– Ну, вы и ПОПАЛИ, – заявила Кларисса.

Мы только что прошли с экскурсией (о которой совершенно не просили) по всему кораблю, по темным помещениям, переполненным мертвыми моряками. Нам показали склад угля, котельную и моторное отделение, где все пыхтело и скрипело, словно вот-вот рванет. Мы осмотрели и рулевую рубку, и пороховой склад, и орудийную палубу (любимое место Клариссы) с двумя гладкоствольными пушками Далгрина у левого и правого бортов и девятидюймовыми нарезными орудиями Брука на носу и на корме, специально переделанными, чтобы стрелять пушечными ядрами из небесной бронзы.

И повсюду, где мы проходили, на нас смотрели мертвые матросы-конфедераты, поворачивая нам вслед свои поблескивающие бородатые лица, сквозь которые виднелись кости. К Аннабет они отнеслись с одобрением, услышав, что она родом из Вирджинии. Я их тоже заинтересовал из-за своей фамилии «Джексон» (как генерал армии южан), но потом я все испортил, обмолвившись, что я из Нью-Йорка. Они все как один зашипели, бормоча проклятия в адрес проклятых янки.

Тайсона они напугали до полусмерти. Он то и дело просил Аннабет взять его за руку, и она была от этого не в восторге.

Наконец нас препроводили на ужин. Капитанская каюта на «Бирмингеме» оказалась размером примерно со стенной шкаф, но все равно побольше, чем все остальные каюты на борту. На покрытом белой льняной скатертью столе расставили фарфоровую посуду. Скелеты из членов экипажа подали арахисовое масло и бутерброды с фруктовым желе, картофельные чипсы и бутылки «Доктора Пеппера». Мне не хотелось есть пищу, которую принесли призраки, но голод пересилил страх.

– Тантал исключил вас на веки вечные, – самодовольно заявила Кларисса. – Мистер Д. сказал, что, если кто из вас только посмеет показаться в лагере, он превратит вас в белок и передавит своим внедорожником.

– Это они тебе выдали этот корабль? – поинтересовался я.

– Конечно, нет. Это мой отец.

– Арес?

Кларисса презрительно усмехнулась:

– Думаешь, только твой папочка повелевает морями? После каждой войны ду€хи умерших с проигравшей стороны должны платить дань Аресу. Это их проклятье за то, что они потерпели поражение. Я попросила у отца морской транспорт, и вот он. Эти ребята сделают все, что я им прикажу. Правда, капитан?

Капитан стоял у нее за спиной, вид у него был высокомерный и сердитый. Его горящие зеленым глаза сверлили меня голодным взглядом.

– Если это означает конец этой дьявольской войны, мэм… долгожданный мир… мы сделаем все, что угодно… уничтожим кого угодно…

Кларисса улыбнулась:

– Уничтожат кого угодно. Мне это нравится.

Тайсон сглотнул.

– Кларисса, – сказала Аннабет, – возможно, Лука тоже охотится за руном. Мы его видели. Ему известны координаты, и он направляется на север. В его распоряжении круизный лайнер, битком набитый чудовищами…

– Прекрасно! Я разнесу его корабль на куски и потоплю.

– Ты не понимаешь, – покачала головой Аннабет. – Нам нужно объединить усилия. Позволь нам помочь тебе…

– Нет! – Кларисса стукнула кулаком по столу. – На поиски отправили меня, ты, воображала! В конце концов, я должна стать героем, и вы двое не украдете мой шанс.

– Где твои товарищи по домику? – спросил я. – Тебе позволили взять с собой двух друзей, разве не так?

– Они не… я позволила им остаться. Чтобы защищать лагерь.

– Ты хочешь сказать, что даже твои собственные сводные братья и сестры тебе не помогают?

– Заткнись, Перси! Я в них не нуждаюсь! И в тебе тоже!

– Кларисса. – Я попытался зайти с другой стороны. – Тантал тебя просто использует. Ему наплевать на лагерь. Он спит и видит, как бы его уничтожить. Он послал тебя на поиски, чтобы ты потерпела неудачу.

– Нет! Мне все равно, что там Оракул нагово…

Она резко оборвала конец фразы.

– Что? – переспросил я. – Что сказал тебе Оракул?

– Ничего. – У Клариссы покраснели уши. – Я закончу эти поиски и без вашей помощи, вот все, что вам надо знать. С другой стороны, и отпустить вас я не могу…

– Значит, мы в плену? – нахмурилась Аннабет.

– В гостях… на какое-то время. – Кларисса закинула ногу на белую льняную скатерть и открыла еще одну бутылку «Доктора Пеппера». – Капитан, проводите их вниз. Предоставьте гамаки на жилой палубе. А если будут плохо себя вести, то покажите им, как мы поступаем с вражескими шпионами.

* * *

Как только я заснул, мне привиделся сон.

Гроувер сидел за своим ткацким станком и лихорадочно распускал свой свадебный шлейф, как вдруг валун, закрывающий выход, откатился в сторону и циклоп взревел:

– Ага!

Гроувер взвизгнул:

– Дорогой! Я не… ты так тихо подкрался!

– Распускаешь! – загремел Полифем. – Так вот в чем дело!

– О нет. Я… я не…

– Пошли! – Полифем сгреб Гроувера поперек туловища и наполовину понес, наполовину поволок по пещерному туннелю. Гроувер изо всех сил пытался не потерять туфли на высоких каблуках, скрывавшие его копыта. Вуаль на его голове сбилась, грозя слететь совсем.

Циклоп втолкнул его в пещеру размером со склад, полный всевозможных предметов, так или иначе связанных с овцами. Тут стояли покрытые овечьими шкурами массажное кресло и телевизор, грубо сколоченные книжные полки, забитые вещицами из «овечьей» коллекции: кофейные кружки в форме овечьих морд, гипсовые фигурки овечек, настольные игры и книги, посвященные овцам, фигурки персонажей комиксов и мультфильмов. Пол покрывал ковер из овечьих костей, а также костей, не походивших на овечьи – они принадлежали сатирам, которые попали на остров в поисках Пана.

Полифем поставил Гроувера на землю, чтобы отвалить еще один валун. В пещеру проник дневной свет, и Гроувер заскулил от тоски. Свежий воздух!

Циклоп вытащил его наружу, на вершину холма, с которого открывался вид на самый прекрасный остров из всех, что я когда-либо видел.

Он имел форму седла, которое разрубили надвое топором. С двух сторон покрытые сочной зеленью холмы, а в середине – широкая долина с пролегающей по центру глубокой расщелиной. Через пропасть был переброшен веревочный мост. Прекрасные реки катили свои волны к краям каньона и срывались вниз, образуя радужные водопады. Среди деревьев порхали попугаи. На кустах распускались розовые и сиреневые цветы. Сотни овец паслись на лугах, их шерсть странно поблескивала, точно медные и серебряные монетки.

А в центре острова, прямо у веревочного моста, рос огромный узловатый дуб, между его нижних сучьев что-то блестело.

Золотое руно.

Даже во сне я чувствовал его мощную ауру, окутывающую остров, от которой трава становилась зеленее, цветы прекраснее. Я почти чувствовал запах магии в действии. Могу только представить, насколько сильным этот аромат был для сатиров.

Гроувер захныкал.

– Да, – гордо сказал Полифем. – Видишь, вон там? Руно, жемчужина моей коллекции. Давным-давно украл его у героев, и с тех пор – всегда бесплатная еда! Сатиры слетаются со всего света, как мотыльки на огонь. Сатиры – хорошая еда! А сейчас…

Полифем вытащил зловещего вида бронзовые ножницы для стрижки овец.

Гроувер взвизгнул, но Полифем лишь ухватил ближайшую к нему овцу и состриг с нее шерсть. Он протянул Гроуверу пушистую охапку.

– Спряди из нее нитки! – гордо велел он. – Волшебные. Их нельзя распустить.

– Ох… что ж…

– Бедная Мулипусечка! – осклабился Полифем. – Плохая ткачиха. Ха-ха! Но волноваться не о чем. Эти нитки решат проблему. Ты закончишь свадебный шлейф к завтрашнему утру!

– Как это… предусмотрительно с твоей стороны!

– Хе-хе.

– Но… но, дорогой, – Гроувер проглотил слюну, – что, если кто-то попытается спасти… то есть напасть на этот остров? – Гроувер посмотрел прямо на меня, и я понял, что он завел этот разговор специально, чтобы помочь мне. – Что, если они заявятся прямо в твою пещеру?

– Женушка напугана! Как это мило! Не о чем волноваться. У Полифема есть крутая система безопасности. Им придется иметь дело с моими зверушками

– Зверушками?

Гроувер оглядел остров, но не увидел ничего, кроме овец, мирно бродивших по лугам.

– А потом, – прорычал Полифем, – им пришлось бы иметь дело со мной!

Он ударил кулаком по ближайшему камню, тот треснул и раскололся надвое.

– А теперь идем! – прокричал он. – Обратно в пещеру.

Гроувер выглядел так, будто сейчас заплачет – свобода была так близка и одновременно так далека. У него в глазах стояли слезы, когда валун закрыл вход в пещеру, замуровывая его в вонючей, освещенной факелами берлоге циклопа.

* * *

Я проснулся от звука колокола: на корабле били тревогу.

Голос капитана проскрипел:

– Все на палубу! Найти леди Клариссу! Где эта девчонка?

Его призрачное лицо возникло прямо надо мной.

– Встать, янки. Твои друзья уже наверху. Мы приближаемся к входу.

– Входу куда?

Он оскалил череп в жуткой улыбке:

– В море Чудовищ, разумеется.

* * *

Я запихал немногочисленные вещи, уцелевшие после нападения гидры, в матросский вещмешок и закинул его на плечо. У меня имелось подозрение (отчасти продиктованное страхом), что мне больше не придется ночевать на борту «Бирмингема».

Я уже поднимался наверх, как вдруг меня точно окатили ледяной водой. Рядом ощущалось чье-то присутствие – нечто знакомое и неприятное. Без всякой видимой причины мне захотелось с кем-нибудь подраться. Захотелось пнуть одного из мертвых солдат-конфедератов. В последний раз я испытывал такую сильную злость, когда…

Вместо того чтобы идти наверх, я подкрался к вентиляционной решетке и стал вглядываться в темноту котельной.

Внизу, прямо подо мной, стояла Кларисса и разговаривала с поблескивающим изображением, парившим в клубах пара от котлов. Ее собеседником был мускулистый мужчина, затянутый в черную кожу на манер байкера, постриженный по-военному коротко, в солнцезащитных очках с красными стеклами и ножом у пояса.

У меня непроизвольно сжались кулаки. Мой самый нелюбимый олимпиец. Арес – бог войны.

– Меня не интересуют твои оправдания, девчонка! – рычал он.

– Д-да, отец, – пробормотала Кларисса.

– Ты же не хочешь увидеть, как страшен я в гневе?

– Нет, отец.

– Нет, отец, – передразнил Арес. – Ты просто дура. Мне следовало доверить эти поиски одному из моих сыновей.

– У меня все получится! – пообещала Кларисса дрожащим голосом. – Ты будешь мною гордиться.

– Уж постарайся, – пригрозил бог. – Ты выпросила у меня этот корабль, девочка. Если ты позволишь этому мешку с дерьмом, этому сопляку Джексону украсть его у тебя…

– Но Оракул сказал…

– МНЕ НАПЛЕВАТЬ, ЧТО ТАМ СКАЗАЛ ОРАКУЛ! – взревел Арес, так что его изображение пошло рябью. – Ты преуспеешь. А если нет…

Он поднял вверх кулак. И, хотя он был всего лишь сотканной из тумана картинкой, Кларисса вздрогнула.

– Мы поняли друг друга? – прорычал Арес.

Снова прозвонил тревожный колокол. Я услышал приближающиеся голоса: офицеры выкрикивали приказы готовить пушки к бою.

Я отполз от вентиляционной решетки и двинулся наверх, на спардек[14], чтобы присоединиться к Аннабет и Тайсону.

* * *

– Что случилось? – спросила Аннабет, увидев выражение моего лица. – Плохой сон?

Я кивнул, но ничего не сказал. Я не знал, что и думать о том, свидетелем чего я только что стал. Увиденное внизу грызло меня не меньше, чем сон про Гроувера.

Кларисса поднялась наверх сразу после меня. Я старался на нее не смотреть.

Она выхватила у офицера-зомби бинокль и стала изучать горизонт.

– Наконец-то. Капитан, полный вперед!

Я проследил за ее взглядом, но ничего особого не заметил. Затянутое облаками небо. Туманная дымка, воздух влажный, точно пар от утюга. Даже если я сильно прищуривался, то мог различить только пару каких-то темных смазанных пятен на горизонте.

Мое навигационное чутье мне подсказывало, что мы недалеко от побережья Северной Флориды, так что за ночь мы, наверное, покрыли приличное расстояние – ни один обычный корабль смертных не мог передвигаться с такой скоростью.

Двигатель загудел: мы набирали скорость.

Тайсон нервно пробормотал:

– Слишком большое давление на поршни. Не рассчитаны на глубокую воду.

Не знаю, откуда он это узнал, но я занервничал.

Через несколько минут темные пятна перед нами обрели ясные очертания. К северу из моря вырастали огромные скалы – остров, покрытый утесами высотой не менее ста футов. К югу от скал на расстоянии примерно с полмили бушевал шторм. Небо и море сливались в единую ревущую массу.

– Ураган? – спросила Аннабет.

– Нет, – ответила Кларисса. – Харибда.

Аннабет побледнела:

– Ты с ума сошла?

– Это единственный путь в море Чудовищ. Точно между Харибдой и ее сестрой Сциллой. – Кларисса указала на вершины утесов, и у меня возникло стойкое ощущение, что там обитает что-то такое, с чем мне совершенно не хочется встречаться.

Я порылся в памяти, пытаясь вспомнить миф. И спросил:

– Что значит «единственный путь»? Море же огромно. Почему бы просто не обогнуть их?

Кларисса закатила глаза.

– Ты что, ничего не знаешь? Если попытаться их обогнуть, они просто снова появятся перед нами. Если хочешь попасть в море Чудовищ, придется проплыть между ними.

– А что насчет Сталкивающихся скал? – спросила Аннабет. – Там есть еще один проход. Им воспользовался Ясон.

– Я не могу разнести скалы из пушек, – возразила Кларисса. – А вот монстров…

– Ты все-таки сумасшедшая, – вынесла вердикт Аннабет.

– Учись, пока я жива, воображала. – Кларисса повернулась к капитану. – Курс на Харибду!

– Есть, моя госпожа.

Двигатель застонал, металлическая обшивка загрохотала, и корабль начал набирать скорость.

– Кларисса, – заметил я. – Харибда всасывает море. Разве об это не говорится в легенде?

– И выплевывает его обратно, ага.

– А Сцилла?

– Она живет в пещере на вершине этих утесов. Если мы подойдем слишком близко, ее змеиные головы вытянутся наружу и начнут хватать матросов с корабля.

– Тогда выбирай Сциллу, – посоветовал я. – Все спустятся под палубу, и мы проскочим.

– Нет! – настаивала Кларисса. – Если Сцилла не получит легкой добычи, то может утащить целый корабль. Кроме того, она слишком высоко, чтобы стрелять в нее. Мои пушки не могут стрелять вертикально вверх. Харибда просто сидит в центре своего водоворота. Мы подойдем к ней на полном ходу, наведем на нее орудия, разнесем в клочья и отправим прямо в Тартар!

Она произнесла это с таким смаком, что мне почти захотелось ей поверить.

Двигатель зажужжал. Котлы так раскалились, что палуба у меня под ногами нагрелась. Из труб валил дым. Красный флаг Ареса плескался на ветру.

Чем ближе мы подходили к монстрам, тем громче становился звук, который издавала Харибда: жуткий рев, как будто в самом большом туалете галактики спустили воду. Всякий раз, как Харибда делала вдох, корабль трясся и кренился вперед. Когда выдыхала – корабль подбрасывало вверх и накрывало десятифутовыми волнами.

Я пытался засечь частоту этих вдохов-выдохов. Согласно моим наблюдениям, у Харибды уходило около трех минут на то, чтобы всосать в себя море и разрушить все, что находилось в океане в радиусе полумили от нее. Чтобы от нее уклониться, нужно было пройти мимо утесов Сциллы. И по сравнению с этим монстром скалы казались мне наилучшим выбором.

На спардеке неупокоенные моряки спокойно рассуждали о своих делах. Наверное, раз они однажды оказались на стороне проигравших, их ничто не волновало. Или, может, их не страшила угроза быть уничтоженными, потому что они и так уже покойники. Ни то, ни другое меня не успокоило.

Аннабет стояла рядом со мной, вцепившись в поручни.

– Твой термос с ветрами уцелел?

Я кивнул.

– Но использовать его, когда под боком такой водоворот, слишком опасно. Если добавить сюда еще ветров, все может обернуться только хуже.

– А если попытаться управлять водой? – не сдавалась Аннабет. – Ты же сын Посейдона. Ты уже делал это прежде.

Она была права. Я закрыл глаза и попытался успокоить море, но у меня не получалось сосредоточиться. Харибда слишком сильно шумела и оказалась очень могущественной. Волны не желали мне поддаваться.

– Я… я не могу, – пристыженно сознался я.

– Нам нужен запасной план, – заявила Аннабет. – Тот, что есть сейчас, не сработает.

– Аннабет права, – вмешался Тайсон. – Двигателям плохо.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась девочка.

– Давление. Нужно починить поршни.

Не успел он толком объяснить, космический туалет захлебнулся мощным «РОАААР!». Корабль накренился вперед, и меня швырнуло на палубу. Нас затянуло в водоворот.

– Полный назад! – перекрикивая шум, пронзительно завопила Кларисса. Море вокруг нас пенилось, волны с грохотом разбивались о палубу. Металлические пластины обшивки теперь так раскалились, что от них шел пар. – Подойти на расстояние выстрела! Подготовить орудия по правому борту!

Мертвые конфедераты заметались туда-сюда. Гребной винт замедлял обороты, пытаясь погасить скорость корабля, но мы продолжали нестись к центру воронки.

Капитан-зомби вдруг сорвался с места и подбежал к Клариссе. Его серая форма дымилась. Борода загорелась.

– Котельная перегрелась, мэм! И вот-вот взорвется!

– Так спустись вниз и отрегулируй там что-нибудь!

– Не могу! – прокричал моряк. – Мы испаряемся от жара!

Кларисса с размаху впечатала кулак в стену каземата.

– Мне всего лишь нужно несколько минут! Только чтобы прицелиться!

– Мы приближаемся слишком быстро, – мрачно заявил капитан. – Приготовьтесь к смерти.

– Нет! – заорал Тайсон. – Я могу починить.

Кларисса недоверчиво уставилась на него.

– Ты?

– Он же циклоп, – пояснила Аннабет. – Он устойчив к огню. И разбирается в механике.

– Иди! – приказала Кларисса.

– Тайсон, нет! – Я схватил его за руку. – Это слишком опасно!

Он похлопал меня по плечу.

– Единственный путь, брат, – на его физиономии застыла решимость, даже уверенность в себе. Я еще никогда не видел у него такого выражения лица. – Я починю. И сразу вернусь.

Я смотрел, как он вслед за тлеющим матросом спускается в люк, и чувствовал себя ужасно. Хотелось бежать следом за ним, но корабль опять накренился, и я увидел Харибду.

Она находилась всего в каких-то нескольких сотнях футов от нас за водоворотом тумана, дыма и воды. Сначала я заметил скалу, черный коралловый риф, с прилепившимся на вершине фиговым деревом – удивительно мирная картина по сравнению с творящимся вокруг хаосом. Вокруг него вертелась водяная воронка, как свет вокруг черной дыры. Затем я увидел нечто ужасное: у самой кромки воды риф переходил в огромную пасть со склизкими губами и мшистыми зубами, каждый размером с гребную шлюпку. И хуже того… зубы были облеплены своеобразными «скобками»: проржавевшими металлическими обломками, кусками рыбы, дерева и мусора.

Харибда была настоящим кошмаром ортодонта. Она состояла из одной гигантской черной утробы с жутко запущенными зубами и неправильным прикусом, к тому же на протяжении столетий она ни разу не почистила зубы после еды, а ела она постоянно. У меня на глазах она засасывала в пустоту море и все, что находилось в нем: акул, косяки рыб, гигантского кальмара. И я понял, что через несколько секунд туда же отправится и «Бирмингем».

– Леди Кларисса! – прокричал капитан. – Орудия по правому борту и на носу готовы!

– Огонь! – приказала Кларисса.

Три заряда поразили брюхо чудовища. Один снес часть гигантского зуба. Другой исчез в бездонной глотке. Третий ударил в «зубные скобки» Харибды и срикошетил обратно, сбив с шеста флаг Ареса.

– Еще раз! – приказала Кларисса. Канониры перезарядили пушки, но я знал, что это бесполезно. Чтобы причинить чудовищу серьезный вред, придется сделать еще сотню-другую залпов, а времени у нас не оставалось. Нас слишком быстро затягивало в бездну.

И тут палуба перестала конвульсивно вибрировать. Двигатель загудел сильнее и увереннее. Корабль вздрогнул, и мы начали медленно отползать от жуткой пасти.

– У Тайсона получилось! – воскликнула Аннабет.

– Подождите! – запротестовала Кларисса. – Нам нужно подойти поближе!

– Мы погибнем! – возразил я. – Что нам действительно нужно, так это убираться отсюда.

Корабль с усилием выбирался из созданного монстром водоворота, так что мне приходилось крепко держаться за поручни. Мимо нас промчался отломанный флаг Ареса и застрял в «скобках» Харибды. Мы почти не сдвинулись с места, но по крайней мере и не приближались к монстру. Благодаря Тайсону у нас появился шанс избежать жуткой утробы.

Внезапно пасть захлопнулась. Море мгновенно успокоилось. Харибда скрылась под водой.

Потом так же внезапно пасть извергла целую стену воды, избавляясь от всего несъедобного, в том числе и от наших ядер; одно из них врезалось в борт «Бирмингема» с мощным «БОМ!», как будто ударили в ярмарочный колокол.

Поднявшаяся волна, высотой не менее сорока футов, отнесла нас назад. Я использовал всю свою силу воли, чтобы не дать кораблю опрокинуться, но он продолжал неуправляемо вращаться и несся прямо на скалы Сциллы.

К Клариссе подбежал еще один тлеющий моряк. Он с разбегу врезался в нее, едва не сбив за борт.

– Двигатель вот-вот разнесет на кусочки!

– Где Тайсон? – вмешался я.

– Все еще внизу, – ответил матрос. – Не понимаю как, но он держит мотор, не давая ему развалиться, хотя не знаю, насколько его хватит.

Капитан заявил:

– Нужно покинуть корабль.

– Нет! – заорала Кларисса.

– У нас нет выбора, моя госпожа. Корпус уже трещит по швам. Корабль не может…

Закончить он не успел. Что-то коричнево-зеленое, как молния, упало с неба, схватило капитана и уволокло. На палубе остались стоять только его кожаные сапоги.

– Сцилла! – завопил матрос, а в следующую секунду от утеса к кораблю метнулось еще одно гигантское змееподобное тело и утащило и его тоже. Все произошло так быстро, что больше походило на лазерный луч, чем на монстра. Я даже не успел разглядеть его – рядом мелькнули только зубы и чешуя.

Я сорвал колпачок с Анаклузмоса и попытался ударить чудовище, когда оно утаскивало с палубы следующего матроса, но мне не хватило прыти.

– Все вниз! – закричал я.

– Нельзя! – Кларисса тоже вытащила меч. – На нижней палубе пожар.

– Спасательные шлюпки! – крикнула Аннабет. – Скорее!

– Они ни за что не успеют отойти от скал, – заспорила Кларисса. – Нас всех сожрут.

– Нужно попробовать. Перси, термос.

– Я не могу бросить Тайсона!

– Нужно подготовить шлюпки!

Кларисса последовала совету Аннабет. Вместе с несколькими восставшими из мертвых моряками она стащила чехол с одной из спасательных шлюпок. Головы Сциллы обрушивались с неба, как метеоры, утаскивая моряков-конфедератов одного за другим.

– Займись другой лодкой. – Я швырнул Аннабет термос. – А я найду Тайсона.

– Ты не можешь! – запротестовала девочка. – Жар убьет тебя!

Не слушая, я побежал к люку, ведущему в котельную. И вдруг мои ноги оторвались от палубы.

Я летел вверх, в ушах свистел ветер, а всего в нескольких дюймах от моего лица мелькала скала.

Голова Сциллы схватила меня за вещмешок и теперь поднимала в свою берлогу. Не раздумывая, я изо всех сил ударил мечом куда-то себе за спину и ткнул чудовище в желтый глаз-бусину. Оно хрюкнуло и разжало челюсти.

Казалось бы, хуже и быть не может – я падал с высоты в сотню футов, и тут «Бирмингем» внизу взорвался.

КРРРБУМ!

Двигатель все-таки разнесло на куски во все стороны, точно горящие крылья, полетели куски металлической обшивки.

– Тайсон! – отчаянно закричал я.

Шлюпки не успели отойти на достаточное расстояние от корабля. С неба падали пылающие обломки. Кларисса и Аннабет либо раздавлены, либо сгорели, либо их затянуло на дно вместе с тонущим корпусом корабля, и это еще в лучшем случае, ведь их уже сто раз могла уволочь Сцилла.

Затем я услышал другой резкий звук – кто-то слишком сильно повернул крышку волшебного термоса Гермеса. Во все стороны рванулись белые туманные змеи-ветры, шлюпки разбросало, а меня рывком приподняло и понесло над океаном.

Я ничего не видел, меня крутануло в воздухе, что-то тяжелое стукнуло меня по голове, и я с такой силой врезался в воду, что наверняка переломал бы все кости, если бы не был сыном морского бога.

Последнее, что мне запомнилось: я погружаюсь в море, на поверхности все горит, а в сознании бьется мысль, что Тайсона больше нет, и мне очень хочется утонуть.