Взглянув на часы, Тео нетерпеливо посмотрел в сторону отданной Бекки комнаты. Водитель, который должен был отвезти их к частному самолету, ждал уже двадцать минут, а она все еще не собралась. Обычно Тео воспринимал женские опоздания как нечто само собой разумеющееся, вот только Бекки совсем не такая! Так что же на нее сейчас нашло?

Последние два дня в нем непрерывно нарастало неудовлетворение, и теперь он всерьез подумывал пойти и громко постучать в дверь, чтобы она быстрее шевелилась.

И при этом Тео отлично понимал, что злость и раздражение вызваны тем, что после того, как она приехала, они почти не виделись. Бекки неохотно приняла его условие и согласилась сменить гардероб, но наотрез отказалась идти с ним в магазин, явно не желая, чтобы он указывал, что она может, а что не может носить.

Да и вообще, она сразу дала понять, что стоило ей согласиться на сделку, как она сразу же об этом пожалела, и если бы не временная неопределенность и неясные перспективы, вообще никогда бы на это не пошла. Проще говоря, она здесь только из-за денег. И Тео вполне мог оценить разумность такого подхода и лишь радовался, что не вызывает у нее каких-либо безответных чувств и тщетных надежд. Ну а отсутствие секса? Что ж, это ее выбор. Навязываться он не станет. Правда, сложно не заметить иронию происходящего. Изображать отношения перед матерью с женщиной, которую он лишил девственности, но с которой у них больше нет какой-либо физической связи…

И как ни грустно, придется признать, что он серьезно ошибся, когда пытался убедить себя, что, посмотрев на ее неловкость и неуместность в привычном ему мире роскоши, сразу же потеряет к ней всякий интерес. На этот раз холодный, расчетливый мозг не смог обуздать тело, которое отчаянно хотело внезапно появившуюся в его жизни брюнетку.

А что, если она привезла с собой все эти бесформенные балахоны, чтобы избежать возможных приставаний?

Ведь не могла же она всерьез рассчитывать, что он так быстро забудет, как держал в руках ее великолепное тело?

Тео чувствовал все нарастающее сексуальное неудовлетворение, и это ему совсем не нравилось.

А что, если, пройдясь по магазинам, она лишь добавила себе новых свитеров, специально, чтобы его позлить?

Только вот он не врал, когда говорил, что любит хорошо одетых женщин. И мать знает это или, во всяком случае, то, что именно к таким женщинам он и привык. Убедить ее в том, что его для разнообразия потянуло на умную женщину, он еще, скорее всего, сможет, но вот в то, что он связался с той, кому наплевать на собственную внешность, она никогда не поверит.

Что будет, додумайся Бекки предстать перед матерью в джинсах и мужской рубашке? Или, еще того хуже, в шнурованных ботинках без каблука, которые отлично подходят для длительных прогулок среди тенистых холмов?

Но, несмотря ни на что, как он с самого начала и сказал, на эту роль годится лишь Бекки. Потому что приведи он с собой любую другую женщину, и мать уже через пять минут поймет, что там нет и не может быть ничего серьезного.

Видела бы его сейчас мать… Тео невольно улыбнулся, понимая, что терпеливо дожидается под дверью женщину, что совершенно не стремится произвести на него впечатление.

Проверяя почту в телефоне, Тео вдруг понял, что Бекки наконец-то вышла в гостиную, где он упорно ждал ее уже целых сорок минут.

Подняв глаза, он буквально прирос к месту.

Потертые чемоданы, от которых он потребовал избавиться, никуда не делись, но все остальное…

Пробежав по ней взглядом, Тео глубоко вдохнул, а потом пристально оглядел еще раз. И еще. Машинально выпрямившись, он усилием воли закрыл рот и оглядел гостью еще раз.

Бекки долго сомневалась, стоит ли ей прислушиваться к Тео и менять свой гардероб, но потом все же уступила.

Они отлично провели время в Лавандовом коттедже, расхаживая по дому в старой, потрепанной, но уютной одежде, которая как нельзя более подходила к месту. Но теперь все изменилось. И разумеется, она не собиралась лететь в Италию, закутавшись в три свитера и плащ, а привезла с собой летнюю одежду, но раз его и это не устраивает…

Бекки в очередной раз порадовалась, что изначально оговорила, что их будут связывать чисто деловые отношения. Потому что если бы она до сих пор не поняла, что он ей не подходит, то после подобных замечаний о ее внешности сомнений бы уже не осталось.

Каким же недалеким нужно быть, чтобы оценивать женскую привлекательность исключительно по одежде?

Но прятавшийся внутри чертик заставил Бекки поймать его на слове. Он хочет, чтобы она одевалась как кукла? Ну и пожалуйста! Раньше она никогда не любила ходить по магазинам, считая покупку одежды не удовольствием, а скучной необходимостью, да и при ее работе не было смысла покупать что-либо, кроме самого практичного и удобного. И она прекрасно понимала, что даже ее привычные летние наряды не отличались ни красотой, ни элегантностью. Сандалии без каблука, кроссовки, джинсы, темные футболки, потому что броские цвета ей не шли… Это Алиса любила все желтое и красное, сама же она предпочитала темно-синее и серое.

Только вот наверняка Тео боится, что, даже пройдясь по магазинам, она все равно останется сизым голубем на фоне его былых распрекрасных подружек жар-птиц. Бекки сразу представила, как он усаживает мать на скамеечку и терпеливо пытается доказать, что мог связаться с женщиной, у которой нет ни одной мини-юбки и которая даже под страхом смерти не наденет ничего пестрого или блестящего. Или уж, если на то пошло, кружевного нижнего белья.

Зайдя в первый магазин, Бекки сразу же засмущалась. Да и вообще, к чему напрягаться и лезть из кожи вон ради отношений, которые не продлятся и двух недель?

Но она все же себя пересилила, а добравшись до «Хэрродса», и вовсе начала наслаждаться процессом, поражаясь, как это она раньше никогда не получала удовольствия, примеряя на себя разные наряды, как бы превращаясь в совершенно другого человека? И как она только жила, не догадываясь, какую почувствует свободу, хоть на время скинув с себя спецодежду ветеринара? Наверное, она просто устала сравнивать себя с сестрой и поставила на себе крест, решив, что книжному червю красота ни к чему. Но, оказывается, между этими двумя крайностями есть и промежуточный вариант.

Закрывшись в примерочной и пробуя на себе непривычно яркие цвета, Бекки вдруг осознала, что Тео был прав: ей действительно пора менять гардероб. Да и вообще, он во многом оказался прав. Прав в том, что вывел ее из состояния комфорта, забрал ее девственность, научил наслаждаться своим телом.

Пытаясь представить, как он оценит купленную ею одежду, она сразу стала выбирать более стильные и смелые вещи…

Даже нижнее белье прикупила. Разумеется, в этом не было никакой необходимости, но вдруг?..

Теперь же, стоя перед замершим в изумлении Тео, Бекки окончательно осознала, что каждая секунда, проведенная в магазинах, была потрачена не зря.

– Что ж, я смотрю, ты неплохо подготовилась… – Тео заставил себя сделать шаг, чувствуя, как мозги со скрипом снова начинают работать.

Абрикосового цвета юбка и темно-серая майка обтягивали соблазнительную фигуру, делая ее, как никогда, сексуальной. Пышная грудь, тонкая талия… Даже строгое пальто приобрело налет какой-то чувственности потому, что не скрывало, а лишь подчеркивало прятавшееся под ним великолепие.

Что ж, он сам сказал, что мать не поверит, что он связался с женщиной, что одевается как сельский ветеринар, и она поймала его на слове.

И это ему совершенно не понравилось.

Нахмурившись, Тео посмотрел на чемоданы:

– Ты все еще цепляешься за это старье?

– Я подумала, что, учитывая, что я работаю ветеринаром, будет не слишком правдоподобно, если я заявлюсь с сумками от Луи Вуитона, – огрызнулась Бекки, пораженная тем, что он ничего не сказал про ее новый образ.

Неужели так сложно хотя бы поблагодарить, что она выполнила просьбу и завела себе павлиньи тряпки?

– По внешнему виду теперь никто о твоей профессии не догадается.

– Именно поэтому ты так меня и разглядывал? Решил, что мне нужно было подобрать что-нибудь, что больше подошло бы скромному ветеринару в отпуске?

Ничего не ответив, Тео подхватил чемоданы и понес к дожидавшейся их машине.

– Советуя тебе сменить гардероб, я не думал, что ты кинешься из одной крайности в другую.

– Ты сам сказал, что твоя мать никогда не поверит, что ты связался с женщиной, которая одевается так, как одевалась я. Проще говоря, как старая кошелка.

– Не преувеличивай.

– Ты хотел, чтобы я стала похожа на привычных тебе женщин…

Тео невольно засмотрелся на слегка задравшуюся на бедрах юбку, задумавшись, надеты ли на ней колготки или чулки, и его тело охотно отреагировало в заданном этой мыслью направлении.

– Женщины, к которым я привык, сложены… немного иначе, чем ты. – Стараясь унять внезапную эрекцию, Тео слегка поерзал на сиденье. Бекки мгновенно напряглась, но он продолжил прежде, чем она успела огрызнуться: – На них такой наряд сидел бы совсем иначе…

– И как это понимать? – хрипло выдохнула Бекки, старательно напомнив себе, что этот мужчина позвонил лишь тогда, когда ему потребовалась ее помощь. Что иначе она вообще никогда бы с ним больше не встретилась, потому что он был более чем согласен оставить их связь в прошлом. Вот только сама она, сколько бы ни повторяла, что он ей не подходит и теперь между ними строго деловые отношения, все равно надеялась на какое-то продолжение. Пусть даже на коротенькое сообщение, что он соскучился.

Потому что сама она непрерывно о нем думала и невероятно скучала.

И именно поэтому, принимая это безумное предложение, и установила правило «никакого секса». Потому что тогда она что-то к нему почувствовала, а когда он уехал в Лондон, это пугающее ее чувство никуда не делось. Один раз она уже пошла на поводу у притяжения и отдала этому мужчине свою девственность, но при этом прекрасно понимала, что, стоит ей еще раз проявить слабость, ничем хорошим это для нее не закончится.

– Так, – склонившись к Бекки, Тео понизил голос, – что водитель никогда не бросал больше одного взгляда на сопровождавших меня женщин, но от тебя глаз оторвать не может.

Бекки мгновенно залилась краской.

– Если считаешь, что я купила неподобающую одежду, могу все вернуть…

– Посмотрим.

– На что?

– На то, что еще там спрятано в твоих чемоданах. Наверное, мне стоило взглянуть еще дома. Убедиться, что там нет ничего такого, от чего у моей матери волосы встанут дыбом.

– Не глупи. Не думаю, что там есть что-нибудь такое, чего бы твоя мать не видела на моих сверстницах. Да и вообще, если все твои бывшие подружки были моделями, она решит, что я даже слишком закутана.

Разглядывая точеный профиль и сгорая от все усиливавшегося желания, Тео гадал, как сумеет продержаться целых две недели, постоянно видя Бекки, но не имея возможности к ней прикоснуться.

– Ладно, в любом случае, что куплено, то куплено. – Тео мысленно встряхнулся, стараясь угомонить разыгравшееся воображение. Пытаясь затащить ее в постель, он проявит слабость, а это недопустимо.

Разговор резко закончился, и Бекки с недоумением разглядывала погрузившегося в телефон Тео. Всего пару секунд назад между ними что-то было, а теперь он вел себя так, словно она превратилась в невидимку.

Страшась думать о том, что ее ждет в ближайшие две недели, Бекки сосредоточилась на том, что ее ждет после возвращения из Италии. Тео готов обеспечить ей собственную практику, ей же достаточно лишь выбрать место. Да и полуразвалившийся коттедж после ремонта существенно поднимется в цене…

Бекки задумалась: что на нее вообще нашло, когда Фредди с Алисой поженились? Она же даже толком не помнила, что чувствовала во время этой глупой влюбленности, да и уже успела позабыть, когда стала воспринимать его как приятного парня, идеально подходящего для сестры. Просто не верится, что из-за подобной ерунды она на несколько лет схоронила себя в глуши. И если бы она тогда не пошла по пути наименьшего сопротивления, сейчас бы ее тут не было, потому что вместо того, чтобы прозябать в одиночестве, она жила бы среди сверстников, точно так же занимаясь любимым делом в любом приглянувшемся ей городе.

И уж точно никогда не встретила бы Тео, что внезапно ворвался в ее жизнь и заставил всерьез задуматься о будущем. Что ж, будем считать, что это всего лишь очередное доказательство того, как случайные совпадения могут привести к грандиозным переменам.

– О чем задумалась?

Удивленно моргнув, Бекки посмотрела на расслабленно откинувшегося на спинку сиденья Тео. Но даже в полном покое он все равно оставался отличным образчиком альфа-самца, и ее сердце предательски дрогнуло.

– О совпадениях.

– Поясни.

Инстинктивно приготовившись защищаться, Бекки глубоко вдохнула и заставила себя немного успокоиться. Если ближайшие две недели им предстоит изображать пару, нужно привыкать нормально общаться.

В конце концов, он ей не враг. Но это не отменяет того, что он весьма и весьма… опасен. Ужасающе, потрясающе, возбуждающе опасен. Но она никогда в этом не признается. И в первую очередь ему самому. Потому что чем больше она ему сопротивлялась, тем полнее он овладевал ее помыслами.

– Я думала о том, что, если бы ты внезапно не появился у меня на пороге, если бы не метель и если бы ты у меня не застрял…

– Не говори так, иначе в воспоминаниях не останется ничего приятного. – Тео машинально отметил розовую краску на щеках и едва уловимый трепет ресниц, в очередной раз отмечая, что правило «никакого секса» может оказаться не так уж твердо и незыблемо, как ей бы того хотелось.

Она столько раз повторяла, что они совсем друг другу не подходят, что Тео окончательно убедился в ее романтических взглядах, а такой женщине в его сердце никогда не будет места. Уж лучше штурмовать горы на роликах. Но при этом физическое притяжение было столь сильно, что он буквально чувствовал бьющие между ними разряды электричества.

И именно поэтому они тогда и рухнули в кровать. Потому что никто из них не мог бороться с неодолимым притяжением, что влекло их друг к другу. И прямо сейчас у него руки так и чесались вновь к ней прикоснуться.

Правда, скорее всего, ничем хорошим это не закончится.

Но кто мешает немного пофлиртовать и проверить, где действительно начинается тот барьер, за который не следует переступать?

А ведь это отличный выход. Так он одновременно сохранит гордость и самоконтроль, а заодно прощупает почву… Ну а потом начнется извечная игра… И чем бы она ни закончилась, она в любом случае приятно скрасит ближайшие две недели.

– Я жила словно во сне, а ты стал эдаким колокольчиком, что меня разбудил.

– Это такой комплимент? Не помню, чтобы женщины хоть раз называли меня колокольчиком.

– Сейчас я твердо верю, что через две недели для меня начнется совершенно новая жизнь.

– Возможно, но сперва сосредоточься на этих неделях, а потом планируй свою жизнь так, как тебе заблагорассудится.

– А что будет, если я не понравлюсь твоей матери? Ты почему-то решил, что раз ей не нравятся привычные тебе женщины, то я ей понравлюсь просто потому, что на них не похожа, но я все равно могу ей не понравиться, и тогда вся эта затея окажется напрасной.

Тео в очередной раз с раздражением отметил, что для нее все сводится исключительно к финансовой стороне вопроса.

– Боишься, что, если что-то пойдет не так, останешься без обещанных денег? – уточнил он холодно.

Об этом она как-то не подумала, но твердо решила, что будет держаться с той же холодной деловитостью, что и Тео. Потому что ее чувства касаются лишь ее самой, а их связывает исключительно взаимовыгодный расчет. И если об этом не забывать, то и особых трудностей не возникнет.

– Ну вообще-то никаких бумаг мы не подписывали, – заметила Бекки, изо всех сил стараясь вести себя по-деловому.

Тео плотно сжал губы. Уж что-что, а честность этой женщины мать точно оценит. Недаром же она всегда твердила, что его привычные блондинки пойдут на все, лишь бы запустить руку ему в кошелек.

А мать еще не верит, что всем готовые угодить модели отлично ему подходят…

Это в сравнении-то с женщиной, которая не стесняется без конца повторять, что он совсем ей не подходит, открыто признает, что использовала его, чтобы получить удовольствие и научиться заниматься любовью, очевидно, для того, чтобы закрепить полученные уроки на более подходящих парнях… С женщиной, согласившейся ему помочь лишь ради очевидной выгоды и которая теперь переживает, что эта выгода может от нее уйти…

– Ты не веришь моему слову? Считаешь, что, раз я не велел юристу составить письменный договор, на котором стояли бы наши подписи, я могу нарушить обещание?

Вздохнув, Бекки откинулась на спинку сиденья:

– Ты сам об этом заговорил.

– Чем бы ни закончились эти две недели, ты в любом случае получишь обещанное. Собственно говоря, можешь прямо сейчас назвать место, и мои люди начнут готовить все необходимое.

– Надо подумать. Скорее всего, я переберусь во Францию, к семье. Я скоро стану тетей. – И теперь она наконец-то сможет спокойно смотреть на Фредди. Потому что хорошенькая встряска помогла ей взглянуть на вещи с совершенно новой стороны и признать, что хоть она и расстроилась, что друг выбрал не ее, а сестру, но концом света эта утрата для нее не стала. Да и вообще, в те несколько раз, что они за последние годы встречались, он даже казался ей немного пресным и скучным, но тогда она еще не была готова в этом признаться, чтобы не открывать ящик Пандоры и не задумываться о том, кто же ей на самом деле нужен.

Как она могла вообще верить, что ее вторая половинка окажется кем-то вроде Фредди? В конце концов, он же просто скучен. Как и все похожие на него разумные заботливые парни, которые казались ей подходящими.

Наверное, она просто с детства привыкла, что самые лучшие парни достаются красавице сестре, вот и решила, что ей подходят более приземленные и не самые привлекательные. Только вот сестра именно в такого простого и приземленного и влюбилась, полностью разрушив систему, а сама Бекки…

Ее вдруг бросило в жар, но, даже закрыв глаза, она все равно видела перед собой ставшее до боли знакомым лицо…

Она верила, что ее сердце устоит перед его ласками, потому что он совсем не походил на тех парней, которых она представляла, думая о возможных отношениях, и что не может выкинуть его из головы просто потому, что он до основания встряхнул ее мир и заставил выйти из зоны комфорта. И почему она сразу не задала себе один простой вопрос? Как она вообще позволила ему взломать ее состояние комфорта?

Их неудержимо потянуло друг к другу, но это еще далеко не все…

И то, что она чувствовала спустя дни после его ухода…

Тео затронул какие-то глубинные струнки ее души и разбудил к жизни неведомые чувства. И почему ее никто не предупредил, что любовь с первого взгляда действительно существует? Или, точнее, почему она сама этого не уяснила, когда у нее перед глазами был отличный пример Алисы и Фредди?

И вот пришла ее очередь.

Чувствуя, как внутри нарастают смятение и паника, Бекки испугалась, что потеряет сознание, а между тем Тео говорил что-то про Францию, а она отвечала, не слыша собственных слов, потому что все ее мысли были заняты одним-единственным жизненно важным вопросом: как выжить ближайшие две недели, не сойти с ума и сохранить остатки гордости, ничем не выдав своих чувств?