– Мне надо обсудить ее дело, конфиденциально.

Он вздохнул:

– Приходите в мою контору, я подожду.

Я обернулся к Гарри Маккэвити:

– Спасибо за выпивку. Я был бы рад напиться с вами, когда все это закончится, но прямо сейчас…

Он отмахнулся:

– Я когда-нибудь узнаю, что тут вообще происходило?

– Есть много разных видов преступлений, – сказал я загадочно и ушел.

Артемус Бун сидел за своим древним, любовно ухоженным компьютерным терминалом и подпирал бороду сложенными руками.

– Так в чем же дело, мистер Гамильтон?

– Я хочу получить правовую оценку гипотетической ситуации.

– Продолжайте.

– Женщина с Земли нанимает врача из Пояса, чтобы создать ее клон и вырастить до определенного срока. Операция происходит на Луне. Женщина возвращается на Землю. Ребенка растят на астероидах. Четыре года спустя они встречаются, опять на Луне. Когда все это становится известным, женщина все еще находится на Луне.

Бун глядел так, словно у меня выросли рога.

– Проклятье!

– Несомненно. Так вот, по законам о рождаемости ООН нашу гипотетическую женщину с Земли, если бы она родила незаконного ребенка, стерилизовали бы. И ребенка тоже бы стерилизовали. Однако у этой конкретной женщины все еще есть право на одни роды, поэтому она могла бы завести ребенка без проблем. Но как насчет клона?

Бун замотал головой. Он все еще не пришел в себя.

– Не имею понятия. Я занимаюсь лунным законодательством.

– Потребует ли ООН экстрадиции женщины? Позволит ли Луна осуществить это? Вероятна ли попытка экстрадировать и ребенка? Или они обе в безопасности, поскольку преступление имело место вне Земли?

– И снова не имею понятия. Мне хотелось бы изучить этот вопрос. В некоторых правовых концепциях Луна является частью ООН. Проклятье! Почему Наоми не обсудила это со мной?

– Она могла чего-то опасаться. Она никогда не упоминала подобную ситуацию?

Он страдальчески улыбнулся:

– Никогда. Проклятье! Я почти уверен, что ребенок не может быть экстрадирован. Если бы только она спросила! Гамильтон, а наш гипотетический ребенок все еще на Луне?

– Нет.

– Это хорошо. – Он резко поднялся. – Завтра я смогу дать более четкий ответ. Позвоните.

Я добрался до номера, рассчитывая провести какое-то время за телефоном. Уговорить Будрис рассказать мне, что происходило на Конференции. Такой разговор мог занять целый час. Еще я хотел проверить квалификацию доктора Форварда и его последние перемещения. Еще меня ожидало сообщение от Тэффи… Я упал на кровать и, сбросив ботинки, сказал:

– Хирон, сообщения.

Изображение Лоры Друри, одетой в полный скафандр, проговорило:

– Джил, тебе придется обедать без меня. Я выхожу наружу с поисковым отрядом. И не знаю, когда вернусь. Крис Пенцлер пропал.