Контора сэра Уилфрида. Вечер того же дня Грета открывает дверь Входят сэр Уилфрид и Мэйхью.

ГРЕТА. Добрый вечер, сэр Уилфрид. Скверная погода, сэр. (Выходит, закрыв за собой дверь.)

СЭР УИЛФРИД. Проклятый туман! (Зажигает свет и идет к окну.)

МЭЙХЬЮ. Да, противный вечер.

СЭР УИЛФРИД (задергивая занавески). Неужели нет справедливости? Мы выходим из душного зала суда, мечтая о свежем воздухе, и что мы видим? Туман!

МЭЙХЬЮ. Он не так плотен, как тот, в котором мы оказались из-за фокусов миссис Хейльгер.

СЭР УИЛФРИД. Проклятая баба! Едва я ее увидел, я почуял недоброе. Я понял, что она что-то замышляет. В высшей степени мстительная дамочка, притом в сто раз умнее этого простофили на скамье подсудимых. Но какую игру она ведет, Джон? Что она замышляет? Скажи мне.

МЭЙХЬЮ. По-видимому, добиться, чтобы Воула признали виновным в убийстве!

СЭР УИЛФРИД. Но почему? Вспомни, сколько он для нее сделал.

МЭЙХЬЮ. Может быть, он сделал для нее слишком много.

СЭР УИЛФРИД. И она презирает его за это. Вполне вероятно. Женщины — неблагодарные чудовища. Но откуда такая мстительность? В конце концов, если он ей надоел, она могла бы просто-напросто уйти. Вряд ли она оставалась с ним из корыстных соображений.

Входит Грета, держа в руках поднос с чаем.

ГРЕТА. Я принесла ваш чай, сэр Уилфрид, и чашку для мистера Мэйхью.

СЭР УИЛФРИД. Чай? Хорошая выпивка — вот что нам нужно.

ГРЕТА. О, вы же любите чай, сэр. (Убирает поднос.) Как дела сегодня?

СЭР УИЛФРИД. Плохо.

ГРЕТА. О нет, сэр. Надеюсь, что нет. Ведь он не делал этого. Я уверена, что он этого не делал.

СЭР УИЛФРИД. Вы все еще уверены? (Смотрит на нее задумчиво.) Но почему?

ГРЕТА (доверительно). Потому что он не такой. Он милый, понимаете, такой милый. Он никогда не ударил бы старуху по голове. Но вы спасете его, сэр?

СЭР УИЛФРИД. Я… спасу… его.

Грета выходит.

(Поднявшись, продолжает как бы про себя.) Один Бог знает как. Только одна женщина среди присяжных… жалость… несомненно, он нравится женщинам… не знаю почему… он не особенно хорош собой. Может быть, в нем есть что-то пробуждающее материнский инстинкт. Женщинам хочется нянчить, лелеять его.

МЭЙХЬЮ. Надо принять во внимание, что миссис Хейльгер совсем не материнский тип женщины.

СЭР УИЛФРИД. Нет, она страстная. За этим холодным самообладанием — пылкий темперамент. Такая может зарезать мужчину, если он ее обманет. Господи, как бы я хотел изобличить ее ложь, показать ее такой, какова она на самом деле!

МЭЙХЬЮ. Извини, Уилфрид, но не позволяешь ли ты этому делу превратиться в поединок между тобой и ею?

СЭР УИЛФРИД. Ты думаешь? Да, возможно. Но она злая женщина, Джон. Я убежден в этом. И жизнь молодого человека зависит от исхода этого поединка.

МЭЙХЬЮ (задумчиво). Вряд ли она понравилась присяжным.

СЭР УИЛФРИД. Ты прав, Джон. Я тоже так думаю. Прежде всего, она иностранка, а они не доверяют иностранцам. Затем, она не замужем за ним — или, наоборот, в некотором роде может быть признана двоемужницей. Все это не вызывает одобрения. И наконец, она не осталась верной своему мужу, когда тот попал в беду. У нас этого не любят.

МЭЙХЬЮ. Ну что ж, все к лучшему.

СЭР УИЛФРИД. Да, но этого недостаточно. Тому, что он говорит, нет никакого подтверждения. Он признает, что был в тот вечер у мисс Френч, по всей комнате найдены отпечатки его пальцев, но мы не можем откопать ни одного человека, который видел его на пути домой, и тут же это проклятое завещание. История с туристическим бюро тоже мало помогает. Женщина делает завещание в его пользу, и он немедленно идет наводить справки о самых роскошных путешествиях. Хуже не придумаешь.

МЭЙХЬЮ. Согласен. И его объяснение едва ли было убедительно.

СЭР УИЛФРИД (внезапно оживившись). А знаешь, Джон, моя жена тоже это делает.

МЭЙХЬЮ. Что делает?

СЭР УИЛФРИД (снисходительно улыбаясь). Ходит в туристические бюро и составляет маршруты дорогих заграничных путешествий. Для нас обоих. (Ставит на стол коробку с табаком.)

МЭЙХЬЮ. Спасибо, Уилфрид. (Набивает трубку.)

СЭР УИЛФРИД. Она выясняет все подробности и сокрушается по поводу того, что пароход придет на Бермудские острова не точно по расписанию. Она говорит мне, что мы сможем выиграть время, если полетим на самолете, но тогда мы ничего не увидим, и спрашивает, что я по этому поводу думаю. А я говорю: «Мне все равно, дорогая. Делай так, как тебе больше нравится». Мы оба знаем, что это игра, и кончаем ее всегда одним и тем же — остаемся дома.

МЭЙХЬЮ. А у моей жены — дома.

СЭР УИЛФРИД. Дома?

МЭЙХЬЮ. Смотровые ордера. По-моему, в Англии нет дома, когда-либо назначавшегося к продаже, который бы моя жена не осматривала. Она прикидывает, как распределить комнаты и какие произвести переделки. Она даже обдумывает цвет занавесок, чехлов на мебель и общую цветовую гамму. (Поднимается, ставит коробку с табаком на камин и ищет спички.)

Они смотрят друг на друга, снисходительно улыбаясь.

СЭР УИЛФРИД. Гм… да… (Снова становясь королевским адвокатом.) Фантазии наших жен, к несчастью, не являются доказательством. Но они помогают понять, почему Воул мог заинтересоваться проспектами заграничных путешествий.

МЭЙХЬЮ. Пустые мечты.

СЭР УИЛФРИД (доставая спички из ящика стола). Вот спички, Джон.

МЭЙХЬЮ. Спасибо, Уилфрид.

СЭР УИЛФРИД. А с Джанет Маккензи нам, по-моему, определенно повезло.

МЭЙХЬЮ. Предвзятость?

СЭР УИЛФРИД. Да. Подчеркивание ее пристрастности.

МЭЙХЬЮ. Ты очень удачно указал на ее глухоту.

СЭР УИЛФРИД. Да, да, тут мы выиграли. Но она отыгралась на радиоприемнике.

Мэйхью видит, что коробка пуста, бросает ее в корзину и кладет трубку в карман.

Не куришь, Джон?

МЭЙХЬЮ. Попозже.

СЭР УИЛФРИД. Джон, что же на самом деле произошло в тот вечер? Может быть, это, в конце концов, был грабеж с применением насилия? Полиция должна признать такую возможность.

МЭЙХЬЮ. Но они так не думают, а они редко ошибаются. Этот инспектор совершенно убежден, что это было, так сказать, внутреннее дело и следы на окне были оставлены изнутри.

СЭР УИЛФРИД. Ну, может быть, инспектор и ошибается…

МЭЙХЬЮ. Не знаю.

СЭР УИЛФРИД. Но если так, кто же был тот человек, чей голос слышала Джанет Маккензи, когда он разговаривал с мисс Френч в девять тридцать. Мне кажется, тут могут быть два ответа.

МЭЙХЬЮ. Какие же?

СЭР УИЛФРИД. Первый — что она все это выдумала, когда увидела, что полиция не удовлетворена версией с ограблением.

МЭЙХЬЮ (пораженный). Она бы этого наверняка не стала делать.

СЭР УИЛФРИД. Хорошо, в таком случае что же она слышала? Только не смеши меня и не говори, что это грабитель беседовал с мисс Френч, прежде чем проломить ей голову!

МЭЙХЬЮ. Да, это, конечно, маловероятно.

СЭР УИЛФРИД. Мне кажется, что эта мрачная старуха не остановилась бы перед тем, чтобы выдумать такую вещь. Я даже думаю, что она вообще ни перед чем не остановилась бы. Да (многозначительно), вообще ни перед чем.

МЭЙХЬЮ (в ужасе). Боже мой! Неужели ты думаешь…

Входит Картер, закрывая за собой дверь.

КАРТЕР. Простите, сэр Уилфрид. Вас хочет видеть молодая женщина. Она говорит, что пришла по делу Леонарда Воула.

СЭР УИЛФРИД (на него эта новость не произвела впечатления). Не в себе?

КАРТЕР. Нет, сэр Уилфрид. Этих я сразу определяю.

СЭР УИЛФРИД. Что же это за женщина?

КАРТЕР. Довольно простая, сэр, и разговаривает весьма развязно.

СЭР УИЛФРИД. И чего она хочет?

КАРТЕР (с неудовольствием повторяя ее слова). Она говорит, что знает кой-чего, что, может статься, чуточку поможет обвиняемому.

СЭР УИЛФРИД (со вздохом). В высшей степени сомнительно. Приведите ее. Что ты скажешь, Джон?

МЭЙХЬЮ. Нельзя отказываться ни от одного шанса.

Картер вводит женщину. Ей лет тридцать пять, одета кричаще, но дешево. Светлые волосы закрывают одну сторону лица. Она сильно и грубо накрашена. Руки у нее подергиваются. Мэйхью встает.

КАРТЕР. Вот эта молодая особа. (Уходит.)

ЖЕНЩИНА (переводя острый взгляд с одного на другого). Эй, в чем дело? Вас тут двое? С двоими я не разговариваю. (Поворачивается, собираясь уходить.)

СЭР УИЛФРИД… Это мистер Мэйхью. Он представляет интересы Леонарда Воула. Я сэр Уилфрид Робертс, защитник.

ЖЕНЩИНА (всматриваясь в сэра Уилфрида). Ах, какой милашка. Не узнала без парика. В париках-то у вас у всех приличный вид.

Мэйхью идет через комнату, по дороге толкая сэра Уилфрида локтем.

Я что, помешала задушевной беседе, да? Ну, ничего. Может, я вам помогу, если вы меня хорошенько попросите.

СЭР УИЛФРИД. Видите ли, мисс… э-э…

ЖЕНЩИНА. Давайте без имен. Ведь если я вам скажу, оно же может быть не настоящее.

СЭР УИЛФРИД. Как вам угодно. Насколько я понимаю, вы считали своим долгом прийти и сообщить нам то, что вам, по-видимому, известно?

ЖЕНЩИНА. Да бросьте вы! Разве я говорила, что знаю что-нибудь? Я кое-что принесла. Вот это будет получше.

МЭЙХЬЮ. Что вы принесли, сударыня?

ЖЕНЩИНА. Я была сегодня в суде. Поглядела там, как эта… эта шлюха давала показания. Такая важная, стерва. И злющая, как ведьма. Потаскуха, вот она кто.

СЭР УИЛФРИД. Совершенно верно. Но что касается сведений, которыми вы располагаете…

ЖЕНЩИНА (хитро). Да-да, а что я за это получу? Это стоит дорого, что я принесла. Я хочу сто фунтов.

МЭЙХЬЮ. Мы, к сожалению, не можем поощрять сделки такого рода, но все же, если б вы рассказали нам немного больше о том, что вы предлагаете…

ЖЕНЩИНА. Не хотите покупать, пока не посмотрите?

СЭР УИЛФРИД. Вот именно.

ЖЕНЩИНА. Я принесла — все в полном порядке. (Открывает потрепанную сумочку.) Это письма, вот что это. Письма.

СЭР УИЛФРИД. Письма Ромэйн Воул к обвиняемому?

ЖЕНЩИНА (с грубым смехом). Обвиняемому? Ой, уморил! Бедняга обвиняемый, здорово она его обвела вокруг пальца. (Подмигивает.) Я принесла кое-что для продажи, милашка, не забудь.

МЭЙХЬЮ (вкрадчиво). Если бы вы разрешили нам взглянуть на эти письма, мы смогли бы вам сказать, насколько они относятся к делу.

ЖЕНЩИНА. Это на вашем языке так называется, да? Ну, я не собираюсь продавать кота в мешке. Но торговля есть торговля. Если письма вам подойдут, если они помогут освободить парня, а эту заграничную суку отправить куда следует, тогда я получаю сто фунтов. Идет?

МЭЙХЬЮ (доставая из бумажника десять фунтов). Если эти письма содержат информацию, которая может быть использована защитой, то, чтобы возместить ваши расходы по прибытию сюда, я готов предложить вам десять фунтов.

ЖЕНЩИНА (почти кричит). Десять вшивых фунтов за такие письма! Прочисти мозги!

СЭР УИЛФРИД (подходит к Мэйхью и берет у него бумажник). Если у вас имеется письмо, которое поможет доказать невиновность моего подзащитного, то, мне кажется, двадцать фунтов не будут чрезмерно большой суммой в возмещение ваших расходов. (Достает из бумажника еще десять фунтов, возвращает Мэйхью пустой бумажник и берет у него первую банкноту.)

ЖЕНЩИНА. Пятьдесят, и все дела. Если письма вам подходят.

СЭР УИЛФРИД. Двадцать фунтов. (Кладет деньги на стол.)

ЖЕНЩИНА (смотрит на него, облизывая губы; соблазн слишком велик для нее). Ладно, пропади ты пропадом. Вот, бери. Целая куча. Все дело в верхнем. (Кладет письма на стол и хочет взять деньги, но сэр Уилфрид ее опережает. Она забирает письма обратно.)

СЭР УИЛФРИД. Одну минуту. Это ее почерк?

ЖЕНЩИНА. Ее, ее, это она писала. Все честно.

СЭР УИЛФРИД. Но это только ваше слово.

МЭЙХЬЮ. Постойте. У меня есть письмо от миссис Воул — правда, не здесь, а в конторе.

СЭР УИЛФРИД. Хорошо, сударыня. Похоже, что мы должны будем вам поверить. (Отдает ей деньги, берет письма, разглаживает их и начинает читать.)

Женщина медленно считает деньги, потом смотрит на сэра Уилфрида и Мэйхью, поднимается, делает несколько шагов к двери и останавливается. Мужчины переговариваются.

(К Мэйхью.) Невероятно. Просто невероятно.

МЭЙХЬЮ (читая через его плечо). Какое хладнокровие, какая мстительность!

СЭР УИЛФРИД (направляясь к женщине). Как эти письма к вам попали?

ЖЕНЩИНА. Если я скажу, это будет уже не секрет.

СЭР УИЛФРИД. Что вы имеете против Ромэйн Воул?

Женщина идет к столу и дергает лампу на «гусиной шее» так, что она освещает ту сторону ее лица, которая до сих пор не была видна публике, одновременно откидывая свисающие на щеку волосы Вся щека ее изрезана и покрыта шрамами Сэр Уилфрид отшатывается.

ЖЕНЩИНА. Видал?

СЭР УИЛФРИД. Это она вам сделала?

ЖЕНЩИНА. Не она. Парень, с которым я гуляла. Я гуляла с ним с одним. Он был помоложе меня, но я ему нравилась и он мне тоже. Тут-то она и появилась. Он ей приглянулся, и она его увела у меня. Они стали встречаться тайком, и в один прекрасный день он смылся. Я знала, куда он отправился. Я пошла за ним следом и накрыла их Я, ей сказала, что я об ней думаю, и он на меня набросился. Он был в одной шайке, где все ходят с бритвами, и здорово разукрасил мне физиономию «Теперь, говорит, на тебя никто и не взглянет».

СЭР УИЛФРИД (потрясенный). Вы обратились в полицию?

ЖЕНЩИНА. В полицию? И не подумала. А потом, это же не он виноват. Это она, все она. Увела его, натравила на меня. Но я дожидалась своего часа. Я ходила за ней по пятам и выслеживала. Я знаю, какие делишки она тут замышляла. Я знаю, где живет тип, к которому она время от времени мотается потихоньку. Вот откуда у меня эти письма. Ну, теперь вы знаете всю мою историю, мистер. Хотите поцеловать меня? (Подходит к нему, откидывая с лица волосы.)

Сэр Уилфрид отшатывается.

ЖЕНЩИНА. Ну еще бы, что ж поделаешь!

СЭР УИЛФРИД. Я глубоко сожалею, глубоко сожалею. Добавим пятерку, Джон?

Мэйхью показывает пустой бумажник.

(Достает из кармана пять фунтов и идет к женщине.) Э-э… мы добавляем еще пять фунтов.

ЖЕНЩИНА (хватая деньги). Сначала обжулить хотели, а теперь сами прибавляете! (Надвигается на сэра Уилфрида.)

Тот пятится к Мэйхью.

Я же знала, что слишком с вами церемонюсь. Письма-то — неплохой товарец?

СЭР УИЛФРИД. Я думаю, они будут очень полезны. Джон, взгляни-ка на это.

Женщина быстро выскальзывает за дверь.

МЭЙХЬЮ. На всякий случай надо будет пригласить эксперта по почеркам и, если потребуется, вызвать его для дачи показаний.

СЭР УИЛФРИД. Нам понадобится фамилия и адрес этого человека.

МЭЙХЬЮ (поднимая голову). Эй, куда она девалась? Она не должна уходить, пока не сообщит нам остальные подробности.

Сэр Уилфрид выходит.

ГОЛОС СЭРА УИЛФРИДА. Картер! Картер!

ГОЛОС КАРТЕРА. Да, сэр Уилфрид?

ГОЛОС СЭРА УИЛФРИДА. Картер, куда девалась эта женщина?

ГОЛОС КАРТЕРА. Она сразу же ушла, сэр.

ГОЛОС СЭРА УИЛФРИДА. Вы не должны были выпускать ее. Пошлите за ней Грету.

ГОЛОС КАРТЕРА. Слушаюсь, сэр Уилфрид.

Сэр Уилфрид возвращается.

МЭЙХЬЮ. Она ушла?

СЭР УИЛФРИД. Да, я послал за ней Грету, но в таком тумане это безнадежно. Черт возьми! Мы должны узнать фамилию и адрес этого человека.

МЭЙХЬЮ. Ничего не выйдет. Она все отлично продумала. Своего имени не назвала и чуть только увидела, что мы занялись письмами, выскользнула, как угорь. Она не рискнет появиться на свидетельском месте. Ты видел, что он с ней сделал?

СЭР УИЛФРИД (без особой уверенности). Она была бы под защитой.

МЭЙХЬЮ. Ты думаешь? И долго ли? В конце концов он поймал бы ее или его приятели поймали бы. Она и так рисковала, придя сюда. Того человека она не хочет впутывать. Ей нужна Ромэйн Хейльгер.

СЭР УИЛФРИД. Ну что за прелесть эта Ромэйн!.. Наконец-то мы получили в руки что-то существенное. Теперь займемся делом…