Или что угодно.

Существа, которые гнались за ними, были похожи на людей только внешне. Хеймдалл знал, что они были не из плоти и крови. Это были воскрешенные мертвецы. Хела заключила с ними сделку и дала им вторую жизнь.

В обмен восставшие должны были заманить в ловушку асгардцев, от которых Хела будет питаться: высасывать их жизни, – чтобы увеличить свою мощь ценой каждой души, которую Хеймдалл поклялся защищать.

Ноги Стража ступали уверенно, пока он бежал в их сторону. Затем он спрятался в узком ущелье. Семья шла прямо к нему, существа продолжали преследование.

Девочка первой забежала в ущелье и столкнулась с Хеймдаллом, который не сдвинулся ни на дюйм.

– Извини, – сказал Хеймдалл, пытаясь принять непринужденный вид.

Семья уже была прямо позади девочки, когда существа бросились вперед. Однако они не были готовы к яростной и неожиданной атаке. Широкими движениями воин разрубил тварей Хофундом, свалив их, прежде чем они успели хоть что-то понять. Битва еще не началась, а существа уже лежали поверженными у ног Хеймдалла.

Страж жестом приказал семье следовать за ним.

* * *

Насколько Хеймдалл мог видеть, других врагов поблизости не было, однако он вывел семью из ущелья в овраг, только когда убедился, что за ними никто не следит. Тропа вела на вершину горы. На камни был нанесен ряд узоров, высеченных чьей-то древней рукой.

Любому жителю Мидгарда эти отметки показались бы непонятными. Но асгардцы мгновенно узнавали в них Иггдрасиль, древо жизни.

Хеймдалл поднял руку, приказывая семье остановиться. Он опустился на колени перед замысловатыми знаками и что-то прошептал. Когда Страж закончил, огромный участок горы исчез, как будто его там никогда и не было.

Внутри прятались асгардцы, сотни, может, даже тысячи: мужчины, женщины, дети – все, кто покинул Асгард после появления Хелы, люди, отправившиеся в горы в надежде, что здесь у них появится шанс выжить.

Хеймдалл дал им этот шанс. Именно он привел их всех сюда. Как давно Иггдрасиль в Асгарде – с самого основания? Убежище использовали тысячи лет назад, чтобы защитить жителей в трудное время. Древо было давно забыто, помнили о нем лишь немногие.

– После вас, – сказал Хеймдалл, и семья с благодарностью вошла.

Глава 6

– Он нам нужен, но я не вижу его и не слышу. Он так далеко, – еле слышно шептал Хеймдалл. Позади него, в древнем горном убежище, стояли жители Асгарда, собравшиеся вместе для защиты от опасности. Разумеется, пришли не все: некоторые погибли за время царствования Хелы, другие были в городе, им было страшно оставаться, но еще страшнее – уйти.

Хеймдалл сделал все возможное, чтобы спасти как можно больше людей. Безустанно днем и ночью он тайно переправлял людей из города в горы.

Но он опасался, что этого недостаточно.

– Когда он по-настоящему понадобится тебе, то сам придет, – заверил его Один.

Хеймдалл покачал головой.

– Почему ты так уверен в этом?

– Когда пробудешь Всеотцом достаточно долго, начинаешь многое замечать, – ответил Один. – К тому же отцы знают своих сыновей.

– В Мидгарде, – спросил Хеймдалл, тщательно подбирая слова, – во время изгнания Тора, откуда ты знал, что он покажет истинного себя?

На секунду повисло молчание.

– Не думаю, что я знал это. Я надеялся, – ответил Один, – что в тяжелое время проявится его характер.

– Он спас всех тех людей в Мидгарде, – молвил Хеймдалл. – Если бы не он, если бы остальные ему не поверили... Разрушителю никто не противостоял бы, а ледяные великаны уничтожили бы Асгард.

* * *

Пока Тор был в ссылке на Земле, Один погрузился в сон, и Локи стал царем Асгарда. Он использовал свои силы, чтобы заморозить Хеймдалла, затем открыл Биврест и отправился в Йотунхейм. Тогда-то Страж и понял, что наверняка Локи ранее помог трем ледяным великанам проникнуть в Асгард и стал виновником всех последующих событий.

Хеймдалл был очень расстроен. Он мог слышать и видеть все, что происходило в Девяти Мирах, однако не заметил чувства глубокого несчастья, которое подтолкнуло Локи на все эти деяния. Хеймдалл не сердился, не желал отомстить обманщику. Только грусть эхом отдавалась в нем. Неужели младший сын Одина не осознавал, что семья беспокоится о нем, любит его? Тор был для Локи настоящим братом, Фригга – любящей матерью. А Один одинаково относился к обоим сыновьям и не ставил ни одного выше другого. Хеймдалл мог только догадываться, насколько глубокой была боль Локи, раз он решил поставить все это под удар.

По возвращении в Йотунхейм Локи отправил Разрушителя на Землю, чтобы уничтожить Тора. А затем по соглашению с Лафеем ледяные великаны захватили Асгард. В последний раз.

Хеймдаллу оставалось лишь беспомощно наблюдать со стороны, как Тор, лишенный своей мощи и молота Мьельнира, лицом к лицу столкнулся с Разрушителем в небольшом городке. Его верные товарищи: Сиф, Фандрал, Огун и Вольштагг – прибыли в Мидгард, чтобы помочь ему, но оказались бессильны перед непобедимым разрушителем.

Разрушителя – созданное в Асгарде оружие массового уничтожения в форме человека – веками использовали для защиты мира, его жителей и секретов. Считалось, что гиганта невозможно уничтожить. И вот против него вышел Тор, теперь уже простой смертный, рискующий своей жизнью, чтобы спасти остальных в маленьком городке штата Нью-Мексико.

Казалось, сын Одина действительно научился смирению, однако было слишком поздно. Разрушитель прихлопнул его как муху, и его друзья подумали, что все кончено.

Но вдруг что-то произошло. Заколдованный молот Мьельнир прилетел из ниоткуда, рассекая воздух, и оказался в руке поверженного изгнанника.

Он доказал, что был достойным.

Кто ни возьмет молот, если достоин, будет обладать силой Тора.

Мгновенно вернув себе способности, бог грома сделал невероятное – тут же остановил Разрушителя. Мир в Нью-Мексико был восстановлен, однако ледяные великаны по-прежнему буйствовали в Асгарде, и Тору нужно было вернуться домой.

Несмотря на то что Хеймдалл был заморожен, он видел происходящее. Как только Тор показал себя, Страж понял, что ему нужно освободиться и открыть Биврест: от этого зависела безопасность Асгарда. Хранителя врат накрыло волной отчаяния, но, показав невероятную мощь и силу воли, Хеймдалл выбрался из ледяного заточения и повернул меч.

В мгновение ока Радужный мост доставил Тора в Асгард, чтобы он расправился с ледяными великанами. Но оказалось, что вторжение йотунов не было главной целью Локи.

Бог хитрости вел двойную игру и теперь пытался использовать Биврест, чтобы полностью уничтожить Йотунхейм. Хотя мост нужен для того, чтобы переносить людей на большие расстояния, пользоваться им нужно осторожно: если оставить его открытым на продолжительное время, он уничтожит мир, на который направлен.

Между Локи и Тором завязалась битва: брат пошел против брата. Тору стало ясно, что единственный способ остановить разрушение Йотунхейма и спасти бесчисленное количество жизней – это уничтожить Радужный мост, соединяющий Асгард с обсерваторией. Он ударил по пути Мьельниром, и легендарная тропа треснула.

Хеймдалл не сомневался, что у Тора все получится. Так оно и вышло. Но какой ценой! Мост был уничтожен, возможно, безвозвратно. Обсерватория оказалась отрезанной от остального мира.

Братья висели над бездной, ухватившись за край разбитого моста.

Тор выжил благодаря своевременному появлению воспрянувшего ото сна Одина и его крепкой хватке. Хотя Локи предал его и весь Асгард, бог грома все равно пытался спасти его.

Вот только тот не желал, чтобы его спасали. Он отпустил руку брата и полетел в бездну.

* * *

– Как Тор тогда подвергся испытаниям, так и ты сейчас подвергаешься им.

Слова Одина заполнили уши Хеймдалла, когда он повернулся, чтобы посмотреть на море асгардцев, собравшихся в тайном укрытии внутри горы. Он понял, что Всеотец был прав. Безопасность Асгарда – не города, не мира, а людей – была его долгом.

И он не подведет.

– Внизу ждут другие, – сказал Хеймдалл. Он посмотрел сквозь голый камень, лес и городские стены на тех, кто убегал и прятался от восставших воинов Хелы. – Я должен идти к ним.

– Я буду с тобой, – сказал Один. – Всегда.

Глава 7

Хеймдалл спускался с горы. Он знал эту скалистую местность так же хорошо, как обсерваторию, которая некогда была его домом. Каждый раз, покидая укрытие, Страж выбирал разные маршруты, чтобы оставаться незамеченным. Иногда это отнимало много времени, но было необходимо. Он не мог допустить ни малейшей возможности, чтобы Хела, Скурдж или мертвые существа наткнулись на хорошо протоптанную тропу, которая бы могла привести ко всему Асгарду.

По пути вниз Хеймдалл обдумывал слова Одина: о том, что это было его испытание и что Всеотец всегда будет с ним.

Обычно он не тратил времени на раздумья и сомнения, но сейчас их положение было таким отчаянным практически безнадежным, что он сам засомневался, смогут ли они выжить.

Достигнув подножия горы, Хеймдалл постарался свести все посторонние движения к минимуму. Он бесшумно пробрался через лес прямо к городу. Мертвые безмолвные воины были повсюду. Но Хела и Скурдж оставались во дворце. А это означало, что у Хеймдалла был шанс спасти людей и незаметно вывести их из города.

Он посмотрел сквозь колонны и стены и увидел людей в плотно запахнутых мантиях, собравшихся в брошенном здании и трясущихся от страха.

Мимо него пролетела бабочка, и внимание Хеймдалла привлек цвет ее крылышек: ярко-оранжевый.

* * *

– Хеймдалл! – воскликнул чей-то голос. Хранитель врат обратил свой взор на мужчину, произнесшего его имя, и поднял указательный палец к губам, призывая к молчанию. Мужчина покраснел и умолк.

Хеймдалл подошел к асгардцам. Не сказав ни слова, он махнул левой рукой, приказывая им следовать за ним. Вместе они прокрались по проходу. Страж посмотрел сквозь стену в конце коридора и увидел, что улица за ней пуста. Он вывел людей через дверь, а затем пошел следом за ними.

Обычно снаружи сновали толпы асгардцев, занимающихся повседневными делами, дети носились между взрослыми, вызывая у них улыбки или замечания.

Сегодня же было тихо, как в могиле.

– Ближе к стене, – прошептал Хеймдалл. Асгардцы последовали его указанию и пошли вниз по улице, прижимаясь к стенам зданий.

Никто не услышал ни звука, кроме Хеймдалла.

Никто не видел того, что видел он.

Так что люди практически побежали, когда он сказал:

– Патруль. Внутрь, быстро.

Один за другим асгардцы проскочили мимо него в небольшой дом. Хеймдалл практически затолкал последнего внутрь, прежде чем появился мертвый патруль Хелы.

Там, в темном здании, Хеймдалл наблюдал, как существа медленно проходили мимо в поисках намека на жизнь.

Они ничего не нашли.

Хеймдалл услышал вздохи облегчения вокруг, затем кое-что еще: кто-то звал его по имени.

Однако это были не люди из толпы. Голос доносился издалека. Через весь город. Через горы. Через Асгард.

Он снова услышал свое имя и на этот раз узнал того, кто звал его.

Тор.

Хеймдалл обратил свой взор в том направлении, откуда доносился голос. Он увидел оранжевую бабочку, обсерваторию и ледяных великанов в Йотунхейме, однако Тора он не заметил. Страж присмотрелся еще внимательнее и наконец увидел расплывчатые очертания сына Одина.

– Я тебя вижу, – тихо сказал Хеймдалл. – Но ты далеко.

Ему понадобилось приложить много усилий, чтобы сконцентрироваться, перенести свой взгляд на огромное расстояние и показать Тору, что происходило в Асгарде у него на глазах.

– Что здесь творится? – ошеломленно спросил сын Одина.

– Сам посмотри, – ответил Хеймдалл. Затем он махнул рукой, снова приказывая людям последовать за ним. Он бросил взгляд на дымящиеся руины Асгарда.

– Я отвожу беженцев в укрытие, созданное нашими предками. Но если оно падет, нашим единственным спасением останется Биврест.

– Ты говоришь об эвакуации жителей Асгарда? – спросил Тор, не веря своим ушам.

– Долго мы не продержимся, – тихо ответил Хеймдалл. Где бы бог грома ни был, он нужен был Хеймдаллу здесь и сейчас.

Связь разорвалась раньше, чем они успели еще хоть что-то обсудить, но Хеймдалл надеялся, что этого было достаточно, чтобы убедить Тора, насколько он необходим в Асгарде. Хеймдалл видел извивающиеся в небе вихри, тропы к другим измерениям, в одном из которых был Тор.

На какое-то время между их мирами образовалось окно.

Хеймдалл знал, что Тор придет.

Ему оставалось лишь надеяться, что это произойдет вовремя.

Глава 8

Хеймдалл направлял людей вниз по улице в сторону леса. Пока они мчались к холмам, его преследовало странное чувство...

Как будто за ним следят.

Ведя людей в горы, Хеймдалл оглянулся на Асгард. Его внимание привлек дым, поднимающийся над одним из домов. Сквозь него он увидел дворец и трон, на котором некогда восседал Один и который заняла Хела. Она отчаянно искала меч, который откроет Биврест и позволит покорить остальные миры.

Затем он заметил Скурджа. Тот стоял на балконе и вглядывался вдаль через бинокль.

Значит, предатель его засек.

Ну и пусть.

Хеймдалл смотрел на Скурджа до тех пор, пока лысый мужчина не начал явно дрожать.

Вот так. Страж хотел, чтобы наблюдатель понял: он знает, что тот его заметил. И хотя Скурдж решил объединиться с дочерью Одина против всего Асгарда, Хейм- даллу оставалось только надеяться, что, когда придет время, палач Хелы сделает правильный выбор.

И время пришло.

Глава 9

– Время еще есть.

– Но его очень мало, – отрывисто сказал Хеймдалл. Он не хотел обращаться к Одину в таком тоне, но положение стало довольно серьезным.

– Скурдж не скажет Хеле, что видел тебя, – произнес Всеотец. – Не сейчас. Он еще не лишился чести, знает, что ты делаешь, и в глубине души осознает, что так надо.