Дадут ли ей на работе двухнедельный отгул? Вообще-то должны. Последнее время она все время перерабатывала, но и подводить никого не хотелось.

Правда, где-то в глубине души она даже надеялась, что ее не отпустят. Потому что стоило только согласиться на безумный план Тео, как она сразу же увидела в нем кучу огрехов. Только надежды не оправдались. Ее отпустили с такой теплотой и легкостью, что она сразу поняла, как ей будет не хватать душевной атмосферы маленькой клиники.

Выторговав у Тео два дня на сборы, Бекки переделала все неотложные дела, а потом, стараясь не думать, в какое безумие ввязывается, когда он следующий раз позвонил, принялась расспрашивать о Марите Рашин. Вот только рассказав о ее здоровье и нынешнем состоянии, Тео наотрез отказался говорить о прошлом, заявив, что это не важно.

– Но тогда она вообще не поверит, что между нами что-то есть! – возмутилась Бекки, когда они разговаривали накануне ее отъезда в Лондон.

Слыша бархатный голос, от которого у нее по спине так и бежали мурашки, она в очередной раз расстроилась, вспомнив, с какой легкостью он принял ее условие про отсутствие секса. Наверняка еще и порадовался, что не придется изображать влечение, закончившееся в ту секунду, когда он покинул ее дом.

Ну и ладно. В конце концов, ей так даже будет проще, потому что теперь она без зазрения совести может считать, что нанялась хоть и на временную, но при этом весьма хорошо оплачиваемую работу.

– Люди верят лишь тому, во что хотят верить.

Не в силах спорить, Бекки приняла его правила, но стоило ей утром усесться в присланную за ней машину, как в ней снова проснулись сомнения.

Да и нараставшее последние дни напряжение… Глубоко вдохнув, Бекки постаралась уверить себя, что Тео окажется совсем не таким, как она его запомнила, и что сейчас она смотрит на него сквозь розовые очки памяти. А на самом деле он вовсе не такой замечательный и потрясающий, как ей сейчас кажется. Да и в любом случае он ей совсем не подходит.

Вот только эта непохожесть лишь добавляла ее ожиданиям остроты. Словно она хорошая девочка, чье сердце замирает при виде плохого парня на мотоцикле. Но как бы ни были прекрасны мечты, совсем скоро они разобьются о суровую реальность.

Потому что ждет ее не загадочный и невероятно сексуальный незнакомец, а самый обычный, хоть и весьма привлекательный бизнесмен в костюме и галстуке. Да наверняка еще и вечно хмурый и всем недовольный.

Во время их короткого романа Тео говорил о деньгах так небрежно, что Бекки невольно задумалась, не преувеличивает ли он свое состояние, подсознательно пытаясь произвести на нее впечатление, но, когда шофер завел машину на охраняемую территорию перед величественным зданием, Бекки невольно запахнула на груди старенькое пальто и застеснялась убранных в багажник потрепанных чемоданов.

Да сумеет ли она вообще добраться до его пентхауса, или швейцар даже на порог ее не пустит?

До этого они общались лишь в ее мире, да к тому же Тео при этом носил старую одежду ее отца, но теперь все изменилось. Теперь она попала в его мир.

– Я провожу вас к лифту, – объявил водитель, который не произнес ни слова после того, как с утра с ней поздоровался и помог погрузить чемоданы.

Кивнув, она вошла за ним в стеклянные двери, но стоило ей только увидеть целую шеренгу лифтов, дорогую мебель, огромные папоротники в кадках и очередного швейцара в ливрее, обменявшегося с водителем Тео парой любезностей, как она в очередной раз поняла, что ей не следовало ввязываться в эту авантюру.

Она не принадлежит этому миру, и ей не следовало сюда приезжать.

Застыв перед лифтом, Бекки с необычайной остротой ощутила, что под огромным пальто с кучей удобных, но совершенно неуместных сейчас карманов на ней надеты самые обычные джинсы и мешковатый свитер. Что же о ней думают все эти люди?

Только с чего она вообще так распереживалась?

Они же заключили взаимовыгодную сделку, которая и не предполагает того, чтобы она куда-то там вписывалась.

Пока лифт вез ее на четырнадцатый этаж, Бекки отчаянно пыталась собраться с мыслями и прийти в себя, но, когда она добралась до нужного этажа и ступила на мягкий ковер, ее сердце все еще бешено билось в груди. Оглянувшись по сторонам, она с ужасом осознала, что весь этаж занят одними-единственными апартаментами, но еще не успела решить, стоит ли ей двигаться вперед или лучше спастись бегством, как Тео распахнул дверь.

Забыв, как дышать, Бекки застыла на месте. Что ж, в реальности он оказался ничуть не хуже, чем в ее воспоминаниях. Скорее уж наоборот. Он был еще выше, мужественнее и сексуальнее.

Замерев на пороге, Тео разглядывал стоявшую перед ним молодую женщину, что совершенно не вписывалась в окружавшую их обстановку. Потрепанные чемоданы, практичная, но совершенно неуместная здесь одежда…

Та самая молодая женщина, что неделями не шла у него из головы. Пусть она одета совершенно немодно и явно чувствует себя не в своей тарелке, все это не имеет ни малейшего значения. Потому что для него ничего не изменилось и он все так же ее хочет.

Только никакого секса не будет.

Она сама установила это весьма разумное правило.

А что было бы, воспользуйся она представившейся возможностью снова нырнуть к нему в кровать? Ответь на его звонок с тем взволнованным придыханием, на которое он мог бы рассчитывать от любой другой женщины?

Что ж, тогда бы он не стал ей отказывать, но раз она из тех, кто легко может две недели прожить без секса, она ему точно не нужна.

Ну и что, что тогда она поддалась его очарованию и отдала ему свою девственность? Разум взял верх над телом, и она сама установила правило, что между ними не будет секса.

И так даже лучше. Она слишком серьезна для ничем не обязывающей связи, да еще с мужчиной, с которым согласилась изображать отношения ради его матери.

Тео заставил себя собраться, напомнив себе, что пошел на все это лишь ради матери. Ее здоровье превыше всего, и нельзя, чтобы Бекки пошла на попятный, убедив себя, что связалась не с тем парнем.

Да и вообще, он никогда не бегал за женщинами и уж точно не собирался начинать.

Встряхнувшись, Тео шагнул к замершей Бекки, стоявшей с таким видом, словно достаточно всего одного неосторожного движения, чтобы она развернулась и убежала.

Только с чего ей убегать? Как бы высоконравственна она ни была, деньги ей не помешают. Они вообще никогда никому не мешают.

И с чего он только вообразил, что она чем-то отличается от гонявшихся за ним женщин? Ведь она согласилась на его просьбу лишь ради денег. А именно денег женщины от него всегда и хотели.

Тео плотно сжал губы. Ладно, тем лучше. Они заключили деловую сделку, ну а то, что он до сих пор ее хочет, не так уж и важно. Он не позволит физическому желанию встать на пути у разума.

– Ты все-таки пришла. – Он поднял ее чемоданы. – А я боялся, что в последнюю минуту передумаешь.

Услышав холодный голос, Бекки окончательно убедилась, что больше не вызывает у этого человека какого бы то ни было влечения. Человека, которому всего лишь требуется ее помощь, за которую он готов щедро заплатить.

– Я была к этому близка. – Что ж, раз сама по себе она ему не нужна, то и она за него цепляться не станет. – Но стоило мне осмыслить, что ты предлагаешь, как я поняла, что, отказавшись, я совершу огромную глупость.

Переступив следом за Тео порог, Бекки снова приросла к полу, окончательно осознав, что попала не просто в дорогие апартаменты, а в самый настоящий пентхаус. Потрясающие картины на стенах, винтовая лестница на второй этаж, кожаная мебель, современная кухня…

– Впечатлена? – Глядя на пораженное лицо Бекки, Тео невольно почувствовал прилив гордости за свое жилище.

– Очень красиво. Наверняка, живя здесь, ты чувствуешь себя кем-то особенным.

– Я уже давно привык и не обращаю внимания. – Он небрежно пожал плечами. – Как сама ты не обращаешь внимания на протекающую крышу. – Помимо всего прочего, их договор подразумевал первичный ремонт Лавандового коттеджа, и, твердо веря, что в самое ближайшее время он его приобретет, тем более что у Бекки скоро появится собственная практика, Тео собирался взяться за дело всерьез.

Интересно, а что будет, если она переберется в Лондон?..

Глупости.

– Я не могу не обращать внимания на протекающую крышу, иначе стану спотыкаться о ведра.

– Ее уже починили?

Обернувшись через плечо, Тео бросил на нее один-единственный взгляд, но Бекки мгновенно вспыхнула. И сразу же разозлилась на саму себя. И почему только этот человек до сих пор продолжает так сильно на нее действовать?

– Друг обещал присмотреть за починкой.

– Я оплачу все расходы.

– Не нужно.

Распахнув дверь гостевой спальни, Тео замер на пороге:

– Давай сразу установим правила. Мы заключили сделку, и я собираюсь дотошно выполнять все свои обязательства. Мы договорились, что я отвечаю за ремонт дома и обеспечиваю собственную практику, чтобы тебе не пришлось искать новое место.

Бекки снова покраснела. Точно. Только вот приехала она сюда совсем не за этим. Потому что, если отбросить все отговорки, придется признать, что она оказалась в роскошном пентхаусе не ради денег, а лишь потому, что ее поманила за собой тень надежды, что этот мужчина может счесть ее столь же привлекательной, как и две недели назад. Уложив Тео к себе в постель, она нарушила все свои правила, но, даже несмотря на то что он не годился для каких-либо отношений, ей все еще хотелось быть с ним и нарушать правила.

Вот только стоило им встретиться, как она сразу же поняла всю несуразность своих надежд. Тогда на них обоих нашло какое-то помрачение, но наваждение рассеялось, и она уже давно не вызывает у этого красавца никаких чувств и желаний. И если бы не несчастье с матерью, он вообще бы никогда ей не позвонил.

– Как скажешь. – Бекки заставила себя улыбнуться. – Ты не возражаешь, если я приму душ? Дорога была длинной и… – Сглотнув, она заставила себя замолчать. Но почему он такой мрачный? Он же сам ее пригласил и… Ладно, не важно. Не станет она его ни о чем расспрашивать, а то еще выяснится, что он ее презирает и был вынужден позвать, лишь оказавшись в безвыходном положении… – Ну а потом обговорим все детали. Ведь если нам придется изображать роман, то наши истории должны совпадать.

Разглядывая Бекки, Тео диву давался, как быстро она отбросила все сомнения и согласилась пойти на обман, как только дело запахло деньгами.

– Точно. – Он старался не смотреть на потрепанные чемоданы, которые казались здесь совершенно неуместными и потерянными, чтобы не думать, что они всего лишь отражают состояние своей хозяйки. Такой же потерянной и неуместной в его роскошном мире.

– Я… – Борясь с желанием хоть пальцем прикоснуться к суровому мужчине, Бекки засунула руки в карманы. – Я еще никогда ничего подобного не делала… – Переступив с ноги на ногу, она напомнила себе, что, как ветеринару, ей приходилось попадать в куда более сложные положения, из которых она всегда находила выход.

– И именно поэтому нам и нужно все подробно обговорить. Если рядом со мной ты будешь вся как на иголках, мама нам никогда не поверит. Она вообще вряд ли поверит, что меня потянуло на умную женщину, но если ты будешь все время напрягаться и дергаться, то из этой затеи точно ничего не получится. Ладно, иди в душ, а потом приходи ко мне на кухню.

Прямиком отправившись к мини-бару, Тео налил себе виски, а когда почти через час к нему присоединилась Бекки, он задумался, как быть дальше. Мать уже знала, что он собирается познакомить ее с девушкой, а последний раз это случалось пару лет назад, так что теперь отступать поздно.

Приняв душ, Бекки надела чистые джинсы и свитер, но стоило ей только поймать на себе взгляд Тео, как она снова почувствовала свою неуместность среди окружавшей ее роскоши. Вот только когда он прятался от непогоды под ее крышей, ее наряды его совсем не смущали.

– И вот опять. – Взяв бокал, он налил Бекки вина.

– Что – опять?

– Выглядишь так, словно желаешь оказаться где угодно, только не здесь.

– Глупости.

– Как скажешь, но отступать уже поздно, да и в любом случае тебе нечего опасаться. – Тео залпом осушил стакан, стараясь не вспоминать об уютной кухоньке Лавандового коттеджа.

– Что значит – мне нечего опасаться?

– Я прошу у тебя всего две недели, которые щедро оплачу. К тому же я все время буду рядом, а от тебя требуется всего лишь иногда мило беседовать с моей матерью. Я не прошу тебя становиться ее лучшей подругой, тебе нужно только подарить ей надежду, сделать так, чтобы ей было к чему стремиться и ради чего жить. – Тео вздохнул. – План весьма краткосрочный, но ничего лучшего у меня нет.

– А почему бы просто не познакомить ее с кем-то, с кем ты действительно хочешь завести серьезные отношения?

Тео невольно рассмеялся:

– Потому что я ни с кем не хочу заводить не только серьезных, но и вообще каких-либо отношений. А если я познакомлю мать со своими привычными подружками, она с криком убежит.

– Тогда зачем ты вообще с ними встречаешься, если они настолько тебе не подходят?

– А кто сказал, что они мне не подходят? Ладно, в любом случае это не важно. Даже если бы у меня кто-нибудь и был, она бы в данном случае все равно не подошла бы.

– Почему?

– Потому что это привело бы к ненужным сложностям. – Как же он устал от глупых женщин, что начинают мечтать о кольцах и белых платьях, даже несмотря на то, что он с самого начала прямо говорит, что ничего этого не будет. – Она могла бы спутать реальность и фантазии.

– А откуда ты знаешь, что я этого не сделаю? – Бекки сама удивилась собственному вопросу. Но раз он говорит, совершенно не заботясь о ее чувствах, то к чему ей кружить на цыпочках вокруг его эго?

– Потому что ты с самого начала сказала, что я не из тех, с кем бы ты стала заводить отношения. – Она так и не призналась, что за история привела ее в Котсуолд и кем был тот человек, что разбил ей сердце. Но в одном Тео не сомневался: этот дурак был чертовски мил. Так мил, что так и не собрался уложить ее в кровать. Но стоило появиться настоящему мужчине, что не пытался изображать из себя милую размазню, как она охотно пошла с ним в постель. Тео невольно испытал прилив чисто мужской гордости. – Ты здесь лишь потому, что я сделал тебе предложение, от которого ты не смогла отказаться, и меня это более чем устраивает. Никакого недопонимания, никаких внезапных требований и неуместных фантазий.

И никакого секса…

Тео вновь напомнил себе, что оно и к лучшему. Так между ними точно не возникнет никакого недопонимания. Да и в любом случае разве может его влечения надолго хватить, когда он постоянно будет видеть эту неловкую неэлегантность? Да его к ней потянули лишь новизна и непривычность, которые, очевидно, и были ее единственными достоинствами…

А пока что Тео было сложно смотреть на эту женщину, мысленно ее не раздевая, и от этого он все больше злился.

– Ну а теперь перейдем к деталям. – Тео принялся разогревать заранее приготовленный поваром ужин. – Мы познакомились…

Бекки небрежно пожала плечами:

– Зачем без нужды врать? Скажи матери, где я живу, что мы познакомились у меня дома, где ты провел несколько дней, заблудившись ночью в метель.

– Не годится. Она не поверит в любовь с первого взгляда.

– Почему?

– Потому что это совсем не в моем стиле, и все, кто хоть сколько-нибудь меня знают, ни за что в это не поверят.

– Ну а что тогда в твоем стиле?

– Устав от бесконечных высоких худых пустышек-моделей, я, сам того не заметив, влюбился в умную женщину, за которой мне пришлось побегать.

– То есть ты влюбился в толстую карлицу.

– Не прибедняйся. Мне не может нравиться женщина, которая не нравится самой себе.

– Я себе нравлюсь.

– Вот и молодец. Женская красота далеко не всегда сводится к росту, худобе и гламуру. Но кое-что все же придется изменить.

– И что же?

– Твой гардероб.

– Что?

– Ты не можешь ехать к моей матери в той же одежде, в которой отправилась бы на вызов к больной собаке. Да и в любом случае в свитере в Италии слишком жарко.

– Но эта одежда – часть меня. Разве не предполагается, что ты влюбился в кого-то полностью противоположного привычным моделям?

– Я не предлагаю тебе щеголять полуголой, но нам придется серьезно заняться твоим образом. Покупай что хочешь, я все оплачу, но со старой одеждой придется проститься.