– Я не был уверен, что произойдет, когда я окажусь на вершине этой горы, – ответил Стрэндж. – Не знал точно, что может... последовать за мной через окно. Я не хотел, чтобы ты оставался здесь. Чтобы ты не попытался вмешаться...

– Я здесь, чтобы помогать, – возразил Вонг, и в его голосе прозвучало разочарование. – Ты знаешь это. Точно так же, как я помогал Древней, я здесь, чтобы помогать тебе. Я...

– Ты мой друг, – прервал чародей монолог Вонга. – Я знаю это. Поэтому я должен был убедиться, что с тобой все будет в порядке в том случае, если со мной что-нибудь случится. Тебе пришлось бы тогда кое-что сделать.

Монах посмотрел на Стрэнджа и покачал головой. Что ж, он обдумает вывернутую логику Доктора Стрэнджа позднее. В данный момент он чувствовал, что есть дела и поважнее.

– Ну, так что ты узнал?

Стрэндж тут же очертил правой рукой круг, и воздух стал потрескивать искрами.

– Пойдем со мной, – предложил он.

Глава 11

Как только Вонг вошел в портал, перед его мысленным взором сразу всплыли два необыкновенно ярких воспоминания о Стивене Стрэндже.

Первое: Стрэндж, узнавший, как использовать двойное кольцо.

Второе: Стрэндж, застрявший на вершине совсем другой горы, чем тот снежный пик, на котором он недавно медитировал. Застрял он там, конечно, не по своей воле.

Вонг вспомнил, что было время, когда Стрэндж не умел пользоваться двойным кольцом. У него никак не получалось.

«Все дело в моих руках», – оправдывался он тогда.

Проблема всегда была в его руках.

* * *

Вонг вспомнил, как Мордо рассказал ему одну историю. Это было в ранние дни обучения Стрэнджа. Тот только нащупывал свой путь, хватаясь за каждую соломинку, пытаясь доказать себе, что он может, может творить магию. Но пока у него ничего не получалось.

По его словам, Мордо тренировал группу учеников во дворе Камар-Таджа. Все они использовали двойные кольца служившие для концентрации энергии, чтобы создавать большие круглые порталы прямо в воздухе. Их получал каждый ученик. Когда студенты взмахивали руками, перед каждым из них появлялись светящиеся порталы.

То есть перед каждым, кроме Стивена Стрэнджа.

– Визуализируйте, – подсказывал Мордо ученикам. – Представьте пункт назначения в своем уме. Чем яснее будет картинка, тем быстрее и легче появятся врата.

Слова были сказаны, казалось, для всей группы, но на самом деле предназначались для Стрэнджа.

Пытаясь изо всех сил, новый ученик, однако, никак не мог правильно выполнить движения рукой: что-то ему мешало. В этот момент появилась Древняя с другим учеником, мужчиной в рясе по имени Хамир.

Древняя попросила Мордо разрешения переговорить со Стрэнджем. Как всегда, Стивен начал жаловаться на свои руки: из-за аварии у него не получается делать жесты, необходимые для активирования двойного кольца. Древняя отмела все эти жалобы.

– Дело вовсе не в твоих руках, – убеждала она его.

Стрэндж упорно не соглашался. Поэтому Древняя попросила Хамира продемонстрировать кое-что. Хамир согласился и вытащил руки из длинных рукавов своего облачения.

Точнее, одну руку.

Без колебаний Хамир начал делать жесты, необходимые для создания портала, одной рукой и оставшейся от второй культей. Обе сплетали в воздухе светящиеся руны, и через несколько секунд появился портал.

Мудрость Древней получила очередное подтверждение.

Взволнованный и расстроенный, Стрэндж пребывал в смятении. Это было очевидно. Поэтому Древняя попросила ученика следовать за ней: создала портал, ступила в него и жестом пригласила Стрэнджа.

Они теперь стояли на горе Эверест, недалеко от вершины. Их окружал сплошной лед. Необыкновенная красота. Древняя заметила, что человек может выдержать здесь не больше получаса. Шок наступает гораздо раньше, через минуту-другую.

Затем она ступила через портал обратно и закрыла его, оставив Стрэнджа на вершине ледяной горы.

Это было испытание льдом. Если бы Стрэндж не смог заставить двойное кольцо работать, он бы умер. Это было очевидно.

Позже Мордо поделился с Вонгом, что он не мог поверить, что Древняя так поступила. По мнению Мордо, «тест» Древней был слишком жестоким, особенно учитывая то, что ученик, о котором шла речь, не мог сделать простейшего портала даже в самых благоприятных условиях. Со своим непоколебимым взглядом на то, что «хорошо», а что «плохо», Мордо был откровенно против подобного.

Прошло несколько напряженных минут перед тем, как внезапно открылся портал и из него в буквальном смысле вывалился на землю припорошенный снегом Стрэндж. Он дрожал и почти заледенел – но у него получилось.

Он сделал еще один шаг в мир неизведанного.

* * *

– Я снова вернулся в библиотеку, – сказал Вонг, оглядевшись.

– В библиотеку, – повторил Стрэндж.

Двое мужчин прошли через тускло освещенную комнату, мимо окружающих их древних томов.

– Что ты надеешься найти на этот раз? – спросил Вонг.

– Способ, – ответил маг. – Нечто, что мы сможем использовать для того, чтобы предотвратить гибель нашего мира.

Глава 12

– «Книга пяти?» – недоуменно спросил библиотекарь, глядя на друга. – Ты вообще когда-нибудь читал ее раньше?

– Конечно, я ее читал, – ответил Стрэндж, вытаскивая обтрепанную книгу из ее металлической клетки. – Я прочел практически каждую книгу в этой библиотеке.

– Не каждую, – пробормотал Вонг.

Стрэндж повернул к нему лицо.

– Да, я уверен, что здесь есть книги, которые я не читал.

– Ты сейчас очень сильно ошибаешься, – сказал Вонг, качая головой.

Не говоря больше ни слова, Стрэндж повернулся к своему компаньону спиной и быстро подошел к ближайшему столу, с ощутимым треском положив на него книгу. Он раскрыл ее и начал листать страницы, явно что-то разыскивая.

«Книга пяти». Это была книга великой силы, полная невероятной белой, или доброй, магии. Самой книге была тысяча лет. Заклинания, содержащиеся внутри, были написаны пятью самыми могущественными чародеями из когда-либо живших на земле. Вместе эти Мастера мистических искусств соткали магию, которая передавалась из поколения в поколение, от волшебника к волшебнику.

– Пока я медитировал на той горе, – начал Стрэндж, – у меня было еще одно видение: я увидел кое-что, что-то... живое, огромное, с щупальцами. Оно плыло сквозь пространство сюда, на Землю. И оно было очень голодно.

Вонг переступил с ноги на ногу.

– Иикалит? – произнес он вслух.

Иикалит впервые пришел на Землю более миллиона лет назад. Кошмарный зверь, он правил с немыслимой жестокостью, заставляя людей приносить ему человеческие жертвы. Потребовались мощь и воля Мастера мистических искусств для того, чтобы изгнать Иикалита с Земли, как предполагалось, навсегда.

Стрэндж покачал головой.

– Нет, не Иикалит, хотя было бы приятно встретиться с ним как-нибудь, – сказал он с нотками сарказма в голосе. – Но я слышал в своем видении имя. Калкарто.

– Калкарто? – решил уточнить Вонг. – Я не помню, чтобы встречал хоть какого-нибудь Калкарто в любой из этих книг.

– Это потому, что ни в одной из этих книг его нет, – произнес Стрэндж. – Это что-то новое. Нечто, с чем ни мы, ни Древние, ни кто-либо из живущих на Земле раньше никогда не сталкивались.

– Ты говоришь «сталкивались»... – Вонг задумался. – Когда он будет здесь?

Стрэндж еле заметно пожал плечами. Он не знал.

– Что он будет делать? – спросил Вонг.

– Видение было нечетким, – произнес Стрэндж тусклым голосом, – Он высосет из планеты всю ее энергию и оставит после себя безжизненную шелуху.

– Если эта угроза не описана ни в одной из этих книг, тогда что мы надеемся найти здесь? – произнес Вонг, указывая на открытую книгу.

– Надежду, – ответил Стрэндж. – Мы ищем надежду.

Глава 13

«Надежда. Стрэндж всегда искал надежду», – подумал Вонг с восхищением, граничащим с любовью. Такую привязанность испытываешь к надоедливому младшему брату, который все никак не оставляет тебя в покое, как бы ты ни пытался от него отвязаться. Но что поделаешь?

Это была одна из определяющих черт этого человека. В конце концов, ведь именно надежда привела Стрэнджа в Непал. Когда он исчерпал все возможности – и деньги в том числе – в попытках найти несуществующее лекарство, мужчина начал искать другие, какими бы неординарными они ни были, вместо того чтобы просто сдаться.

Стрэндж рассказал монаху, как он узнал о Камар-Тадже. Стивен проходил курс терапии, чтобы восстановить хоть какое-то подобие былой ловкости рук, и врач- терапевт рассказал ему о другом пациенте, с которым случился чудовищный несчастный случай на заводе: он сломал позвоночник, его ноги остались парализованными. •

Он перестал ходить к терапевту.

Однажды, спустя несколько лет, тот же самый человек прошел мимо терапевта на улице.

Прошел.

Стрэндж подумал было, что терапевт рассказал ему эту историю, чтобы он почувствовал себя немного лучше, как родитель, читающий ребенку сказки перед сном, чтобы отогнать кошмары. Но терапевт поклялся, что говорит правду. Стивен попросил его назвать имя пациента.

Джонатан Пэнгборн. Имя показалось ему смутно знакомым, как будто Стрэндж должен был его знать, но он не мог понять, откуда.

Стрэндж выследил Пэнгборна на баскетбольной площадке, где тот играл со своими друзьями. Нервничая, он все не мог придумать, как подойти к этому человеку; поэтому он просто выкрикнул:

– Джонатан Пэнгборн. Травма спинного мозга. Тяжелая.

Пэнгборн резко посмотрел на Стрэнджа и вышел из игры.

– Кто вы? – тихо спросил мужчина.

– Полный паралич начиная от нижней части груди. Частичный паралич обеих рук.

Пэнгборн выглядел ошеломленным.

– Я вас не знаю.

– Я Стивен Стрэндж. Я – нейрохирург... был нейрохирургом.

Внезапно на лице Пэнгборна отразилась тень узнавания.

– Собственно, а что ты знаешь, мужик? Я-то тебя знаю. Однажды я пришел в твой офис, – сказал он, и в его голосе прозвучал гнев. – Ты отказался меня принять. Я так и не смог пройти дальше твоего помощника.

– Ты был неизлечим, – глухим голосом произнес Стрэндж.

– На этом нельзя было сделать имя, да? – резко ответил Пэнгборн. Он уже начал отворачиваться.

– Ты вернулся оттуда, откуда нет пути назад, – заторопился Стрэндж. – А я... я тоже пытаюсь найти свой собственный способ вернуться назад.

Стрэндж вытащил руки из карманов пальто, чтобы показать Пэнгборну шрамы, дрожь.

Стивен не знал, что еще сказать. Он осознавал иронию происходящего. Ведь бывший нейрохирург практически упрашивал Пэнгборна помочь, после того как сам отказал ему в помощи. Тем не менее он надеялся что Пэнгборн проявит доброту, которую сам Стрэндж не смог продемонстрировать годы назад.

Пангборн молчал, а затем начал говорить, медленно и тихо, так, чтобы его мог слышать только Стрэндж.

– Хорошо. Я вынужден был отказаться от своего тела, – прошептал мужчина. – Я думал, мой разум – единственное, что у меня осталось, и я должен попытаться развивать хотя бы его. Поэтому я встречался с разными гуру и святыми женщинами. Незнакомцы принесли меня на горные вершины, чтобы я увидел святых людей. И наконец я нашел своего учителя... Мой разум просветлел, мой дух углубился, и каким-то образом...

– Твое тело исцелилось, – закончил за него Стрэндж.

– Да, – кивнул Пэнгборн. – Там были еще более необыкновенные секреты, которым можно было выучиться... но у меня не хватало для этого сил. Я решил довольствоваться своим чудом и вернулся домой.

Стивен жадно впитывал каждое слово. Он смотрел на Пэнгборна умоляющим взглядом.

– Место, которое вы ищете, называется Камар-Тадж, – сказал Пэнгборн. – Но цена там высока.

– Сколько? – спросил Стрэндж.

– Я говорю не о деньгах, – ответил Пэнгборн, точно зная, о чем подумал собеседник. – Удачи.

Стрэндж был ошеломлен. Как будто внезапно рухнули стены, удерживавшие его в заключении.

После того как все остальное потерпело неудачу, вот она, последняя тонкая ниточка надежды, свисающая прямо перед ним.

Глава 14

– Вот оно, прямо перед нами, – воскликнул Стрэндж, ударив большим пальцем правой руки по пергаменту цвета сепии. «Книга пяти» лежала раскрытой прямо перед ним.

Удивившись молчанию, Стрэндж позвал:

– Вонг! Что-то не так? Язык проглотил?

Вонг очнулся. Он понял, что настолько увлекся своими размышлениями об обстоятельствах, приведших Стрэнджа в Камар-Тадж, что не услышал ни слова из того, что говорил маг.

Если поиск надежды перед лицом полной безнадежности был одной из отличительных черт характера Стивена Стрэнджа, то, конечно же, одной из главных черт Вонга была способность сохранять самообладание практически в любых обстоятельствах. Библиотекарь повернул голову, чтобы посмотреть на страницу.

Текст был ему знаком. Вонг уже читал его раньше, давным-давно.

– «Узы Бэльзара», – произнес Вонг, слегка поморщившись. Стрэндж обратил на это внимание.

– «Узы Бэльзара», – повторил за ним Стрэндж.

– Древняя никогда их не использовала, – продолжил Вонг. В тоне его голоса не было и тени сомнения. И не должно было быть. Самого факта, что Древняя избегала использования какой-либо реликвии, по мнению Вонга, должно было хватить, чтобы человек задумался.

Но Стивена Стрэнджа невозможно было чем-то удивить.

– Возможно, Древняя никогда их не использовала, потому что необходимости не было, – парировал Стрэндж. – Этот Калкарто, чем бы он ни был, грядет. Мы не можем подпустить его к Земле. Нам понадобится что-то невероятно мощное, чтобы удержать его на расстоянии. Это, – закончил он, указывая на заклинание, – может стать нашей единственной возможностью.

Стрэндж сосредоточился на странице, впитывая слова, написанные давно забытым языком. Вонг знал, что Стрэндж использует свою фотографическую память, дословно запоминая заклинания, которые требовалось произнести для пробуждения силы реликвии. Сосредоточенность Стрэнджа казалась почти сверхчеловеческой, его глаза бегали взад-вперед по тексту.