На следующее утро чай мисс Марпл принесли в половине восьмого, чтобы у нее хватило времени уложить вещи. Она как раз собиралась закрыть свой чемоданчик, когда в дверь торопливо постучали, и вошла Клотильда. Она была явно расстроена.

— Ох, простите, мисс Марпл — там внизу вас ждет молодой человек. Эмлин Прайс. Он из вашей группы, и его прислали за вами.

— Конечно же я знаю этого юношу.

— Видок-то у него очень даже современный. Лохматая грива, как это у них принято, но он пришел, понимаете ли… с плохой новостью… Мне тяжело это говорить — но случилось несчастье.

— Несчастье? — Мисс Марпл широко раскрыла глаза. — С автобусом? Дорожное происшествие? Кто-нибудь пострадал?

— Нет-нет, с автобусом все в порядке. Это произошло на вчерашней экскурсии, днем. Если вы помните, был сильный ветер, хотя я считаю, что он тут ни при чем. Видимо, все пошли разными путями. Там есть одна тропинка, по которой можно взобраться повыше и пройти вдоль склона. Обе дороги ведут к башне на вершине Бонавентуры — они все шли туда. Затем их группа разделилась, и каждый пошел сам по себе. Насколько я поняла, никто за ними не присматривал. А там крутой склон, прямо над обрывом. И вот с этого склона сорвалось несколько камней — и прямо на того, кто в это время шел по тропе.

— О Господи, — сказала мисс Марпл, — какое несчастье. Какое ужасное несчастье. Кто-нибудь ранен?

— Некая мисс Темпл, как мне сказали.

— Элизабет Темпл! Какая беда. Мы с ней сидели рядом в автобусе. Она преподавательница, уже на пенсии, и… она, кажется, настоящая знаменитость.

— Элизабет Темпл! Да я же ее хорошо знаю, — сказала Клотильда. — Она была директором в «Фоллоуфилде», это известная школа. Я и не знала, что она приехала с этой экскурсией. Года два назад она ушла на покой, и на ее месте теперь новый директор, нужно заметить, с весьма прогрессивными взглядами. Но мисс Темпл и сама не так уж стара, ей лет шестьдесят, и она еще полна сил, любит походы, крутые тропы и все такое. Я не в курсе всех подробностей, но, надеюсь, с ней ничего серьезного.

— Ну вот, вроде бы все собрала, — сказала мисс Марпл, захлопывая крышку чемоданчика. — Я сейчас же поговорю с мистером Прайсом.

Клотильда схватила чемодан.

— Позвольте мне. Он совсем не тяжелый. Спускайтесь за мной и смотрите не споткнитесь.

Внизу мисс Марпл дожидался Эмлин Прайс. Его обычно неукротимая шевелюра выглядела еще более неукротимой, на нем была кожаная куртка, немыслимые ботинки и ядовито-зеленые брюки, в общем, все по последней моде.

— Надо же такому случиться, — сказал он, пожимая мисс Марпл руку. — Решил забежать к вам, сообщить, что случилось. Думаю, мисс Бредбери-Скотт все уже рассказала… Про мисс Темпл, директоршу. Я и сам точно не знаю, что она там делала и что случилось, но сверху вдруг покатились камни и сбили ее, так что вчера ее увезли в больницу — с сотрясением мозга. Очень ей было худо. В общем, отъезд отложили, и мы остаемся здесь еще на одну ночь.

— Боже мой, — сказала мисс Марпл. — Я так огорчена. Ужасно огорчена.

— Я думаю, все решили задержаться, чтобы узнать, как она. Все собираются переночевать в «Золотом вепре» и изменить маршрут, так что мы, возможно, не поедем завтра в Грангмеринг, но, говорят, там и нет ничего особенного. Миссис Сэндборн с утра поехала в больницу, узнать, как у нее дела. А в одиннадцать она хочет всех собрать в «Золотом вепре». Я подумал — может, вы захотите услышать, как там у мисс Темпл, а заодно попить с нами кофе.

— Ну, разумеется, я иду с вами, — сказала мисс Марпл. — Сию же минуту.

Она обернулась — попрощаться с Клотильдой и миссис Глинн, которая только что к ним подошла.

— Позвольте вас поблагодарить — от всей души, — сказала мисс Марпл. — Я так чудесно у вас отдохнула, набралась сил… Какое печальное событие.

— Может, останетесь еще на одну ночь?… — предложила миссис Глинн. — Мне кажется… — И она посмотрела на Клотильду.

Мисс Марпл, наделенная от природы завидным боковым зрением, заметила, что на лице Клотильды мелькнуло недовольство. Она даже чуть заметно мотнула головой, впрочем от мисс Марпл это не ускользнуло. Она поняла, что Клотильда хочет, чтобы миссис Глинн каким-то деликатным образом отменила свое приглашение.

— …хотя конечно же вам удобнее присоединиться к своей группе и…

— Да-да, вы совершенно правы, — сказала мисс Марпл. — Надо ведь узнать, что теперь будет с экскурсией, а может, понадобится моя помощь… хочу еще раз поблагодарить вас. А заказать комнату в «Золотом вепре», я думаю, будет несложно. — И она взглянула на Эмлина.

Тот утвердительно кивнул:

— Совсем несложно. Сегодня освободились несколько комнат. Гостиница полупустая. Кажется, миссис Сэндборн уже позаботилась о том, чтобы за нами оставили наши номера, а завтра мы сообразим — то есть… увидим, как все обернется.

Снова прозвучали слова благодарности, и мисс Марпл исчезла за дверью. Эмлин Прайс, взяв ее чемоданчик, быстро отправился вслед за нею.

— Тут рукой подать — прямо за углом, первая улица налево, — сказал он.

— Да, я шла здесь вчера. Бедная мисс Темпл. Я надеюсь, с ней ничего серьезного.

— Хорошо бы. Сами знаете, что за народ эти доктора. Талдычат одно и то же: «Состояние средней тяжести» — мол, все в ажуре, не волнуйтесь. Здесь и больницы-то нет — им пришлось отвезти ее в Кэрристаун, милях в восьми отсюда. Но, пока вы устроитесь в гостинице, миссис Сэндборн как раз вернется.

Вся группа находилась в кафетерии, где они завтракали. На завтрак было кофе с булочками и пирожные. Мистер и миссис Батлер громко переговаривались.

— Какая трагедия, — причитала миссис Батлер. — У меня внутри прямо-таки все перевернулось. Ужасно, правда? И надо же такому случиться, а ведь как все было замечательно, сплошное удовольствие. Бедняжка мисс Темпл! Кто бы мог подумать, что такое может случится. Ничего ведь нельзя предусмотреть заранее, верно, Генри?

— Да уж, — сказал Генри. — Где уж… Я тут подумал, честно Говоря… времени у нас в обрез — так не лучше ли… в общем, не стоит ли нам закругляться с этим туром, мне кажется уже вполне достаточно. Еще неизвестно, чем это кончится… а вдруг она того… не оклемается… нас ведь тогда всех затаскают… следствие… выезд на место происшествия, да мало ли что еще…

— Генри, не смей говорить такие ужасные вещи!

— По-моему, вы чересчур мрачно настроены, мистер Батлер, — вмешалась мисс Кук. — Я уверена, что все не настолько серьезно.

Мистер Каспар тоже присоединился к беседе:

— Но все настолько серьезно. Я вчера слышу. Когда миссис Сэндборн говорить в телефон с доктор. Это очень, очень серьезно. Они говорить, у нее потрясение — сотрясение — очень опасно. Специальный доктор едет ее смотреть, может он делать операцию или нет. Да — все совсем плохо.

— Господи Боже, — сказала мисс Ламли. — Если все так плохо, не лучше ли нам уехать домой, Милдред? Пожалуй, надо посмотреть расписание поездов. — Она обратилась к миссис Батлер: — Видите ли, я договорилась с соседями, чтобы они присмотрели за моими кошками, но если нас тут задержат еще на пару дней, это причинит всем ужасное беспокойство.

— Напрасно вы так переполошились, — заявила миссис Райсли-Портер своим командирским голосом. — Джоанна, выбрось-ка эту гадость в мусорную корзину. Совершенно несъедобно. Джем просто отвратительный. Нет, я ничего не хочу оставлять на тарелке. Еще кто-нибудь обидится.

Джоанна послушно бросила булочку с джемом в мусорную корзину и благонравным голоском спросила:

— Вы не возражаете, если мы с Эмлином немного прошвырнемся? То есть, я хотела сказать — посмотрим этот городок. Что толку сидеть здесь и строить предположения? Мы ведь не можем ничего сделать, верно?

— Мне кажется, вам действительно лучше пойти погулять, — сказала мисс Кук.

— Да, ступайте, ступайте, — подхватила мисс Барроу, прежде чем миссис Райсли-Портер успела раскрыть рот.

Мисс Кук и мисс Барроу переглянулись, вздохнули и покачали головой.

— Трава ужасно скользкая, — вдруг заметила мисс Барроу. — Я сама несколько раз поскользнулась, и очень низкорослая — настоящий дерн.

— А камни! — добавила мисс Кук. — Только я свернула за угол склона, как на меня обрушился целый град камней. Один ударил меня по плечу — ужасно больно…

Когда с чаем, кофе и булочками было покончено, воцарилось неловкое молчание. Когда случается несчастье, очень трудно подыскать подобающие слова. Все уже высказались, выразили соболезнование. Теперь оставалось ждать новостей. Мало-помалу всех начала одолевать жажда новых впечатлений — хотелось отвлечься, чтобы не было так тягостно. Ленч подадут не раньше часу дня, а обсуждать все сызнова — перспектива не из приятных…

Мисс Кук и мисс Барроу встали словно по команде и заявили, что им необходимо сделать кое-какие покупки. А кроме того, они собирались забежать на почту, приобрести марок.

— Мне надо отправить пару открыток. А заодно узнать, сколько стоит послать письмо в Китай, — сказала мисс Барроу.

— А мне надо шерсть подобрать — не хватило одного мотка, — сказала мисс Кук. — К тому же за Рыночной площадью есть очень интересное строение.

— По-моему, нам всем не мешает проветриться, — сделала вывод мисс Барроу.

Полковник и миссис Уокер тоже поднялись и предложили мистеру и миссис Батлер составить им компанию и пройтись по лавочкам. Миссис Батлер призналась, что интересуется антиквариатом.

— Конечно, я не говорю о чем-то очень дорогом. Так, разная мелочь, какая продается в лавке старьевщика. Но иногда там можно найти весьма любопытные вещички.

Все поспешили к выходу. Эмлин Прайс также тихонько пробрался к двери и, не тратя лишних слов на объяснения, выскользнул наружу следом за Джоанной.

Миссис Райсли-Портер окликнула свою племянницу, но той уже и след простыл. Тогда она, сказав, что сидеть на лоджии все же приятнее, чем здесь, направилась к двери. Мисс Ламли с ней согласилась, и мистер Каспар с видом придворного церемониймейстера проводил дам на лоджию.

Остались только профессор Вэнстед и мисс Марпл.

— Я тоже думаю, — обратился профессор к мисс Марпл, — что было бы куда приятнее посидеть на свежем воздухе. У них тут есть милая терраска. Был бы счастлив, если бы вы согласились составить мне компанию.

Мисс Марпл поблагодарила его и встала. До этого они почти не общались. Профессор прихватил с собой в поездку какие-то, судя по обложкам, специальные книжки и почти все время был поглощен чтением. Он читал даже в автобусе.

— Может быть, вы тоже хотите пойти за покупками? — спросил он. — Лично я предпочел бы подождать в каком-нибудь тихом месте возвращения миссис Сэндборн. Я полагаю, надо бы поскорее узнать, что нам все-таки предстоит.

— Совершенно с вами согласна, — сказала мисс Марпл. — Вчера я уже прошлась по городу, так что подожду лучше здесь, мало ли… вдруг понадобится помощь… Вряд ли, конечно, но как знать…

Они вышли из дверей гостиницы, завернули за угол и оказались в небольшом квадратном садике с каменной террасой, примыкавшей к стене гостиницы; там были расставлены плетеные кресла. Кругом не было ни души.

Мисс Марпл задумчиво смотрела на своего спутника. Изрезанное складками и морщинами лицо, мохнатые брови, великолепная грива седых волос. Он слегка сутулился. Внешность безусловно яркая. А голос… голос сухой и резкий, такой часто бывает у деловых людей, подумала она.

— Ведь вы и есть мисс Джейн Марпл? — вдруг спросил профессор.

— Да, я — Джейн Марпл.

Она была слегка удивлена, хотя удивляться было нечему. Все в группе давно перезнакомились и, по крайней мере, знали друг друга по именам. Но ее два дня не было, так что вопрос был вполне естественный.

— Так я и думал, — сказал профессор Вэнстед, — судя по тому, как мне вас описывали.

— Описывали?

— Да, мне вас подробно описал… — и он, чуть помешкав, слегка понизил голос, — мистер Рафиль.

— О! — Мисс Марпл была поражена. — Мистер Рафиль…

— Удивлены?

— Признаться… да.

— Не думаю, что это для вас такая уж неожиданность.

— Но я не могла… — начала мисс Марпл и умолкла.

Профессор Вэнстед тоже молчал и довольно пристально ее рассматривал. Мисс Марпл казалось, что он вот-вот скажет: «Поточнее опишите симптомы, дражайшая леди. Трудно глотать? Плохо спите? А как у вас дела со стулом?» Теперь она была почти уверена, что он врач.

— Когда вы говорили обо мне? Неужели перед…

— Вы хотели спросить — перед смертью? Да, именно так. Он сказал мне, что вы будете в этой группе.

— И он знал, что вы тоже поедете.

— В общем, да. Он мне сказал, что сам устроил вам эту поездку.

— Я очень ему благодарна, — сказала мисс Марпл. — Такой щедрый подарок. Сама бы я не могла себе позволить подобную роскошь. Он был редкой доброты человеком.

— Да, — сказал профессор Вэнстед. — Очень точно сказано. — И он благосклонно кивнул головой, как учитель, довольный своим учеником.

— Как печально, что наша поездка прервана этим несчастьем, — сказала мисс Марпл. — Все было так замечательно, и такая нелепость…

— Да, — сказал профессор Вэнстед. — Все очень печально. Но так ли уж неожиданно?

— То есть как это… Что вы имеете в виду?

Встретив ее возмущенный взгляд, он слегка улыбнулся.

— Мистер Рафиль, — сказал он, — много мне о вас рассказывал. Он и предложил мне поехать в эту поездку, чтобы я таким образом познакомился с вами — обычно через день-другой в таких поездках все уже друг друга знают… И самое главное: он попросил меня… мм… приглядывать за вами.

— Приглядывать за мной? — Мисс Марпл была несколько озадачена. — Но зачем?

— Ради вашей безопасности, я полагаю. Он очень за вас волновался.

— А что со мной может случиться, позвольте вас спросить?

— Ну, хотя бы то, что случилось с мисс Темпл.

Из-за угла дома показалась Джоанна Кроуфорд, в руках у нее была корзинка, с которой обычно ходят в магазин. Небрежно им поклонившись, она прошла мимо и двинулась вдоль улицы. Профессор Вэнстед сидел и молчал, пока она совсем не скрылась из виду.

— Славная девушка, — сказал он. — По крайней мере, мне так кажется. Пока ее устраивает положение вьючной лошадки при властной тетке, но не сомневаюсь, что скоро она взбунтуется.

— Но все-таки что вы имели в виду? — сказала мисс Марпл, которую в настоящую минуту интересовала вовсе не судьба Джоанны.

— Прежде чем ответить, я должен разобраться в том, что произошло.

— Вы имеете в виду несчастный случай?

— Да. Если он был таковым.

— Значит, по-вашему, это не случайность? Как вы понимаете, я ничего об этом не знаю, — сказала мисс Марпл, помедлив.

— Разумеется. Ведь вы находились — как бы это сказать — на другом посту?

Мисс Марпл взглянула на профессора своим простодушным взглядом:

— Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать.

— Осторожничаете? И правильно делаете, вам надо быть осторожной.

— Это вошло у меня в привычку, — сказала мисс Марпл.

— Осторожность?

— Не знаю, как это назвать, но я взяла себе за правило тщательно обдумывать все, что мне говорят.

— Очень полезная привычка. Тем более что обо мне вы ничего не знаете. За исключением того, что меня интересуют памятники архитектуры и красивые парки. Вам-то, наверное, милее парки?

— Пожалуй.

— Я приметил в группе и других энтузиастов, которые обожают парки.

— Или делают вид, что обожают.

— А! — сказал профессор Вэнстед. — Вы тоже это заметили… Так вот, мне было предписано наблюдать за вами, быть поблизости на случай — ну, фигурально говоря — нечистой игры, кем бы она ни велась. Но теперь обстоятельства переменились, и я должен вам открыться. Так что решайте сами, кто я вам — недруг или союзник.

— Но пока я о вас совсем ничего не знаю. Насколько я поняла, вы были другом покойного мистера Рафиля?

— Не совсем, — сказал профессор Вэнстед, — я встречался с ним пару раз. Один раз на заседании больничного комитета, другой — еще на каком-то общественном мероприятии. Но я о нем много слышал. Он, видимо, тоже. Не сочтите за нескромность, но я довольно-таки известная личность в своей среде.

— Я так и подумала. Должно быть, вы медик.

— А вы проницательны, мисс Марпл. Весьма проницательны. Я действительно медик, но у меня довольно узкая специализация. Патология[272] психики. Вам придется поверить мне на слово, хотя я мог бы подтвердить это документально…

По роду своей деятельности мне приходится много сотрудничать с судебными экспертами. Меня интересуют особенности мышления преступников. Я написал об этом множество книг, многие из которых широко известны. В последнее время я все меньше занимаюсь своей основной работой и предпочитаю заниматься тем, что меня больше всего интересует. Ведь порою попадаются очень интересные случаи. И хочется изучить их со всех сторон. Боюсь, вам все это покажется довольно нудным…

— Ну что вы, — сказала мисс Марпл. — Я, признаться, надеюсь, что вы поможете мне кое-что понять. Есть вещи, которые мистер Рафиль не счел нужным объяснить. Он поручил мне заняться одним делом, но не сообщил, в чем, собственно, оно заключается. Я нахожусь в полном неведении, и мне приходится продвигаться буквально ощупью. С его стороны было крайне легкомысленно так к этому подойти.

— Но вы приняли его поручение?

— Приняла. Скажу вам откровенно, мне посулили весьма изрядную сумму.

— Это для вас очень важный стимул?

Мисс Марпл немного помолчала, потом спокойно ответила:

— Хотите — верьте, хотите — нет, но… в общем, не очень.

— Меня-то это как раз не удивляет. Мистер Рафиль пробудил ваше любопытство. А для вас это главное, верно?

— Да. Вы угадали. Мистера Рафиля я знала не очень хорошо, мы познакомились случайно — в Вест-Индии. Я думаю, вам это известно.

— Я знаю, что там вам и мистеру Рафилю пришлось некоторым образом, ну… сотрудничать, что ли…

Мисс Марпл взглянула на него с недоверием.

— Он так и сказал? — Она покачала головой.

— Да, именно так, — сказал профессор Вэнстед. — И еще сказал, что у вас невероятное чутье на всякие криминальные истории.

Мисс Марпл посмотрела на него, чуть приподняв брови.

— И вам, конечно, это кажется абсолютно невероятным, — заметала она. — Вы удивлены.

— Меня вообще довольно трудно удивить, — сказал профессор Вэнстед. — А мистер Рафиль был человеком весьма проницательным и очень хорошо разбирался в людях. Он считал, что вы тоже хорошо разбираетесь в людях.

— Не знаю, что и сказать, — смущенно пролепетала мисс Марпл. — Просто некоторые люди напоминают кое-кого из моих знакомых, поэтому я могу допустить, что и действовать они будут примерно так же. Но если вы думаете, что я имею хоть малейшее представление о том, что я должна сделать, вы глубоко ошибаетесь.

— Как хорошо, что мы выбрали именно это место, — сказал профессор Вэнстед. — Кажется, здесь нас никто не сможет подслушать — и мы можем совершенно спокойно поговорить.

— Это очень кстати, — сказала мисс Марпл. — Я еще раз хочу сказать вам, что совершенно не представляю, как и что делать. И почему мистер Рафиль напустил столько таинственности?

— Вот это я, пожалуй, могу объяснить. Он хотел, чтобы у вас создалось об этом деле собственное впечатление.

— Значит, и вы мне ничего не расскажете? — Мисс Марпл не могла скрыть неудовольствия. — Ну, знаете ли! — сказала она. — Всему есть пределы!

— Да, — сказал профессор Вэнстед, внезапно улыбнувшись. — Согласен. Придется переступить некоторые границы. Я все-таки расскажу вам о фактах, которые помогут вам разобраться в происходящем. Ну а вы, в свою очередь, сможете прояснить что-то для меня.

— Едва ли, — сказала мисс Марпл. — Разве что некоторые любопытные наблюдения… но ведь это еще не факты.

— Итак… — сказал профессор Вэнстед… и умолк.

— Ну скажите же мне хоть что-нибудь, ради Бога! — взмолилась мисс Марпл.