Виктория с ужасом уставилась на дуло пистолета, затем медленно перевела взгляд на кузена.

– Это не ограбление, верно?

– Не на землях Кендриков. Никто не посмел бы.

Сержант Блэр разъярился.

– Так-так, – начал он, грозя пальцем разбойнику, – вы имеете дело с полицией. Уберите пистолет, а потом убирайтесь сами.

– Слушай, ты, я с радостью пущу тебе пулю в лоб, так что заткнулся бы ты, – прозвучал ответ.

Блэр побагровел, но замолчал.

– Девица, давай, вылезай уже из кареты, – обратился бандит к Виктории.

– Делай, как он говорит, – заявил Джилбрайд спокойным тоном.

Алек и констебль Гоу быстро переглянулись. Очевидно, они собирались действовать при первой возможности.

Виктория медленно вышла из кареты и огляделась.

Кучер и конюх стояли на коленях на обочине. За ними наблюдали четверо бандитов. Каждый был вооружен пистолетом, кроме одного головореза с ружьем.

Викторию оттолкнули от кареты на обочину. Она тут же споткнулась и чуть не упала.

– Руки прочь от дамы! – прорычал Алек, выходя из кареты.

– Иначе что? – прошипел один из негодяев. – Давай, на колени и пасть заткни.

Джилбрайд и констебли встали в цепочку вдоль экипажа. Алек выглядел готовым задушить кого-нибудь голыми руками.

– Что вы хотите? – как можно спокойнее спросила Виктория.

Бандит схватил ее за подбородок и обнажил гнилые зубы. От него так сильно разило перегаром, что ее чуть не стошнило.

– А ты как думаешь, девица? – Он сжал пальцы сильнее. – Ха, а ты ничего. Мы с тобой проведем много времени, полагаю.

– Черта с два, – произнес Алек и бросился на ближайшего разбойника, застав его врасплох. Пистолет того разрядился, пока оба падали на землю. Сержант Блэр повалился на борт кареты, прижимая руку к плечу.

Констебль Гоу тоже было пошел в атаку, но головорез, державший Викторию, направил на него пистолет.

– Не, так не пойдет, – проговорил он и схватил ее за горло. Она пыталась разомкнуть его пальцы, но безуспешно. В глазах у нее потемнело.

Последовал шум борьбы, кто-то вскрикнул. Бандит сжал горло еще крепче. Виктория начала терять сознание.

– Христа ради, Мэк, хватит! – рявкнул кто-то с раздражением. – Ты же сейчас ее задушишь.

Злодей ослабил хватку. Виктория тяжело опустилась на колени и уперлась руками в покрытую снегом землю, судорожно дыша и пытаясь прийти в себя.

С трудом она подняла голову и сильно пожалела об этом. Алек лежал на дороге, лицом вниз, и не двигался. Мужчина, на которого он бросился, поднимался на ноги с помощью товарища по шайке. Его лицо было все в крови.

Виктория поползла к Алеку. Ее охватил ужас. Головорез схватил мисс Найт за плечо и притянул к себе.

– Все не так плохо, мисс, – произнес Гоу. Констебль стоял на коленях и помогал сержанту. – Он просто без сознания. Получил удар рукояткой пистолета.

– Ага, твой дружок очухается всего лишь с легкой головной болью. Тебе повезло меньше, – обратился к Виктории разбойник, на которого напал Джилбрайд.

– Если вы причините ей вред, вас всех ждет скорая расправа, – холодно проговорил констебль Гоу.

Очень храбрые слова, но, к сожалению, ничем кроме слов полицейский ей помочь не мог. Под дулами пистолетов, направленных на него, он пытался остановить кровотечение у сержанта, который был без сознания.

– Сначала придется нас найти, а это будет непросто, очень непросто, – ответил окровавленный головорез и снова взглянул на Викторию. – Пора заканчивать тут. Нас ждут с нетерпением.

– Жалко, мы не можем сперва с ней повеселиться, – сказал Мэк. Он схватил Викторию и прижал ее к себе.

Она почувствовала, как внутри нее закипает ярость. Неужели это случится снова? За такое она убила человека – тогда это была случайность, но сейчас, если у нее будет шанс, она совершит намеренное убийство.

– Не нам решать, – рявкнул главарь. – Сам знаешь, нам сказали не вредить ей. Или ты забыл?

– Да помню я, помню, – сказал Мэк и, бормоча проклятья, потащил мисс Найт прочь от дороги, в глубь леса.

– Куда вы меня ведете? – спросила она, стараясь говорить как можно невозмутимее.

– Скоро узнаешь. Я б на твоем месте не спешил с ним встретиться. Он поклялся, что покончит с тобой раз и навсегда.

Виктория догадалась, кто ее ждал в пункте назначения. Но получить подтверждение все равно было страшно.

– Вы знаете, кто я, не так ли?

– Не-а, и плевать, – прозвучал ответ.

– Я невеста графа Арнпрайора. Если мне причинят вред, граф и все его семейство не успокоятся, пока не найдут и не убьют вас.

Разбойник слегка оступился.

– Мы не местные, дура. Никто нас тут не знает. И вообще, заткнись и иди, а не то прямо тут задеру твои юбки и все.

Виктории ничего не оставалось, кроме как идти вперед.

Лес поредел, и вокруг стало светлее. Воздух был пронизан морозной свежестью, а под ногами похрустывал иней и иголки хвои. С ветви на ветвь перелетали весело щебечущие птицы.

Красивый день. Ей хотелось смеяться и плакать одновременно. Она никогда не увидит Николаса и никогда не сможет пройтись вместе с ним по прекрасным горным лесам, зная, что нашла наконец свое место в мире.

И место это было рядом с ним.

Через некоторое время они вышли на опушку, совсем недалеко от дороги, но никому не придет в голову искать ее здесь. Помощи ждать неоткуда.

– Наконец-то, – раздался сбоку голос Флетчера.

Она обернулась.

Флетчер стоял рядом с лошадьми, привязанными к деревьям. Одет он был в костюм для верховой езды.

– Вы действительно полагаете, будто сержант Блэр и констебль Гоу не поймут, кто ответственен за нападение?

Он подошел к ней неспешно, словно вышел на прогулку. Его губы растянулись в холодной, но очень довольной улыбке. По коже Виктории пробежали мурашки.

– Эти идиоты едва могут вспомнить собственное имя, – ответил он. – Кроме того, сержант Блэр уже убежден в вашей вине. Он обрадуется, подумав, что вы встретили божественное правосудие в лице банды безжалостных грабителей.

– Остается капитан Джилбрайд.

Флетчер пожал плечами.

– Он не сможет ничего доказать.

Она вперила в него неверящий взгляд.

– Вы вместе с Алеком остановились на постоялом дворе прошлой ночью. Вас видели в Аррохаре с двумя полицейскими, которые имели приказ сопроводить меня в Глазго. Вы действительно думаете, что сможете остаться вне подозрений?

– Я уже на пути назад, – произнес Флетчер, небрежно махнув рукой. – Хозяин гостиницы видел, как я уехал в своем экипаже утром, вскоре после того, как сержант Блэр отправился в Кинглас.

Флетчер ходил вокруг нее кругами, явно испытывая удовольствие от глумления.

– Мои слуги расскажут, что я приехал в Глазго задолго до наступления ночи. Ваших же похитителей след простынет. Я убедился в их профессионализме, прежде чем нанять, мисс Найт.

У нее слегка закружилась голова. Как же он безумен, если придумал такой план и пошел на такой риск…

– Зачем это все? – хрипло спросила она. – Вы победили. Неужели вам мало суда за убийство?

Флетчер нагнулся вперед и проговорил ей прямо в лицо:

– Я хочу возмездия за смерть моего сына.

– А суд – это не возмездие? Разрушить мою репутацию, мою жизнь недостаточно?

Его лицо покраснело.

– Вы уже избежали правосудия, когда против вас сразу не выдвинули обвинение. Даже законник в Глазго сказал мне, что обязан расследовать убийство, но скорее всего вы избежите обвинительного приговора.

Виктория вздрогнула от ненависти, звучавшей в голосе Флетчера и исказившей его лицо.

– У вас слишком много влиятельных дружков, будьте вы все прокляты.

– Например, мой отец, принц-регент? – холодно улыбнулась она.

– Чего? – удивленно возопил Мэк за ее спиной.

Она оглянулась через плечо.

– Да-да. Мой отец – сам принц-регент. Если что-то случится со мной, я даже не могу представить силу его гнева.

– Чушь, – прорычал Флетчер, достав пистолет и коснувшись дулом ее плеча. – Он даже не знает о вашем существовании!

Виктория сглотнула комок в горле.

– Неправда.

– Слушайте… – начал Мэк.

– Замолчите, или не видать вам денег, – перебил его Флетчер. – Вашим дружкам такой поворот событий не понравится, не так ли?

Бандит поворчал, но поддался. Последняя надежда Виктории угасла.

– Томас был моим единственным сыном и наследником. Мои достижения ничего не значат теперь, когда он мертв. Вы, грязная шлюха, уничтожили будущее моей семьи.

– Мистер Флетчер, я сожалею о вашей потере, – произнесла она, пытаясь сохранять спокойствие. – Но, уверяю вас, случившееся было несчастным случаем, вызванным поведением вашего сына. Он сам повинен в собственной смерти, вовсе не я.

Очевидно, ее не слушали. Гнев на лице негодяя показывал – переубедить безумца невозможно.

– Нет, вы виновны. А сейчас я буду повинен в вашей гибели. Только тогда мой бедный мальчик сможет покоиться с миром.

– Мистер Флетчер, молю вас…

В лесу раздались два громких звука, похожих на выстрелы.

– Какого дьявола? – прорычал Мэк, глядя в сторону дороги. – Вы сказали, что никто не узнает о нашем плане.

– Скорее всего, это один из ваших товарищей застрелил пленника.

– Для вас было бы лучше, если бы это оказалось не так, – процедила Виктория сквозь зубы. – Лорд Арнпрайор позаботится о том, чтобы вы болтались на виселице.

– Заткни уже свою пасть, а. С меня хватит твоей болтовни, – бросил головорез Флетчеру. – Завязывайте со всем этим или дайте ее уже мне.

Флетчер с отвращением ответил:

– Я не собираюсь смотреть на то, как вы будете утолять свою похоть. Но время и правда идет. Скоро мне нужно отбыть в Глазго. Вставайте сюда. – Он махнул пистолетом в сторону.

Она покачала головой.

– Нет.

Мэк, однако, толкнул Викторию туда, куда указал Флетчер, и заставил встать на колени.

– Какие-нибудь последние слова, мисс Найт? Как насчет мольбы о пощаде?

Виктория встретила взгляд Флетчера как можно спокойнее, а затем закрыла глаза. Она думала о Николасе. Боже, она так любила его. Неужели она никогда его не увидит…

Раздался выстрел. В тот же миг что-то теплое брызнуло ей на лицо. Раздался крик Флетчера. Она открыла глаза и увидела, как он упал навзничь.

– Черт подери! – закричал головорез, оглядываясь и пытаясь понять, откуда стреляли.

Виктория проследила за его взглядом и увидела, как к ним бежит Логан Кендрик. Он уже доставал из-за пояса второй пистолет. Еще шаг – и Мэк упал на заснеженную землю.

Виктория уставилась на лежащие тела, словно не понимая, что происходит. Логан поразил и Флетчера, и бандита прямо в грудь. Великолепные выстрелы.

Мисс Найт попыталась подняться. Ноги дрожали.

– Позвольте помочь вам, – отрывисто произнес Логан. – Вы в порядке?

Она кивнула. В горле пересохло.

– Уверены? – переспросил он и быстро оглядел ее.

– Он мертв? – прошептала она, указывая на Флетчера.

Логан подошел и перевернул Флетчера ногой, затем опустился на корточки, проверил его пульс.

– Еще нет, но скоро будет. Ему ничем не помочь.

Встав, он достал платок.

– Держите, мисс. У вас, э, что-то на лице.

Кровь Флетчера, конечно. Виктория сглотнула и вытерла щеку.

– Как вы узнали? – спросила она.

Логан взял ее под руку и повел в сторону дороги.

– Сначала вернемся к экипажу.

– Алек в порядке? Я слышала выстрелы.

– Ага, это был я. Джилбрайд цел и невредим, не считая ушибленной головы.

– А как остальные?

– Какой-то сопляк из Глазго получил пулю в плечо, но он выживет. Старик Томми и молодой констебль помогают капитану приглядывать за бандитами.

Она взглянула на его спокойное лицо. Похоже, расправа с безжалостными головорезами – обычное дело для Логана Кендрика.

– Вы настоящий герой, сэр.

Он широко улыбнулся ей и стал так похож на старшего брата…

– Уверены, что не хотите выйти за меня вместо Ника?

Виктория едва не залилась истерическим смехом – или слезами.

– Нет, благодарю, – дрожащим голосом ответила она. – Я желаю только его.

Ник пригнулся к шее коня, заставив его скакать быстрее. Два конюха с постоялого двора из Аррохара мчались за ним, стараясь не отставать.

Виктория нуждалась в нем, а его не было рядом. Он подвел ее. Снова.

Он прогнал мысли о вине. Если Флетчер уже заполучил Викторию, поддавшись страху делу не помочь. Ник сделает все, что угодно, лишь бы вернуть ее в Кинглас.

Арнпрайор въехал в свои владения. Дорога сужалась, и он придержал коня. Сломать коню ногу или свернуть себе шею из-за спешки было бы верхом глупости.

Как только Бэн Мунро, хозяин гостиницы, сказал ему, что Флетчер уехал в Глазго, не дожидаясь Виктории, Ник заподозрил неладное. Вдобавок Бэн рассказал, как застал Флетчера прошлой ночью позади гостиницы за разговором с парой неприятных типов. Хозяин двора знал чуть ли не каждого человека от Глазго до Эдинбурга, поэтому опознал в одном из них злостного контрабандиста. Для богатого и солидного джентльмена – такого, как мистер Флетчер – не могло быть никаких причин вести с ним беседу, если только он не замышлял противозаконных действий.

Почуяв недоброе, Ник попросил Бэна одолжить лучшего коня и двух конюхов и поскакал во весь опор назад, в Кинглас.

Проехав через лес, он обнаружил накренившуюся карету, стоящую на обочине. Кучер осматривал колесо.

Неужели он опоздал?

Арнпрайор начал искать пистолет, когда из-за кареты вышли Алек и Виктория. От облегчения и шока Ник чуть не выронил поводья. Не желая напугать лошадей, впряженных в экипаж, он остановил скакуна в нескольких ярдах на противоположной стороне дороги, соскочил из седла и побежал навстречу Джилбрайду и Виктории.

Она бросилась к нему. Ее лицо светилось от счастья. Ник обнял ее, оторвал от земли и закружил. Виктория обрушила на него шквал поцелуев, плача, смеясь и разговаривая одновременно. Арнпрайор молчал, прижав ее к груди и мысленно воздавая хвалу небесам.

– Я боялась, что больше никогда не увижу тебя, – наконец произнесла она.

Он снял с нее шляпку и стал гладить ее волосы.

– Успокойся, дорогая. Я здесь и больше никогда тебя не оставлю.

Виктория взглянула на него. Ее глаза покраснели и блестели от слез. Но, несмотря на это, она выглядела красивой, как никогда.

– Клянешься?

– Клянусь.

Они поцеловались. Всю свою любовь, страсть, облегчение, страх он вложил в этот поцелуй.

– Чертовски рад видеть тебя, Арнпрайор, – произнес Джилбрайд.

Ник отпустил Викторию.

– Выглядишь неважно.

Под глазом Алека вздувался синяк, по волосам текла кровь, плащ покрылся грязью, а шейный платок отсутствовал.

Капитан усмехнулся.

– Все в порядке? – спросил Арнпрайор.

– Сержант Блэр ранен в плечо, но пуля прошла навылет, так что он выживет.

– Полагаю, вас застигли врасплох.

– Да. Мы даже не подозревали.

Ник взглянул на Викторию. Только сейчас он заметил следы крови на ее лице. Его сердце дрогнуло.

– Ты цела?

– Кровь не моя. Это… Флетчера, – сказала она, запнувшись.

– Он мертв?

Мисс Найт кивнула.

– Он нас больше не побеспокоит.

– Отлично.

Жаль, что не он всадил в него пулю.

– Нехорошо желать кому-то смерти. Несчастный обезумел от горя.

– Он тебя чуть не пристрелил, Виктория, – возразил Алек.

– Ты убил его? – спросил Арнпрайор у Джилбрайда.

– Нет. За спасение жизни Виктории тебе нужно благодарить кое-кого другого.

Из-за кареты вышел Логан. Ник окаменел.

– Логан?

Виктория схватила Арнпрайора за воротник плаща.

– Я была бы мертва, если бы не он. Он подоспел как нельзя вовремя.

Логан отбросил заляпанную кровью тряпку и подошел к ним.

– Я залатал рану сержанта, но нам надо отправиться в Аррохар, как только кучер починит колесо.

– Во имя всего святого, как ты оказался здесь? – Ник пригляделся к нему повнимательнее. – И почему ты одет в ночную рубашку?

Его брат выглядел так, словно только что выскочил из постели. Рубашка, небрежно заправленная в брюки, старый потрепанный плащ – без сомнения, принадлежавший Томми. Логан явно не брился уже несколько дней, а его волосы торчали в разные стороны. Он походил скорее на злодея, чем на героя.

– Томми разбудил меня и сказал, будто что-то случилось. – Логан виновато улыбнулся Виктории. – Я, кажется, перебрал виски прошлой ночью. Голова раскалывалась.

– После сегодняшнего можете перебирать, сколько вам угодно – я не скажу ни слова упрека, – улыбнулась она в ответ.

– Значит, ты так и не покинул мои земли. Почему?

Логан выглядел абсолютно невозмутимым, но Ник знал – на самом деле он очень нервничает.

– Полагаю, я был не готов попрощаться с Кингласом.

– И слава богу, – с чувством сказала Виктория и посмотрела на Ника.

– Да, слава богу, – произнес тот. – Ты говорил, Томми что-то заметил?

– Ага, он сидел перед хижиной, курил трубку, когда увидел экипаж, едущий в замок, а вскоре и тебя, несущегося на лошади сломя голову. Когда карета опять проехала, на этот раз направляясь к Аррохару, он разбудил меня. Сказал, чует неладное.

– Значит, ты просто решил совершить небольшую верховую прогулку? – скептически спросил Арнпрайор.

Логан пожал плечами.

– А когда раздался выстрел, – продолжил он, – все стало ясно. Мы с Томми обнаружили Джилбрайда, лежащего в грязи лицом вниз, и пару-другую мерзавцев, державших всех в плену. Мы, кстати, их всех связали. Констебль приглядывает за ними.

– Где находилась Виктория в это время? – спросил Ник.

– Меня отвели в лес. Там и ждал Флетчер.

Арнпрайор непроизвольно сжал ее руку. Она ойкнула, и граф ослабил хватку.

– Извини, любовь моя. Что произошло дальше?

– Мистер Флетчер не мог вынести мысли, что суд меня оправдает, и решил взять правосудие в собственные руки. – Она сделала паузу, будто собираясь с силами, затем натянуто улыбнулась. – К счастью, появился мистер Кендрик, паля из пистолетов. Он настоящий герой.

Логан фыркнул.

– Да, герой, конечно.

– Чистая правда, – горячо сказала Виктория и коснулась его руки. – Я вечно буду вам благодарна.

Логан тепло ей улыбнулся. Ник нахмурился.

– Хватить вести себя, как идиот, – произнес Логан. – Она с ума по тебе сходит.

Виктория похлопала Арнпрайора по груди.

– Да, даже если ты и ведешь себя, как болван. Но почему ты здесь?

Ник в двух словах рассказал, почему вернулся.

– Конюхи Бэна и кучер могут помочь Гоу с преступниками. Давайте отправимся в Аррохар, пока не начало темнеть. Колесо уже в порядке.

– Мне кажется, ты кое о чем забыл, – возразила Виктория.

– Вот как?

– Она обо мне, – произнес Логан. – Виктория хочет знать: ты по-прежнему считаешь, что я должен убраться восвояси.

– Пойду помогу Гоу, – заметил Алек и отошел.

Арнпрайор вздохнул.

– Семейные прения вдобавок к похищению и покушению. Веселье не заканчивается.

– Мы не уедем, пока не придем к единому решению, – твердо проговорила Виктория.

– Но сержант Блэр…

– С ним все будет в порядке.

Ник робко улыбнулся. Он трусил, и всем это было очевидно.

– Послушай, Ник, я никогда не смогу загладить свою ужасную вину, – искренне начал Логан. – Я проживу с этим остаток своих дней. Но тебе нужно знать, как сильно я сожалею. – Он сделал короткую паузу. – Мне нелегко такое говорить, но умоляю тебя в последний раз простить меня – ради нас обоих.

– Ради всей семьи, – мягко добавила Виктория.

Ник взглянул брату в глаза – точь-в-точь такие же, как у него самого, и сделал глубокий выдох.

Время настало.

– Логан, конечно же я прощаю тебя. Мне жаль, что я так долго не мог этого сделать.

Логан на несколько мгновений закрыл глаза, а когда открыл, в них блестели слезы. Ник ощутил в горле спазм.

А затем на лице Логана заиграла до боли знакомая лукавая улыбка.

– Старина, ну и крепкий же ты орешек. Но я принимаю твое прощение – с радостью.

– Дубина, – проговорил Ник, ткнув его в плечо. Ему хотелось крепко обнять брата, но пока он был не готов к этому. Граф подозревал, что и Логану нужно время, чтобы забыть всю боль и грусть.

Виктория покачала головой.

– Никогда не пойму мужчин.

– Привыкай, – сказал Арнпрайор. – Тебе придется жить с целым замком мужчин.

К ним подошел констебль Гоу.

– Милорд, все готово к отъезду. И… К сожалению, мне все-таки надо доставить мисс Найт в Глазго. – Он опустил глаза. – Таков приказ начальства.

Сержант еще находил в себе силы раздавать указания.

– Хорошо, констебль, – произнес Ник. – Но нам следует остановиться в Аррохаре на ночь. Необходимо завершить одно дело.

Виктория озадаченно нахмурилась.

– Какое дело?

– Я пошлю за священником. Ты предстанешь перед судом в Глазго уже в качестве графини Арнпрайор. Твой муж будет стоять рядом.

– Но…

– Будешь свидетелем? – спросил он Логана.

Брат усмехнулся:

– Это честь для меня, милорд.

– Отлично. Договорились.

– Но… – запротестовала было Виктория.

Ник взял ее за подбородок.

– Я не приму «нет» в качестве ответа, дорогая. Я безумно люблю тебя, а ты безумно любишь меня, не так ли?

– Ну, в общем, да, так и есть.

– Тогда и отказываться незачем.

Но несколько секунд она все-таки подумала. А потом ее пухлые губы растянулись в лучезарной улыбке, осветившей самые темные уголки его души.

– Если так, то разве я могу сказать нет?

– О, слава Господу, – произнес вернувшийся Алек. – Вы двое совершенно измучили меня. Я уже староват для таких глупостей.

Виктория рассмеялась.

– Ладно, чужачка-англичанка, – сказал Ник, взяв ее за руку, – давай поженимся.