Девочка? Какая девочка?

Горничная Альвира, судя по всему, которая приходила к Аве каждый день.

Несколько секунд после заявления старушки Эбби казалось, что она ослышалась. Или, может быть, слышала не все, потому что была комком нервов.

Ава — пожилая женщина со старомодными взглядами, и, как уверенно заметил Габриель, она будет в ужасе оттого, что ее внук станет ночевать в одной комнате с женщиной, находясь в ее доме.

Это заблуждение развеялось в тот момент, когда дверь спальни открылась, и Эбби уставилась на два чемодана на широкой кровати с балдахином.

У Габриеля был дорогой светло‑коричневый кожаный чемодан, а у Эбби — простой, легкий и легко узнаваемый из‑за оранжевого ремешка.

От удивления она открыла рот.

Она пыталась поймать взгляд Габриеля, но он остановился у большого окна и пялился на улицу, повернувшись к Эбби спиной. Поэтому Эбби посмотрела на Аву, которая ей подмигнула.

— Возможно, я стара, — прошептала она, хотя Габриель все равно бы ее услышал, — но я не настолько древняя, чтобы не понимать очевидное.

— Очевидное? — слабо переспросила Эбби.

— Вы, молодые люди, естественно, хотите ночевать в одной комнате, и я этому рада. Ты будешь женой Габриеля. Этого для меня достаточно.

Эбби стало совестно.

— На самом деле, Ава, я очень уважаю вас, и я не мечтала ночевать в одной комнате с вашим внуком. — После этих слов ей захотелось провалиться сквозь землю. — И я уверена, Габриель согласится со мной. — Она уже приготовилась схватить чемодан и уйти в другую комнату, когда Габриель подошел к ней и обнял за плечи.

— Эбби права, — серьезно сказал он. — Мы будем более чем счастливы ночевать в отдельных комнатах, но если ты просила Альвиру приготовить нам эту комнату…

— Вы порадуете старуху, если будете ночевать здесь вместе. Эта комната всегда готовилась для тебя, Габриель. — Она указала на две полки у двери. — Я поставила туда твои детские фотографии. Я подумала, что женщина, на которой ты собираешься жениться, захочет узнать, каким ты был в детстве. Он был потрясающим, Эбби.

Глаза старушки сверкнули, и Эбби снова почувствовала себя виноватой. Она улыбнулась и послушно посмотрела на фотографии подростка Габриеля. Он в самом деле был очень красивым мальчиком.

— Мило, — произнесла Эбби. — Просто здорово.

— Не торопитесь вставать рано утром! Габриель упомянул работу. Я ничего не путаю, Габриель?

— Все верно. — Габриель наклонился и быстро поцеловал бабушку, нависая над ней. В его взгляде было столько любви и нежности, что к горлу Эбби подступил ком. Она поняла, почему он так уговаривал ее согласиться на обман. Несмотря на быстроту реакции и явное волнение, Ава выглядела довольно хрупкой.

— Но не работай слишком много, — упрекнула его Ава и посмотрела на него с тревогой. — Ты можешь себе навредить. Я очень рада, что ты встретил хорошую женщину, которой хватает смелости говорить тебе то, что я твердила тебе годами!

— Дорогая? — Она повернулась к Эбби. — Ты идеальная пара для моего внука. Я это поняла, как только стало ясно, что ты не собираешься ему потакать. Этот парень иногда бывает очень эгоистичным.

Габриель рассмеялся, и Эбби вполголоса произнесла:

— Об этом я знаю не понаслышке.

Она улыбнулась и проводила Аву к двери, но улыбка сошла с ее лица, как только дверь закрылась.

— Как ты мог? — Скрестив руки на груди, Эбби повернулась и сердито уставилась на Габриеля. — Как ты это допустил?

— Я понятия не имел, что моя бабушка такая либералка, — произнес Габриель, подошел к чемодану и начал извлекать из него какую‑то одежду.

— Это не ответ, — заметила Эбби.

— Она всегда могла много чего сказать о тех легкодоступных женщинах, которые с удовольствием прыгали ко мне в постель. Однажды я привез сюда… Подожди… Нет, не помню ее имя. Такая сексуальная штучка: длинные волнистые темные волосы, ноги от ушей…

— Габриель! — разочарованно воскликнула Эбби, и он поднял обе руки в притворной капитуляции.

— Я, честно говоря, не думал, что она разместит нас в одной комнате, Эбби. — Он смотрел на нее лениво и спокойно. Если Эбби была в ярости, то он казался воплощением умиротворения. — Я помню, что четыре года назад она была довольно старомодной, поэтому женщина, которую я привез с собой, ночевала в самой дальней комнате от моей спальни. А ты ей понравилась.

— Я не знаю, почему ты решил, что я буду ночевать с тобой в одной комнате. Я не стану здесь спать.

— Ты будешь ночевать здесь, Эбби, — спокойно сказал Габриель.

Она лишилась дара речи. Ее профессиональное хладнокровие и сдержанность испарились. Эбби устала, ей казалось, что она гибнет. А Габриель был спокойным как удав и смотрел на нее с прохладой.

— Я не шутил, говоря, что мы должны быть очень убедительными. Пусть моя бабушка старая, но она не идиотка, а ты сама видишь, как она цепляется за эту помолвку. Если она узнает, что мы все придумали ради ее блага, она расстроится в тысячу раз сильнее. Поэтому ты не выскочишь из спальни с чемоданом в руке. Вот так.

— Боюсь, ты не имеешь права указывать мне, что делать. — В ее голосе слышалось отчаяние.

— К твоему сожалению, я имею на это право. Мы заключили сделку, не забывай об этом. Ты получишь крупную денежную сумму за свое согласие. — Он пригладил пальцами волосы и заметил: — Спальня большая.

— Но кровать всего одна, — выпалила Эбби, и он одарил ее медленной улыбкой. Она покраснела до корней волос.

— И что?

— Ты не понимаешь? — спросила она.

— По‑твоему, мы не способны разделить кровать, не занимаясь сексом?

— Обойдемся без пошлостей! — крикнула Эбби.

— Я понимаю, ты оказалась в непривычной обстановке…

Эбби отвернулась, потому что не могла этого отрицать. Ее сердце билось как сумасшедшее, а ладони вспотели. Она видела перед собой только угрожающие контуры кровати с балдахином, пухлые подушки и шелковое одеяло. Мысль о близости с Габриелем приводила ее в ужас.

— Я могу устроиться на полу, если так ты будешь чувствовать себя в безопасности.

Эбби съежилась:

— У меня нет причин тебя бояться.

— Нет, — задумчиво сказал Габриель. — Мы уже довольно долго обсуждали, что ты могла бы лечь голышом со мной в постель и ты нисколько бы не возбудилась.

— Я этого не говорила!

— Значит, ты бы возбудилась?

— Прекрати играть со мной, Габриель! — закричала она, и он сразу же смутился.

— Мы можем и дальше дискутировать друг с другом до изнеможения, но я не вижу в этом смысла. Поэтому я иду в душ. Я разгорячен и устал, как и ты. — Он начал расстегивать рубашку, и Эбби отвернулась, ужасаясь тому, что ее вполне предсказуемые деловые отношения с боссом кардинально изменились.

— Ты хочешь первой пойти в ванную комнату? — спросил он, расстегнув рубашку до середины груди.

Габриель был предельно вежливым. Они оказались в непредвиденной ситуации, и он сохранял спокойствие и действовал как взрослый человек, а вот Эбби растерялась.

Он был прав: она не может выскочить из спальни с чемоданом и искать себе другую комнату. Она согласилась на сделку, которая поможет ее отцу. Он наверняка беспокоится о деньгах, поскольку его поездка с женой по миру постепенно съедает все его сбережения. Габриель притворялся ради своей бабушки; если Эбби может помочь своему отцу, она, не задумываясь, сделает это.

Ей просто надо вернуть себе самообладание. Она сделала несколько глубоких вдохов и спокойно сказала Габриелю, чтобы он первым шел в ванную комнату.

— Прости, что так бурно отреагировала, — произнесла она. — Но мне неспокойно.

Габриель подумал, что она похожа на женщину на грани нервного срыва. От сдержанной секретарши не осталось и следа. И ему нравилось видеть перед собой новую, взволнованную и женственную Эбби.

— Понятно. — Он отвернулся, помня ее розовые щеки, сверкающие серые глаза и слегка взъерошенные волосы.

Эбби подождала, когда дверь ванной комнаты закроется, включится душ, а потом принялась быстро действовать.

Она не стала оценивать прохладную красоту спальни, которая на самом деле была огромной. В спальне был даже гостиный уголок с двумя глубокими креслами и столиком, на котором лежали журналы. Она торопливо стащила с кровати простыни и две подушки и сделала на полу некое подобие кровати для Габриеля.

Она сидела в глубоком кресле, когда он в конце концов вышел из душа. Все‑таки хорошо, что она сидит. Потому что Габриель появился в комнате в одних тренировочных штанах.

У Эбби пересохло во рту. Она вытаращилась на Габриеля, отвернулась, снова уставилась на него, а затем широко развела руки, когда он посмотрел на свой лежак на полу.

— Ты не сидела без дела, — протянул он и вынул из ящика комода футболку. Надевая ее, он оглядывал самое неприглядное место для ночевки.

Эбби решила, что он будет спать на полу, но она ошибалась. Он просто предложил это из вежливости. Она была крайне взволнованна, а он хотел ее успокоить. Ей придется признать, что спать на ковре, которым закрыт холодный мраморный пол, неудобно.

— Ты сам это предложил…

Габриель проворчал и взял свой ноутбук, и Эбби понадеялась, что он будет работать в другой комнате.

Но при виде ноутбука она опешила. Габриель по‑прежнему ее босс. Она почти забыла об этом после того, как они приехали в Севилью.

Они ни разу не говорили о работе. У них не было на это достаточно времени, но все же…

Она в командировке! Она виновато оглядела крепкую фигуру своего босса и произнесла:

— Теперь я пойду в ванную комнату, если ты не возражаешь.

Она вскочила на ноги и едва не упала, торопясь выбраться из спальни.

— Зачем мне возражать?

— Ты правильно сделал, что решил поработать. — Болтая, Эбби открыла свой чемодан и демонстративно отвернулась от Габриеля, чтобы осмотреть сексуальное белье, которое привезла с собой. Сексуальное нижнее белье было ее слабостью. Джейсон часто упрекал ее за то, как скучно она одевается.

— Ты хорошая девушка, — говорил он таким покровительственным тоном, что у нее в жилах кипела кровь. — И ты будешь великолепной женой, но мне нужна более авантюрная женщина…

И он быстро нашел себе такую женщину. Поговаривали, что у него их было немало.

Но, помня сомнительный комплимент Джейсона, Эбби молчаливо возмутилась своему выбору нижнего белья. Зря она не взяла с собой скромное нижнее белье и хлопчатобумажную ночную рубашку. Она еще никогда не сожалела о том, что ей придется спать в шелковистой бордовой короткой ночной рубашке и стрингах.

Габриель даже не смотрел в ее сторону.

— Ты права, — рассеянно сказал он, пялясь в ноутбук. — Я думаю, мне придется поработать, потому что моя дорогая бабушка на свой лад поняла мои слова о работе с несколькими клиентами, пока я здесь.

Эбби тихонько прокралась в ванную комнату и, проскользнув за дверь, беспечно ответила:

— Блестящая идея! — На всякий случай, чтобы Габриель не забыл об их деловых отношениях в этих непредвиденных обстоятельствах, она прибавила: — Отправь мне по электронной почте все свои поручения.

— Зачем мне это делать? — Он взглянул на нее и увидел, что она выглядывает из‑за двери. Неужели ей не приходило в голову, что ее скромность может провоцировать желание?

— Что ты имеешь в виду?

— Зачем мне посылать поручения по электронной почте, если мы находимся в одной комнате?

Эбби немного отчаянно произнесла:

— Потому что твоя бабушка сочтет странным, что мы с тобой читаем отчеты и списки клиентов.

Габриель засунул ноутбук под мышку. Эбби вздохнула с огромным облегчением и закрыла дверь в ванную комнату.

Она решила принять ванну и расслабиться. Она знала, что Габриель может работать часами. Он никогда и ничего не делал наполовину. Сейчас он наверняка ушел в другую комнату, чтобы поработать, поэтому Эбби может спокойно принимать ванну.

Утром она поедет в Севилью и купит себе скромную пижаму.

Впервые после приезда на виллу Эбби не торопилась, лежа в пенистой ванне и разглядывая комнату.

Ванная комната была огромной и очень современной. В душевой кабине могло поместиться несколько человек, ванна тоже была очень просторной. Комната была оформлена в белых тонах с бирюзовыми акцентами. На сушилке висели большие, пушистые, белоснежные полотенца.

Надев сексуальную короткую ночную рубашку, которая едва закрывала ее бедра, Эбби подумала и напялила халат, висящий на двери.

Приглаживая пальцами мокрые волосы, она открыла дверь ванной комнаты и застыла на месте.

— Ты вышла, — лениво протянул Габриель, полулежа на кровати. — Я уже собирался отправить к тебе вооруженные силы, чтобы убедиться, что ты в порядке.

— Что ты здесь делаешь?

— Работаю. — Он поднял ноутбук и махнул рукой.

— Здесь не место для работы! — Внезапно вспомнив, что на ней надето, Эбби туже затянула пояс халата. — И почему ты на кровати?

Габриель сел и скрестил пальцы на животе. Эбби так сильно затянула пояс халата, что удивительно, как она до сих пор дышит. Он увидел то, что никогда не предполагал увидеть. Его скромница‑секретарша обожает сексуальное нижнее белье! Какая все‑таки жалость, что он не подозревал об этом целых два года.

Габриель всегда придерживался твердого и четкого правила: не смешивать бизнес с удовольствием, но сейчас ему очень хотелось послать это правило ко всем чертям.

— На какой вопрос мне ответить в первую очередь?

— Не будь смешным, Габриель!

— Я ничего не могу с собой поделать, пока ты стоишь и злишься, а у тебя из ушей валит пар.

— Ты сказал, что поработаешь внизу!

— Я не говорил ничего подобного. Вероятно, это плод твоей буйной фантазии. Я могу работать в этой спальне. А в кровати я потому, что я не буду спать на полу.

— Но ты обещал! — Потеряв уверенность, Эбби продолжала стоять у двери ванной комнаты. Она не могла не смотреть на Габриеля. Он был таким великолепным и мужественным. Он сидел, скрестив ноги, обложившись подушками, и смотрел на нее так, что у нее путались мысли.

— Я предположил это как вариант, — уточнил Габриель. — Это было до того, как я выяснил, насколько неудобен ледяной мраморный пол.

Эбби проследила за его взглядом и посмотрела на временную кровать, которую она воздвигла для него. Она не понимала, когда перестала контролировать ситуацию. Всего за несколько часов Габриель полностью лишил ее хладнокровия, которое она культивировала несколько лет после расставания с Джейсоном.

— Прекрасно, — натянуто сказала она. — На полу лягу я. Это не мой дом, и мне следовало хорошенько подумать, прежде чем просить тебя об услуге.

Она осторожно прошагала на цыпочках по полу, который вдруг показался ей безграничным, и скользнула под простыню, стараясь не морщиться от дискомфорта. Ей хотелось плакать. Однако она плотно закрыла глаза и постаралась не двигаться, несмотря на то что ее тело уже заныло от холода. Она почувствовала, как Габриель подходит к ней, приподнимает над полом и перекидывает через плечо. Подойдя к кровати, он положил на нее Эбби и встал, скрестив руки на груди.

— Это просто смешно, — прорычал он, и Эбби отчаянно попыталась сесть, поправляя халат. Увидев свои голые ноги, она взвизгнула и залезла под одеяло. А потом она со всей возможной яростью уставилась на Габриеля.

Еще ни разу она не чувствовала себя такой униженной. Еще никогда она не хотела провалиться сквозь землю от стыда.

— Никто из нас не будет спать на полу, — сказал Габриель тоном, который исключил любые споры и возражения. — Не хватало еще попасть в больницу. Спать на полу нельзя. Я не собираюсь рисковать своим здоровьем, и я обязан заботиться о своих сотрудниках. Поэтому я просто этого не допущу, Эбби.

Он поднял с пола простыни и бросил их на кровать. Затем он сел на постель и снова уставился в ноутбук.

Лежа на боку, кипя от негодования и пялясь в стену, Эбби постаралась забыть о присутствии Габриеля.

Она не помнила, как уснула.

Габриель еще часа полтора сидел рядом, держа на коленях компьютер и ничего не видя перед собой. Он прилагал почти нечеловеческое усилие, чтобы не повернуться и не посмотреть на Эбби.

Кто бы мог подумать, что она наденет такую ночную рубашку!

Выключив ноутбук, он повернулся и увидел, что Эбби передвинулась во сне. Она отбросила большую часть пухового одеяла и положила на него стройную ногу. Ее халат съехал набок, обнажая декольте и сосок. Лунный свет падал на ее бледную кожу.

Габриель знал, что должен отвести взгляд. Но не мог. Закрыв глаза, он простонал от разочарования и отправился в душ.

На этот раз душ должен быть холодным.

Когда Эбби проснулась следующим утром, в комнате было тихо и рядом с ней никого не оказалось. Она заметила на постели рядом контуры, оставленные Габриелем.

Взглянув на мобильный телефон, она увидела, что уже десятый час. Обычно она просыпалась гораздо раньше. Впрочем, хорошо, что она проспала. У нее не будет времени думать о том, что могло бы произойти в ту ночь, которую она провела в постели со своим боссом.

Габриелю пришлось уехать по делам в Севилью. Его бабушка с радостью согласилась побыть с Эбби.

— Что, если твоя бабушка начнет спрашивать меня о свадебных планах? — прошипела Эбби, идя за Габриелем в прекрасный кабинет, в котором он отказался работать прошлой ночью.

— Включи воображение. — Габриель посмотрел на нее сверху вниз и прислонился к стене. — Ты ловко придумываешь самые разные сценарии. — По пути на кухню он увидел свою бабушку, которая остановилась, чтобы посмотреть на них с любовью. Она явно считала их безумно влюбленными. Они стояли близко друг к другу.

Он усмехнулся:

— Я думал, женщины любят обсуждать свадебные планы: цветы, платье, большой список гостей и родственников, которые ненавидят друг друга.

— Очень забавно. — Ей хотелось улыбнуться в ответ на его сухой тон. — Ты настоящий мужлан.

— Пожалуйста, прими мои извинения. — Габриель не унимался. — Если это тебя утешит, я скажу, что с превеликим удовольствием обсуждал бы свадебные планы со своей бабушкой.

Губы Эбби дрогнули. Она не сдержала смешок, представляя себе Габриеля в такой ситуации.

Он наклонился к ней:

— За нами наблюдают. Улыбайся, смейся и делай вид, что ты наслаждаешься моими великолепными шутками…

Взглянув на него, Эбби затаила дыхание. Ее заворожил его ленивый голос, дразнящий блеск его глаз и веселая улыбка.

— Я не прощу себе, если не порадую свою бабушку, — произнес он и услышал сладкий, чистый и поразительно невинный запах тела Эбби. Черт побери, ему еще никогда не было так трудно сосредоточиться на работе.

Опустив голову, он поцеловал Эбби в губы.