Итак, Габриель решил заключить с Эбби сделку. Подписав контракт, они заранее исключат все возможные недоразумения. Он не желал эмоциональных сложностей.

Ему достаточно того, что он потерпел неудачу с Люси. Он по глупости думал, что между ними все предельно ясно. Он ни разу не говорил ей о любви, не шептал нежных слов. Он предложил ей брак как союз между двумя подходящими друг другу людьми. Однако он ошибся по поводу Люси, которая оказалась слишком наивной для его измученной души.

Но он стремился порадовать свою бабушку, и, более того, он не желал всегда быть одиноким. В следующий раз, когда он решит жениться, он найдет себе карьеристку, с которой ему будет проще договориться. Это будет независимая женщина, состоятельная и самостоятельная, которая не потеряет голову от чепухи под названием любовь.

Ему будет непросто найти такую женщину, но он никогда не пасовал перед трудностями. И, как только его бабушка поймет, что он искренне и серьезно ищет партнершу по жизни, которая подходит ему больше, чем все его прежние подружки, она обрадуется и быстро забудет о его так называемой расторгнутой помолвке с Эбби.

А пока придется притворяться.

— Я пойду и проверю бабушку, — сказал он, вставая и потягиваясь. — Она, вероятно, рассматривает старые фотографии, попутно разыскивая драгоценности моей матери. Потом мы с вами поговорим на улице.

Эбби наблюдала за ним, против воли очаровавшись силой его худощавого, мускулистого тела. Она опустила глаза и кивнула.

— Где мы встретимся?

— На веранде есть кресла с видом на сады. Туда можно пройти через эту дверь. — Он кивнул на кухонную дверь. — Просто поверните налево прямо перед бассейном. Встречаемся в десять. Эбби, возьмите себе напиток или какую‑нибудь еду, если хотите.

— По‑вашему, мне надо набраться сил перед разговором? — язвительно заметила она, и Габриель неторопливо улыбнулся.

— Крепкий напиток помогает пережить бурю.

— Значит, мы поплывем по бушующим морям, Габриель?

— Надеюсь, нет. Я думаю, вы сочтете мое предложение очень интересным, если на время забудете о гордости. А сейчас я иду к бабушке.

Эбби открыла рот, чтобы возразить, но промолчала. Он был прав — она гордый человек. Оказывается, он тоже хорошо ее изучил. При мысли об этом она занервничала и облизнула пересохшие губы.

— Мне надо выпить воды. — Она встала и вдруг оказалась почти вплотную к Габриелю. Машинально шагнув назад, она наткнулась на стоящий у нее за спиной стул и едва не упала. Габриель схватил ее за руку.

— Вы уже падаете в обморок от перспективы стать моей женой? — Он весело рассмеялся, а Эбби рассердилась. Его легкое подшучивание скрывало сарказм, граничащий с оскорблением.

— Нет. К великому сожалению для вашего эго, Габриель. — Она высвободила руку, пригладила юбку и волосы, а затем скрестила руки на груди. — У меня есть голова на плечах.

— Прекрасно! Поэтому, оставаясь моей высокопрофессиональной секретаршей, отмените бронирование номера в отеле. Он вам не понадобится. Моя невеста не должна жить на другом конце города. — Он усмехнулся и подошел к кухонной двери. — Даже моя старомодная бабушка сочтет это немного странным. Если в отеле будут возражать, зарезервируйте их конференц‑зал для наших совещаний.

Габриель ушел, и Эбби рухнула на стул, словно марионетка, у которой обрезали все ниточки.

Что‑то резко изменилось, и она испугалась. Она не хотела, чтобы Габриель менял цели. Он мог легко вскружить ей голову. Отлично помня свои отношения с Джейсоном, собственную мягкотелость и желание быть любимой, она поняла, что должна быть с Габриелем предельно осторожной. Она не имеет права увлекаться своим умным, властным и непредсказуемым боссом. После Джейсона ее больше не интересуют очаровательные или красивые мужчины.

Превозмогая беспокойство, она вышла на улицу, легко нашла веранду и села, рассматривая живописный и спокойный пейзаж. Она замерла, услышав шаги. Подняв глаза, она увидела Габриеля с бокалом вина в руке; отодвинув стул, он сел рядом с ней.

Не смотря на Эбби, он вынул из кармана футляр и протянул его ей.

Эбби открыла футляр и сглотнула.

— Я не могу. — Она закрыла футляр.

— Не нравится? — протянул Габриель.

— Вы знаете, что я говорю о другом, — ответила она тем же тоном и обрадовалась, что они не сидят лицом к лицу, а расположились рядом и смотрят на бассейн, кустарники, деревья и ухоженные газоны.

Ей было легче говорить, когда соблазнительные глаза Габриеля не смотрели на ее лицо, и она спокойно дышала.

— Не беспокойтесь, это не декларация о намерениях и вы не можете оставить его себе.

— Я знаю это, — резко сказала Эбби. — Я не идиотка, Габриель. Вам незачем волноваться, что я подумаю, будто это не игра, а реальность.

— Вы уверены в этом? — Голос Габриеля был легким, но под его беспечностью скрывалась серьезность, и Эбби стиснула зубы.

— Абсолютно уверена, — ответила она, и он усмехнулся.

— Моя бабушка обидится, если вы не наденете кольцо, — сказал Габриель. — В глубине души она верит, что я всегда хотел отдать моей дорогой и любимой невесте кольцо, принадлежавшее моей матери. Она отказалась приходить сюда со мной, чтобы не испортить наше общение.

— Какой вы циничный, Габриель.

Он пожал плечами, открыл футляр и задумчиво обвел кольцо пальцами.

— Я даже не помню, чтобы моя мать носила его, — произнес он.

— Это очень грустно.

— Неужели?

— Да. Грустно. — Она надела кольцо себе на палец. — Необычное ощущение.

— По‑моему, ни вы, ни я не предполагали, что сыграем помолвку.

— Очень смешно.

— Я не хочу, чтобы моя бабушка что‑то подозревала. Прежде всего, мы должны быть убедительными.

— Придется приложить некоторое усилие, — пробормотала Эбби, однако ее сердце екнуло, когда она вытянула руку, рассматривая старинное кольцо.

Габриель сел к ней вполоборота. Почувствовав его взгляд, Эбби замерла и с трудом перевела дыхание.

— Теперь о моем предложении. — Габриель заговорил, не сводя глаз с профиля Эбби, загипнотизированный гладкостью ее щеки и шелковистостью волос, которые она распустила во время их поездки. Ее волосы трепал ветерок. Габриель поборол безумное желание отвести волосы от ее лица.

Эбби медленно повернулась и посмотрела на него, радуясь, что относительная темнота скрывает выражение ее лица.

— Как я уже сказал, я очень благодарен за ваше согласие помочь мне, Эбби. Поверьте, я знаю, что это выходит за рамки вашей компетенции. Но я думаю, нам следует сохранять деловые отношения, поэтому я предлагаю следующее. Вы рассказали мне о своих родителях и о том, что ваш отец обналичил все свои акции, чтобы отвезти свою жену в круиз. Я предполагаю, его финансовое положение стало довольно нестабильным.

— Он с этим справится.

— Ему будет нелегко, особенно в таком немолодом возрасте, — уверенно произнес Габриель. — Я заплачу вам эквивалент того, что ему пришлось инвестировать в эту поездку. Другими словами, я восстановлю его финансы. Давайте говорить начистоту, Эбби. Если пенсия вашего отца исчерпана, он окажется в плачевном состоянии и у него начнется стресс.

— Да, это так, — спокойно сказала Эбби. Отчасти она хотела отказаться от его предложения, потому что оно задевало ее гордость.

Но Габриель прав. То, о чем он ее просит, выходит далеко за пределы ее компетенции. И почему она должна вечно быть благоразумной секретаршей и жертвовать собой?

— Я согласна, — произнесла она, прижимая пальцы к животу. Она увидела, как в глазах Габриеля промелькнуло удивление. — Вы ожидали, что я буду спорить, не так ли?

— Это приходило мне в голову.

— Мы подпишем контракт?

— С каких это пор я стал известен как человек, который не выполняет своих обещаний? — Габриель был возмущен тем, что она подозревала его в непорядочности.

— Я полагаю, чем меньше людей знает об этом, тем лучше, — произнесла Эбби. — Я не знаю всех деталей финансового положения моего отца…

— Избавьте меня от скучных деталей, — протянул Габриель и махнул рукой. — Просто узнайте сумму, которую он потратил, и я заплачу в два раза больше. В обмен вы станете моей невестой. Надо убедить мою бабушку, что ее внук нашел себе идеальную женщину.

— Это очень щедрое предложение, — вежливо сказала Эбби. — И теперь, когда мы договорились, я хотела бы установить основные правила.

Габриель поднял брови, но она продолжала смотреть ему прямо в глаза, стараясь не думать о том, как романтично светит над его головой висячий фонарь.

— Я внимательно слушаю, — насмешливо произнес он. Эбби будет первой женщиной, которая поставит ему условия. Он привык к женщинам, готовым во всем ему угодить. Категоричность Эбби ему импонировала. Он вдруг подумал, что ему может слишком понравиться их фиктивная помолвка.

— Мы вернемся к прежней жизни через неделю, и я не хочу, чтобы между нами остались недоразумения. — Она колебалась. — Все изменилось после того, как Люси обратилась ко мне с просьбой. Я не желала ввязываться в вашу личную жизнь, но я в нее ввязалась.

— Не надо раздувать из мухи слона.

Эбби в ярости ответила:

— Мы притворимся только ради вашей бабушки. Я хочу сказать, что не стану хихикать, строить вам глазки и ловить каждое ваше слово.

— Я разочарован. Почему вы решили, что я ищу в женщинах именно это?

— Я видела многих ваших подружек, Габриель. И я понимаю, как они относятся к вам. Вы для них лакомый кусочек.

Габриель должен был признать, что она права.

— Итак, строить глазки вы мне не будете. С другой стороны, как я уже сказал, нам надо устроить убедительное шоу. Вы не можете постоянно избегать и сторониться меня.

Эбби резко кивнула:

— Я знаю об этом. Конечно, я не собираюсь постоянно хмуриться и рычать на вас. Но я не стану ночевать с вами в одной комнате.

Габриель рассмеялся и посмотрел на нее с нескрываемым весельем.

— Что мы, по‑вашему, будем делать, когда погаснет свет? — спросил он.

Она с вызовом вздернула подбородок.

— Я сомневаюсь, что между нами что‑нибудь произойдет, Эбби.

— Нет, конечно! Я не говорила, что у нас будут отношения. Я ваша секретарша, и мы оба очень хорошо знаем: между нами ничего не будет, даже если мы ляжем в одну кровать! Было бы глупо думать иначе! Но я все равно чувствую себя неуютно.

Ее кожу покалывало. Наступившая тишина стала почти мучительной.

— Я думаю, вы понимаете, о чем я говорю… — Она умолкла.

— О, я понимаю. — Габриель махнул рукой. — Но, по‑моему, моя бабушка вряд ли поместит нас в одну комнату. Не забывайте, ей уже за восемьдесят. Она выросла в эпоху, когда влюбленным позволялось до свадьбы только держаться за руки.

— Но она должна знать, что те женщины, с которыми вы встречаетесь, авантюристки и не хотят только держаться за руки.

Габриель поднял брови.

— Те женщины?

Эбби одернула себя. Не стоит забывать, что Габриель по‑прежнему ее босс.

— Вы говорили, она видела двух ваших подружек.

— Те женщины?

— Ладно. — Она пожала плечами и осторожно взглянула на него, что было ошибкой, потому что он смотрел на нее в упор. — У всех есть свое мнение. И у меня тоже.

— Я не догадывался, что у вас имеется мнение о чем‑то, помимо рабочих вопросов.

— Вы меня обижаете, — холодно сказала Эбби. Ему удалось выставить ее скучной и неинтересной. — Я не думала, что меня наняли на работу и запретили о чем‑то высказываться.

— Нанимая вас, я не требовал, чтобы вы были святой.

— Вы хотели бы слушать мое мнение о ваших женщинах?

— Вполне возможно, что нет, — тихо произнес Габриель. — Но раз мы заговорили об этом теперь, выскажитесь.

Эбби прикусила язык. Она понимала, что Габриель ее провоцирует.

— Нам лучше вернуться в дом, — сказала она, и Габриель тихо рассмеялся.

— Трусиха.

— Чего мне бояться, Габриель? — Ее сердце забилось чаще, у нее вспотели ладони. Если бы не темнота, он увидел бы, как Эбби на него реагирует.

— Высказывать свое мнение.

— Нет. Я просто думаю, что нас ждет ваша бабушка.

— С нескрываемым волнением… Она не ожидает, что мы бросимся в дом после того, как я надену кольцо вам на палец. Но я не могу держать вас здесь против воли. — Он встал и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Это был совершенно обычный жест, но Эбби его проигнорировала.

Идя впереди Габриеля, она создала некоторое расстояние между ними, однако мучительно осознавала, что он пялится ей вслед. У нее не было превосходной фигуры, которой обладали его подружки. Эта мысль прежде не приходила ей в голову, но сейчас Эбби смутилась. Открыв дверь на кухню, она увидела, что Ава сидит за кухонным столом.

— Я хотела выйти на улицу, но не решилась вас беспокоить, влюбленные птички…

Эбби поморщилась, а затем напряглась, когда Габриель обхватил рукой ее затылок и поцеловал в шею. Эбби ахнула, и у нее задрожали колени.

— Я слишком стар, чтобы называться влюбленной птичкой, — насмешливо сказал Габриель, рассеянно проводя пальцем по ключице Эбби. Ее волосы были мягкими, как шелк. — Это удел подростков.

— Ты молод, пока влюблен, — ответила Ава, смотря на них обоих с явным удовлетворением. — Ты согласна, Эбби? Мужчины могут быть настолько практичными, особенно мой внук! Женщины любят романтику. А теперь покажи кольцо. Ты не представляешь, как я счастлива, что Габриель наконец‑то остепенится.

Эбби вздрогнула и скрестила руки на груди.

— Да, для этого потребовалось немало времени, — язвительно заметила она. — Чего‑чего, а романтики ему точно не хватает. На самом деле, он из тех мужчин, которые позволяют своей многострадальной секретарше устраивать его любовную жизнь просто потому, что ему лень тратить на это время. То есть ему совсем не до романтики.

Отойдя от Габриеля, Эбби села рядом с Авой на диван. Если только Габриель не усядется к ней на колени, Эбби будет избавлена от его дальнейших удушающих выражений фальшивой нежности. Она заговорила сладким голосом, решив отомстить своему харизматичному, непредсказуемому и очаровательному боссу.

— Некоторые считают его занудой, — продолжала Эбби. — Он думает только о работе.

Габриель поднял брови и ухмыльнулся.

— Вот почему, — промурлыкал он, — мне повезло, что я нашел правильную женщину. — Подойдя, он встал за спиной Эбби.

Все еще улыбаясь Аве, Эбби напряглась и удивилась, когда Габриель принялся массировать ей плечи. Она тут же возбудилась. Ее грудь отяжелела. Эбби была потрясена, думая о том, как ей хочется расслабиться под умелыми прикосновениями Габриеля. К счастью, он не мог читать ее мысли.

У Эбби кружилась голова. Однако она быстро совладала с собой, когда Ава коснулась ее предплечья маленькой теплой рукой.

— Я попросила девочку приготовить вам комнату. Вы с Эбби будете ночевать в голубой спальне, Габриель.