– Наконец-то, – обрадовались дамы.

– Это дело надо отметить, – сказала Гелена.

Крыся тихонько тявкнула. – Не волнуйся, твоего Фоменко тоже пригласим, – засмеялась Анна Сергеевна. Вы посмотрите, сколько времени прошло, а у нашей девушки любовь не проходит. Проша в клетке захлопал крыльями. – Даже не вздумай, – прикрикнула на него Анна, а то полковнику скажу, он тебе башку быстро открутит.

– Не открутит, он шутит, – не выдержал попугай, но на всякий случай замолчал.

Когда подруги вошли к себе в дом, Анна Сергеевна плюхнулась в кресло, – Геля, даже не верится, что мы можем открыто говорить, ходить, куда вздумается и вообще Андрей сегодня прилетает.

– Анька, ты чего расселась, ужин надо готовить, он же голодный приедет. Кормить мужика надо. Потом взглянула на слегка покрасневшую подругу, – понятно, легкий ужин и быстрый чай. Ну, для этого у нас колбаска, сыр и буженинка в холодильнике найдутся. Все равно вставай, давай салат «Мимозу» сделаем, Андрей его любит. Варя мне пакет с помидорами-огурцами и зеленью всунула. Тоже салатик приготовим. Она молодец, хлеб деревенский положила и баночку сметаны, не надо в магазин бежать. Пошли на кухню. Ань, мы когда все вместе соберемся?

– Сегодня четверг, завтра прилетит Наташа, можно в субботу.

– А в воскресенье устроим шашлык у Максимушки, – мечтательно добавила Гелена. Ты уточни у Андрея, сможет он ребятам два выходных дня дать.

– После такой операции должен. Гелечка, можно я быстренько в душ сбегаю? А потом вернусь и дальше помогать буду.

– Иди, уж, – снисходительно улыбнулась подруга. Вот коза, наверх поскакала, как молодая. Когда амуры, и возраст забывается.

Крыся, лопавшая печенье со сметаной, одобрительно фыркнула.

– Чтоб ты, малая, в этом понимала.

Собачка оторвалась от мисочки с цветочком и возмущенно тявкнула.

– Ну, извини, забыла про твоего Фоменко.

– Гелечка, я готова приступить к своим обязанностям, – сказала Анна Сергеевна, входя в кухню.

– Делай мясную нарезку, салат овощной готов, «Мимозу» заканчиваю. Кажется, машина подъезжает, – бросила взгляд в окно Гелена Казимировна. Ух, ты, Андрей с двумя букетами нарисовался, беги, встречай мужа. Крыська, давай мордочку вытру, сейчас с генералом целоваться будешь.

– Гелечка, – протянул цветы Андрей Петрович, дайте я вас обниму. Крыська, на ручки и чмокаемся. Дамочки, я в душ. Он провел рукой по влажным волосам жены, – ты уже? – шепнул ей на ухо. Я быстро, моя умница.

– Вот и хорошо, пока он будет плескаться, мы с тобой все закончим, – сказала Гелена Казимировна, наливая воду в вазу для цветов. Ань, ты, куда свой букет дела?

– Не знаю, – растерялась та.

– Крыся, ищи, подруга на радостях совсем голову потеряла.

Наблюдая за тем, как Андрей с Анной торопливо едят и переглядываются, Гелена не выдержала, – ну чего вы страдаете, идите уж.

Веселов тут же подскочил, – спасибо, Гелечка, все было вкусно. Та протянула подруге пакет, – возьми, чтоб не оголодали. Поглядев с нежностью им вслед, пробормотала, – хорошо-то как, Господи. Крыська, сиди здесь, нечего под дверью подслушивать. Пусть они себе амурничают, а я еще салатика съем. Потом, курочек зажарю и омлетик сделаю, одной нарезки им, пожалуй, будет мало. Ночь-то длинная.

– Анечка, – вкрадчиво произнес Веселов, закрывая за собой дверь.

– Знаю, – радостно рассмеялась та, когда ты говоришь таким кошачьим голосом, сопротивление бесполезно.

– Правильно, пойдем в спальню, я тебя сам медленно раздевать буду.

– А выдержишь?

– Тут два варианта. Или выдержу, или не смогу. Анька, как же я по тебе соскучился, пока в самолете летел, только и думал о том, что приеду и всю тебя исцелую.

– А я как закрою перед сном глаза, так все кажется, что ты сейчас ко мне прикоснешься, начнешь гладить, прижимать к себе. Она потянулась к мужу.

– Не целуй меня за ухом, я и так уже не могу терпеть.

– И не надо, иди ко мне, любимый.

Расслабленные, они долго лежали молча. – Ань, я есть хочу, – пожаловался Веселов.

– Это не проблема, – засмеялась она. Геля мне пакет сунула с нарезкой, вставай, сейчас я тебя кормить буду.

– А потом снова в койку, ладно?

– Как скажешь, муж.

– Очень мне нравится, когда ты так говоришь. Анечка, мне с тобой посоветоваться надо. Я привез приказ министра о присвоении нашим ребятам внеочередных званий. А дед у нас числится вольнонаемным, и в операции не принимал вроде бы как участия. Но это не так, его бы тоже поощрить надо.

– Ты уже придумал?

– Если я ему из своего жалованья 50 тысяч выделю, ничего, наш бюджет не пострадает?

– Андрей, не говори глупостей, ты же прекрасно знаешь, что «нет».

– Я только не придумаю, как лучше это сделать.

– Вложи в конверт и вручи.

– Дед старый разведчик, вдруг чего заподозрит.

– Пусть Максим сварганит соответствующую ведомость, а Степан Иванович в ней распишется за полученные деньги.

– Ты у меня умница.

– Да, ладно, Андрей, ты ведь сам давно это придумал, – засмеялась Анна. Предполагаю, что и раньше так делал.

– Да что же за жена у меня такая, все знает, все чувствует. Слушай, я совсем забыл, мне Павел Бородин бутылку испанского вина сунул в сумку, когда провожал в аэропорту. Давай выпьем?

– Давай.

– Эх, жалко, что я всю закуску слопал.

Словно услышав слова Веселова, Гелена Казимировна позвонила подруге, – Анечка, если не вовремя, извини. Я в холле на журнальном столике поднос с едой оставила, поешьте, пока все горяченькое.

– Гелечка, я тебя обожаю. Андрей, я на минутку.

Она внесла в гостиную поднос, – представляешь, Геля нам поесть принесла, в холле оставила. Золотой человек, все понимает.

– Я ее тоже обожаю, а сегодня так вдвойне за курицу и омлет. Нравится вино?

– Очень, ты же знаешь, я люблю красные сухие вина. Андрей, как ты будешь ребятам сообщать о повышении в званиях?

– Как обычно, зачитаю приказ, поздравлю, хлопнем по стопочке.

– А по-другому нельзя?

– Можно, наверное, у тебя есть предложение? Излагай.

Выслушав жену, Веселов подумал и сказал, – а что, мне нравится. Когда Наташа прилетает? В 11? Отлично. Сейчас позвоню Комарову, надеюсь, он еще не спит.

– Алло, Борис? Я тебя не разбудил? К приезду жены готовишься? Ты ее как встретишь, к 13 часам за мной домой заезжай. Вместе в отдел поедем. Предупреди ребят, чтобы все к этому времени были в форме. Анечка, извини, еще один звоночек. – Петро, это Веселов. Ты чего так рано спать залег? Уже первый час? Ничего, я сейчас сообщу такую новость, что до утра не уснешь. Коломийцев ваш жив. Правда, ранен, его отвезли в Железногорск, в госпиталь МВД. Отбой. Ань…

– Опять воркуешь? Подожди, я хоть посуду помою.

– Да ну ее к шутам. Интересно, ты так же реагируешь на поцелуй за ушком, как и я? Ах, ты хитруля, все время от меня скрывала, теперь я буду знать твое слабое место. Анька, как же я тебя люблю, – выдохнул Веселов.

В спецотделе с нетерпением ждали генерала. По поводу милицейской формы все недоумевали и строили разные версии.

– Наверное, начальство заявится. Проверять начнут, – предположил Забелин.

– Точно, – отозвался Дубинин. Видно, генерал с ними с утра занимается, поэтому они только к обеду подъедут.

– Ребятки, а может вас за последнюю операцию награждать будут? – спросил Степан Иванович.

– Ты что, дед, у нас так быстро не бывает, пока бумаги оформят, уже забудешь, за что, – ответил Забелин.

– Генерал с Борисом идут. С ними никого, – доложил Дубинин, постоянно наблюдавший за коридором.

Веселов с папкой быстро прошел к себе, Комаров заглянул к оперативникам, – через пять минут нас ждет Андрей Петрович.

Когда все вошли в кабинет и дружно прокричали, – здравия желаем, товарищ генерал, – Веселов широко улыбнулся и раскрыл папку. – Приказом министра внутренних дел за успешное проведение операции… всю преамбулу читать не буду, внеочередное звание подполковник полиции присваивается майору Комарову Борису Николаевичу. Поздравляю, Борис, и вручаю тебе погоны с двумя звездами.

– Ура, – тихонько крикнул Дубинин.

– Внеочередное звание майора присваивается капитану Забелину Максиму Владиславовичу. Поздравляю. Максим это твоя звезда.

– Внеочередное звание старшего лейтенанта полиции присваивается лейтенанту Дубинину Алексею Григорьевичу. Поздравляю, Алексей, рад за тебя. Держи свою звездочку.

Премией в размере пятидесяти тысяч рублей награждается Антонов Степан Иванович. Дед, это твой конверт, потом в ведомости распишешься.

Всех еще раз поздравляю, рад и горжусь вами. А сейчас всем в столовую, нас ждет праздничный стол, заодно и звездочки обмоем. Кстати, Громову также присвоено внеочередное звание майора. Напоминаю, завтра всем быть у нас в 14 часов. Приходите в форме, чтобы наши дамы на вас полюбовались. Дед, тебе с Клавдией Ивановной быть непременно.

– Я с Найтиком приеду, – засмеялся Забелин.

– Крыська будет рада, – улыбнулся Веселов.

– А Проша обязательно что-то выдаст, – расхохотался Дубинин. Дед, ты как в воду глядел, а Макс говорил, что долго ждать придется.

– Алексей, если бы не генерал, ты бы еще полгода в лейтенантах ходил, – заметил Комаров. Он в Москве два дня угрохал на то, чтобы все кабинеты обойти и копию приказа увезти с собой.

– Клавуня, – закричал Дубинин, первым входя в столовую, – нас всех в званиях повысили, а дед награду в конверте нашел.

– Большую?

– 50 тысяч.

– Вот, хорошо, мы с ним как раз ремонт в доме затеяли.

– Клавунь, вы его и так сделаете, купи что-нибудь лично деду, он заслужил.

– И правда, Степан Иванович давно о хорошей куртке на меху мечтает, кости уже старые, зимой мерзнет. Спасибо, Алеша, что подсказал.

– Какой стол сегодня, – произнес Забелин. Клавдия Ивановна, вы в курсе и молчали?

– Ничего я толком не знала. Мне сегодня в семь утра позвонила Анна Сергеевна и сказала, чтобы праздник вам устроила. Я у нее спросила, по какому случаю, она засмеялась и ответила, в связи с приездом генерала. Мы со Степаном и поехали на рынок закупать продукты. В магазине бутылки взяли. И все.

– Мировая у нас генеральша, я бы на ней женился, если бы был постарше, – засмеялся Дубинин.

– Это кто у нас на генеральшу позарился? – вошел в столовую Веселов. Смотри у меня, Алексей, я тебя хоть и не породил, но убью.

– Вот, елки-палки, забыл, что он у нас Отелло, – пробормотал про себя Дубинин. Андрей Петрович, я фигурально выразился, отмечая заслуги Анны Сергеевны перед сотрудниками спецотдела. Они с Гелей о нас заботятся, а мы их любим братскою любовью.

– Болтун, ты Алешка, – засмеялся генерал. Наливай. За ваши звезды, ребята, за вашу премию, Степан Иванович. Отлично выполнили свою работу, министр чрезвычайно доволен. Клавдия Ивановна, почему не за столом, вы тоже участница операции, обеспечивали нам прикрытие и выполняли поручения.

– Андрей Петрович, рассказывайте, как прошла операция в целом, а то старший лейтенант Дубинин ерзает, на одном месте усидеть не может, – улыбнулся Комаров.

– Когда была получена информация о том, что действует канал по переброске оружия, и мы взяли в разработку «Гранит», я попросил Громова вычислить, откуда оно поступает, кто производит и как оно доставляется в Тригорск. И вот, какую схему он нарисовал…

– Да-а-а, Сашка голова, – произнес Забелин.

– При минимуме информации такое сотворить, – сказал Степан Иванович. С такими мозгами надо родиться.

– Андрей Петрович, а как брали тех, кто вез груз из Тригорска? – спросил Алексей.

– Как только машина с оружием вышла от нас, спецназ МВД десантировался в соседней республике в районе первой точки, о которой сообщил Коломийцев. Там взяли всех, посадили в автобус, который следовал за фурой на большом расстоянии, и отправили на базу к Фоменко. С ними тут же начали работать следователи. Спецназовцы пересели в фуру, один из них, в кабину к водителю и погнали дальше. На последних двух точках задержали покупателей и вернулись на том же транспорте в Тригорск. А главная новость – Василий Коломийцев оказался жив.

– Есть же Бог на свете, – проговорил дед.

– На Бога надейся, а сам не плошай, – улыбнулся генерал. Как рассказал Василий, он перед поездкой ощущал смутное беспокойство. Те, кому довелось воевать, знают, что чувство опасности не появляется просто так. А Коломийцев два года служил в разведроте в Афганистане. Поэтому он был на маршруте предельно внимательным, с собой даже прихватил бинт и кровеостанавливающее средство. Когда вышел из машины сопровождения, чтобы размять ноги, следом за ним пошел его напарник. Тогда он понял, что тот будет стрелять, и когда услышал щелчок взводимого курка, слегка отклонился и упал. Но пуля все-таки попала в плечо. Убийца не стал его добивать, то ли был в себе уверен, то ли его торопили. Когда машины уехали, Василий остановил кровь, перевязал рану и вышел к трассе.

Тут ему повезло. Мимо проезжал УАЗик, водитель остановился и усадил в машину. Как и куда они ехали Коломийцев не понял. Временами впадал в беспамятство, все- таки частичная потеря крови сказалась, помнит лишь, что среди леса была дорога. Окончательно пришел в себя только в небольшом доме, как оказалось, у лесника. Тот жил с невесткой и двумя внуками, одному около года, а второму не больше трех. Мужик довольно умело вынул пулю из плеча, а женщина Василия выхаживала. Как ни пытался Коломийцев узнать, кто они, почему помогают, где отец ребенка, отмалчивались.

После того, как высадился десант, леснику позвонили. Он усадил Василия в машину, завязал глаза и подвез к трассе. На прощание сказал, – жди, ваши скоро здесь будут, может за твое спасение хоть один грех снимется с сына.

– И что, лесника не будут разыскивать? – спросил Дубинин.

– А зачем, Алексей? – ответил Веселов.

– Чтоб сына найти, он, наверняка, преступник.

– Вряд ли отец знает, где он, а если знает, то все равно не скажет. Но он спас человека, рискуя жизнью своих внуков, невестки, да и своей тоже. Зачем же его подставлять. Вот такая история. А теперь пусть подполковник Комаров докладывает, как там задержанные.