– Неужели родная дочь так может поступить с матерью? – удивился Алексей.

– В том-то и дело, что это дочка покойного мужа Клавы, но она ее растила, воспитывала. Вот и вырастила, – вздохнул Степан Иванович.

– Подожди, дед, – вмешался Максим. Где оформлялась дарственная?

– В больнице, был и нотариус.

– А главный врач?

– Про то не скажу.

– Быстро к Клавдии за всеми документами, и сообщи все данные на ее дочь и зятя. Слишком быстро они все обтяпали, подозрительно это.

– Макс, я отвезу деда. Мы погнали, прикроешь, если что.

Веселов заглянул в кабинет Комарова и, не обнаружив его на месте, зашел в соседний.

– А где остальные? Максим с Борисом переглянулись.

– Андрей Петрович, тут такое дело, – сказал Забелин и сообщил ему об услышанном.

В это время появились Алексей и Степан Иванович.

– Дед, как ты мог, – возмутился Веселов.

– Виноват, товарищ генерал, отлучился. Но лейтенант здесь не причем.

– Я спрашиваю, как ты мог ко мне не прийти и не поделиться своими проблемами?

– Так это ж мои личные вопросы. И вообще, вы генерал, а я вроде бы как вольнонаемный.

– Ты вольнонаемный по ведомости, а по службе боевой офицер. А вы тоже, друзья-товарищи, сидите в одном кабинете и ничего не знаете. Кстати, почему у вас всего три стула. Если, кто-то к вам придет, куда сажать будете? Чего это у вас все так убого?

– Так мы говорили капитану, который завхоз, он сказал, что не положено, – ответил Забелин.

Веселов выскочил за дверь.

– Мужики, по-моему, генерал разбушевался, – засмеялся Алексей и побежал следом за начальником. Он подошел к двери, за которой тот скрылся и прислушался. Потом вернулся, – полный ураган и торнадо.

Веселов зашел в покинутый кабинет: ребята, я его уволил.

– Давно пора, – пробормотал Забелин. Он еще и накладные подделывал.

– А раньше не мог сказать?

– Раньше не мог, вы только сейчас перевоспитались.

– Комаров, ты не знаешь, почему я вам уши не надираю?

– Потому что любите как сыновей.

– Ребята, надо срочно искать замену, – сказал генерал.

– У меня есть предложение, – зачастил Дубинин. Клавдия Ивановна, жена, пока еще невеста деда. У нее идеальная чистота в доме, порядок во дворе, грядки, как по ниточке и все деревья побелены. Ей 44 года, работает кастеляншей в студенческом общежитии, боевая казачка. Кандидатура подходящая.

– Борис, они ведь станут родственниками. Не хорошо как-то семейственность разводить, – негромко произнес генерал.

– Андрей Петрович, мы вам тоже вроде как не чужие. И ничего, не подводим.

– Ладно, оформляй. Потом доложишь, как дела у деда.

– Степан Иванович, ничего, что мы за вашу невесту все порешали? – спросил Дубинин.

– Да, вы чего, здесь же зарплата по сравнению с ее, ого-го какая. Моя Клавдия такой порядок наведет, почище, чем в операционной.

– Дед, твою невесту развели, – сказал Забелин, оторвавшись от компьютера. Я тут пошарил по сайтам нотариальных контор и скажу точно, дарственная на ее дом никакой юридической силы не имеет, так как нигде официально не зарегистрирована. Вероятно, главный врач ее не заверял, печать фальшивая и вообще, нотариуса с такой фамилией в нашем регионе нет. Зять твоей Клавдии задерживался за драку, и два месяца назад был уволен с работы за систематическое пьянство. Видно, они решили продать свою квартиру, чтобы было на что жить. Так что переселяйся срочно в дом и гони родственников к чертовой матери.

– Правда?

– Стопудово, возникнут проблемы, звони, мы прискочим.

– Ребята, да я для вас все, что угодно…

– Как бы сказал попугай Проша, – дед, живи без бед, – засмеялся Дубинин. А вообще, запомни, мы своих не сдаем, мы своим верим и помогаем.

Когда полковник Маслов вернулся с совещания, которое проводил министр, ему доложили о задержании грабителей. – За месяц ни одного, а тут сразу два, – размышлял он. Это не случайность, а четко продуманная и заранее спланированная операция. Никому и в голову не могло придти, что преступники, промышлявшие грабежом машин во дворах или на неохраняемых стоянках, могут действовать так дерзко. Никому,… кроме Веселова. Маслов вздохнул, напрасно он не позвонил генералу и не поблагодарил за задержание стрелка. Придется это сделать сейчас, но прежде он поговорит с начальником угро.

– Присаживайся капитан, – сказал он Головкину, когда тот вошел в кабинет. Что говорят задержанные?

– До сегодняшнего дня они совершили два ограбления, работали всегда втроем, задания получали по телефону. Мы пробили мобильник старшего, звонки поступали из разных городских телефонов-автоматов. Как утверждает один из задержанных, голос был мужской. Похищали только деньги, такое было требование. Вкладывали их в конверт, заворачивали в газету. В первый раз оставили в ячейке почтового отделения, во второй – в пустом доме, предназначенном под снос. Себе брали пятьдесят процентов.

– Значит, их организатор умный и осторожный. Если учесть, что за месяц было совершено восемь ограблений, то действует банда, в которой не меньше девяти человек. А возглавляет их умный и осторожный преступник. Паршиво, очень паршиво. Кто сами задержанные?

– Старшему двадцать лет, недавно вернулся из армии, нигде не работает, два других – студенты, но не местные. Все не судимые, не привлекались, занимаются спортом.

– Что с третьим грабителем?

– На квартире его нет, возможно, уехал домой, ориентировку в ОВД по месту жительства отправили.

– Признайся, капитан, Комаров тебя навел на грабителей? Вы же с ним давние друзья.

– Я вам и раньше говорил, что со спецотделом надо дружить, – дипломатично ответил Головкин.

– Ладно, иди, сам разберусь, с кем дружить, – буркнул полковник. Толковый парень, и друга не сдал, и все, что надо сказал, – подумал Маслов, набирая телефон Веселова.

– Товарищ генерал, хочу поблагодарить за подарок, лихо вы все провернули.

– Мог бы это сделать и в первый раз.

– Каюсь, грешен, хотел но…

– Сначала зависть задушила, а потом славой не захотел делиться, – хохотнул Веселов.

– Что было, то было. Простите, виноват, чего уж тут.

– Ладно, проехали, что говорят задержанные? Выслушав полковника, генерал задумался. Ищи организатора, Сергей Петрович, среди своих или недавно уволенных.

– Вы уверены?

– Доказательство тому попытка грабежа в пробках. Они у нас нередки, но возникают спонтанно и по разным причинам. А вот просчитать точно, где и когда образуется затор, мог человек из нашей системы. О визите министра знали многие, да и пресса подсуетилась, только мало кому было известно, где он будет проводить совещание. Организатор знал и вычислил, какие улицы перекроют. Значит, свой, а может быть, ему проболтался кто-то из ваших. Ищи, но действуй очень осторожно, преступник умен, думаю, что он в звании не ниже майора. Мы тоже будем работать, так что обращайся, Сергей Петрович, прямо ко мне или к Комарову.

– Спасибо, на связи с вами будет начальник угро капитан Головкин.

– Добро. Выходит, еще не заплыли мозги полковника начальственным жирком, – подумал Веселов и вызвал Комарова.

– Борис, мне только что звонил Маслов, поблагодарил за помощь.

– Совесть проснулась? – засмеялся тот.

– Наверное. Мы будем вместе вести это дело. Даже если оперА Головкина задержат всех участников банды, не факт, что выйдем на организатора. Видишь, как он все устроил, связь по телефону, передача денег через тайник, никто его в лицо не видел. Шпионские игры какие-то. В общем, думай с ребятами, завтра утром жду ваших соображений. Как дела у деда? Все разрешилось? Вот и хорошо, если у кого из сотрудников возникнут жизненные проблемы, сразу же докладывай.

Дома Веселов застал плачущих дамочек. – Андрей, бросились они к нему, Проша улетел. Мы пирожки пекли, он сидел на окне в кухне. Потом смотрим, а его нет. Весь дом обыскали, но так и не нашли. И Крыська в Ракитовке, спросить не у кого.

– Успокойтесь, раз улетел, значит, по делам. А может у него свидание с симпатичной попугаечкой.

– Ты думаешь? – спросила Анна.

– А почему «нет». Пока вы будете меня кормить, он и прилетит. Аня, сегодня наши ребята личную жизнь деду устраивали. Веселов с удовольствием рассказывал про деда и его Клавдию, как вдруг раздалось, – всем привет, где обед.

– Прошенька, – бросились подруги к попугаю, сидевшему на окне. Ты где был?

– Где был, где был, пиво пил.

– А если серьезно, – грозно спросил Андрей Петрович.

– Кралечку встретил, на любовь ответил.

– Я же говорил, что он на свидание летал, – рассмеялся Веселов.

– Проша, ты нас предупреждай, когда захочешь улететь, а то мы все глаза выплакали, – попросила его Гелена. Ты, наверное, голодный, что тебе дать, семечек, бананчика.

– Нет, хочу омлет.

– Сейчас, сейчас я его тебе приготовлю, – засуетилась Геля.

– Ишь ты, он еще себе блюда заказывает, это тебе не ресторан, – возмутился Андрей Петрович.

– А ты ешь пирожок и молчи в лоскуток, – отозвался Проша.

– Аня, я не могу, – расхохотался со всеми Веселов. Ты, кавалер, смотри ничего лишнего не наболтай своей кралечке.

– Понимаю, про секреты знаю.

– Вот и молодец, что понимаешь.

Ровно в девять утра все сотрудники собрались в кабинете генерала, который взглянув на серьезные лица, внезапно рассмеялся.

– Знаете, что вчера выдал Проша, когда я ему сделал замечание? А ты ешь пирожок и молчи в лоскуток. Дождавшись, когда стихнет смех, сказал, – ну, что, повеселились, и хватит. А теперь к делу.

Комаров, излагай ваши соображения.

– Мы также считаем, что организатором банды является бывший или нынешний сотрудник полиции. Скорее всего, первое. Причем, он вышел в отставку или был уволен месяца два-три назад. Полагаем, что ограбления машин – это лишь проверка членов банды и отработка созданной системы связи. На самом деле, цель у организатора другая. Он хочет сорвать большой куш и исчезнуть из города. Именно для этого ему нужны помощники.

– Обоснуй вывод.

– Деньги, которые сшибали преступники небольшие. Фактически, они организатора не волновали, он ведь не знал, сколько брали при ограблении. Сколько сунут в конверт, столько и получит. Переориентировать парней, допустим, на квартирные кражи или другие преступления он не станет, так как понимает, что рано или поздно их возьмут, и останется он один. Сколачивать новую банду? Дело долгое, непростое, и опасное. Информация все равно потечет. Поэтому мы считаем, что наш фигурант готовит одно преступление, связанное с большими деньгами. Только какое, это вопрос. Будем думать дальше.

– Молодцы, выводы сделаны абсолютно верные.

В это время у Комарова зазвонил мобильник.

– Разрешите ответить, товарищ генерал, это Головкин. Выслушав того, майор бросил в трубку, – подожди, Гриша. Андрей Петрович, они вычислили, капитан хочет встретиться.

– Пусть едет к нам. Сделаем небольшой перерыв. Ну, что дед, твоя Клавдия Ивановна согласилась у нас работать?

– А то. Сегодня в восемь утра пришла осматривать хозяйство. И она очень благодарна ребятам за помощь.

– Андрей Петрович, – сказал Дубинин, еще расскажите про Прошу.

– Попугай вчера вверг наших дам в глубокую печаль и слезы, так как внезапно улетел. Но потом вернулся и сообщил, что кралю встретил, на любовь ответил. Он у нас, оказывается, сексуально озабоченный.

Капитан Головкин, подходя к кабинету генерала, немного волновался. Он слышал о нем от Комарова, знал о задержании стрелка, был свидетелем вчерашней операции и понимал, насколько высок уровень профессионализма Веселова. Неожиданно он услышал за дверью громкий хохот. – Ух, ты, а Маслов никогда такого не позволяет. Головкин постучал, – разрешите?

Генерал встретил его широкой улыбкой, – капитан, проходи, присаживайся. Максима, Алексея и Бориса ты знаешь, а это Степан Иванович, наш дед. Докладывай.

– Мы с полковником Масловым пришли к выводу, что наш фигурант – майор Сидорчук Трофим Алексеевич, 40 лет, бывший зам. начальника отдела борьбы с экономическими преступлениями. Два с половиной месяца назад был уволен из органов, как не прошедший переаттестацию. Профессионал, но к его работе были серьезные претензии. У него и превышение служебных полномочий, и жестокое обращение с задержанными. Еще он подозревался в крышевании двух фирм, но доказательств не сумели найти. Живет один, с женой развелся три года назад, она уехала в Воронеж к сыну. По характеру Сидорчук скрытен, хитер, жаден, мстителен, тщеславен, с коллегами постоянно ссорился, считал, что из-за происков недругов его обходят в звании и должности.

– Друзья? – спросил Веселов.

– По службе поддерживал приятельские отношения со старшим лейтенантом Горбуновым, полагаем, из корыстных побуждений. Тот работает в дежурной части, куда стекается вся информация, как по городу, так и по управлению. Горбунов неплохой сотрудник, но не прочь выпить, особенно за чужой счет. Товарищ генерал, мы хотели выставить наблюдение за Сидорчуком, но полковник Маслов посоветовал сначала с вами обсудить этот вопрос.

– И правильно сделал. Профессионал слежку обнаружит сразу. Да и что она нам сейчас даст, практически ничего. На пару дней затаится, так что вопрос с наблюдением будем решать потом. Нужно понять, какой куш хочет сорвать Сидорчук.

– Деньги, – заметил Дубинин. Миллионы баксов. А чего, грабанет банк, и все.

– Вариант, конечно, но слишком сложный, да и не те у него помощники. Они умеют, только схватить и убежать.

– Может быть, он нацелен на инкассаторов? – предположил Забелин.

– Тогда придется стрелять, нужны стволы, вряд ли его команда пойдет на мокруху, они еще не повязаны кровью. Нет, и это не вариант. Что же этот гад придумал? А может, мы просто зациклились на деньгах и здесь, что-то другое?

– Разрешите, товарищ генерал, позвонить, – сказал Комаров. – Алло, Наташа, помнишь, ты недавно говорила что-то о выставке бриллиантов? Где она будет проходить и когда. Спасибо. Андрей Петрович, в Курортной галерее через неделю будет проходить выставка «Бриллианты России».