Проснувшись, Элен пошевелилась и поняла, что лежит в объятиях сильных рук, прижавшись к твердой и теплой мужской груди. Макс дышал спокойно и ровно – она чувствовала его дыхание на своей шее. Собственное тело казалось ей тяжелым, с тянущим ощущением между бедер, но боли не было. Элен с трудом верила в происходящее. Неужели это она лежит в постели ранним утром рядом с Максом и он крепко обнимает ее? Реальность превосходила самые дерзкие мечты. Иначе как чудом Элен не могла назвать происходящее. После долгих лет одиночества, когда она изводила себя мыслями о том, насколько уродлива, непривлекательна, Элен словно заново родилась.

Ее переполняла благодарность. Она знала, зачем Макс сделал это и какие причины заставили его остаться с ней. Ему надо разорвать нити, связывающие ее с домом, где она скрывалась от мира. Впрочем, ей было безразлично. О чем переживать, если ее обнимают его теплые руки? Он пробудил в ее теле способность к невероятному наслаждению. Независимо от его мотивов она никогда не забудет его чудесного дара – веры в то, что она может быть желанна.

Когда Макс проснулся, ее первыми, обращенными к нему словами были слова благодарности. Они снова занимались любовью, и Макс довел ее до фантастического, потрясшего ее оргазма. Секс обострил чувство голода. Завернувшись в просторные мягкие халаты, они босиком прошлепали в столовую зону номера и с удовольствием плотно позавтракали.

Глядя на Макса широко раскрытыми глазами, Элен коснулась его руки.

– Спасибо, – выдохнула она.

Макс удержал ее ладонь, притянул к себе. В его взгляде плясали веселые смешинки, но там было еще что-то.

– Это я должен благодарить тебя за удовольствие. Поверь, огромное удовольствие!

Он легко и с юмором поцеловал кончик ее носа, нежно поправил свободной рукой вьющийся локон. Элен смотрела на него с удивлением и восторгом, который неожиданно нашел отклик в его душе. Она пробудила в нем чувства, о которых Макс не подозревал.

Он испытывал глубокое, искреннее удовлетворение. Хотя его первоначальные мотивы ограничивались тем, чтобы освободить Элен от порочной привязанности к дому, для Макса стало совершенно очевидно, что происходящее между ними имеет более глубокие причины. Без сомнения, это объяснялось тем, что он – мужчина, а она – женщина, желанная и страстная.

«Остальное не имеет значения, мне этого достаточно».

Сидя за столом напротив Элен, Макс не сводил с нее глаз, с удовольствием отмечая рассыпавшиеся по плечам густые волосы, глубокий вырез халата, открывавший пышную грудь, мягкий овал лица и глубокий блеск глаз, какой бывает у женщины после ночи страстной любви.

Макс чувствовал, как в нем просыпается голод другого рода, который не утолить булочками в корзинке на столе.

– Нам нужен твой паспорт, – заявил он.

Элен, пребывавшая в состоянии легкого транса, вздрогнула. Ей было достаточно смотреть на Макса через стол, запоминая черты, – ставшую вдруг твердой челюсть, темную пиратскую щетину на небритых щеках, острый блеск глаз, от которого она млела и таяла. Небрежно завязанный белый халат подчеркивал золотистый загар полуобнаженной груди. Она следила за движением его руки, когда он потянулся за круассаном и разломил его длинными пальцами, недавно ласкавшими ее тело, доводя до неистовства.

– Что? – растерялась она.

– Твой паспорт, – повторил Макс с веселой улыбкой. – Едем осматривать мой курорт в Карибском море. Помнишь, я говорил вчера за ужином, что мне надо побывать там? – Он опустил длинные ресницы. – Не думаешь ли ты, – тихо заметил он, – что мне будет достаточно одной ночи с тобой?

Через прикрытые веки он наблюдал за ее реакцией. Мысль, которую от только что высказал, пришла ему в голову утром, как только он проснулся. Одна ночь с этой женщиной? Недостаточно. Совсем недостаточно!

На долю секунды в глазах Элен появилось сомнение и тут же исчезло. Лицо засияло радостью. Внутренний голос шептал:

«Уехать с ним! Хоть на край света до тех пор, пока он хочет тебя! Это самый прекрасный подарок судьбы. Не упусти удачу, возьми от жизни все. Такой случай может больше не представиться, так воспользуйся им. Почему бы нет?»

Макс Василикос преподнес ей дар, о котором она не могла даже мечтать, – дар ее собственной красоты. Более того, он желал ее. Удивление, счастье, восторг переполняли Элен.

Войдя в комнату, Элен не сдержала удивления:

– Здесь нет стен!

Они стояли в одном из бунгало, уже построенных на краю скалистого морского утеса, нависшего над уединенной бухтой.

– Только москитные сетки, – подтвердил Макс, выходя из комнаты на открытую террасу. – Нравится?

Элен облокотилась на перила и поглядела вниз на громоздящиеся камни. Узкая деревянная лестница слева от них вела вниз на белоснежный песок маленького пляжа. Волны лазурного моря лениво набегали на берег, приглашая окунуться в теплую воду. Она покачала головой и сделала гримасу:

– Нет, нет, все ужасно. Удивляюсь, как ты мог привезти меня в такое место. Здесь нет ночного клуба, элитного ресторана со знаменитым поваром. Подумать только, здесь нет даже стены, черт побери!

За время долгого перелета Элен совершенно избавилась от застенчивости, обрела уверенность. Она вела себя легко и непринужденно, позволяя себе смеяться и подшучивать над ним, как в эту минуту. Макс наклонился, чтобы заглушить ее слова поцелуем. Смех перешел в поцелуй. Он крепче обнял Элен, и его губы стали настойчивее.

– Однако хочу заметить, что здесь есть очень большая и удобная кровать, – прошептал он, – с отличным матрасом. Проверим?

Куда девалась усталость от перелета и смены часовых поясов? В ней мгновенно вспыхнуло желание, затмевая все остальные мысли.

– Хочу поплавать в море, – последнее, что успела сказать Элен, когда Макс подхватил ее и понес на кровать.

– Потом, – прорычал он.

Когда, утомленные и насытившиеся, они лежали в объятиях друг друга, Максу пришло в голову, что для женщины, всего несколько дней назад считавшей себя непривлекательной и сторонившейся мужчин, Элен удивительно быстро освоила искусство любви, словно была рождена для секса.

* * *

Выходя из воды, даже через мокрую майку Элен ощущала жар солнца на коже. Она держала в руке трубку и маску для подводного плавания. Они плавали, ходили под парусом и на каноэ. Элен прошла курс начинающего дайвера, а Макс, за плечами которого были годы опыта, уходил на глубокие погружения.

Элен сопровождала Макса в исследовании острова, слушала его разговоры с архитектором курорта, прорабом и командой строителей, приезжавших на работу с материка. Интересно было наблюдать за его отношениями с персоналом – даже для самого младшего подмастерья Макс находил слова поощрения, за что люди платили ему уважением. Все говорило о нем как о человеке неравнодушном и деятельном и вызывало ее восхищение. В отличие от многих подрядчиков Макс не гнался за наживой. Его моральные ценности были понятны Элен, и она разделяла их.

– В мире много мест, где строительство оправданно, но есть и такие, где нужно быть очень осторожным, – говорил Макс, когда они лежали на теплом песке их маленького пляжа после сытного ужина, приготовленного на жаровне под открытым небом. В нескольких шагах ласково плескалось море, а над ними в бархатном тропическом небе медленно плыли яркие звезды. – Природа требует бережного отношения, что я и пытаюсь делать. Наша обязанность – сохранять наследие прошлых поколений.

Элен кивнула, охотно соглашаясь с Максом.

– Возможно, тебе помогает то, что ты грек. Ведь с детства тебя окружала античная культура.

В ответ Макс слегка нахмурился и заметил, как ей показалось, нравоучительным тоном:

– Нельзя жить воспоминаниями – это порочная практика. Иногда мы должны отпускать прошлое и строить для себя новую жизнь.

Глядя в сторону, Элен пожалела о своих словах. Впервые Макс затронул тему, объясняющую причину вторжения в ее судьбу. До этого момента он не касался больного вопроса, словно проблемы по другую сторону океана вообще не существовало или она не имела отношения к тому, что происходило с ними здесь.

Элен отдавала себе отчет в том, что гонит прочь все посторонние мысли, наслаждаясь каждой минутой происходящего. День за днем она проводила в компании прекрасного, замечательного Макса, изменившего ее жизнь, изменившего ее саму, за что она будет ему вечно благодарна! Ступая босыми ногами по песку рука об руку с Максом под жарким солнцем или под звездным небом, она отбросила все заботы и тревоги.

Однако теперь Макс напомнил о них. Элен хотела заткнуть уши, чтобы не слышать его. Если раньше он не заговаривал об этом, то не надо и теперь, ведь между той жизнью и этой лежит целый океан.

«Не хочу ничем портить восхитительное время с Максом. Не хочу думать о Хаугтоне и о том, как мечтаю сохранить поместье. Тем более не желаю слушать, почему должна продать его…»

Однако Макс продолжал говорить, глядя в ночное небо:

– Мне удалось заново построить жизнь: меня толкнула к этому смерть матери. Как бы я хотел, чтобы она была жива и увидела, чего я достиг. Но это невозможно.

В темноте он безуспешно пытался прочитать выражение ее лица и не осмеливался признаться, какое глубокое впечатление произвел на него дом, который он надеялся выкупить у нее. Дом поразил его с первого взгляда и впервые пробудил желание покончить с кочевой жизнью, осесть, пустить корни.

Макс вернулся к прежней теме, не теряя надежды убедить Элен переосмыслить собственную судьбу.

– Не думала ли ты, – осторожно сказал он, взвешивая каждое слово, – что смерть отца может стать для тебя поворотным моментом. Перед тобой открыт весь мир. Ты свободна выбрать свой путь и делать все, что пожелаешь. – Макс сделал акцент на слове «свободна». – Ничто не мешает тебе стать хозяйкой собственной судьбы. – Он широко взмахнул рукой, охватив песчаный пляж, звездное тропическое небо, плеск набегавших волн. – Тебе ведь нравится такая жизнь. Здесь и в других местах. Теперь, когда ты знаешь, как прекрасна, что останавливает тебя от решительного шага? Живи своей жизнью, Элен, без сомнений и обид. Не позволяй несчастливому прошлому помешать тебе.

Элен не прерывала его – она знала, зачем он это говорит. Макс хотел заставить расстаться с Хаугтоном. Более того, он искренне считал, что действует в ее интересах. Однако его слова не находили в ней отклика. Как от незаживающей раны в ней свербила боль при мысли о том, как Паулин погубила отца. Элен не могла простить мачеху и сводную сестру.

Тем не менее внутренний голос продолжал нашептывать: «Не хочу думать о горе, которое они принесли отцу. Во всяком случае, не сейчас, пока я счастлива здесь с Максом. Я хотела бы сказать им, какие они злобные и безжалостные, захватывающие все, до чего могут дотянуться их жадные руки, но не желаю разрушить идиллию с Максом».

Покачав головой, Элен отвернулась и закрыла глаза. В этот момент она почувствовала его нежное прикосновение.

– Подумай о том, что я сказал, – тихо и проникновенно произнес он. – Больше я ни о чем не прошу пока.

Он замолчал. Инстинкт подсказывал, что Элен нужно время обдумать и проникнуться сказанным. Сев и обняв колени, Макс снова заговорил, сменив интонацию:

– Чем бы ты хотела заняться завтра? Как насчет морской прогулки на катамаране?

Элен кивнула с благодарностью. Вот таким она хотела видеть Макса – беззаботным и веселым, с удовольствием проводящим с ней дни и ночи.

Следующий день был наполнен радостью и новыми впечатлениями: легкий катамаран летел под парусами по лазурным волнам моря. Макс стоял у руля, а Элен устроилась на парусине, натянутой между двумя поплавками.

– Нравится?! – крикнул он, перекрывая шум ветра.

– Фантастика! – прокричала в ответ Элен и взвизгнула, когда Макс со смехом направил лодку против ветра. Она дала резкий крен, встав на один поплавок, и снова выровнялась.

Элен была в полном восторге. Когда они причалили к берегу, она безо всяких усилий помогла Максу вытащить катамаран на берег, потом шлепнулась на горячий песок. Ее нисколько не смущал песок в мокрых спутанных волосах. Опустившись рядом с ней, Макс вдруг вспомнил Тайлу, страдавшую, если волосы растрепаны, вечно думающую о своей внешности, ожидавшую от него и других мужчин постоянных комплиментов. Ежеминутно она ждала подтверждения своей сексуальности.

Элен – его львица – была в прекрасной спортивной форме. Даже после того, как поверила наконец в свою привлекательность, Элен нисколько не кичилась внешностью.

«Как с ней легко, – думал он. – Она воспринимает мое желание как нечто совершенно естественное и отдается мне с восторгом и страстью!»

Не только время, проведенное в его объятиях, радовало Макса. Элен с энтузиазмом делила его увлечения. Она умела получать удовольствие от еды, плавания, прогулок под звездами – от всего, что они делали вместе.

«Мне нравится проводить с ней время, беседовать с ней, делиться наблюдениями, идеями. Ее устраивают простой быт, жизнь на природе, ей не интересна суета светской жизни. У нее прекрасная улыбка и заразительный смех».

Макс наклонился над Элен – она улыбалась ему.

– Тебе действительно понравилось? – усмехнулся он. – Можем завтра повторить, – пообещал он в ответ на ее искренний смех и, не удержавшись, поцеловал.

Поцелуи быстро переросли в страсть. Подхватив Элен на руки, Макс отнес ее в их комнату без стен и положил на широкую кровать. Его последней едва осознанной мыслью была мысль о том, какое наслаждение заниматься с ней любовью. После этого он погрузился в море чувственности.

Рука Макса лениво покоилась на горячем от солнца бедре Элен. Они лежали в прозрачной тени их маленького пляжа, куда спустились после завтрака на террасе. Еще до этого ранним утром оба позанимались на тренажерах, временно установленных на открытой площадке, где в будущем должна разместиться служба приема курорта. Валяясь на песке, они ждали ветра, чтобы поплавать на катамаране.

Это был предпоследний день пребывания на тропическом острове. Глубокая грусть охватила Элен от мысли, что прекрасное, волшебное, безмятежное время подходит к концу. Глядя на сверкающую лазурную гладь моря, белый песок пляжа, утопающий в тропической зелени остров и крышу их скрытого за деревьями бунгало, она почти физически ощущала подступающую тоску. Элен с сожалением вздохнула. Она почти потеряла счет дням, незаметно переходившим один в другой – жизнь никогда не была такой прекрасной. Уединившись на острове, отстранившись от остального мира, они с Максом старались быть как можно ближе к природе.

«Маленький рай для двоих. Я чувствовала себя Евой – первой созданной Творцом женщиной, постигшей радость бытия».

Улыбка тронула ее губы: воистину создана из ребра Адама.

«Макс сделал меня женщиной – чувственной и страстной».

Конечно, он преследовал собственные цели. Элен не питала иллюзий по этому поводу. Да Макс и не скрывал намерения показать ей, как прекрасна жизнь за пределами маленького, тесного мирка усадьбы, ставшей для нее тюрьмой. Дом детства держал ее в плену прошлого, в тяжелой атмосфере вражды с Паулин и Хлоей. Однако какое для Элен имели значение мотивы Макса? То, что он сделал для Элен, освободив ее, было в тысячу раз важнее. Но главный подарок Макса заключался в том, что он желал ее и возбудил в ней ответное желание. С привычным удовольствием Элен посмотрела на лежащего рядом с ней на песке мужчину. Под темными очками она не видела глаз Макса и не знала, спит он или бодрствует.

– О чем вздыхаешь? – вдруг спросил он, повернув к ней голову.

– Просто я подумала… Завтра в это время мы уже будем на пути в Лондон.

Даже сквозь линзы Элен чувствовала его взгляд.

– Тебе понравилось здесь?

Она даже немного задохнулась.

– Конечно! Это была настоящая идиллия!

– Да, – согласился Макс. – Иначе, не скажешь.

Его рука скользнула по ее бедру. Макс лег на спину, глядя в небо.

– Скажи мне… – В голосе Макса появились вкрадчивые нотки. – Что ты думаешь об Аризоне?

Элен удивленно подняла брови:

– О штате Аризона?

– Да. Впрочем, это может быть Юта. Мне надо проверить. – Макс сдвинул на лоб темные очки. – Слышала когда-нибудь об американском национальном парке Рорке?

Элен покачала головой.

– Так вот, – продолжал Макс, – он не так известен, как другие американские парки запада страны, не говоря уж о Гранд-Каньоне. Тем не менее местная администрация проводит там семинар на тему устойчивого развития туризма. Я намерен присутствовать. – Прикрыв глаза, он выдержал паузу. – Как ты смотришь на то, чтобы поехать со мной? Можем вылететь из Майами. После семинара задержимся на несколько дней, арендуем походное снаряжение и побродим по окрестностям. Согласна?

Элен потеряла дар речи. Приподнявшись на локтях, она посмотрела на Макса.

– Да! Конечно!

Ее душа пела, настроение резко изменилось – Элен парила в небесах. Несколько дней с Максом! О чем еще можно мечтать?

– Отлично, – ухмыльнулся Макс, притягивая к себе Элен.

Он коснулся ее губ. Ее волосы рассыпались по плечам блестящим каскадом. Макса охватило чувство триумфа. Новое место и новый опыт для Элен. Еще одна возможность показать ей, какие приятные сюрпризы предлагает жизнь, если она расстанется с прошлым. Кроме того, она останется с ним еще на некоторое время со всеми удовольствиями, которые дарит ему ее присутствие.

Поцелуй Макса становился более глубоким и страстным. Вскоре оба оставили мысль о прогулке на катамаране.