О Мордо нельзя было сказать того же самого.

Когда Кецилий и его фанатики использовали запрещенный ритуал, чтобы открыть пространственный разлом, вызывая Дормамму в наш мир, всякая надежда, казалось, была потеряна. Вонг должен был защищать Святилище в Гонконге. Но Вонг и Святилище пали перед мощью фанатиков и вторгшегося Темного Измерения.

Затем прибыли Стрэндж с Мордо, чтобы стать свидетелями разрушения Гонконга. Используя Глаз Агамотто, Стрэндж повернул время вспять. Разрушение Гонконга стало медленно отматываться назад. Святилище восстало из обломков. И Вонг вернулся к жизни.

Стрэндж тогда вступил в бой с самим Дормамму внутри Темного Измерения. Он использовал Глаз, чтобы создать бесконечную петлю времени, захватившую как его, так и Дормамму. В ярости Дормамму обрушился на Стрэнджа, убив его. Но сила Глаза была велика, и время каждый раз перематывалось обратно. Битва начиналась заново, и снова Стрэндж вступал в бой с Дормамму. И опять Дормамму убивал Стрэнджа.

Разочарованный Дормамму наконец согласился покинуть Землю в обмен на то, чтобы Стрэндж разорвал петлю времени. Сделка удалась, и каждый сдержал свое слово.

Вонг и Мордо ожидали Стрэнджа, когда тот вернулся из битвы. И хотя Вонг с облегчением увидел, что Стрэндж жив и гордится своим гениальным решением, казалось бы, неразрешимой проблемы, Мордо терзали совершенно иные чувства.

Мордо полагал, что Стрэндж, использовав Глаз Агамотто для вмешательства в ход времени, нарушил законы природы. Законы были абсолютом, правильные они или нет. Он больше не мог связывать себя со Стрэнджем, с Вонгом и Камар-Таджем.

– Рано или поздно, но всегда приходится платить по счетам, – любил говорить Мордо.

Всегда была цена, которую следовало заплатить. Как Стрэндж мог использовать Глаз без каких-либо ужасных последствий?

Мордо не хотел иметь ничего общего с этим. Он ушел от них по собственной воле.

Это обеспокоило Вонга тогда и продолжало тревожить по сей день.

Каким мог быть человек вроде Мордо, с непоколебимыми принципами, который не терпел никаких разногласий с его точкой зрения? Очень опасным.

Глава 8

– То есть головные боли начались всего час назад? – обеспокоенно спросил Вонг.

– Около того, – подтвердил Стрэндж. – Я вышел наружу, чтобы слегка прочистить голову. Мой разум... словно... в тумане последнее время. Как будто какая- то мысль хочет прорваться, но я не могу дотянуться до нее. Как-то так... Сначала это была просто тупая боль, и я не обратил на нее внимания. Раньше я был хирургом и знаю, какие причины могут вызвать головные боли. Но потом... – он коснулся пальцем своих висков и слегка надавил, морщась. – Будто гвоздь, вонзающийся мне в мозг. Мой внутренний докторский голос сказал мне: «Знаешь, Стивен, это ненормально».

– Ты знаешь, что это может быть?

Стрэндж покачал головой.

– Нет, но вместе с болью... Думаю, ты назвал бы это видениями, – начал он.

Друзья дошли до конца коридора и вошли в Комнату реликвий Святая Святых. Комнату обрамляли стены, обшитые панелями из красивого старого дуба, она была полна стеклянных шкафов и различных постаментов. Тут хранились предметы антиквариата, объекты, которые на протяжении веков собирались по всему миру.

Реликвии были предметами большой силы. Как выяснили чародеи, манипуляции с энергиями измерений могли иногда сильнейшим образом воздействовать на их тело и разум. Некоторые виды магии были слишком сильными для того, чтобы с ними можно было справиться, независимо от того, насколько хорошо волшебник был осведомлен в мистических искусствах. Поэтому некоторые объекты – реликвии – были наполнены силой, достаточной, чтобы выдержать воздействие, которое сами маги выдержать не могли.

– Что за видения? – спросил Вонг. Он был не на шутку взволнован. Стрэндж часто держал все в себе. Он предпочитал решать проблемы самостоятельно. Удивительно было уже то, что он упомянул о них в разговоре.

Стрэндж зашел за стеклянный шкаф с неким предметом внутри, в котором Вонг сразу узнал «Жаровню Бом’галитата». Вонг знал, что ее можно использовать для усиления эффекта уже произнесенных заклинаний. Стрэндж, казалось, задержался рядом с ней на мгновение, а потом двинулся дальше.

– Видения... они не особенно... ясные, – медленно произнес Стрэндж. – Просто что-то такое в моем сознании, что-то... оно все ближе. Некая форма, очертания... живого существа. Оттуда, – закончил Стрэндж, указывая пальцем вверх, на потолок.

– Нет, не в буквальном смысле, не с чердака, – продолжил Стрэндж, когда Вонг умоляюще посмотрел на него. – Из космоса. Из другого измерения. Я не уверен. Но одно я знаю точно: оно приближается, и намерения его не самые дружелюбные.

Вонг слушал и размышлял. В то время как другие перед лицом опасности часто вели себя импульсивно, Вонг предпочитал не торопиться. Он приводил свои мысли в порядок и действовал только после тщательного рассмотрения и ознакомления с фактами.

Настоящий библиотекарь, Вонг произнес:

– Есть кое-какие тексты, с которыми мы можем ознакомиться в Камар-Тадже. Возможно, они окажутся полезными.

Путешествие между тремя святилищами и Камар-Таджем было относительно простым. Мастера мистических искусств могли использовать волшебные дверные проемы Святилища Нартекс для быстрого перемещения между Святилищами. Вонг мог переместиться в Камар-Тадж со скоростью мысли.

Стрэндж хлопнул в ладоши.

– Звучит здорово, – сказал он с некоторой тревогой. – Ты иди. А я останусь здесь и буду медитировать.

– Медитировать, – медленно повторил Вонг.

– Медитировать.

Вонг кивнул.

– Хорошо. Это будет нелишним.

Глава 9

Меньше минуты назад Вонг был в Святилище в Нью- Йорке, разговаривал со Стивеном Стрэнджем в Комнате реликвий. Теперь он в Непале, в Камар-Тадже. Внутри прохладной, тускло освещенной библиотеки, каждый закоулок которой он знал как свои пять пальцев.

Мягко ступая по поверхности камня, Вонг исследовал одну книжную полку, заполненную энциклопедиями о странных явлениях и существах, представляющих потенциальную угрозу Земле. У Вонга вошло в привычку читать эти книги несколько лет назад. Что-то в них очаровывало его. Книги были полны таких ужасных вещей, что большинство студентов в Камар-Тадже никогда бы не осмелились их открыть. Но Вонг не обращал на это внимания. Книги сами позвали его. Он хотел знать, что может скрываться там, снаружи, чтобы заранее подготовиться к любой случайности. Каждая из книг была уложена во что-то наподобие маленькой железной клетки. Сняв штифт, который держал защелку, Вонг открыл ячейку и вытащил оттуда том в переплете из потрескавшейся черной кожи.

В библиотеке хранилось несколько таких книг без видимого названия на обложке. На самом деле если бы мирянин открыл одну из этих особенных книг, то не увидел бы ни единой записи. Слова были видны только тем, кто доучился по меньшей мере до адепта Древней.

Вонг был адептом. Впрочем, его уровень был даже выше.

Он взял книгу и подошел к старому стулу. Сел, а затем раскрыл фолиант в тусклом библиотечном свете. Перед его глазами на странице стали медленно появляться слова:

«Книга Заходящего Солнца».

Это была книга, наполненная темной магией и еще более темными существами. Если Земле действительно что-то угрожало, были все шансы, что Вонг может узнать о ее природе в «Книге Заходящего Солнца».

Просматривая пергаментные страницы, монах почувствовал, что волосы на затылке вдруг встали дыбом. Резко повернув голову влево, он не удивился, увидев круг из светящихся магических энергий всего в одном футе от своей головы. Внутри круга он увидел Стивена Стрэнджа, находящегося там, где он его оставил, – в Нью-Йорке.

Стрэндж протянул ему через маленький портал руку.

– Яблоко? – спросил он, кивнув на фрукт в своей руке.

Вонг вздохнул.

«Это будет очень долгая ночь», – подумал он.

* * *

Вонг резко проснулся.

Как долго он спал? Сколько часов? Или минут?

Он читал много часов подряд, в этом он был уверен. Тем не менее Вонг ничего не нашел, ни единой подсказки или клочка информации, которые помогли бы им узнать, что именно, по ощущениям Стрэнджа, угрожает Земле.

Вонг выпрямился, зевнул, а затем вернулся к книге, примостив ее на коленях. Именно тогда он начал ощущать некое тревожное чувство глубоко внутри. Он понял, что Стрэндж не беспокоил его уже несколько часов, фактически с того самого момента, когда Вонг отверг предложенный Стрэнджем через портал ассортимент фруктов.

Мозг Вонга заработал с бешеной скоростью. Почему Стрэндж так быстро согласился, чтобы Вонг отправился в Камар-Тадж один?

И с каких это пор Стрэндж просто сидит и «медитирует»?

С тех пор как начал ощущать головные боли. Видения.

«Возможно, – подумал Вонг, – Стрэндж. хотел, чтобы я находился подальше. Возможно, он собирается что-то сделать».

Что-то глупое.

Один.

Вонг захлопнул книгу, даже не потрудившись вернуть ее обратно в свою клетку, и отбросил стул. Времени было очень мало. Начертив в воздухе круг с помощью двойного кольца на своей правой руке, Вонг открыл портал между Камар-Таджем и Святая Святых в Нью- Йорке и рванулся вперед.

Глава 10

– Стивен! – прорычал Вонг своим самым раскатистым и грозным голосом. Портал потрескивал, когда он вышел в Нью-Йоркском Святилище, а затем исчез в воздухе, как будто его никогда и не было.

Вонг появился в фойе с внушительной парадной дверью за его спиной, открывающейся прямо в Гринвич-Виллидж. Он быстро окинул взглядом нижний этаж в попытке обнаружить признаки жизни, затем посмотрел наверх.

Ничего.

Он снова позвал Стрэнджа по имени.

По-прежнему ничего.

Поднявшись по лестнице, Вонг пробежал в конец коридора и заглянул в Комнату реликвий. Однако и там он не увидел никаких признаков Стивена Стрэнджа. Сердце Вонга сжалось.

«Он решил все сделать самостоятельно, – подумал монах. – Кем он себя вообще считает? Верховным Чародеем Земли?»

Не зная, что делать, Вонг вышел из Комнаты реликвий и пошел обратно по коридору.

А затем его осенила мысль, больше похожая на догадку. Он продолжал идти, пока не подошел к Святилищу Ротунда.

Ротунда представляла собой круглую комнату с тремя огромными панорамными окнами, расположенную недалеко от прихожей. Это казалось невозможным, но все три окна показывали разные виды. Из первого были видны струящиеся пески пустыни. Вдалеке Вонг увидел нечто, похожее на реактивный самолет. Выглядел он как-то знакомо, но Вонг никак не мог вспомнить, где он его видел. Из второго окна не было видно ничего, кроме океанских вод, растянувшихся до самого горизонта. Атлантика? Или Тихий океан? Нельзя было точно сказать по одному лишь изображению.

Когда Вонг остановился, чтобы посмотреть в третье окно, то увидел там странное зрелище: Стрэнджа, сидящего в позе лотоса, на вершине заснеженной горы.

«Что он делает? – подумал Вонг. – Он действительно медитирует?»

Некоторое время он колебался, не зная, должен ли прервать медитацию Стрэнджа, прыгнув в окно и представ перед магом на заснеженной горной вершине. Библиотекарь задавался вопросом, не было ли это занятие Стрэнджа прелюдией к тому, чтобы потом улететь в другое измерение самостоятельно, подготовкой к тому, чтобы отправиться в путь, не посоветовавшись с Вонгом и не попросив его о помощи.

Он так сильно закусил губу, что ощутил железный привкус собственной крови. Что это за чувство? Беспокойство? Вонг к нему не привык. По большей части Вонг все всегда держал под контролем: и себя, и окружающее положение вещей. Он был спокоен и снаружи, и внутри, медленно на все реагировал и так же не торопясь закипал гневом.

Он боролся с импульсом прыгнуть через стекло, когда вдруг его осенило. Древняя на самом деле ушла навсегда: она умерла от рук Кецилия и больше не вернется.

Стивен Стрэндж оказался теперь один на один перед незавидной задачей – достойно занять ее место.

Вонг должен был верить в то, что Стрэндж с ней справится. Собственно, именно это он и делал.

Верил.

Он помедлил еще секунду, затем повернулся спиной к окну и медленно вышел из Святилища.

* * *

– Есть кто-нибудь дома?

Крепко сложенный маг поднял глаза от бумаг на своем столе. Желая отвлечься, он провел прошедший час, занимаясь своей летописью, полностью поглощенный мыслями, когда вдруг услышал, как его зовут.

Будучи человеком, казалось бы, бесконечного терпения, Вонг на этот раз чуть не подпрыгнул на месте от звука знакомого голоса и побежал к Ротунде.

Внутри он увидел потирающего виски Стрэнджа. Снова головная боль. Чародей только что вышел из окна, судя по хлопьям снега, срывающимся с его плеч. Затем он обратил внимание на панель управления, встроенную в оконные молдинги, и повернул диск. Изображение снежной вершины сменилось видом пасторального зеленого луга.

– Ты вернулся, – сказал Вонг. Он надеялся, что голос не выдаст охватившего его беспокойства.

– Да, действительно, – ответил Стрэндж. – Ты будешь удивлен, узнав, что я на самом деле...

– Медитировал, – закончил за него соратник. – Я знаю. Я видел.

– Разве ты не должен был находиться в Камар-Тадже, разыскивая в книгах какие-нибудь подсказки об этой угрозе? Я думал, здесь никого не будет, – наигранно удивился Стрэндж.

– Мартышкин труд, – ответил Вонг. – Ты знал, что я ничего не найду.

Стрэндж вздохнул и опустил руки на бедра. Он посмотрел на пол, затем на Вонга.

– Да, знал.

В его голосе не было ни малейшего намека на вину или самобичевание. Типичный Стрэндж.

– Почему ты солгал? – спросил Вонг. Не сказать, что он сильно злился, так как знал, что Стрэндж ничего не делает без веской причины. Но он хотел знать эту причину. Если он хотел доверять магу, то Стивен должен был довериться ему и сказать правду.