– Дворник на лавочке сидит, а с ним парень.

– Какой парень?

– Не знаю, сверху не видно, они же к нам спиной сидят. Кажется, это внук старика. Просит у него денег на какую-то приставку, а дед ему мораль читает. Говорит, что он бездельник и лоботряс, что пора самому зарабатывать деньги. Во, дает, предлагает внуку вместо него неделю дворы мести, тогда он ему отстегнет. А тот отвечает, что лучше удавится, но махать метлой не будет.

– Ладно, хватит их слушать, приводи себя в порядок, через десять минут звонить надо. Я пока остатки ужина разогрею. – Что мы имеем на сегодня, – размышлял Левко. Генерал вчера улетел, это точно. По идее, Шмелев должен был уже отправить партию оружия, надо узнать у Алханова, как обстоят дела в «Граните». – Алло, это я. Что нового?

– Вчера ночью груз ушел, – ответил зам. директора предприятия. Только почему-то до сих пор мне не позвонили. Я сам пытался это сделать, ни один телефон не отвечает. Такое впервые, начинаю уже беспокоиться. И еще, двое наших охранников, которые на «Ниве» ездили – пропали.

– Как пропали?

– На предприятии в 8 утра не появились, позвонили им домой, там ответили, что ушли на работу. Что делать?

– Если они в течение получаса не объявятся, уходи.

– Николай, – крикнул майор напарнику, – звони в микроавтобус.

– Звоню, никто не отвечает, – растерянно ответил тот.

– Еще попробуй. – Неужели это провал? – покрылся холодным потом Левко. Так, надо успокоиться и вспомнить, с чего все началось. Сначала задержали уголовников, у них был мой телефон, но этот номер не определяется. Потом арестовали воришек, которые пытались влезть в квартиру старика, они вообще обо мне ничего не знают. Теперь молчат все. И Веселов улетел Москву. Зачем? – лихорадочно соображал майор. А если мы где-то прокололись, если он все это время нам морочил голову, и пока прослушивали пустые совещания и водили, они нас вычисляли. Тогда все сходится. Но зачем генерал улетел в столицу? Не может быть. Ну, конечно, он заранее просчитал действия Шмелева. Полковник решил, что пока Веселов в министерстве, «Гранит» в относительной безопасности и дал команду на транспортировку оружия. Может, позвонить Шмелеву и предупредить? Поздно, его уже наверняка арестовали. Гад, сволочь, обвел вокруг пальца, как последних лохов. Ненавижу. Николай, бросай все, уходим. Здесь скоро будет спецназ, – крикнул Левко, хватая сумку с документами и деньгами.

Дубинин рванулся в подъезд, стукнул в дверь квартиры на первом этаже и услышал шаги человека, сбегающего вниз по лестнице.

Левко бросился следом за напарником, потом, остановился и начал быстро набирать номер. Ничего, я тебе устрою, ты меня еще долго будешь помнить. Ненавижу. Алло, Султан, я должен исчезнуть, сделай то, что я просил. Ты обещал.

Услышав шум на лестничной площадке, Левко все понял. Выглянув в окно, и не обнаружив ничего подозрительного, сбросил сумку и веревку, заранее привязанную к батарее, и спустился по ней вниз. Затем забежал за угол, раздвинул доски забора и оказался на улице.

– Не стоит торопиться, – услышал он насмешливый голос. Подняв голову, Левко увидел трех спецназовцев с автоматами. Он побелел, и молча протянул вперед руки.

Старший лейтенант Климов сидел на опорном пункте в Ракитовке и разговаривал с Крысём, который восседал на старом потертом диване.

– Как думаешь, малыш, мы все предусмотрели на случай появления бандитов, ничего не забыли?

Тот фыркнул и отрицательно помотал головой. – И я так думаю, а все равно не спокойно.

Их мирную беседу прервал телефонный звонок, – алло, Федор? Это Билял Малгозов, помнишь такого? К тебе нехорошие люди едут на двух машинах, говорят, их твои гости интересуют.

– Спасибо, Билял, сам ты как?

– Не теряй время на разговоры, они скоро будут.

– Ну, вот, Крысь, началось. Беги, собирай свою команду, а я буду звонить. Татьяна Сергеевна, вызывайте Варю, действуйте, как договорились.

– Так, Варьку мы укрыли, – пробормотал Федор. Позаботимся о дамочках. Алло, Анна Сергеевна, быстро через задний двор, на соседнюю улицу. В доме напротив вас спрячут. Петрович, это я, к нам едут гости, поднимай людей. А теперь можно обо всем сообщить Борису, пусть направляет сюда Фоменко с бойцами.

Климов собрался уже покидать свой кабинет, как его остановил звонок. – Федя, это Матрена Степановна. Возле кафе, что на трассе, остановилась «Вольво» и кажись «Ауди». Трое подошли к нашим торговым рядам, пьют ряженку, спросили, где поворот на Ракитовку.

– Спасибо, понял.

Федор выскочил на улицу и сел в машину. Мимо него промчалась Варя на «Мазде». – Вот и хорошо, пока она Татьяну Сергеевну будет лечить, глядишь все здесь и кончится. Но порку вечером устрою, уже пузо торчит, а она гоняет, как ни в чем не бывало. Мобильник Климова снова затренькал.

– Алло, это Юля, официантка из кафе. Я обслуживала двоих мужчин, они спрашивали, не из Ракитовки ли я. Я сказала, что там раньше жила и многих знаю. Тогда они поинтересовались твоим адресом, Федя. Я ответила, что не знаю, потому что ты в деревне работаешь недавно. Мужчины попросили принести чай с пирожками. Так я им в чашки воды накапала. Помнишь, Варя отгружала бандюкам, которые скрывались в Доме престарелых, ящик с бутылками со снотворной водой? Одна такая оказалась лишней и я ее в подсобке припрятала.

– Юль, столько времени прошло, наверное, все выдохлось.

– Нет, я неделю назад проверяла. У мужа на работе неприятности начались, беспокойным стал, бессонница замучила. Так я ему в чай этой водички накапала, минут через двадцать захрапел и спал до утра. От кафе до Ракитовки ехать столько же, так что, как заедут мужики в деревню, так и уснут.

– Юля, спасибо, хороший подарок сделала.

Федор остановил свой джип недалеко от дома. – Хотел бы я знать, ушли дамочки, или где-то поблизости прячутся.

Между тем, подруги не собирались скрываться где-то вдали, а засели в сарае и сквозь щель между досками наблюдали за двором. Гелена достала из сумки театральный бинокль, который всегда таскала с собой на всякий случай.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросила Анна. Дай посмотреть.

– Пока ничего, могла бы купишь себе такой же, чтобы не отнимать у меня.

– Все время забываю, а ты могла бы и напомнить.

– О, баба Маня с бабой Симой прискакали, за воротами стоят и своими мужественными телами прикрывают калитку, – хихикнула Гелена. Во дворе дома, что напротив, вижу бывшего участкового Петровича, с ним трое мужиков, еще двое подошли с охотничьими ружьями. Ты смотри, и пенсионерки туда телепаются. Подруга, у нас охрана не хуже, чем у президента, а может, и покруче будет. Аня, «Вольво» подъехала, следом еще одна машина идет, но как-то неуверенно.

Федор тоже увидел незваных гостей и позвонил, – Петрович, надо аккуратно проверить «Ауди». Там водитель и пассажир должны спать, уточни. Из «Вольво» выбрались трое темноволосых мужчин.

– Бабушки, – обратился к подружкам один из них, – это дом участкового Климова?

– Вы кто ж такие будете? – спросила баба Маня.

– А вы?

– Мы сродственницы.

– А мы его друзья.

– Тогда езжайте на опорный пункт, там Федька, – посоветовала баба Сима, приметившая машину участкового.

– Может, мы его в доме подождем? Зачем же отрывать человека от служебных дел.

– Еще чего, – возмутилась баба Маня. Неведомо кто является и сразу в дом норовит забраться. А можа, вы воры, а не дружбаны.

– Неужели мы похожи на бандитов? – засмеялся мужчина.

– Кто ж вас знаете. У нас в прошлом году случай был, – принялась рассказывать баба Сима.

Федор наблюдал за Петровичем, который обошел «Ауди», заглянул в машину через переднее стекло и, усмехнувшись, показал большой палец. Климов обрадовался, и собрался было покидать свой джип, как увидел проходящую мимо молодую крепкую женщину с вилами в руке. – Марья, ты куда это собралась?

– К вам на помощь.

– Раз так, то помогай.

Мужчины, стоя спиной к машине, со снисходительным интересом слушали завиральный рассказ бабы Симы про мифических преступников и не видели, как в салон «Вольво» заглядывает молодая женщина. Зато водитель ее приметил и, перегнувшись через пассажирское кресло, открыл дверцу машины. – Садись, красавица, поговорим.

– Можно, – улыбнулась та и быстро сделала шаг в сторону. Федор нанес удар пистолетом по голове водителя, и тот отключился.

– Марья, у тебя есть какая-нибудь тряпка?

Та сунула руку в карман и вытащила грязный вязаный комок.

– Годится, – сказал Климов. Он запихнул кляп и наручником соединил руку преступника с дверцей «Вольво», затем осторожно ее прикрыл.

Незваным гостям, наконец, надоело слушать подружек и тот, кто постарше сказал, – поговорили, и хватит, мы пройдем в дом.

– А вот и не пустим, – решительно заявила баба Маня.

– Да, кто тебя будет слушать, старая, – блеснул золотым зубом молодой мужчина, пытаясь схватить ее за руку. Стоящий рядом Крысь, тявкнул, и к незваным гостям бросились собаки, клацнув зубами у самого, что ни на есть дорогого места. Вся троица побледнела. Старший сунул руку во внутренний карман куртки.

– Не советую, – сказал Федор, подходя к ним с пистолетом в руке. Собаки обучены, одно легкое движение и вы превратитесь в евнухов. Руки назад, Петрович, обыскивай крайнего, а я этого. Баба Маня, повертев головой, решительно сунула руку в карман куртки молодого мужчины, и вытащила оружие. – Держи, Сима, железяку, я его еще обшманаю.

– Граждане бандиты, – произнес старший лейтенант, – прошу соблюдать спокойствие, вам в спины направлены охотничьи ружья, ваш водитель и двое из «Ауди» на помощь не придут. Сейчас вас погрузят, и поедете дружно в Тригорск в компании спецназа, – улыбнулся он, увидев джип Забелина и следовавший за ним знакомый микроавтобус.

– Ну, Федор, я так и знал, – загрохотал Фоменко. Там, где ты с помощниками, нам делать нечего.

Анна и Геля, увидев Забелина, Комарова и Дубинина, выскочили из своего укрытия и побежали к ним обниматься. А Крыся крутилась возле своего любимого мужчины. Наконец, полковник ее заметил и подхватил на руки.

– Здравствуй, девочка, здравствуй наша красавица. Крыська прижималась к груди Фоменко и с победным видом поглядывала на собачью свору. Пусть знают, как ее любит полковник, а то, когда рассказывала, не верили.

– Ну, что, дамочки, собирайтесь домой, – улыбнулся Комаров.

– Какой домой, – возмутилась баба Маня, мы таких бандюков заловили, это дело надо отметить.

Подруги переглянулись, – и правда, Борис, люди нас защитили, их надо отблагодарить, – сказала Анна. Вы езжайте, нас потом Федя отвезет.

– Не, – заявила баба Сима. Мы ваших мужичков тоже не отпустим. С такими ладными да молодыми хоть рядышком посидим. Сейчас быстро столы накроем, праздничный обед устроим, тогда и поедете.

В это время на «Мазде» примчалась Варя. – Что тут у вас случилось? Прибежала соседка Татьяны Сергеевны, и такое порассказала.

– Варенька, ничего страшного не произошло. Просто приехали бандиты, а ракитовцы с Федей и собаками, нас защитили, – сказала Истомина. Теперь мы все хотим это дело отметить. Где будем столы накрывать, чтобы все уместились?

– Да прямо во дворе. С веранды большой раскладной стол вытащим, приставим еще два пластиковых, если стульев не хватит, у соседей возьмем. Теперь, чем кормить народ будем, кур бы надо пожарить, картошки отварить, соленья достать. Федю в магазин пошлю за водкой и вином.

– Варя, не заморачивайся, – заявила баба Маня, народ принесет с собой, у кого чего есть готовое. Нам же не еда и выпивка нужна, а общая радость. Пусть твой Федор нас с Симой домой отвезет, мы тоже кой- чего притараним. Я сейчас всех оповещу.

Буквально через полчаса во дворе Климовых стояли накрытые столы и все дружно рассаживались с шутками и смехом. Когда поднялся хозяин дома, наступила тишина.

– Дорогие ракитовцы, помощники мои золотые, спасибо вам за то, что откликнулись на мою просьбу, защитили наших дамочек, не позволили бандитам сделать свое черное дело. Я пью за ваше здоровье и счастье. Низкий вам поклон.

Спустя несколько минут раздался чей-то голос, – Марья, признавайся, чем ты водителю рот заткнула. У него морда была красная, а из глаз слезы текли. Когда кляп вынули, он все никак не мог отдышаться. Стоял с выпученными глазами и башкой крутил.

– Я с утра коровник чистила, навоз выгребала. А у моих вил черенок в одном месте занозистый, так я старую вязаную перчатку на руку надела. Когда соседский мальчишка про бандюков сообщил, засуетилась маленько и уронила ее в навоз, ну и впопыхах в карман куртки запихнула. Как Федор шепнул про кляп, так перчатку ему и отдала.

– Будет помнить про навоз членовоз, – заорал Проша. Марью углядел и очумел. А-а-а, – залились все за столом.

– Маня, ты когда за пазуху к молодому полезла, внутрях ничего не загорелось? – спросила пенсионерка в платочке.

– Не, а вот когда шманала, надежда была. Но быстро погасла. Потому что ничего не нащупала.

– У него с перепугу там все попряталось, – засмеялась баба Сима. Ее тут же все поддержали. А Проша выдал, – баба Маня молодец, дураку тому… Попугай скосил глаз на Анну, которая показала ему кулак, и добавил, – конец.

Пока все хохотали, Анна Сергеевна шепнула Варе, – мы сейчас с Гелей быстро соберемся и поедем, а вы гуляйте, видишь, как народ разошелся. Когда подруги появились с сумками, баба Маня запротестовала, – а на посошок?

Анна взяла рюмку, – дорогие вы наши, спасибо за все, добра вам и счастья, мы в вечном долгу перед вами.

– Не надо нас благодарить, – сказал Петрович, когда Федора арестовали, когда я попал в беду, вы с друзьями нас спасли. Так что будем и дальше помогать друг дружке, за то и выпьем.

– Всем пока, прилетим наверняка, – крикнул на прощанье Проша и прыгнул в клетку.

– Матка бозка, неужели все кончилось, – произнесла Гелена Казимировна, когда они отъехали от дома Климовых.

– Полностью и окончательно, – улыбнулся Комаров. Генерал прилетает сегодня вечером, а Наташа завтра.