Если Древняя Греция славилась развитием того, что мы сейчас называем фундаментальными науками, то Древний Рим дает обширную литературу в основном прикладного характера по агрономии (Катон, III—II вв. до н. э.; Варрон, I в. до н. э.)[119] и медицине. Даже знаменитый поэт Овидий (43 г. до н. э.—18 г. н. э.), будучи сосланным из Рима в Дунайское Причерноморье, пишет поэму «Наука рыболовства», содержащую разнообразные сведения о морских рыбах и беспозвоночных и о способах их добычи[120]. Многие из римских авторов давали довольно точные описания, но не пытались объяснить явления, отсылая читателей за трактовкой к Аристотелю, который с этих пор и вплоть до XVII века становится догматическим авторитетом для последующих поколений европейских мыслителей.
Лукреций Кар
Особое место среди римлян занимает Лукреций Кар (95—51 гг., по другим источникам 98—55 гг. до н. э.). Последователь греческих материалистов Демокрита и Эпикура, Лукреций Кар известен замечательной поэмой «О природе вещей». В ней изложена атомистическая теория мироздания, в чем Лукреций следует Эпикуру (а о самом Эпикуре мы знаем в основном со слов Лукреция). Лукреций излагает учение Эпикура о душе и доказывает материальность и смертность души. Основа наших знаний о мире есть результат чувственных восприятий. В V книге поэмы Лукреций рассматривает происхождение Вселенной, небесных тел и жизни, дает историю развития человечества. В IV книге излагается одна из первых теорий наследственности:
Если в смешеньи семян случится, что женская сила
Верх над мужскою возьмет и ее одолеет внезапно,
С матерью схожих детей породит материнское семя,
Семя отцово — с отцом. А те, что походят, как видно,
И на отца и на мать и черты проявляют обоих,
Эти от плоти отца и от матери крови родятся.
Если Венеры стрелой семена возбужденные в теле
Вместе столкнутся, одним обоюдным гонимые пылом,
И ни одно победить не сможет, ни быть побежденным,
Может случиться и так, что дети порою бывают
С дедами схожи лицом и на прадедов часто походят.
Ибо нередко отцы в своем собственном теле скрывают
Множество первоначал в смешении многообразном,
Из роду в род от отцов к отцам по наследству идущих;
Так производит детей жеребьевкой Венера, и предков,
Волосы, голос, лицо возрождает она у потомков.
Здесь особенно интересна мысль о жеребьевке, т. е. о случайном характере комбинаторики наследственных признаков. Лукреций знал, что комбинации признаков способны передаваться от одного пола к другому;
Дальше: как женщин рождать способно отцовское семя,
Так материнская плоть — произвести и мужское потомство[121].
В V книге Лукреций говорит о материальности природы; «...не для нас и отнюдь не божественной создана волей // Эта природа вещей...»[122]. Земной покров породил, по Лукрецию, растения, а затем и животных:
В самом начале травой всевозможной и зеленью свежей
Всюду покрыла земля изобильно холмы и равнины:
Зазеленели луга, сверкая цветущим покровом,
Там и породам различным деревьев на воздухе вольном
Дан был простор состязаться в своем необузданном росте[123].
Здесь мы встречаемся с идеей конкуренции, а в других местах у Лукреция найдем и идею отбора! Но вернемся к последовательности развития жизни на Земле по Лукрецию:
Так молодая земля травой и кустами сначала
Вся поросла, а потом породила и смертных животных
Множество, разным путем и в условиях разных возникших.
Ибо не могут никак животные с неба свалиться
Или из заводей выйти соленых земные созданья.
Вот почему остается признать, что заслуженно носит
Матери имя Земля, ибо все из земли породилось.
Много еще и теперь из нее выходит животных,
Влагой дождей воплощенных и жаром горячего солнца[124].
Земля сотворила и человеческий род, а устав рожать, с годами стала порождать всяких чудищ, кентавров, уродов, но они были отметены отбором: «...природа запрет на развитие их наложила». Идея отбора повторяется и в других строфах:
Много животных тогда поколений должно было сгинуть,
Коль размноженьем приплод не смогли они выковать новый[125].
В V и VI книгах поэмы подробно описываются представления о развитии человеческого рода от дикости к античной культуре.
Труд Лукреция Кара — вершина развития материализма античности. Он оказал влияние на мыслителей Ренессанса и на французских материалистов XVIII в.
Плиний Старший, Диоскорид, Гален
В эпоху императорского Рима Плиний Старший (23—79 гг. н. э.) выпустил 37 томов «Естественной истории» — огромное компилятивное, а потому некритическое, но тем не менее монументальное сочинение, сравнимое с трудами Бюффона и Брема. В нем собрана масса фактов, но были перемежаются с небылицами. Плиний Старший описал 155 видов животных, не известных Аристотелю, дал экологическую классификацию их на наземных, водных и воздушных. Много внимания уделено растениям, в особенности практическим рекомендациям по методам прививок, по обработке почвы, по внесению удобрений. Труды Плиния Старшего, погибшего в Помпее при извержении Везувия, были изданы его племянником Плинием Младшим и, наряду с сочинениями Аристотеля, стали той основой, с которой начали свои исследования европейские ученые эпохи Ренессанса.
Современник Плиния Диоскорид выпустил сводку лекарственных растений. Классик античной медицины Гален (129—201 гг. н. э.) исследовал в сравнительном аспекте анатомию ряда видов крупных млекопитающих, в том числе и обезьян. Но несмотря на огромное влияние Галена (рис. 60) на медицину последующих столетий, античное естествознание завершается Лукрецием, Диоскоридом и Плинием.
Рис. 60. Гален. Рисунок П.-П. Рубенса «с античного мрамора».
Из Н. Stubbe (1963).