Капитан в последний раз сверился с данными об убывающем кислороде, надеясь, что случится чудо, и к числу прибавится еще один ноль. Пока он смотрел на счетчик, последняя цифра в строке мигнула и сменилась с десятки на восьмерку. Со стороны двери раздался громкий бухающий звук, и Даллас вздрогнул – а потом расслабился, увидев, что это Паркер и Бретт.

Паркер швырнул на пол охапку металлических трубок. Каждая из них была диаметром с два больших пальца. При падении раздался треск. Пока дубинки выглядели совсем не как оружие. Бретт сматывал с пояса сеть длиной в несколько метров и выглядел очень довольным собой.

– Вот оно. Проверено и готово к бою.

Даллас кивнул:

– Я позову остальных.

Он отправил сигнал на мостик и, в ожидании остальных членов экипажа, принялся с сомнением разглядывать трубки.

Последним явился Эш, от отсека которого сюда было дольше всего добираться.

– Мы собираемся ловить тварь с помощью вот этого? – Ламберт указала на дубинки, и ее тон явно говорил, что она сомневается в их эффективности.

– Мы дадим этому шанс, – ответил Даллас. – Берите все по одной.

Они выстроились в ряд, и Бретт раздал всем по трубке. Каждая была примерно полтора метра в длину. Один конец дубинки расширялся из-за приваренных приборов, и это было похоже на подобие рукояти. Даллас помахал трубкой вокруг себя, будто саблей, пытаясь привыкнуть к оружию. То, что оно не казалось тяжелым, понравилось капитану. Несмотря на то, что чужой вполне мог двигаться нереально быстро, плеваться кислотой или атаковать еще каким-нибудь образом, который человеку представить невозможно, капитану все равно хотелось выставить что-то между ним и собой. Это было нелогично и примитивно, но все же ощущение дубинки в руке успокаивало.

– В каждый из них я поставил три… да, верно, три портативных зарядника, – сказал Бретт. – Все вместе они производят вполне солидный разряд. И подзаряжать не надо, ну, разве что вы слишком долго будете зажимать разрядную кнопку. Говоря долго, я имею в виду очень долго.

Он продемонстрировал, как управляться с дубинками, на примере собственной.

– Так что пользуйтесь, не стесняйтесь. Я обмотал их изоляцией здесь, на рукоятке, и еще немного вдоль трубки. Если вы коснетесь ее за изоляцией, когда кнопка зажата, то сразу же выроните. Но там внутри есть еще трубка из суперпроводника. Большая часть разряда пойдет через нее на конец дубинки. Так что, черт побери, ни в коем случае не коснитесь его.

– Как насчет демонстрации? – спросила Рипли.

– Обязательно, – техник прикоснулся концом дубинки к изоляционной трубе, которая шла вдоль ближайшей стены. Между ними проскочила голубая искра, раздался громкий треск и запахло озоном. Бретт улыбнулся.

– Ваши я уже протестировал. Все в рабочем состоянии. У вас там полно энергии.

– А можно как-то отрегулировать напряжение? – спросил Даллас.

Паркер покачал головой.

– Мы пытались добиться, чтобы этой штукой можно было нанести сильные повреждения, но не убить. К тому же мы ничего не знаем о твари, на которую охотимся, а еще у нас не было времени для того, чтобы встраивать регуляторы заряда. Дубинки производят только один тип разряда, менять напряжение не получится. Мы, знаешь ли, не волшебники.

– По-моему, ты впервые признал этот факт, – отметила Рипли. Паркер кисло посмотрел на нее.

– Короче, если только нервная система у маленького ублюдка не намного чувствительнее нашей, эти штуки его не убьют, – сказал Бретт. – Мы уверены в этом настолько, насколько это вообще возможно. Его папаша был поменьше, но вполне стойким. – Инженер поднял трубку и стал похож на древнего гладиатора перед выходом на арену. – Всего лишь небольшая стимуляция. Но, конечно, если нам удастся убить милого малыша током, это не разобьет мне сердце.

– Возможно, это сработает, – согласилась Ламберт. – Тогда у нас есть решение проблемы номер один. А как с проблемой номер два? Где его искать?

– Я позаботился об этом.

Все обернулись и с удивлением уставились на Эша, который держал в руках маленькое устройство размером с коммуникатор. Научный сотрудник пытался поймать взгляд Далласа, но тот уставился на крошечный девайс, не желая встречаться глазами с Эшем.

– Так как нам надо найти существо как можно быстрее, я решил немного поработать паяльником. Бретт и Паркер проделали блестящую работу и создали устройства для того, чтобы загонять дичь, а я сделал то, что позволит ее обнаружить.

– Портативный трекер? – компактное устройство привело Рипли в восхищение. Казалось, что его сделали на фабрике, а не собрали на скорую руку в лаборатории коммерческого буксира.

Эш кивнул:

– Настраиваешь его на поиск движущегося объекта. У него небольшой радиус действия, но если приблизишься к цели на определенное расстояние, то он начнет пищать. И чем ближе, тем сильнее.

Рипли взяла трекер из рук научного сотрудника, перевернула его и окинула профессиональным взглядом.

– На чем он фокусируется? Как мы отличим чужого засранца от своих?

– Есть два способа, – гордо объяснил Эш. – Как я уже говорил, радиус действия маленький. Можно было бы счесть это недостатком, но в текущих обстоятельствах это работает нам на пользу. Мы сможем вести поиски двумя партиями близко друг от друга, при этом трекер не будет реагировать на людей из второй группы. Но, что еще важнее, в него встроен монитор, который оценивает плотность воздуха. На этот параметр влияет любой движущийся объект, и на основании данных на мониторе можно будет сказать, в какую сторону он движется. Достаточно просто держать трекер перед собой. Инструмент и близко не настолько чувствительный, как мне хотелось бы, но это лучшее, что можно было сделать за столь короткое время.

– Ты здорово потрудился, Эш, – признал Даллас. Рипли протянула ему трекер. – Этого более чем достаточно. Сколько ты сделал таких?

Вместо ответа Эш продемонстрировал копию устройства, которое держал капитан.

– Значит, мы можем работать двумя командами. Отлично. У меня недостаточно фантазии для того, чтобы давать вам инструкции. Вы все знаете о предстоящем ровно столько же, сколько и я. Кто первый его находит – ловит в сеть, как-нибудь затаскивает в шлюз, а потом отправляет в полет к Ригелю – настолько быстро, насколько сработает створка шлюза. Если вы решите воспользоваться пироболтами на внешней двери, я и слова не скажу. Если понадобится, наденем скафандры.

Он направился было в коридор, но потом замер и внимательно осмотрел тесную комнату, заставленную приборами. Казалось невероятным, что сюда мог кто-то проскользнуть и остаться незамеченным, однако, раз уж они затеяли обыск корабля, исключений делать не следовало.

– Для начала убедимся, что на мостике чисто.

Паркер взял один из трекеров, включил его и обошел мостик по периметру, неотрывно глядя на датчик, грубо впаянный в лицевую часть прибора.

– Шесть объектов, – провозгласил он, когда обход был закончен. – Расположены там же, где стоит каждый из нас. Кажется, здесь чисто… если только эта гребаная штука работает.

Эш проговорил без тени обиды в голосе:

– Она работает. Ты сам только что это продемонстрировал.

Мужчины и женщины разобрали дополнительное снаряжение и замерли в ожидании. Даллас спросил:

– Все готовы?

В тишине послышался шепот – пара недовольных «нет», и все заулыбались. Страшная смерть Кейна уже поблекла в их памяти. Теперь они подготовились к встрече с чужим, и все надеялись, что достаточно хорошо вооружились для этого.

– Канал передачи открыт на всех палубах, – Даллас решительно направился к двери. – Мы будем постоянно на связи. Эш и я вместе с Ламберт возьмем один из трекеров. Бретт и Паркер войдут в другую группу. Рипли, ты идешь с ними, и захвати с собой второе устройство. Как только заметите тварь, ваша первейшая задача – схватить его и отправить в шлюзовую камеру. Оповестить о находке остальных – уже следующая задача. Давайте сделаем это.

И они покинули командный пункт.

Коридоры уровня «А» никогда раньше не казались ему такими длинными и темными. Даллас знал их как свои пять пальцев, но осознание того, что нечто смертоносное могло скрываться где-нибудь в углу или складском помещении, заставляло его ступать осторожно там, где раньше он мог бы пройти спокойно с закрытыми глазами.

Лампы были включены, все до одной, однако коридор был не так уж ярко освещен. Это были технические источники света, предназначенные для использования в крайнем случае. Зачем тратить энергию на иллюминацию на корабле вроде «Ностромо», если экипаж все равно большую часть времени спит? Для того чтобы не споткнуться при посадке и высадке, а также во время чрезвычайных ситуаций во время полета, этого света было достаточно, и Даллас ценил то, что имел. Однако это не мешало ему мечтать о более мощных прожекторах.

Капитан держал одну сторону сети, за другую отвечала Ламберт. Они растягивали ловушку от одной стены коридора до другой. Даллас покрепче сжал свой край и резко дернул на себя. Ламберт резко обернулась к нему, широко распахнув глаза.

Спустя мгновение она успокоилась, кивнула ему и снова уставилась в глубину коридора. За минуту до этого она чуть было не заснула, почти утонув в некоем подобии самогипноза. Разум навигатора был полон настолько ужасными версиями грядущего, что она чуть не забыла о настоящем – например, о сети, которую сжимала в руках. Да, следовало вернуться к обследованию корабля, дюйм за дюймом, а не блуждать по закоулкам собственного воображения. На ее лицо вернулось сосредоточенное выражение, и Даллас переключил внимание на ближайший изгиб коридора.

Эш следовал за ними, не отрывая взгляда от трекера. Рука с устройством медленно двигалась из стороны в сторону, сканируя пространство от стены до стены. Устройство молчало – за исключением тех моментов, когда офицер слишком уводил его в сторону, и трекер замечал Далласа или Ламберт. Тогда прибор начинал жалобно пищать, пока Эш не заставлял его замолчать.

Они сделали остановку перед спиральным трапом, ведущим на нижнюю палубу. Ламберт наклонилась над люком и крикнула: «Есть там что-нибудь? Наш коридор такой же чистый, как честь вашей мамаши!»

Бретт и Паркер успели перехватить сеть поудобнее, пока Ламберт впереди них притормозила, бросила внимательный взгляд на трекер и крикнула вверх: «Тут тоже ничего!»

Ламберт и Даллас двинулись дальше по верхней палубе, Эш – вслед за ними. Все их внимание было приковано к приближающемуся повороту. Им не нравились эти изгибы коридора – там было достаточно места, чтобы спрятаться. И когда они делали поворот и видели за ним лишь пустой коридор, Ламберт чувствовала такое облегчение и радость, будто они обнаружили Священный Грааль…

Рипли казалось, что трекер становится все тяжелее… И тут крошечный красный огонек внезапно мигнул под основным экраном. Потом она увидела, как стрелка на шкале индикатора дернулась. Рипли была уверена, что это именно стрелка, а не дрожь рук. А стрелка вновь задвигалась, отклонившись от нуля буквально на волос.

Перед тем как заговорить, Рипли удостоверилась, что трекер не улавливает движения Бретта или Паркера.

– Стоп. Я что-то поймала.

Она сделала несколько шагов. Стрелка перепрыгнула на середину шкалы, красный индикатор мигнул и остался гореть. Рипли стояла, глядя на него, но трекер не показывал никакого движения вблизи них, хотя красный огонек продолжал гореть.

Бретт и Паркер всматривались в коридор и в который раз осматривали стены, потолок и пол. Все помнили о том, как первый чужой, уже мертвый, упал на плечо Рипли. Никто и не думал о том, что эта новая версия не умеет лазить по стенам, поэтому оба не спускали глаз с потолка – он требовал того же внимания, что и пол.

– Откуда он идет? – тихо спросил Бретт.

Рипли хмуро смотрела на трекер. Стрелка индикатора внезапно начала прыгать туда-обратно по всей шкале. Ее поведение было слишком неправдоподобным – не могла же эта тварь научиться проходить сквозь стены! Тогда Рипли встряхнула трекер, но он продолжал вести себя так же пугающе. И красный огонек не гас.

– Не знаю. Устройство сбито с толку. Стрелка скачет по всей шкале.

Бретт с проклятиями отшвырнул сеть.

– Черт подери! Мы не можем позволить неполадки в этом деле. Я откручу Эшу…

– Погоди! – перебила его Рипли. Она перевернула прибор, и стрелка мгновенно успокоилась. – Он работает правильно. Просто его сбили с толку. То есть я сбилась. Сигнал идет снизу.

Они посмотрели под ноги. Пока никто не прорывался сквозь палубу, чтобы напасть на них.

– Это с уровня «С», – пробормотал Паркер. – Из технической зоны. Так себе место для игры в прятки.

– Хочешь проигнорировать сигнал?

Инженер уставился на Рипли, но в этот раз без злости в глазах.

– Это не смешно.

– Да. Ты прав, – виновато ответила она. – Веди. Вы оба знаете этот уровень лучше, чем я.

Держа сеть наготове, Паркер и Бретт первыми спустились по трапу, который редко использовался на этом корабле. Палуба «С» была слабо освещена даже по меркам «Ностромо», поэтому все постояли возле трапа, чтобы глаза привыкли к полутьме.

Рипли случайно дотронулась до стены и с отвращением отдернула руку: та была покрыта толстым слоем вязкой слизи. «Какая-то старая смазка», – подумала женщина. Если бы это обнаружили во время технической инспекции, любой другой лайнер просто не выпустили бы из доков. Но кого заботят такие мелочи, если дело касается «Ностромо»? Тут разводы смазки никого не беспокоили. Особенно если команде приходилось не так уж часто в них вляпываться.

Рипли пообещала себе, что после завершения полета подаст рапорт и добьется перевода на нормальный корабль. Правда, она уже давала себе это обещание раз десять до этого. Что ж, теперь его все-таки придется выполнить.

Она направила трекер в одну сторону. Ничего. Потом повернулась в другую сторону, и красный огонек вновь замигал. Освещенная им стрелка подергивалась.

– Пошли туда.

Рипли зашагала вперед, полностью положившись на показания маленькой стрелки, потому что знала – Эш приложил все силы к тому, чтобы устройство работало как можно лучше. И потом, у нее не было выбора.

– Скоро будет развилка, – предупредил Бретт.

Через несколько минут коридор разделился на две части. Рипли сначала сдвинула трекер в сторону правого ответвления. Огонек начал тускнеть. Потом она повернулась и, протянув прибор влево, скомандовала:

– Сюда!

В этой части корабля освещение было еще хуже. Их обступили черные тени. Паркер, Бретт и Рипли почувствовали, что задыхаются, несмотря на то, что ни один член команды космического корабля не страдал клаустрофобией. Их шаги звонко отдавались по металлической палубе, а время от времени слышался плеск, когда они наступали в какие-то лужи.

– Далласу стоит запросить техническую инспекцию, – пробормотал Паркер с отвращением. – При осмотре сорок процентов помещений забракуют, и Компании придется заплатить за уборку.

Рипли покачала головой и бросила скептический взгляд на инженера:

– Спорим, Компании проще и дешевле будет подкупить инспектора?

Паркер напрягся, чтобы скрыть разочарование. Очередная из его идей, блестящих на первый взгляд, провалилась. И самым худшим было то, что логика Рипли вновь оказалась правильной. Его негодование и восхищение росли одновременно.

– К вопросу о починке и уборке, – продолжила уорент-офицер. – Что не так с лампами? Как я уже говорила, я не слишком хорошо знаю этот отсек, но тут же ничего не видно дальше собственного носа. Я думала, что вы, парни, починили двенадцатый модуль, и у нас должно быть больше света, даже здесь.

– Мы и вправду починили его! – возмутился Бретт.

Паркер украдкой покосился на ближайшую панель с индикаторами.

– Распределительная система должна работать не на полной мощности. Знаешь ли, некоторые схемы не получали нужное напряжение после поломки. И довольно сложно восстановить питание, не выбив при этом предохранители по всему кораблю. Поэтому система специально ограничивает потребление в такие моменты, чтобы избежать перегрузки. И это ее тоже изрядно нагружает. Но мы можем это исправить.

Инженер коснулся переключателя на панели и передвинул его. Освещение коридора стало ярче. Они двинулись дальше. Потом Рипли внезапно остановилась и предостерегающе вскинула руку:

– Стойте!

Паркер споткнулся и чуть не упал, а Бретт едва не запутался в сети, стараясь выполнить этот приказ, но никто и не думал смеяться или шутить по этому поводу.

– Мы близко? – прошептал Паркер, таращась в темноту впереди.

Рипли проверила показания индикатора, ориентируясь на шкалу, выгравированную Эшем вдоль экрана.

– Если верить этой штуке, то метрах в пятнадцати.

Паркер и Бретт без приказа сильнее натянули сеть. Рипли перехватила дубинку поудобнее и включила ее. Она медленно двинулась вперед с трубкой в правой руке и трекером – в левой. Сложно представить (даже, пожалуй, невозможно), чтобы люди могли двигаться так бесшумно, как эти трое. Не слышно было даже звука дыхания. Они прошли пять метров. Десять. Правую икру Рипли свело судорогой: мышца задергалась, словно кузнечик, пронзенная болью. Но уорент-офицер проигнорировала собственное тело. Они продолжали идти, а расстояние, указанное трекером, неумолимо сокращалось.

Теперь Рипли двигалась, согнувшись, готовая отпрыгнуть назад, если клочок тьмы впереди вдруг начнет шевелиться. Она специально выключила звук на устройстве. Трекер показывал, что до цели осталось метра два, не больше. Свет здесь был тусклым, но все же достаточным, чтобы разглядеть – в зловонном коридоре никого не было. Медленно поворачивая устройство, Рипли пыталась одновременно смотреть и на него, и по сторонам. Стрелка дергалась туда-сюда по шкале.

Рипли подняла глаза и увидела маленький люк в стене. Створка его была приоткрыта.

Паркер и Бретт заметили, на что уставилась Рипли, и встали так, чтобы сеть перекрывала люк. Когда они замерли на позициях, уорент-офицер кивнула, пытаясь одновременно стряхнуть капли пота с лица. Она глубоко вдохнула, опустила трекер на пол и схватилась освободившейся рукой за крышку люка. Влажные пальцы вцепились в холодный и липкий металл.

Подняв крышку, Рипли отжала кнопку на рукоятке дубинки, отшатнулась к другой стене и сунула металлическую трубку в люк. Коридор наполнился ужасающим визгом. Маленькое существо, состоящее будто сплошь из выпученных глаз и когтей, вырвалось из люка. Оно приземлилось прямиком в середину сети, а инженеры мигом спеленали его как можно плотнее, чтобы не вырвалось.

– Держи, держи! – победно заорал Паркер. – Мы поймали мелкого ублюдка, мы…

Рипли пыталась рассмотреть добычу сквозь ячейки сети. По ее лицу прошла тень величайшего разочарования. Она выключила заряд дубинки и вновь подхватила трекер с пола.

– Черта с два, – устало пробормотала она. – Расслабьтесь, парни. Посмотрите на него.

Паркер отпустил сеть одновременно с Бреттом. Оба разглядели, что именно они поймали, и злобно заворчали. Очень злой кот выпутался из сети и с шипением бросился прочь по коридору, прежде чем Рипли начала возмущаться.

– Нет-нет! – крикнула она, но было слишком поздно. – Не отпускайте его!

Клочок оранжевого меха скрылся вдалеке.

– Черт, ты права, – согласился Паркер. – Надо было прибить рыжего, чтобы он больше не путал трекер.

Рипли злобно посмотрела на него, но ничего не ответила. Потом она обратилась к Бретту, который был настроен менее кровожадно:

– Поймай его. Потом поговорим, что с ним делать, но пока его надо запереть где-нибудь или посадить в коробку, чтобы не смущал ни нас, ни индикатор.

Бретт кивнул:

– В точку.

Он развернулся и бросился по коридору в погоню за котом, а Рипли и Паркер медленно двинулись в другую сторону. Уорент-офицер пыталась одновременно держать трекер, дубинку и помогать Паркеру с сетью.

Открытая дверь вела в большой складской зал техобслуживания. Бретт в последний раз глянул направо и налево по коридору, но кота не было видно. С другой стороны, хаотично заставленная механизмами комната прекрасно подходила для игры в прятки. «Если котяры внутри не будет, вернусь к остальным», – решил Бретт. Разумеется, Джонс мог быть где угодно, но отсек с оборудованием был идеальным местом для того, чтоб там скрываться. Особенно если ты кот.

Лампы внутри светили, но не ярче, чем в коридоре. Бретт прошел мимо рядов со сложным оборудованием, небрежно упакованных контейнеров с запасными твердотельными модулями и грязных инструментов. Люминесцентные панели демонстрировали, что лежит на стеллажах.

Потом Бретт вдруг понял, что скорее всего Паркер и Рипли теперь слишком далеко, за пределами слышимости. Эта мысль его напугала. Чем скорее он поймает этого проклятого кота, тем лучше.

– Джоооонс… кис-кис-кис. Иди к папочке Бретту, кис-кис-кис.

Он наклонился, чтобы заглянуть в щель между двумя огромными ящиками. Там было пусто. Поднимаясь, Бретт утер пот, который заливал глаза. Сначала правый висок. Потом левый.

– Черт тебя подери, Джонс, – пробормотал он тихо. – Где ты прячешься?

В тот же момент он услышал шорох в глубине склада. Сопровождался этот звук не очень громким, но определенно кошачьим мявом. Бретт облегченно выдохнул и направился к источнику звука.

Рипли остановилась, устало глядя на экран трекера. Красный огонек погас, стрелка снова замерла на нуле, а звуковой индикатор давно уже не пищал. Пока она смотрела на устройство, стрелка дернулась один раз и снова остановилась.

– Здесь ничего, – сказала она. – Даже если до этого тут и был кто-то, кроме нас и Джонса. – Рипли посмотрела на Паркера: – Что скажешь?

– Пошли обратно. По крайней мере, поможем Бретту с этим гребаным котом.

– Не ругайся на Джонса, – Рипли сразу же встала на защиту кота. – Он так же испуган, как и мы.

Они повернули и пошли обратно по вонючему коридору. На всякий случай Рипли оставила трекер включенным.

Бретт пробирался вдоль стеллажей с оборудованием. Быстро идти не получалось: дорогу здесь преграждали металлические балки, которые торчали то тут, то там и скрещивались под потолком. Инженер уже не надеялся найти кота, но тут снова раздалось знакомое мяуканье. Обойдя металлическую колонну, механик увидел пару желтых глаз, мерцающих в темноте. На мгновение он заколебался. Размером Джонс был примерно с ту самую тварь, что вырвалась из груди Кейна. Но тут раздалось еще одно «мяу». Только обычный котяра мог издавать этот звук.

Подойдя ближе, Бретт нагнулся, чтобы удостовериться в правильности находки, и разглядел пушистые бакенбарды Джонса.

– Вот и ты… рад тебя видеть, мелкий меховой ублюдок.

Он потянулся к коту. Тот угрожающе зашипел и забился еще дальше в угол.

– Давай, Джонс, ну же. Иди к Бретту. Хватит дурью маяться.

Нечто, по толщине почти равное балке, под которой только что прошел техник, потянулось вниз. Оно двигалось в полной тишине и казалось, что за этим движением скрывается огромная сила. Длинные пальцы распрямились, потом дернулись, сжимаясь вокруг горла младшего инженера. Бретт вскрикнул и рефлекторно вскинул руки к шее, но ничего не смог поделать – казалось, пальцы на его горле не просто сжались, а срослись, не отдерешь. Его потащило вверх, и ноги бедолаги задергались в воздухе.

Джонс проскользнул под ним, а потом проскочил мимо Рипли и Паркера, которые как раз заходили в зал. Они бросились внутрь и вскоре уже стояли там, где за мгновение до того дергался Бретт. Запрокинув головы, в черноте над собой они сумели разглядеть свисающие ноги и искореженный торс, который затаскивали наверх. Над беспомощным телом техника возвышалась фигура. В ней ощущалось нечто человеческое, но это был определенно не человек. Нечто огромное и злобное. Отблеск света на мгновение блеснул в глазах, слишком огромных даже для гигантской головы твари. А потом оба – и чужой, и инженер – исчезли в переплетении балок на верхних ярусах «Ностромо».

– Господи, – прошептал Паркер.

– Оно выросло, – Рипли безучастно рассматривала свою дубинку с электрошоком, пытаясь соотнести ее размеры с размерами твари там, наверху. – Оно быстро выросло. Все это время мы охотились за чем-то размером с Джонса. А оно вон как вымахало.

Она внезапно преисполнилась ужаса, глядя на темноту вокруг и горы огромных ящиков, бесчисленные переходы между ними и металлические балки.

– Какого черта мы все еще здесь? Оно может вернуться.

Рипли перехватила поудобнее игрушечную дубинку, осознавая, насколько слабым окажется это оружие против большого существа, а затем оба астронавта поспешили прочь. Последний крик Бретта все еще стоял у них в ушах, намертво оставшись в памяти, и несмотря на то, что Паркер долго знал техника, ему совсем не хотелось задерживаться здесь. Крик друга подстегнул его так, что инженер бежал чуть ли не быстрее Рипли.