Понадобилось минут двадцать, чтобы преодолеть первую милю от дома. «Дворники» оказались бессильны перед ливнем, и по Линкольн-туннелю я ехал чуть ли не вслепую. Я настроил радио и был вынужден прослушать три народные песни и десять коммерческих объявлений, прежде чем передали сообщение синоптиков. Ураган отступил обратно в Атлантику, заверил меня бодрый голос, так что беспокоиться мне не о чем. Сообщения о нанесенном уроне уже поступали с северной части Лонг-Айленда, но пока вроде бы ничего страшного не произошло. Скорость пошла на убыль, и ожидалось, что в пределах часа дождь несколько поутихнет. Я настроился на какую-то программу, где хор из детского сада, всех участников которого вдруг прихватило, но они твердо знают, что не могут побежать в уборную, пока не допоют песню, исполнял нечто вроде «Готов быть стукачом только с тобой».

Когда я добрался до Манхэттена, был ранний вечер, и дождь к тому времени перешел в обычный ливень. Как всегда в Нью-Йорке, таксисты при первых признаках дождя умотали по домам, и я, пока бежал четыре квартала от гаража до дома, промок до нитки.

— Ну, — самодовольно произнес сухой голос, как только я ввалился в квартиру, — да это же сам старина Король Нептун вышел из моря! Не уберет ли ваше величество краба, свисающего у вас из носа? Он как-то не вяжется со стрижкой «ежиком».

— Ты умница! — с горечью сказал я. — Ты вроде бы собиралась взять кое-какую одежду из своей квартиры?

— Я успела утром, еще до дождя, — радостно ответила Нина.

— Так почему же ты ее не носишь? — проворчал я.

— А зачем? — презрительно фыркнула она. — У тебя страшно нелогичный ум, Денни. Какой смысл сидеть и мять только что выглаженное платье, когда ты совершенно одна?

Она встала с кушетки, зевнула, подняла руки над головой и сладко потянулась. На мгновение мне показалось, что ее лифчик без бретелек сейчас соскочит, но он каким-то чудом все же удержался. У белых же, под цвет лифчика, трусиков вообще не было никакой проблемы — главным образом потому, решил я, что они просто нарисованы у нее на коже.

— Как насчет того, чтобы приготовить нам чего-нибудь выпить, пока я обсыхаю? — предложил я.

— О’кей. — Она перестала потягиваться и опустила руки. — Хороший выдался день?

— Шутишь? — горько сказал я и направился в ванную.

Быстро приняв душ, я оделся в спальне, не забыв, прежде чем накинуть пиджак, повесить кобуру под мышку. Револьвер тридцать восьмого калибра был в полном порядке, сунул его в кобуру и прошел в гостиную, прихватив с собой вульгарную булавку для галстука, которую вытащил из кармана мокрого пиджака.

Напитки стояли на маленьком столике перед кушеткой, а на самой кушетке — ни дать ни взять мечта любого холостяка — растянулась Нина Норт. В подобные минуты я частенько задумывался, а не бросить ли сыскную работу и не заняться ли чем-нибудь другим, скажем, сводничеством. С каким бы удовольствием провел этот вечерок со славной блондинкой, а дождь бы так и постукивал в окна. Но я не мог позволить себе подобной роскоши. Если бы я проводил все свое время, только развлекаясь с дамочками, я бы сроду не разгадал ни одной загадки.

— Денни, сладкий. — Нина похлопала по кушетке рядом со своим правым бедром. — Поди посиди и немного расслабься, у тебя такой удрученный вид.

Я последовал ее совету, а она нежно вздохнула и слегка потерлась своим красивым бедром о мое худое. Затем потянулась мимо меня, небрежно прижавшись правой грудью к моей руке, взяла стаканы и осторожно подала один в мою протянутую руку.

— Ах! — Она откинулась на диванные подушки и одарила меня любящей улыбкой. — До чего ж здорово! Ты и не представляешь, что бывало, когда Питер приходил домой. Вся эта игра! Да в моей квартире в Вилледже за вечер бывало больше драмы, чем можно увидеть на Бродвее за неделю!

Я вытащил булавку из кармана и протянул ей.

— Узнаешь?

Она внимательно ее изучила, как будто это была формула для достижения мгновенного успеха или нечто в этом роде, затем презрительно сморщила нос.

— Узнаю?! Что это за хреновина — дверная пружина от кукольного домика?

— Это булавка для галстука, — терпеливо объявил я. — Для прикалывания галстуков к сорочкам, чтобы они не развевались на ветру. Как сказал мне сегодня один человек, она вульгарна. Она также с монограммой.

Нина вгляделась повнимательней.

— И правда! Две буквы «П», так?

Я уже начинал себя чувствовать, как ведущий дневной телевикторины с раздачей призов за правильные ответы.

— Не перенапрягайся, милая, — съязвил я. — Отнесись к этому спокойно и немного подумай. Кого ты знаешь с инициалами «П. П.»?

— Питер? — Она, не веря, посмотрела на меня и хихикнула. — Ты шутишь, Денни? Да с такой штуковиной в галстуке ты бы не увидел Питера даже мертвого! Если бы он не мог себе позволить носить костюм от «Братьев Брукс», он бы предпочел ходить голым! — Она положила булавку на ладонь моей руки. — Она что, так важна?

— Да, важна, — раздраженно проскрипел я. — Видела в последнее время своих дружков-педиков?

Она озадаченно на меня посмотрела.

— Да давненько уж не видела, а что?

— Особенно меня интересуют двое — Родни Мартин и Дон Лечнер, — сказал я.

— Нет, не видела, — медленно ответила она. — Они тоже важны?

— Они старые друзья Чарли Ваноссы, — пробормотал я. — Я не уверен, что они так уж важны. Зато Питер Пелл важен, это уж точно. Хочешь сделать мне огромное одолжение?

Ее отвислая нижняя губа слегка задрожала.

— Ты имеешь в виду… до обеда? — невинным голосом маленькой девочки спросила она.

Я закрыл глаза, пока это чертово желание не перестало бить меня по голове.

— Не такого рода одолжение, золотко, — решительно сказал я. — Просто расскажи мне кое-что о Питере.

— Если смогу, — пообещала она.

— Помнишь тот вечер, когда я вошел в твою квартиру в поисках Питера, — вечер, когда там был Чарли Ваносса?

— Разве я его забуду? — Она в притворном ужасе закатила глаза. — В тот вечер я исполнила свой знаменитый номер со стойкой на голове!

— Ты сказала, что видела Питера утром, часов в одиннадцать, прежде чем ему отправиться на свидание со своим агентом для переговоров по этой большой телесделке?

— Верно. — Она кивнула.

— Значит, не отрицаешь?

— Ты думаешь, это была ложь, Денни? — холодно спросила она.

— Думаю.

— Я считаю, это ужасно — сомневаться в чьем-то слове, — холодно продолжала она. — А то, что ты оказался прав, нисколько тебя не оправдывает!

— Люблю кающуюся лгунишку, — проговорил я. — Сколько времени ты не видела Питера до того самого момента, как он появился в квартире вечером?

— Долго-долго! — Она потянула из стакана, затем задумчиво на меня посмотрела. — Больше недели, наверное.

— Кому принадлежала идея сказать мне, что ты видела его утром? Чарли?

— Ты такой умный, что тебе незачем задавать вопросы, — фыркнула она. — Ты кто, всезнайка, что ли?

— Чарли, должно быть, назвал тебе какую-то причину.

— Он сказал, это нужно, чтобы обезопасить Питера. Иначе, мол, Питер окажется замешанным в страшно грязном бракоразводном процессе, и его телесделке наверняка придет конец. Он также добавил, просто шутки ради, что в тот вечер Питер придет ко мне, а если я не солгу ради него, считал Чарли, он долго у меня не задержится.

— Я считаю, последнюю неделю Питер провел с Карен Ваноссой, — сказал я Нине. — А вчера вечером, когда ушел от тебя, он направился обратно к ней. Только не к ней домой, потому как утром там находился Чарли с двумя товарищами по играм. Ты не догадываешься, где бы они могли быть?

— Ты думаешь, — она чуть не плюнула этими словами в меня, — я бы опустилась так низко, что стала шпионить за ним?

— Как знать, — осторожно заметил я.

— Всего лишь раз. — Она снова хихикнула. — Я была страшно зла на него, потому что он обманул меня, когда мы должны были пойти на большую вечеринку. Он с шумом выскочил из квартиры и подозвал такси, ну, а я выбежала за ним, вскочила в другое такси и поехала следом. Он направился в один из этих низкопробных отелей на Таймс-сквер, ну а я велела своему водителю завернуть за угол, там я вылезла и вошла в вестибюль. Я сказала дежурному, что у них в тот вечер должен был поселиться один мой друг Пелл по фамилии, и спросила, не прибыл ли он уже. Пока дежурный проверял, я тоже заглядывала в журнал и узнала почерк Питера, он только что записался как мистер и миссис Норт из Филадельфии. Тут у меня вроде как пропал весь запал, я не могла придумать, что делать дальше, и я просто вернулась домой и весь вечер кляла Карен Ваноссу!

— Ты помнишь название отеля?

Она кивнула.

— Стереть его бессильно время! «Китай». Я даже повеселилась, придумывая всевозможные китайские муки для этой дамочки Ваноссы, если б только мне когда-нибудь повезло и я бы оказалась с ней где-нибудь один на один.

Я встал с кушетки, прошел к телефону, нашел номер в книге и набрал его.

— «Китай», — ответил мне скучный голос минуты две спустя.

— Я хотел бы поговорить с мистером Нортом, — вежливо попросил я.

— Комната пять-ноль-три, — сказала телефонистка. — Не вешайте трубочку, сейчас я вас соединю.

— Простите, — любезно ответил я. — Так долго ждать я не могу. На мою любимицу Читу только что наступил слон. — И положил трубку.

Когда я повернулся к кушетке, Нина смотрела на меня с мрачным выражением на лице.

— Я схожу с ума! — раздраженно набросилась она на меня. — Я отвечаю на все твои дурацкие вопросы, надеясь, что когда-нибудь они у тебя кончатся и мы сможем заняться более серьезными вещами. Теперь, когда я на все ответила, что же ты собираешься делать?

— Выйду ненадолго, — ответил я.

— Ну еще бы! — Она допила из стакана. — А я останусь здесь и напьюсь до отупения, Денни Бойд. Если не вернешься в пределах часа, не переживай — просто вызови «скорую помощь», пусть приедет и заберет меня.

— Я вернусь, — пообещал я. — Возможно, на это уйдет больше часу, но…

— Никак не вспомню, где же это я уже слышала, — проворчала она. — Ах, да ты слово в слово повторил Питера. А потом он возвращался через неделю и говорил, что где-то задержался.

— А что случилось с твоим подбитым глазом? — спросил я, неожиданно заметив, что синяка уже нет.

— Я провела всю вторую половину дня, закрашивая его, чтобы выглядеть красивой и желанной для тебя, — трагическим голосом сказала она. — А теперь ты пренебрегаешь мной! Отбрасываешь меня в сторону, как будто я пустая жестянка из-под пива! Предупреждаю тебя, Бойд, большего унижения женщина вынести не может!

— Не огорчайся, я постараюсь вернуться побыстрей. — Я направился к выходу. — Если хочешь попрактиковаться в стойке на голове, милости прошу, — щедро бросил я через плечо.

Я слышал, как о закрывшуюся за мной дверь разбился стакан.

На дворе была дождливая ночь, полная чудес поменьше. Портье уныло свистнул в свой свисток, и минут пять спустя буквально ниоткуда возникло такси. Я забрался в него и сидел, не шелохнувшись, боясь, что, если пошевельнусь, видение неожиданно исчезнет, и я окажусь сидящим в луже на Сентрэл-Парк-Уэст.

— Ты куда-нибудь едешь, дружок? — окрысился водитель. — Или просто зашел, чтобы спрятаться от дождя?

— Отель «Китай», — обронил я.

Отель он нашел быстро. Я дал ему на чай. Нина была права, заведение оказалось низкопробным. Возможно, они еще и не дошли до того, чтобы сдавать комнаты по часам, но, если судить по внешнему виду вестибюля, до этого было явно недалеко. Я сразу же прошел к лифту, который медленно поднял меня на пятый этаж. Комната 503 была в конце коридора. Я вежливо постучал в дверь и подождал.

— Кто там? — Я узнал осторожный голос Карен Ваноссы.

— Штатный детектив гостиницы, миссис Ваносса, — холодно ответил я. — Не будете ли вы и мистер Пелл любезны убраться отсюда к чертям? Мистер и миссис Норт хотят свою комнату обратно.

Секунд, наверное, через пять дверь открылась на целых три дюйма, и на меня в расщелину глянул черный глаз-бусинка.

— Вы?! — вроде как безнадежным тоном проговорила она и отворила дверь пошире.

Я прошел в комнату, притворил за собой дверь и прислонился к ней спиной. Все это напоминало какую-то часть из середины третьего акта старого надоевшего фарса в спальне. Карен стояла в расшитом белом пеньюаре, сложив руки под своими маленькими грудками, ее чувственный рот искривился в кислой гримасе. Актер сидел на кровати в одних шортах, он уставился на меня в ужасном удивлении, рот у него широко раскрылся.

— Черт! — я посмотрел на него и медленно покачал головой. — Чего ты так перепугался? Ведь вместо меня мог прийти ее муж!

— Ну что ж, Бойд, — злобно сказала Карен. — Итак, ты нашел нас. Могу спорить, Чарли щедро тебя отблагодарит — из Моих денег.

— На Чарли я уже не работаю. — Я посмотрел на нее с упреком. — Обманным путем ты уговорила меня работать на тебя, помнишь? Только твой чек так и не добрался до меня. Так что я снова оказался свободным и подыскал себе нового клиента.

— Кого?

— Миссис Фредрик Рэндолф, — небрежно ответил я. — Она наняла меня найти ее мужа, поскольку его нет уже целую неделю, если не больше. Вот почему я и пришел сюда. — Я дружески улыбнулся Питеру. — Что ты сделал с трупом?

— Что? — Голос у него напоминал жалкое карканье. — С каким еще трупом?

— С телом Фредрика Рэндолфа Третьего, — рявкнул я. — Одна Карен не могла бы с ним управиться. Вам пришлось вытащить его из домика на берегу и где-то запрятать, чтобы вы могли быть уверены, что отыщут его не скоро. Да и потом, были же пятна крови?

— Понятия не имею, о чем это вы толкуете, — пробормотал он. — Это нарушение приватности, Бойд, и я…

— Заткнись, Питер! — резко приказала Карен Ваносса. — Я хочу послушать. Расскажи нам еще, Бойд!

— Последние два дня Джейн Рэндолф живет в домике на берегу, — сказал я. — Она нашла булавку от галстука, которую кто-то уронил на кушетку, и решила, что это моя. — Я вытащил булавку из кармана и протянул Карен. — Она не моя, но обрати внимание на монограмму!

Карен посмотрела на нее немного, затем быстро прошла к сидевшему на кровати Питеру и сунула ее ему под нос.

— Твоя, Питер? — спросила она.

Он взглянул на булавку и издал короткий презрительный смешок.

— Ты с ума сошла? Меня бы даже мертвого не увидели с такой дешевкой!

— Кому пришла в голову идея, актер, чтобы ты сегодня пополудни позвонил Джейн Рэндолф и притворился ее мужем? — спросил я. — А потом тут же позвонил личному помощнику мистера Рэндолфа в «Глоубком» и выдал дикую историю о том, будто он был в Лондоне и собирал компромат на Фергюсона, готовясь к борьбе за власть на заседании правления?

Они оба уставились на меня пустыми глазами. Первой пришла в себя Карен.

— Что это ты такое городишь, Бойд? — скрипучим голосом спросила она.

— Ну что же. — Я пожал плечами. — Тогда начнем с самого начала. Чарли нанял меня найти тебя и сказать, что пора возвращаться домой. Он полагал, что ты находишься в пляжном домике неподалеку от Нортпорта с неким парнем по фамилии Пелл. Я нашел тебя на пляже, мы вернулись в дом, и ты сказала, что Пелл, должно быть, все еще где-то там, поскольку под навесом стоит его машина. Когда мы вошли в дом, ты исчезла, чтобы принять душ, и вдруг я услышал, что ты орешь как оглашенная, поскольку обнаружила труп на полу спальни для гостей. Минут, наверное, пятнадцать спустя ты выманила у меня чек, который мне выписал Чарли, порвала его и сказала, что теперь я работаю на тебя. Ты наняла меня найти убийцу Пелла и навела на квартиру Нины Норт в Вилледже. Когда я добрался туда, там меня уже поджидал Чарли: вышла ужасная ошибка, заверил он, ты была с каким-то борцом-профессионалом в Филадельфии и уже возвращаешься домой. И вдруг в квартире появляется явно живой Питер Пелл!

— У тебя, должно быть, галлюцинации, Бойд, — холодно сказала она. — Никакого трупа не было! И я сказала тебе, что Питер, вероятно, уже вернулся в город — машина, которую ты видел под навесом, была моя. Я смутно помню, что говорила тебе, если ты мне не веришь, ты можешь проверить в квартире Нины Норт, поскольку именно там рано или поздно объявится Питер. Я признаю, что звонила Чарли и выдала «липу» насчет того, будто ездила в Филадельфию с борцом или что-то в этом роде, но ведь это лишь потому, что я, по очевидным причинам, не хотела впутывать в это дело Питера.

— О’кей, — буркнул я. — Тогда почему же с тех пор ты не была дома? Почему у Чарли в доме сидит пара его дружков-педиков, причем одного из них он использует в качестве грубой силы?

— Ну вот, опять! — Она с сожалением покачала головой. — Новые галлюцинации!

Я посмотрел на Пелла.

— Почему мое послание о том, что Рэндолф, вероятно, мертв, так тебя перепугало, что ты снялся с насиженного места и спрятался здесь с Карен?

— Я просто пришел сюда, чтобы быть с Карен. — Он вдруг рассердился. — По очевидным причинам!

— Где ты был последнюю неделю? — спросил я.

— Большей частью со своим агентом, мы обсуждали возможный контракт на телевидении, хотя это совершенно тебя не касается, черт бы тебя побрал! — окрысился он.

Я вскинул брови.

— Ты что, и спишь со своим агентом?

— Не умничай, Бойд! — Он хотел было встать с кровати, затем передумал и снова сел. — Ночи я провожу в квартире Нины Норт.

— А мне она говорит совсем другое. — Я мерзко улыбнулся ему. — Хочешь, чтобы девушка обеспечила тебе алиби, дружок, не убегай от нее! По словам Нины, в тот вечер, когда мы с Чарли Ваноссой были у нее дома, ты там появился впервые более чем за неделю!

— Она лжет! — заплетающимся языком возразил он. — Она просто хочет доставить мне побольше неприятностей, вот и все.

— А что если Рэндолф мертв? — продолжал я, обращаясь к ним обоим. — С точки зрения мотива самую большую выгоду от его смерти получает Карен Ваносса. Капитал, который он выделил, чтобы обеспечить ее доходом, пока она остается замужем за Чарли, автоматически переходит к ней. А заполучив капитал, она может бросить Чарли. Деньги сами по себе уже вполне достаточный мотив, но прибавьте-ка сюда горяченькую связь с одним актером по имени Пелл, и мотив удваивается. Предположим, Рэндолфа убили в пляжном домике. В это время там находилась Карен Ваносса, свидетелем чему являюсь я. Я не мог бы доказать, что в это же время там находился и Пелл, однако эта булавка доказывает, что когда-то он там был! — Я снова одарил его паскудной ухмылкой. — Беда с мертвыми телами: у них мерзкая привычка возникать снова, как бы вы ни старались избавиться от них навсегда. Бросьте труп в море, и через какое-то время он снова приплывет к берегу. Закопайте его, и какой-нибудь непоседа, любящий совать нос в чужие дела, заметит, что потревожена земля, и начнет ковырять. Сожгите его, и все равно останутся определенные доказательства того, что там сожгли человеческое тело. И тот факт, что вы прячетесь в этом клоповнике, нисколько вам не поможет, когда труп-таки объявится.

Лицо у Пелла как-то посерело, он потянулся за сигаретой и прикурил ее дрожащей рукой.

— Не знаю уж, как меня угораздило оказаться замешанным в этом деле, — пробормотал он, — но убийства мне никто не пришьет!

— Заткнись! — резко приказала Карен. Секунды две ее мечущие громы и молнии глаза бороздили мое лицо напряженным взглядом. — Что тебе нужно, Бойд?

— Правду, — ответил я. — Я не люблю, когда меня обманывают. Это сделал Чарли, потом это сделала ты, а сейчас, я полагаю, это пытается сделать и Джейн Рэндолф. Предпочитаешь придерживаться своей версии о том, будто у меня галлюцинации — ну что ж, это меня вполне устраивает, поскольку в таком случае я убежден, что Рэндолфа убила ты вместе со своим дружком-актером. В таком случае я пойду поищу его тело и не остановлюсь, пока не найду!

— Я не знаю! — В глазах у нее появилась неуверенность. — Откуда мне знать, что я могу доверять тебе, Бойд?

— Ты этого не знаешь, — проскрипел я. — Но в данный момент у тебя просто нет выбора.

— Расскажи ему, — чуть ли не закричал на нее Пелл. — Мне противно признавать это, но он прав. Тело Рэндолфа не может исчезнуть навсегда! И для нас будет слишком поздно, когда его-таки обнаружат!

— Ну что ж. — Плечи у нее слегка поникли. — Джейн Рэндолф наверняка рассказала тебе все обо мне и Фредрике? О браке с Чарли Ваноссой, на который она вынудила меня пойти, направив на меня двустволку, причем оба ствола были заряжены деньгами?

Я кивнул.

— Она все мне рассказала.

— Я не видела Фредрика три года, с тех самых пор, как все это произошло, — заговорила она тихим голосом. — И вдруг дней десять назад он позвонил мне и сказал, что ему срочно надо меня видеть. В тот же вечер мы встретились с ним в одном баре: он постарел лет на десять и казался страшно уставшим. Он рассказал мне о схватке внутри корпорации с неким Фергюсоном и признался, что скорее всего не доживет до этого решающего заседания членов правления, если только как следует не передохнет. Опуская пустые разговоры, скажу лишь, что он задумал исчезнуть на недельку, прихватив меня с собой. В знак признательности заявил он, он переведет этот капитал на меня, чтобы я уже не была привязана к Чарли Ваноссе, а могла делать, что захочу. Я спросила, а как же отнесется к этому его жена, а он послал ее к черту. Уж слишком ей нравится быть миссис Президент Корпорации, и она не станет всем рисковать из-за развода. Ну, я, естественно, согласилась, и в тот же уик-энд мы умотали в его домик на пляже около Норт-порта.

— Ты никому не говорила, куда отправляешься?

Она коротко засмеялась.

— Ты шутишь? В случае, если все деньги станут моими, Чарли ждал сюрприз, я могла послать его ко всем чертям.

— А Рэндолф? — допытывался я дальше. — Он кому-нибудь говорил?

— Сказал кому-то у себя на службе, поскольку пополудни в понедельник ему позвонили, и он, казалось, очень возбудился. На следующее утро я, как обычно, собралась на пляж загорать, но Фредрик сказал, что присоединится ко мне попозже, так как ожидает еще одного очень важного звонка. Он даже добавил, что, возможно, появится повод кое-что отметить, и он, когда придет, прихватит с собой выпить.

— А вместо него заявился я.

Она кивнула.

— Ты до смерти меня напугал, Бойд! Я решила, что ты человек, которого, наверное, наняла Джейн Рэндолф, а она действительно добивалась развода.

— Поэтому, когда я упомянул фамилию Пелла и сказал, что меня нанял Чарли, чтобы найти тебя, — прервал ее я, — ты мне поверила?

Она снова кивнула.

— Совершенно верно. Я не совсем была уверена, что ты и вправду работаешь на Чарли. Но подумала, что ты скорее всего не знаешь внешне ни Фредрика, ни Питера, так что мы можем продолжать дурачить тебя. Затем, когда мы поднялись к дому и я увидела, что машины Фредрика нет — под навесом стояла моя машина, — я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Вот я и сочинила просто за здорово живешь небылицу о том, будто Питер ошивается где-то там, что дало мне возможность поговорить с тобой и убедиться прежде всего, действительно ли тебя нанял Чарли. Затем… — голос у нее на мгновение задрожал, — как только я вышла из-под душа, я обнаружила тело Фредрика на полу в спальне и невольно закричала, а ты пришел и все увидел.

Когда ко мне снова вернулась способность думать, в одном я была твердо уверена: если ты сообщишь полиции, что нашел меня на пляже, а затем нашел тело Фредрика в доме, ловить мне, что называется, нечего. Как ты только что сам заявил, они бы решили, что у меня уйма мотивов желать его смерти, и никто бы не поверил, что я невиновна. Поэтому я умудрилась порвать чек, который выписал тебе Чарли, и нанять тебя работать на меня, чтобы узнать, кто убил якобы Питера. Так я добилась, чтобы ты не позвонил в полицию и убрался из дома.

— Эта часть истории мне известна! — недовольно проворчал я. — Что произошло потом?

— Я позвонила Чарли, — быстро сказала она. — Теперь, когда Фредрик был мертв, я знала, что Чарли — единственный человек, который голову даст на отсечение, только бы помочь мне.

— Поскольку, если бы тебя осудили за убийство Рэндолфа, ты бы уже не получала прибыли от своего состояния. И Чарли бы оказался на улице, — согласился я. — Как он реагировал на эту новость?

— Он сказал, что насчет Пелла он тебе все объяснит. Он велел мне спрятаться и не появляться несколько дней, только где-нибудь поблизости, чтобы, если что-нибудь пойдет не так, он мог быстро со мной связаться. Я сказала ему, что приеду сюда, и он попросил меня созвониться с Питером и сообщить, что я была с Фредриком. «Об убийстве ему само собой ничего не рассказывай, — посоветовал Чарли. — Просто скажи, что предупреждаешь его на всякий случай, чтобы, если вдруг встретится с Бойдом, мог от всего откреститься». Ну, я так и сделала, сказала Питеру, где я, и пригласила его, если ему вдруг станет одиноко…

— Потому-то, — спросил я Пелла, — когда Нина передала тебе мое послание о том, что Рэндолф мертв, ты, как на пожар, понесся сюда, чтобы узнать у Карен, что все это значит?

Он кивнул с несчастным видом.

— Меня — совершенно невинного человека — втягивают в дело об убийстве как раз когда я нахожусь накануне нового пика в своей карьере!

— Мне это смешно, — съязвил я. — Так как насчет этой булавки для галстука?

— Я же сказал, что она не моя, — завопил он. — Сроду эту хреновину не видел.

— Как сроду не звонил пополудни в домик на пляже, выдавая себя за Рэндолфа?

— Ты, должно быть, спятил со своего крошечного китайского умишки! — простонал он. — Разумеется, не звонил!

— Ну? — спросила Карен. — Теперь, когда ты услышал всю правду, Бойд, что же ты собираешься предпринять?

— Проблема нелегкая, — медленно ответил я. — Но, если вы мне поможете, я, возможно, найду тело жертвы, а заодно и его убийцу.

— Поможем?! — Она подозрительно на меня посмотрела. — Делая что?

— Что тебе скажут, — отрезал я. — Для начала оденься.

— А что потом?

— Не все сразу, — сказал я.

Я выудил из бумажника карточку Джейн Рэндолф с ее манхэттенским адресом и номер телефона, которую она мне дала, и прошел к аппарату. Оператор отеля соединил меня, и через несколько секунд мне ответил голос, похожий на мужской.

— Будьте добры, можно мне поговорить с мисс Рэндолф? — спросил я.

— Сожалею, сэр, но миссис Рэндолф уехала с полчаса назад.

— Могу я связаться с ней попозже? — предположил я.

— Не думаю, сэр. — В голосе звучало сомнение. — Насколько мне известно, она собиралась поужинать в городе, а затем отправиться в пляжный домик и провести ночь там.

— Очень жаль, — посетовал я. — Я позвоню завтра утром. — И повесил трубку, прежде чем он успел спросить мое имя.

Когда я повернулся, Карен Ваносса уже надела лифчик и розовые трусики.

— Ты уже достаточно одета, чтобы звонить по телефону, — сказал я ей. — Позвони-ка Чарли, а?

— Чарли? — Она заморгала, глядя на меня. — И что же я ему скажу?

— Скажи, что сыщик каким-то образом узнал, где ты зарылась, и только что ушел от тебя. Скажи, будто теперь, когда он уверен, что Рэндолфа убили, также уверен, что знает, где именно искать его тело. И первым делом утром пойдет и найдет его.

Глаза у нее широко раскрылись.

— И это все?

— Все, — подтвердил я. — Но постарайся говорить поубедительней.

Она позвонила и постаралась говорить поубедительней. Потом положила трубку и посмотрела на меня.

— Нормально вышло?

Я кивнул.

— Просто замечательно. Что сказал Чарли?

— Да почти ничего. Он выслушал меня, а потом сказал, что мне нужно убраться отсюда к чертям собачьим и зарыться где-нибудь в другом месте, где бы ты не смог отыскать меня снова.

— Ну и Чарли, — произнес я, — ну и мыслитель!

— Это все, что я должна сделать? — спросила Карен.

— Нет, теперь полностью оденься, потому что мы идем с визитами, — сказал я. — После того где-нибудь пообедаем.

— Эй! — Пелл вдруг снова ожил. — А как же я?

— Рад, что ты мне о себе напомнил. — Я одарил его лучезарной улыбкой. — После того как мы уйдем, можешь позвонить ко мне на квартиру и сказать Нине, что я вернусь поздно, но что я действительно хочу, чтобы она дождалась меня. Хорошо?

Рот у него два раза открылся и закрылся, но никаких слов так и не последовало. Карен разгладила сорочку на бедрах и насмешливо к нему обратилась:

— Ну, как тебе нравится участвовать в этом шумном представлении, Пити-бой? Я хочу сказать, теперь, когда ты находишься в гуще основных событий?