Пятнистая гиеновидная Хвостатень-Брускетень окошилась окончательно.

Приходит ночью, бесцеремонно спихивает Агату с питоньей головы, залазит туда сама и принимается свиристеть, как подорванная.

Агата некоторым образом недоумевает минуты три, потом спихивает Брускетту, забирается на «самое главное кошачье место в доме» и мурчит по-агатьи, настойчиво и сурово.

Брускетта топчется туда-сюда какое-то время, потом начинает опять подталкивать уже дремлющую Агату в бок башкой. Та сваливается. На голову Питона забирается Брускетта.

Агата просыпается, понимает, что ее спихнули, делает возмущенно «мяхххфрр» и восстанавливает справедливость…

Ну, где-то через час этих упорных и утомительных рокировок кто-то из девок сдается и с обреченным вздохом забирается на меня. Я не такая приятная на ощупь, как Питон, — но хоть что-то. Не купе, так плацкарт…

Да! Мы очень хотим третью. Но у меня чот с моими здоровьями история никак не выстроится, а это важно.