Данила пристально посмотрел на неё, немедленно поняв, к чему клонит девушка.

- Жуткая прихоть, - медленно повторил он. - А Саймон Ильзиммер не присутствовал случайно на презентации Оса во время Бала Самоцветов?

- Возможно. Там был его кузен Боральдан. Я слышала несколько голосов, которых не смогла опознать. Один был очень глубоким, рокочущим, почти дварфийским.

- Это похоже на Саймона. Ты смогла бы узнать этот голос, если услышишь его снова?

- Думаю, да, - коротко ответила девушка.

Дан слабо улыбнулся.

- Судя по твоему выражению, ты предпочла бы очередную прогулку по городской канализации.

Девушка не стала отрицать. На самом деле, Дан хорошо уловил её чувства. Среди её связных в городе было несколько женщин, которые работали в тавернах и банях. После некоторых историй, услышанных ею про лорда Ильзиммера, Эрилин с трудом могла представить себя попивающей вино и ведущей светскую беседу.

Данилу, похоже, подобная перспектива не так пугала. Они направились прямиком к небольшому угрюмому особняку, где жил Саймон Ильзиммер. Колокола в храме Ильматера неподалёку торжественно звенели, когда Данила оставил свою карточку слуге. Эрилин лениво считала раскатистые звоны, размышляя, как можно посвятить свою жизнь служению такой безрадостной религии. К тому времени, когда служба прекратилась, слуга вернулся с известием, что лорд Саймон их примет.

На первый взгляд Саймон Ильзиммер не соответствовал своей мрачной репутации. Он был высоким и широкоплечим, казался мужчиной, не понаслышке знакомым с мечом и лошадями. Его манеры были безупречны, и гостей он принял с со всеми формальностями. Они с Данилой выпили подогретый ззар и с кажущейся прямотой и весельем принялись болтать про общих знакомых и недавние события.

Несмотря на добродушное поведение, этот человек действительно был одним из участников встречи в особняке Таннов. Эрилин легко узнала глубокий, резонирующий голос. Теперь, встретившись с Саймоном Ильзиммером лично, она обнаружила, что его удивительно сложно было читать. На самом деле, она даже сомневалась, что лорд Ильзиммер пребывает в здравом рассудке. В его глазах была пустота, полное отсутствие связи между словами и какими-либо заметными эмоциями. С другой стороны, она чувствовала бурлящую энергию хозяина. Его взгляд как будто ускользал прочь, на самом деле оставаясь неподвижным, и он обладал тем сортом силы, которая напоминала затишье перед бурей. Как будто в нём было двое мужчин, один из которых был очень сдержанным, представляя собой всего лишь пустую оболочку, а второй — был яростной бурей, готовой обрушиться без предупреждения.

Кабинет лорда поддерживал это впечатление. Обстановка была скупой и практичной, но на стенах висели тревожащие картины — зловещие, искажённые видения безумца. Данила подошёл, чтобы изучить изображение двух красных драконов, которые переплелись в свирепой случке над пылающими руинами деревни.

- Поразительно, - заметил он. - Это рисовали с натуры?

Эрилин бросила на него предупреждающий взгляд. Лорд Ильзиммер, скорее всего, не отличался особым чувством юмора.

- Мы пытаемся выследить товары, похищенные у небесного каравана, - напрямик заявила она, устав от пустой болтовни и испытывая возрастающую неловкость в присутствии Ильзиммера. - Нам поможет всё, что вы можете рассказать.

Буря за тёмными глазами мужчины сверкала и ярилась.

- Вы обвиняете меня в моём собственном доме?

- Никто никого не обвиняет, - примирительно сказал Данила. - Мы просто пытаемся собрать кусочки этой головоломки. Поскольку ваша семья тоже потерпела убытки, сотрудничество будет выгодно всем нам.

Саймон посмотрел на него с проницательностью безумца.

- Леди Кассандра хитра. Послать тебя сюда разнюхивать — гениальный замысел. Все знают, что ты почти не занимаешься семейными делами, и все знают, что ты её любимый сын. Прекрасный способ с её стороны скрыть свою вовлечённость.

- Зачем это ей? Танны не имеют отношения к грабежу, - сказал Данила со всей убеждённостью, какую только испытывал. - Если на то пошло, леди Кассандра вообще не знает о моём присутствии здесь.

Маг фыркнул. Он хотел сказать что-то ещё, но его глаза расширились от смеси ужаса и удивления. Он вскочил на ноги, ткнув трясущимся пальцем.

- Значит, ты мне угрожаешь? Здесь, в моём собственном доме! Я такого не потерплю! Вы все, выметайтесь! Выметайтесь!

На последних словах Саймон повысил голос, чуть не ударившись в истерику.

- Сделаем, как он говорит, - тихонько сказал Данила. - Он маг, а я не в том положении, чтобы бросать ему вызов.

Эрилин не нужно было убеждать. Она повернулась, чтобы покинуть помещение, и немедленно застыла.

Она оказалась практически лицом к лицу с призрачным образом эльфийского волшебника. Это был высокий эльф, серебристые волосы которого были заплетены в несколько дюжин крохотных косичек. Он держал сумрачный лунный клинок остриём вниз, опираясь на рукоять, как волшебник на посох. Его прозрачные синие глаза были внимательными, и он смотрел на Саймона с молчаливой уверенностью, которая объясняла страх Ильзиммера.

Они быстро покинули особняк. Призрачный маг бесшумно следовал позади. Как только они вышли за ворота, Эрилин приказала эльфийской тени вернуться в меч. К их облегчению, призрачный образ рассыпался серебристыми огоньками. Огоньки закружились, вытянулись в тонкую линию и один за другим скользнули в лунный клинок, как стая утят, выплывших в пруд.

- Это выходит из-под контроля, - проворчала Эрилин, пока они спешили назад к дому Данилы.

- По крайней мере, эльфийская тень ушла. Ты по-прежнему управляешь мечом, - заметил бард тоном человека, пытающегося найти хоть какие-то светлые стороны в происходящем.

- Не совсем, - ответила она и бросила быстрый взгляд через плечо. - Я по-прежнему чувствую, что за нами следят. Магия лунного клинка становится всё более и более нестабильной. Как я могу заниматься своими делами, зная, что в любой момент может возникнуть один из моих предков?

- Посмотри на светлые стороны, - предложил Данила.

- Это какие же?

- Что ж, нас хотя бы не преследуют трены.

- Не будь так уверен, - мрачно сказала она, разглядывая мостовую под ногами. - Не забывай, ты шестой сын. А я — твоя полуэльфийская спутница. Разве найдётся более подходящая цель для показательной расправы?

Мгновение казалось, что Данила собирается возразить, затем его лицо стало задумчивым.

- Белинда была младшей из детей Гандвиндов.

Она повернулась к нему со смертельно серьёзным лицом.

- Мне тоже приходило это в голову.

* * * * *

- Эта женщина настоящее чудо, - пробормотал Элайт, читая записку, которую Мирна Кассалантер отправила с доверенным гонцом на быстрой лошади.

Даже самые неправдоподобные её сплетни приносили свои плоды. Только сегодня, всего несколько часов назад, Саймона Ильзиммера арестовала стража по подозрению в убийстве куртизанки — причём в одном из заведений Элайта. Саймон был лордом, а мужчины и женщины, готовые дать против него показания — простыми слугами, но результат от этого не изменится. Младший лорд Ильзиммер будет висеть на городской стене.

Элайта ни капли не волновало, что Саймон Ильзиммер был невиновен в этом преступлении. Его смерть станет настоящим правосудием, пускай даже факты будут расходиться в мелочах. Лучше всего, никто не сможет проследить связь между Элайтом и смертью Ильзиммера. Слуги дадут честные, искренние показания, описав то, что видели — или считали, будто видят. Магическое расследование всё подтвердит. Репутация Саймона обеспечит дополнительный толчок, необходимый, чтобы сбросить его со Ступеньки Висельника.

Котёл закипает, решил Элайт, возвращаясь к записке. Скоро последует расправа, и знать какое-то время будет занята.

Дальше он читал, нахмурив брови. С огромным удовольствием Мирна расписывала смерть девки из таверны, дочери Раммаса Танна. Ходили слухи, что тело забрал Данила Танн, настоявший, чтобы девушку похоронили в семейном склепе.

Элайт потянулся к сонетке. Дворецкий-эльф немедленно явился на зов.

- Отправь послание лорду Танну, - сказал контрабандист. - Сообщи, что я прошу немедленной аудиенции...

Эльф задумался на мгновение, потом добавил:

- ...на ступенях Храма Пантеона.

Слуга поклонился и исчез. Элайт поспешил к храмовому комплексу, надеясь, что скрытый смысл его послания не останется незамеченным. У Данилы были причины не доверять ему, особенно если бард выяснил историю Мхаоркиира. Бронвин наверняка рассказала юноше о волшебном рубине, который нашла в Серебристой Луне, и упомянула о заинтересованности Элайта. Эрилин должна была узнать рубин по описанию. Она знала, что владелец киира неминуемо обратится ко злу. Достаточная причина для беспокойства — по крайней мере для того, чьи знания о киира ограничивались легендами.

Он нашёл тихое место во дворе перед широкой мраморной лестницей и погрузился в изучение статуи какой-то богини. Эта задумчивая поза совсем не отражала состояние его разума, но была обычной для эльфов, посещавших храм ради нескольких мгновений передышки от бешеного ритма человеческого города.

Даже тусклые человеческие чувства способны были воспринять умиротворённое спокойствие эльфийского приюта. Проходящие мимо сбавляли шаг и понижали голоса. Элайт смотрел, как Данила на почтительном расстоянии останавливает лошадь, потом спешивается и тихонько идёт к ожидающему эльфу.

- Твой посланец сказал, что дело срочное, - напомнил Данила.

Элайт заметил, что молодой человек выглядит не слишком хорошо. По сравнению с лунным эльфом его нельзя было назвать бледным, но на лице виднелись следы нескольких бессонных ночей, а во взгляде затаилась глубокая печаль. Печаль, и больше ничего. Не было ни тепла, ни веселья, ни растущей дружбы, которая для контрабандиста стала значить больше, чем он готов был признать.

Задача неожиданно оказалась сложнее, чем считал Элайт. Эльф отвернулся и сцепил руки за спиной.

- Я слышал об утрате, которую понесла твоя семья. Мои соболезнования.

Взгляд Данилы затуманился скорбью и искрами гнева.

- Для моей семьи это не стало утратой, - коротко бросил он, - но от своего и от имени Лилли я благодарю тебя за сочувствие.

- Сочувствие — дешёвый дар. На твоём месте я предпочёл бы месть, - сказал эльф. - Ты выглядишь, как гончая, учуявшая запах лисы.

- Скорее лисью вонь. Да, я загоню эту тварь.

Эльф ожидал такого ответа, но мрачность на лице барда ему не понравилась. Он узнал выражение абсолютного, непримиримого упорства. Однажды эти черты спасли Элайту жизнь. Он боялся, что теперь они станут причиной гибели Данилы.

- Возможно, я смогу помочь, - сказал Элайт, подавив чувство вины при виде неожиданной вспышки надежды и благодарности в глазах собеседника. Он действительно собирался помочь — но только лисе, а не гончей. Лучше отправить Данилу по ложному следу, чем позволить ему подойти слишком близко к разгадке. Если гончая уцелеет, чтобы потом снова выйти на охоту, сказал он себе, хозяин Мхаоркиира найдёт ей подходящее применение.

- Ты знаешь, что я веду дела в Портовом квартале. Я кое-что знал о девушке, - сказал он. - Она была азартна и время от времени посещала мои игорные заведения. Поскольку я стараюсь знакомиться со своими клиентами, я узнал её имя, пускай и не происхождение. Но у неё с тобой было больше общего, чем указывала внешность.

- Ближе к делу, пожалуйста, и не медли, - потребовал Данила.

- Услышать это будет нелегко, - предупредил эльф. - Я не раз встречал её в компании одного из твоих товарищей. Твоего друга, кажется.

Вспышка потрясённого узнавания, неожиданный блеклый поток скорби и очищающий приступ гнева сказали Элайту, что называть имя нет необходимости. Но всё-таки он это сделал.

- Регнет Амкатра иногда заглядывал в «Поддатого Рыбака». Его видели в обществе Лилли там и в других местах.

Элайт позволил барду переварить это, потом достал небольшой пакет из складок рукава и развернул почерневший кинжал.

- На одном из моих складов был пожар. Здание устояло, но сгорело всё внутри — как, без сомнения, они и рассчитывали. Это нашли в обугленных рёбрах мужчины, служившего семье Ильзиммеров. Узнаёшь работу?

Данила взял кинжал и повертел в руках. После быстрого осмотра он вернул оружие.

- Мой первый меч был клинком Амкатра, как почти всё остальное моё оружие, - ровным голосом сказал он. - Оно не знает себе равных.

- Практически не хуже эльфийского, - согласился Элайт. Он увидел внезапное изумление и подозрение в глазах Данилы и задумался, что это значит. Решимость вернулась так же неожиданно, как и пропала, теперь сдерживаемая новым слоем печали. - Мне жаль приносить такие новости, - сказал эльф. - Не знаю, что это значит.

- Я выясню, можешь не сомневаться.

Подавленный вздох и выражение тревоги на лице эльфа были не совсем поддельными.

- Я так и думал. Береги себя. Семья Амкатра хитра и осторожна. Кто бы мог подумать, что они на такое способны?

Эти слова были достаточно правдивыми, чтобы замаскировать обман эльфа — и скрыть ещё одну правду, припрятанную за ним. Элайт прекрасно знал, что семья Амкатра заслужила свою безупречную репутацию. Для этой конкретной гончей жертву лучше было просто не найти, ведь Данила пойдёт по этому следу с непоколебимой решительностью — что уберёт его и Эрилин с пути Элайта. Конечно, Даниле придётся заплатить потерей старой дружбы, но по мнению Элайта, Регнет Амкатра был просто расходной пешкой.

- Регнет Амкатра. Кто бы мог подумать? - эхом произнёс Данила со слабой, болезненной улыбкой. Он протянул эльфу руку. - Было не так просто сказать эти слова, но я благодарю тебя за них.

Элайт принял предложенное рукопожатие и встретил ровный взгляд юноши.

- Для чего ещё нужны друзья? - сказал он с притворной теплотой и подчёркнутой иронией.

* * * * *

Регнет Амкатра жил в Портовом квартале, в спокойном участке города, который, тем не менее, располагался рядом с бурлящей жизнью доков. Данила решил, что такой контраст хорошо подходит его старому другу. Семья Амкатра была неприлично богата, и Регнет, как и Дан, был самым младшим сыном, не участвующим напрямую в семейных делах. Хотя Регнет был таким же любителем роскоши и ценил своё положение не меньше любого другого представителя знати, он испытывал некоторую тягу к приключениям. Несколько лет назад он создал Глубинных Копателей, группу скучающих молодых дворян, которые в поисках приключений спускались в тоннели под Глубоководьем.