На обед подали жареную курицу с греческим салатом, белое вино и свежие фрукты. К своему удивлению, Селена поняла, как сильно она проголодалась, и съела все до кусочка.

– Не пир горой, – съязвила Милли, потягивая густой, сладкий греческий кофе. – Да и дом далеко не дворец, – произнесла она, окинув кухню холодным взглядом. – И бассейн так себе. Ни за что бы не поверила, что Константиносы – миллиардеры.

Селену будто ударили по ребрам, она поперхнулась и опустила чашку.

Бред. Ведь Алексис всего лишь владелец отеля. Хотя по меркам местных жителей он весьма богатый человек. Хм, который сам проводит инвентаризацию на кухне своего отеля. И все же…

– Возможно, они не любят выставлять свое богатство напоказ в нынешней экономической ситуации. Если это правда, конечно, – проговорила Селена неуверенно.

– Конечно, – кивнула Милли. – Костас говорит, что у них есть дома в Афинах и Нью-Йорке и этот дом. Элени родилась в Нью-Йорке, поэтому говорит по-английски. Раньше она была горничной мадам Константинос и познакомилась с Йоргосом, когда семья была здесь в отпуске. Он не захотел уезжать с острова после свадьбы и остался здесь мажордомом, а Элени экономкой. Красиво и уютно. Хотя с тех пор, как вернулся Алексис, у них дел невпроворот. – Понизив голос до шепота она добавила: – Костас говорит, что он поссорился с отцом из-за его планов на Римнос. По крайней мере, все так думают.

– Костас – кладезь информации, – заметила Селена, вскинув бровь.

– Я же говорила, он безупречен, – пожала плечами Милли. – Не забудь, я выхожу замуж и мне нужно свидетельство о рождении.

– Сделаю все возможное, – заверила Селена. – Я кое-что вспомнила. Я нашла это, пока искала тебя, – воскликнула Селена, вытащив из кармана браслет.

– Я думала, что потеряла его! – воскликнула Милли, улыбнувшись. – Застежка ненадежная. Может, ты заберешь цепочку, чтобы починить, и вернешь с остальными вещами? – Она допила кофе и встала. – Я хочу снять с себя это дурацкое платье и немного позагорать.

Как только Милли повернулась к двери, та распахнулась, и в комнату вошла Элена с подносом и фартуком в руках, которые она передали Милли.

– Уберите, пожалуйста, со стола и принесите поднос на кухню, – мягко и в то же время настойчиво проговорила она. – Хара, наш повар, покажет вам, что где хранится, а потом вы поможете ей начать подготовку к ужину.

– Но мы только что поели, – ахнула Милли. – К тому же жара просто невыносима.

– Голодного и уставшего мужчину надо кормить, – непреклонно ответила Элена. – Вам нужно учиться, мисс Амелия.

Селена приготовилась к тому, что Милли начнет возмущаться. Вместо этого Милли пробормотала что-то себе под нос и принялась собирать кофейные чашки и столовые приборы на поднос.

– Могу я чем-нибудь помочь? – спросила Селена.

– В этом нет необходимости, милая, – холодно, но вежливо проговорила пожилая женщина. – Вы гостья господина Алексиса. Пойдем, дорогая, – позвала она Милли.

«Как мне и говорили», – подумала Селена, открыла раздвижные двери и вышла во двор.

Жара была невыносимой. По периметру бассейна стояли мягкие шезлонги и зонтики. Селена перетащила один из шезлонгов в тень, поправила зонтик, чтобы полностью скрывал ее от солнца, и легла. Через минуту шорты и туника стали влажными. Селена с тоской посмотрела на бассейн. Даже если ее сумку уже доставили из отеля, купальник все равно остался в Англии.

Шли дни. К удивлению Селены, Милли недолго ворчала из-за нового режима. Она согласилась, что будет встречаться с Костасом только во второй половине дня и что часть времени будет проводить с отцом Стефаносом, чтобы поближе познакомиться с греческой православной религией.

Еще более удивительным было то, что под руководством добродушной Хары она научилась весьма неплохо готовить. Мусака, которую Милли приготовила на прошлой неделе, оказалась очень вкусной.

«План явно не сработал», – думала Селена с некоторой грустью.

За три недели Алексис Константинос не посетил виллу «Гелиос» ни разу. Не то чтобы она хотела его видеть, но, отдыхая у бассейна в откровенном купальнике, одолженном Милли, она чувствовала себя ужасно одиноко. Что было странно, учитывая, что она привыкла к одиночеству. Кроме того, расслабиться все равно не получалось. С каждым днем она все больше и больше убеждалась, что на вилле ей не рады.

Отношения с Элени и Йоргосом оставались вежливыми и формальными, а Пенелопа всякий раз, когда Селена пыталась вовлечь ее в разговор, явно не могла дождаться, чтобы сбежать.

Селена проводила время, прогуливаясь по унылым окрестностям, изучала планировку виллы, в самой дальней части сада она обнаружила ангар, предназначенный, очевидно, для вертолета.

Большую часть времени она проводила за чтением книг, которые нашла в библиотеке Алексиса. Элени с тяжким вздохом сообщила, что они принадлежали «мадам Константинос». Селена вспомнила, что Алексис говорил о разводе родителей.

Селена вздохнула, закрыла очередной триллер и собралась войти в дом и переодеться. Вот-вот должны были прийти Костас и отец Стефанос. Элени тонко намекнула, что в бикини их встречать не подобает. Но напоследок Селена решила еще раз искупаться.

«Вот она, настоящая роскошь виллы «Гелиос». Этого мне будет не хватать дома», – подумала Селена, стоя на краю бассейна и всматриваясь в его бирюзовую гладь.

Она оттолкнулась от бортика и почти бесшумно нырнула. Прохладная вода приятно освежала разгоряченную кожу. Селена вынырнула, глубоко вдохнула и снова нырнула, наслаждаясь безмолвием и прохладой ее уединенного мирка, озаренного лучами солнца.

Внезапно на ее яркий подводный мир легла тень. От неожиданности Селена едва не задохнулась. Откашливаясь, девушка подплыла к бортику, схватилась одной рукой за плиточный край, другой отвела мокрые волосы с лица.

Алексис молча наблюдал за ней.

Селену охватило неопределенное чувство – страх и радость одновременно. Она радовалась, что снова увидела его, и боялась, что все ее мысли и мечты написаны у нее на лице. Мечты, которые преследовали каждую ночь с тех пор, как он ушел от нее в отеле.

– Я напугал тебя, Селена, дорогая? – спросил Алексис.

– Немного, – с наигранным равнодушием ответила она и пожала плечами. – Я не знала, что ты приедешь.

– Я не собирался, – тихо ответил Алексис. – Я не хотел напугать водную нимфу.

– О, – только и смогла выговорить Селена.

Она чувствовала себя ужасно глупо – по плечи в воде, уставилась на него, как рыба в аквариуме.

Селена попыталась выбраться из воды. Алексис склонился к ней, крепко схватил ее за подмышки и с легкостью вытащил на бортик. Затем поднял с шезлонга полотенце, обернул вокруг ее тела и закрепил края на груди.

Алексис едва касался ее кожи, но каждое прикосновение посылало дрожь удовольствия по ее телу.

– Думаю, – тихо сказал он, удерживая ее взгляд своим, темным, томным, – нам нужно поговорить.

– Да, наверное. Я пойду и оденусь.

– Я подожду здесь.

Он положил руки на ее напряженные плечи, развернул на сто восемьдесят градусов и подтолкнул в сторону двери.

Селена спешно приняла душ, остервенело высушила волосы полотенцем, дважды уронила щетку, пытаясь расчесаться. Руки дрожали. Внезапное появление Алексиса взволновало ее.

«Мы поговорим, и он уйдет, – сказала она себе. – Успокойся».

Селена открыла шкаф и потянулась к полке с нижним бельем. Кружевные трусики лежали на месте, а вот лифчика на месте не было.

«Черт, – пробормотала она. – Милли снова забрала его».

Пришлось надеть белый топ из плотного денима, который, по ее мнению, скрывал то, что не следует демонстрировать, и осточертевшую джинсовую юбку. Сделав глубокий вдох, Селена вышла во двор и направилась к Алексису.

– Мы должны обсудить Милли и наши дальнейшие действия, полагаю, потому что твой план провалился и у нас нет плана Б. Знаете, что пару дней назад она приготовила? Сыр Фета, чтобы Костас отнес своей матери! – на одном дыхании проговорила Селена, от волнения вновь перейдя на «вы». – Вы должны признать, что она…

– Упертая, – договорил за нее Алексис. – Так же как и Анна Популис. И еще она думает о существенном приданом для своего красивого мальчика. Может быть, можно уговорить вашу тетю приехать сюда и предупредить ее, что за Милли ничего не дадут. Тогда вы добьетесь желаемого результата.

– Ее нога, должно быть, уже исцелилась, – поколебавшись, ответила Селена. – Ей наложили гипс, но у нее каждый день занятия с физиотерапевтом. И Милли должна вернуться домой. Без вариантов.

– Значит, вы с ней разговаривали? – удивленно спросил он.

– Недолго. Либо у нее курс терапии, либо ее нет дома. Ее регулярно навещают друзья, возят ее куда-нибудь на машине. Для смены декораций, так сказать.

– Разве Римнос не смена декораций? – спросил Алексис иронично.

– Нет, – нагло ответила Селена. – Скорее отступление. – Она опустила глаза. – Ты правда думаешь, что без денег Милли невыгодная партия для Костаса и его мать заставит его отказаться от нее?

– Она попытается, – сказал Алексис. – Но, возможно, она обнаружит, что любовь не так-то просто вырвать из сердца.

– Значит, вы и вправду думаете, что Костас любит Милли?

Алексис пожал плечами.

– На лицо все признаки. В баре он продает только напитки. Раньше к напиткам он предлагал свою компанию.

– Он сделал правильный выбор, – неловко ответила Селена.

– Ему повезло, что он может себе это позволить, – отчего-то жестко ответил Алексис.

Селена с удивлением посмотрела на него.

– Но в этот прекрасный день у меня тоже есть выбор. Я хочу показать тебе Римнос. Если хочешь. Не только твоей тете необходима смена декораций, – добавил Алексис.

Селена знала, что не следует соглашаться на это, что нужно найти подходящий предлог и отказаться. Но вряд ли можно сослаться на кучу дел, когда Алексис застал ее отдыхающей у бассейна. С другой стороны, она может провести один день с этим человеком, прежде чем вернется домой.

«Или подобие дома в ее случае», – подумала Селена, представив, какой прием ждет ее, когда она вернется ни с чем.

Хотя теперь ей не обязательно оставаться в Эйлсфорде. Будущее Милли теперь не зависит от старшей сестры, и она может начать жить своей жизнью. Если получится найти работу до начала учебного года, она сможет начать новую жизнь.

– Что скажешь, Селена, дорогая? – усмехнувшись, спросил Алексис. Казалось, он ждал, что она ему откажет. – Просто скажи, если хочешь остаться в одиночестве.

Одиночество. Это слово будто ужалило ее.

«Без тебя, – тоскливо подумала Селена. – Хотя ты был со мной, в моих мыслях, каждый день, каждую ночь, как бы сильно я с собой ни боролась. Неужели я смогу лишить себя нескольких драгоценных часов в его компании? Я ведь знаю, что это будут самые дорогие для меня воспоминания. Или сказать ему, что я боюсь остаться с ним наедине?»

– Покажите мне Римнос, – с детским безрассудством ответила Селена, – прежде чем я уеду, – добавила она. – Спасибо.

– Всегда пожалуйста, – ответил Алексис и улыбнулся. – Пойдем?

Вот так быстро и легко она сделала выбор, который навсегда изменил ее жизнь.