Дракан Вангорич занял место на троне в центре похожего на склеп помещения. В рабочей камере храма царила темнота. Великого магистра окружала свита из тактиков, логистов, инфоцитов, заместителей и членов Официо Логистас. Но он не замечал их присутствия, несмотря на весь тот шум, который они производили. В бездонной черноте комнаты советники и помощники магистра были не более чем бесплотными голосами, звучащими вокруг. — Начинайте! — скомандовал Вангорич.
Чернота замерцала, пробуждаясь к жизни, и в помещении возникла громадная гололитическая проекция, занявшая собой все пространство. Трехмерное изображение было четким, отличалось насыщенными цветами и качеством проработки. Это был вид из чьих-то глаз.
— Я вижу то, что видит он, — произнес Вангорич. — А он меня слышит?
— Слышу, великий магистр, — донесся низкий голос Эсада Вайра, более известного среди коллег под именем Зверь.
Вскоре находящиеся в обзорной комнате люди смогут стать свидетелями того, как Зверь выполняет работу. Голоптометрические имплантаты, установленные в глазницах Вайра, передавали всю информацию на гололит.
— Ассасин, — обратился Вангорич к своему живому оружию, — разрешаю начать миссию. Не разочаруй меня, Зверь Круль.
Эсад Вайр посмотрел на пол. Он находился в раздевалке. Накрахмаленная флотская форма висела на дверцах шкафчиков и на одежных стойках, а те, кто должен был ее носить, лежали на полу. Офицеры Первого Королевского батальона военной полиции флота расстались с жизнью, когда обнаружили, что в их раздевалке скрывается человек, которого на корабле быть не должно. Зверь Круль с легкостью расправился с вооруженной охраной, ломая кости и хребты. Проблема с обнаружением была решена быстро. Заперев дверь в помещение, ассасин продолжил выбирать форму, которая смогла бы вместить его могучее тело. Маскировку дополнили парадная лазерная аркебуза, сабля с мономолекулярной заточкой и пистолет модели «Сципион».
Закончив облачаться в до смешного щегольскую форму флота, Зверь запихал трупы в туалет. После того как дверь переполненной кабинки закроется, вес навалившихся на нее тел станет достаточно серьезным препятствием для желающих посетить уборную офицеров или тех, кто будет разыскивать пропавших. К тому времени, как их наконец обнаружат, Круль планировал быть далеко от корабля. Натянув ремешок фуражки на подбородок и надвинув козырек на глаза, ассасин вышел из раздевалки в вестибюль.
Круль пристроился к группе офицеров Первого Королевского и, точно так же, как и они, чеканя шаг и расправив плечи, промаршировал на ангарную палубу линкора класса «Император» под названием «Автокефалий извечный». На палубе разместились эскадрильи начищенных до блеска звездных истребителей и множество бойцов. По прикидкам Круля, здесь собралось от двух до трех тысяч человек. Все они носили ту же парадную форму, что и ассасин, и были вооружены точно такими же лазерными аркебузами. Многие уже выстроились в плотные формации перед подиумом и вокс-динамиками в дальнем конце ангара, но еще больше солдат еще только подходили к своим местам.
Марш подразделения, к которому присоединился Зверь, оказался долгим и скучным. На обзорных экранах виднелась медленно и торжественно вращающаяся Древняя Терра со всеми ее безумными политическими интригами. «Автокефалий извечный» стоял на низкой орбите в сопровождении почетного караула из допотопных тяжелых фрегатов. Вся эта формация висела над миром-ульем, словно разукрашенные игрушки.
Подобравшись ближе к подиуму, Зверь Круль провел привычные для представителей его ремесла ритуалы и проверил рабочие инструменты. Оружие, позаимствованное у офицеров в раздевалке, было практически бесполезным. И лазерная аркебуза, и пистолет оказались незаряженными и без боеприпасов. В присутствии столь важного лица нельзя было допускать даже вероятность случайного выстрела, особенно учитывая накал страстей в связи с текущей ситуацией.
И в этом крылась гениальность замысла. В окружении тысяч вооруженных солдат цель могла чувствовать себя в безопасности и утратить бдительность. Но ни у одного офицера, ни у одного бойца Первого Королевского не было возможности стрелять. Это и делало данное время и место столь привлекательными для удара. Мономолекулярная сабля была оружием, больше всего подходящим для рубящих и секущих ударов. Оружием головореза, несмотря на искусное исполнение и богатые украшения.
Ничто из этого не позволило бы Крулю осуществить столь необходимую сейчас молниеносную атаку, поэтому он решил положиться на другие инструменты, имеющиеся в его распоряжении: бугрящиеся мышцы рук и тяжелые, пропитанные пласталью кости кистей. Такой усиленный прочнейшим металлом кулак, приведенный в движение мощными мускулами, с легкостью проламывал черепа и ломал ребра. Когда в драку вступают простые люди, то обычно все заканчивается разбитыми губами и гематомами. Но когда Зверь Круль избивал свою жертву, во все стороны летели осколки костей и вырванные органы. Иногда он даже срывал ударами головы с шеи. Это был его любимый метод казни и причина, по которой ассасин получил свое жуткое прозвище. Прекрасно знающему человеческую физиологию и мастерски владеющему несколькими видами боевых искусств, Зверю часто приходилось в буквальном смысле пачкать руки в начале его службы в Официо Ассасинорум.
Наконец убийца услышал свою жертву. Он подошел достаточно близко, чтобы разобрать слова, доносящиеся из вокс-динамиков. Многие из его спутников уже нашли свои места в ровных рядах бойцов, выстроившихся перед подиумом, но Зверь продолжал идти по центральному проходу, надвинув фуражку на глаза и безупречно чеканя шаг.
— …поэтому я с радостью сообщаю, что адмиралу Виллерсу, а также всем отважным мужчинам и женщинам, служащим на «Автокефалии извечном» приказано отправиться в Главказийский Залив, — рокотал лорд-адмирал Лансунг, — и принять на себя командование армадой сегментума, которая по моему повелению собирается над Лепидом Прим.
Верховный лорд-адмирал был хрестоматийным примером легкой цели. Огромная туша в синей форме флота, с красным лицом, на котором виднелись следы от омолаживающих инъекций, вещала из роскошной ложи, не забывая параллельно наслаждаться изысканными креплеными винами и богатым столом, который обеспечила его личная кухня. Судя по виду, он ни разу в жизни не доставал ни пистолет из кобуры, ни кортик из ножен. Политических связей и семейного влияния оказалось достаточно, чтобы командовать флотом, не марая руки. Внушительная масса говорила, что в случае попытки побега он не сможет уйти далеко. К тому же это значило, что его личная охрана из Черных Люциферов, очень удачно вставшая чуть дальше обычного из-за иллюзорной безопасности в окружении тысяч солдат флота, не сумеет быстро схватить своего господина и забросить в транспорт.
Рядом с Верховным лордом Терры стоял столь же ничтожный представитель рода человеческого. Как и Лансунг, он получил все блага, положенные офицеру флота, но не испытал никаких сопутствующих трудностей. Адмирал Шеридан Виллерс, его высочество космический барон Кипра Нубреа, с лицом, по мнению Круля, похожим на лошадиную морду, и кадыком, который издалека вполне бы сошел за небольшой астероид.
Зверь Круль ускорил шаг. Он неуклонно стремился к цели. Уже совсем близко. Мелкие детали маскировки перестали иметь значение. Он все еще выглядел как солдат, пытающийся отыскать свое место в строю. Но Зверь почуял кровь. Он уже ощущал, как под его ударами ломаются кости.
Убийца перешел с быстрого шага на бег. Лансунг все еще говорил, но уже передавал слово пучеглазому командиру «Автокефалия извечного». Круль отбросил аркебузу и одним движением пальца отстегнул пояс с кобурой. Сабля в ножнах и пистолет упали на пол с глухим стуком. Зверь Круль уже поднимался по ступенькам, преодолевая по две или три с каждым шагом. Люди начали проявлять первые очевидные признаки беспокойства. По-прежнему не понимающие смысла происходящего, солдаты просто смотрели. Бровь Виллерса поднялась, отражая испытываемое им недовольство. В конце концов, это были его корабль и его войска.
Но движения Лансунга выдавали осознание опасности. Круль заметил, как зрачки Верховного лорда расширяются, а вены на шее набухают. Личная охрана лорда-адмирала наконец начала двигаться. Черные Люциферы выбегали из боковых коридоров и ниш в стенах ангара. Но они были слишком далеко. Зверь получил то, что хотел. Убийца стоял перед беззащитной жертвой.
Фуражка Круля слетела, когда он, перепрыгнув через последнюю ступеньку, поднялся на подиум. Виллерс попытался выхватить кортик, но не смог вытащить клинок из ножен. Ассасин решил, что клинок застрял из-за редкого использования. Лансунг отступил на шаг. У него не возникло даже мысли о том, чтобы схватиться за оружие. На широком лице лорда-адмирала был только ужас.
Круль преодолел расстояние, разделявшее его и Лансунг а, одним прыжком. С кошачьей грацией убийца миновал Виллерса и приземлился прямо на небольшой островок податливой плоти — грудь адмирала. Ассасин буквально повис на своей цели, упираясь ботинками в бока, а коленями — в необъятную грудную клетку. Одной рукой он вцепился в обмякшее плечо, а вторую занес для удара. Теперь Зверь мучился выбором. Куда направить движение усиленного пласталью кулака? Сквозь тройной подбородок адмирала, к хребту? Или пробить ребра и раздавить сердце? Ассасин решил иначе. Он пробьет череп оплывшего от жира Верховного лорда и размажет все амбиции, родившиеся в этом мозгу, по палубе.
Внезапно Зверь Круль заметил, что с губ паникующего Лансунга срываются какие-то слова. Это был приказ тем, кто находился рядом с ним. Приближающимся Черным Люциферам. Свите. Виллерсу и офицерам «Автокефалия извечного». Ассасин понял, что эти слова были важны, и каким-то образом смог вернуться к нужному моменту времени.
— Огневой протокол «Тринадцать»! — верещал лорд-адмирал. — Трона ради! Огневой протокол «Тринадцать»!
«Довольно слов», — решил Зверь Круль.
Кулак опустился.
— Стоп! — приказал Дракан Вангорич.
Подчинение. Круль увел удар в сторону, и вся его разрушительная сила ушла в настил палубы.
— Проклятие, что такое «огневой протокол "Тринадцать"»? — требовательно спросил великий магистр ассасинов.
Гололитическая проекция померкла, и из темноты вышли храмовые инфоциты, тактики и логисты, почтительно кланяясь. Одна из стенных секций задрожала и сдвинулась в сторону. За ней оказалась маленькая комнатка, чуть более светлая, чем основное помещение. Там, привязанный к столу симулякра, лежал Эсад Вайр. Его тело от головы до пальцев ног покрывали иглы датчиков. Тонкие провода были подключены к импульсным разъемам в висках, а еще несколько волоконных кабелей уходило внутрь черепа в районе скулы, подключаясь к голоптометрическим имплантатам в глазницах.
Ассасин резко сел, выдергивая из себя иглы датчиков и кабели передачи данных. Индоктраностическое моделирование было завершено. На лице Вайра отчетливо читалось раздражение. Хищнику не дали убить свою жертву. Его не покидало чувство провала. Восстановление навыков и смертоносных приемов было прервано разозленным Драканом Вангоричем.
— Еще раз, — повторил магистр. — Что такое «огневой протокол „Тринадцать"»? Что-то новое. Я раньше о нем не слышал.
— Это болванка, — ответил один из инфоцитов. — Наши оперативники на борту корабля передали данные по физическим параметрам. Информация не входила в состав полученного пакета. Болванку создали в стратегиуме.
— Что она заменяет? — спросил Вангорич.
Вперед вышел тактик, лицо которого было скрыто под капюшоном.
— Гипотезу, разработанную логистами, — сказал он. — После встречи оперативника Вайра с Представителем Инквизиции в Ташкенте появилось великое множество вероятностей, которые логикам пришлось прорабатывать. Огневой протокол «Тринадцать» — это шаблон поведения цели, полученный по итогам результата анализа данных вероятностей.
— А именно?
— Знание различных вовлеченных и связанных группировок о существовании и расположении ряда площадок Официо Ассасинорум, — сообщил тактик.
— О тайных храмах?
— Столь ценная информация может быть предметом торга между заинтересованными лицами и организациями: Инквизиция, Экклезиархия, Адептус Механикус, Имперский Флот…
— То есть «Огневой протокол "Тринадцать"» — это?.. — Вангорич желал услышать ответ.
— Удар по площадке Официо Ассасинорум на горе Возмездия, — сообщил тактик.
— Они знают об этом месте? — уточнил магистр, разглядывая казавшегося уязвленным Вайра.
— С определенной вероятностью. Поведение цели приводит к патовому сценарию развития событий. Оперативник не может выполнить миссию, если цель обладает подобной информацией. Если бы он попытался сделать то, что задумывал, то, в соответствии с симуляционной моделью, корабль обстрелял бы с орбиты данное место. Однако мы пришли к выводу, что истинная причина выстрела и местоположение храма останутся в тайне. Инцидент будет описан как печальный несчастный случай.
— Ну, это меняет дело, — сардонически ухмыльнулся Вангорич.
Тактик не оценил шутку. Великий магистр поднялся с трона и направился к выходу. На полпути он остановился и обернулся к собравшимся в зале:
— Я хочу, чтобы из этого места вывезли людей, данные и оборудование в течение часа.
— Да, магистр.
— Довольно симуляций. Круль, за мной! — приказал Вангорич.
Как раз успевший выдернуть все датчики и кабели из своей плоти, Эсад Вайр последовал за своим господином к выходу из помещения.
— Что мы будем делать? — спросил он.
— Заставим лорда-адмирала делать то, что нам нужно, — ответил Вангорич. — Сбор армады в Главказийском Заливе не поможет защитить центр от угрозы ксеносов. Что я не стал бы называть патовой ситуацией.
— Куда мы направляемся? — задал еще один вопрос Эсад Вайр.
— Кое-куда, где даже самая большая пушка адмирала нас не достанет, — сообщил Вангорич подчиненному.