И вот когда голова самой последней крысы скрылась под водой, замок Глиммингехюс был вне опасности. Люди могли хранить там собранное на полях зерно. Аистиха спокойно могла выводить птенцов. И её мужу, господину Эрменриху, право же, больше не о чем было тревожиться. И даже старый кот Моне мог доживать свои дни в покое. Больше во всём старом замке его некому было потревожить.

- Что ж, ещё одно доброе дело на твоём счету, Тумметотт,- сказала Акка.- И ты при этом показал себя храбрецом!

- Да ладно, матушка Акка,- скромно потупился Нильс.

- И это уже не в первый раз,- продолжала Акка, не обращая на него никакого внимания.

- Матушка Акка, любопытно узнать, откуда взялась эта дудочка? - спросил Нильс.

- За дудочкой летали совы к моему другу филину Фламмеа, который живёт на чердаке Лундского собора.

- Это его дудочка?

- Нет, её однажды нашёл Батаки-ворон,- объяснила Акка.- А поскольку умнее и учёнее Батаки-ворона и на свете-то никого нет, он тут же догадался, что эта дудочка сделана волшебниками в старые-стародавние времена как раз для того, чтобы обретать власть над крысами и мышами. О ней, кроме нас троих, до сих пор никто и не догадывался. Теперь вот и ты посвящён в тайну.

- А совы? - спросил Нильс.

- Совы завтра же всё забудут,- засмеялась Акка.- Однако мы с тобой за всю ночь не сомкнули глаз. Летим назад, к стае, и немножко вздремнём.