– Скажи мне правду. Ты так считала?

Ответ легко было предугадать по выражению ее лица.

– Я видела героин в твоей руке, а потом ты неожиданно заявил, что у тебя есть деньги.

«У меня есть план. Мы выберемся отсюда. Только дай мне пару дней, чтобы собрать деньги», – решительно сказал он ночью. Да, возможно, его слова можно было истолковать по-разному.

– Я был уверен, что мы уйдем оттуда вместе. Но ты не захотела ждать. Ты убежала и сказала, что я…

– Я не могла иначе, Джетт…

Невероятно! Роуз снова обращается к нему, используя давнее прозвище.

– Я не могла позволить, чтобы…

– Что, мисс Кавальеро? Договаривай, – приказал Найро.

– Джетт, Тоби умер от передозировки. Я не хотела, чтобы кто-нибудь повторил его судьбу.

– Ты… infierno! – выругался он, закрыв глаза. Резкая боль заставила его на время забыть о ярости.

– О, Найро! – воскликнула Роуз, подлетела к нему и дотронулась до его пальца, порезанного острием ножа.

Она потянула его за руку к раковине и, включив воду, смыла кровь. Затем взяла несколько салфеток и прижала их к глубокой ране.

– У тебя есть аптечка? – спросила Роуз, стараясь не выдать свое беспокойство.

– Второй ящик сверху. – Найро мотнул головой в сторону стола.

Молодая женщина порылась в ящике и нашла пачку одноразовых пластырей. Вернувшись к нему, она осторожно убрала салфетки и наклеила пластырь, а после еще и перевязала палец бинтом для надежности.

– Gracias.

Кровотечение было остановлено, рана обработана, однако Роуз продолжала держать его руку. Их пальцы слегка переплелись.

– Спасибо, – повторил Найро по-особому хриплым голосом.

Роуз утопала в его прекрасных глазах и чувствовала, как от их соприкосновения по ее телу пробегают электрические разряды.

– Выслушай меня… Я не продавал наркотики Джули или кому-нибудь другому. Веришь ты или нет, но это правда. Я бы ни за что не опустился до такого.

Найро не мог предоставить ей никаких доказательств, но Роуз не сомневалась в истинности его слов. Осознание этого было для нее равносильно звонкой пощечине. Как она могла так ошибаться?

Когда смысл сказанного Найро окончательно дошел до нее, сердце женщины будто раздробили на сотни частей, превратив в кровавое месиво. Только сейчас она поняла, как боялась – не только Джетта, но и всех.

Отчим, а затем и мать причинили Роуз много боли. Поэтому в ее душе поселился безотчетный страх того, что остальные поступят с ней так же. Даже Найро.

Ей казалось, что в ее сердце живет любовь к Джетту, но доверяла ли она ему? Может ли любовь существовать без полного доверия? Неужели она потеряла того, кто был ей так дорог, из-за необоснованных опасений?

Возможно, недоверие к Джетту возникло потому, что он никогда не говорил о своих чувствах к ней.

– Но полиция…

– Да, полиция приезжала. Ты же сама ее вызвала, не забыла?

Его янтарные глаза сверлили ее, а Роуз снова погрузилась в воспоминания. В ту ночь, в сочельник, она не смогла заставить себя убежать далеко и, спрятавшись в кустах, наблюдала за происходящим. Найро затолкали в машину и увезли в полицейский участок.

– Нет, – сказал Найро, по ее лицу поняв, о чем она думает. – Меня не арестовали. Они обыскали дом и всех допросили. Но у них не нашлось причин для моего задержания. Тебе стоило остаться. Узнала бы много нового.

В какой-то момент Джетт, уже сидя в машине, оглянулся и всмотрелся в темноту через заднее стекло. Роуз тут же отпрянула в тень, но…

– Ты видел…

– Да, – бесстрастно подтвердил он.

Найро знал, что именно из-за ее звонка приехала полиция и всех забрала.

– Я должна была… Совесть не позволила мне…

– Что не позволила? После твоего гнусного отчима ты во всех видела злодеев? Даже во мне?

– Наверное… – пролепетала Роуз дрожащим голосом.

– Они сразу же меня отпустили. У меня не нашли ни порошка, ни шприцев. Это Джейсон распространял наркотики. Получается, ты свои деньги не заработала.

– О чем ты? – поразилась она.

Его красивый чувственный рот изогнулся в хищном оскале. Роуз пыталась вырвать руку, но пальцы Найро, как стальные тиски, сжали ее.

– Я о награде, которую родители Тоби предлагали тому, кто поможет найти виновного в его смерти. Не потому ли ты так решительно действовала в ту ночь?

– Нет!

Она снова предприняла попытку высвободить руку, но Найро привлек ее к себе. Их тела прижались друг к другу, и он склонил голову, чтобы разглядеть, какие секреты таят ее глаза.

– Я не стала бы…

– Знаешь, querida, – лениво протянул Найро, – я хотел бы поверить тебе.

– Но не веришь. Ты предпочитаешь считать, что я предала тебя из-за денег.

Он небрежно пожал плечами.

– Это дела давно минувших дней. Я уже и забыл. Но признаться честно, я не чувствовал себя преданным, потому что меня это ни капли не задело. Мне было наплевать, – нанес он ей сокрушительный удар.

Но Роуз не собиралась так просто сдаваться и воинственно вздернула подбородок:

– То есть ты думаешь, что я могла уйти от тебя только из-за желания поживиться? Тебе не приходило в голову, что я поняла, что хочу чего-то большего? Хочу не выживать, а жить. Но это было невозможно в таком гиблом месте и рядом с таким, как ты.

– Ты лжешь сама себе, – молниеносно парировал Найро. – Вся твоя жизнь прошла во лжи, включая этого лорда Эндрю и ваш несостоявшийся брак.

Найро притронулся лбом к ее лбу и продолжал говорить. Их губы находились всего в паре дюймов друг от друга, и теперь они, можно сказать, дышали одним воздухом.

– Между нами сразу вспыхнула страсть. Поэтому я подобрал тебя на площади. Поэтому ты потеряла невинность со мной. За десять лет ты не встретила никого, кто пробудил бы в тебе подобное безумство.

– Неужели? – Роуз непокорно вскинула голову, но от этого их губы оказались совсем близко. – Ты уверен?

Женщина балансировала на краю пропасти. Достаточно одного легчайшего порыва ветра – и она полетит вниз, увязнув в зыбучих песках непреодолимой страсти, уже достигшей опасного уровня. Разум вступил в неравную схватку с желаниями плоти, от которых у нее в ушах шумела кровь.

Роуз надеялась, что Найро сам сделает первый шаг. Но если она сейчас струсит, то завтра сильно об этом пожалеет.

– Я знаю это, – заявил он. – Если бы ты нашла мужчину, который смог дать тебе то, что давал я, теперь ты была бы с ним. Но такого мужчины не нашлось. Итак, готова ли ты признать очевидное или будешь все отрицать?

Найро требовал этого не только от Роуз, но и от себя. Он силился посмотреть правде в глаза и оценить, как прошли десять лет без нее. За это время в его постели побывало много женщин, но ни одна из них не смогла сравниться с Рыжей. Плотские утехи с любовницами никогда полностью не удовлетворяли его.

Он использовал женщин, чтобы утолить примитивный голод, но каждый раз покидал их с чувством досады. Никто не мог заполнить пустоту внутри его. Поэтому со временем он сдался и направил все свои силы на работу. Преданность делу отвлекала его. Поначалу Найро убеждал себя, что поступает так, стремясь заслужить прощение отца и вернуть его уважение. Но причина крылась в ином: мужчина так и не смог стереть из памяти ощущения, испытанные с Рыжей.

Вот почему он не хотел отпускать ее сейчас. Ему необходимо было пересытиться ее мягким, податливым телом, чтобы наконец излечиться от этой болезненной одержимости и двигаться дальше.

– Нет, – разорвал тишину еле слышный шепот.

Простое короткое слово повергло Найро в шок.

– Повтори, что ты сказала.

– Я не могу отрицать.

Если бы голос Роуз дрогнул от нерешительности, Найро отпустил бы ее, отошел бы на безопасное расстояние и вернулся бы к приготовлению ужина. Он жаждал обладать ею, однако ему было нужно, чтобы Роуз полностью сдалась. Чтобы снова, как десять лет назад, она жаждала его поцелуев и ласк. На меньшее Найро не был согласен. Он прошел все круги ада, сдерживая себя, с тех пор как Роуз приехала в замок. И теперь в его ушах стоял звон от головокружительного возбуждения. Каждая частичка его тела изнывала от желания.

– Ох, как мне хотелось бы сказать, что я больше не чувствую притяжения между нами. Но это было бы ложью…

Его глаза закрылись на мгновение, скрыв потрясение, вызванное ее словами.

– Так в чем же дело? – мягко спросил Найро. – Чего ты хочешь?

Знает ли он, какой пыткой является для нее близость с ним? Ощущать на своей коже его горячее дыхание… вдыхать его запах… растворяться в тепле его тела, которое прижимается к ее телу? У Роуз пересохли губы, и она облизнула их, готовясь дать ответ. Его глаза завороженно наблюдали за этим.

– Я…

Но слова не находились. Роуз не знала, как выразить силу своего желания.

– Я… О, Найро… Поцелуй меня! Поцелуй меня немедленно! – выдохнула она, больше не стесняясь своей слабости.