— Миссис Стрэндж, миледи.

Одри Стрэндж пересекла гигантскую спальню, подошла к гигантской кровати, наклонилась, поцеловала старую леди и опустилась в специально приготовленное для нее кресло.

— Рада видеть тебя, дорогая, — сказала леди Трессилиан.

— Я тоже рада видеть вас, — сказала Одри.

Нечто неуловимое появилось в ее облике. Она была среднего роста, с маленькими руками и миниатюрными ножками. Чистая бледная кожа, светлые пепельные волосы и светло-серые широко посаженные глаза. Черты мелкие, но очень правильные, прямой точеный нос и изящный овал лица. Эта бледность и некоторая кукольность не позволяли назвать ее красавицей, но было в ней некое неотразимое очарование, перед которым невозможно было устоять, и взглянув на нее однажды, хотелось смотреть вновь и вновь. И еще было в ней что-то нематериальное, что-то от бесплотного духа, но в то же время вы как бы ловили себя на мысли, что бесплотный этот дух, возможно, куда более реален, чем иной живой человек… И еще у нее был замечательный голос, нежный и звонкий, точно серебряный колокольчик.

Какое-то время дамы предавались беседе об общих знакомых и обсуждали последние новости. Потом леди Трессилиан сказала:

— Кроме удовольствия видеть тебя, дорогая, у меня была еще одна причина попросить тебя приехать. Я получила от Невила довольно странное письмо.

Одри без тени смущения смотрела на старую леди.

— Вот как?

— Он предлагает… он делает просто неприличное предложение! Иначе не назовешь! Хочет, чтобы он и… Кей… приехали сюда в сентябре. Хочет, чтобы вы с Кей стали подругами. И пишет, что, мол, ты не против.

Леди Трессилиан выжидательно замолчала.

— И это, вы считаете, не совсем прилично? — спросила Одри.

— Дорогая… право, неужели ты действительно этого хочешь?

Одри довольно долго молчала, а потом тихо заметила своим безмятежным голоском:

— Как знать… может, оно даже и к лучшему.

— Ты действительно хочешь встретиться с этой… с Кей?

— Мне кажется, Камилла, это могло бы… многое упростить.

— Упростить? — растерянно отозвалась леди Трессилиан.

— Камилла, дорогая, — мягко начала Одри, — вы всегда были так добры. И если Невил хочет…

— Да плевать мне на то, что хочет Невил! — взорвалась леди Трессилиан. — Хочешь ли ты — вот в чем вопрос.

На щеках Одри появился едва заметный румянец. Словно нежное розовое свечение на морской раковине.

— Да, я хочу, — тихо сказала она.

— Ну тогда, тогда… — Леди Трессилиан беспомощно умолкла.

— Окончательное решение, безусловно, за вами, — сказала Одри. — Ведь это ваш дом, и…

Леди Трессилиан закрыла глаза.

— Я старая женщина, — тихо проговорила она. — Мне теперь абсолютно все равно.

— Но конечно, я могу приехать и в другое время. Когда скажете. Когда вам удобно…

— Ты приедешь в сентябре, как обычно, — оборвала ее леди Трессилиан. — И Невил с Кей тоже. Я, конечно, стара, но, надеюсь, у меня еще хватит сил, чтобы приспособиться к веяниям современной жизни. Больше ни слова об этом. Хватит. Решено.

Она снова закрыла глаза. Через несколько минут, пристально глядя на Одри меж полуприкрытых ресниц, он спросила:

— Ну что, ты мною довольна?

Одри вздрогнула:

— О да, конечно, благодарю вас.

— Дорогая моя, — снова заговорила леди Трессилиан, и в голосе ее звучала неподдельная теплота. — А ты уверена, что это не причинит тебе боли? Ты ведь так любила Невила. Не боишься разбередить старые раны?

Одри смотрела вниз, на свои маленькие руки в шелковых перчатках. Леди Трессилиан заметила, что одной рукой она крепко впилась в край кровати.

Наконец Одри подняла голову. Взгляд ее казался совершенно спокойным.

— Все давно кончено, — тихо сказала она. — Все кончено.

Леди Трессилиан бессильно откинулась на подушки.

— Что ж, тебе виднее. Извини, дорогая, я устала. Пожалуйста, иди, внизу тебя ждет Мэри. Скажи ей, чтобы прислала ко мне Баррет.

Баррет, старая и преданная служанка леди Трессилиан, войдя в спальню, застала хозяйку лежащей на спине с закрытыми глазами.

— Чем скорее я уйду из этого мира, Баррет, тем лучше, — вздохнула леди Трессилиан. — Я совершенно перестала понимать, что происходит.

— Да что вы такое говорите, миледи! Вы просто устали!

— Да, я просто устала. Убери-ка пуховое одеяло с ног и принеси мне мою микстуру.

— Это миссис Стрэндж так расстроила вас. Она, конечно, милая леди, но ей бы и самой не помешало что-нибудь укрепляющее. Вид нездоровый, будто ее что-то гложет, будто она знает что-то такое, о чем мы ни сном, ни духом… Но она с характером, скажу вам. Как говорится, умеет себя поставить.

— Ты как всегда права, Баррет, — сказала леди Трессилиан. — Совершенно права.

— Такую, пожалуй, не скоро забудешь. Сдается мне, мистер Невил частенько о ней думает. Новая миссис Стрэндж, конечно, красивая, даже очень красивая, но мисс Одри, она, знаете, из тех, кого невозможно забыть, даже когда ее нет рядом.

Леди Трессилиан хмыкнула и сказала с чувством:

— Невил дурак, что сводит этих женщин вместе. И он сам первый об этом пожалеет!