Свадебный прием проходил в Розовом зале королевского дворца Дракоса. Его устроили Никандрос и его жена Миа.

Взяв бокал шампанского, Габриель сделал большой глоток, но, казалось, ничто не могло избавить его от ощущения, что он перестал полностью контролировать собственную жизнь.

За две недели, в течение которых он каждый вечер ужинал вместе с Элени и Анджелиной, между ним и его дочерью установилось что-то вроде перемирия. Разумеется, это произошло благодаря принцессе, которая умело сглаживала острые углы. Анджелина принимала участие в разговорах за столом, хотя главным образом отвечала на вопросы Элени.

Он, человек, который всегда полагался только на логику и факты, был вынужден признать, что лицо его невесты преобразилось, когда она посмотрела на него своими карими глазами и улыбнулась ему. Что краски вокруг стали ярче, когда она пошла к нему по церковному проходу, усеянному лепестками роз, и когда она с любовью посмотрела на Анджелину, несшую букет невесты.

Он обратился в фирму по организации мероприятий и распорядился, чтобы ее сотрудники выполнили все требования его невесты, сколько бы это ни стоило. Однако Элени не захотела слишком пышной свадьбы. Очевидно, она никак не могла забыть о том, что их свадьба – всего лишь деловое соглашение, и он решил на ней жениться только ради Анджелины.

Никандрос повел Элени на танцпол. К Габриелю в этот момент подошел один из его подчиненных, но он едва слышал, что говорит этот человек. Все его внимание было приковано к его новоиспеченной жене.

Теперь он должен заботиться об этой женщине, защищать и любить ее. Дать ей любовь он, конечно, не способен, но оберегать ее и обеспечивать всем необходимым ему вполне по силам.

Платье цвета слоновой кости подчеркивало изгибы ее фигуры, похожей на песочные часы. Ее каштановые кудри, мягко обрамляющие лицо, украшала изящная бриллиантовая диадема – подарок Никандроса. От него, Габриеля, она не приняла других украшений, кроме кольца. Она даже настояла на том, чтобы в случае развода он выплачивал содержание только детям, если они у них, конечно, будут. Почему-то у него было такое чувство, что, что бы он ей ни дал, это не сможет сравниться по ценности с тем, что она дала ему. Возможно, когда она забеременеет, он перестанет чувствовать себя ее должником.

Так что пока ему не оставалось ничего другого, кроме как принимать поздравления и улыбаться, позируя перед камерами вместе с Элени и Анджелиной.

Благодаря тому что он строго следовал советам Элени, ему даже удалось уговорить Анджелину с ним потанцевать. Всего месяц назад он даже представить себе такого не мог.

Представители прессы смеялись бы, узнав, как сильно его, неисправимого циника, растрогала его собственная свадьба.

Только он собрался пригласить Элени на очередной танец, как перед ней возник высокий привлекательный мужчина и поклонился ей. На лице принцессы появилась широкая улыбка, щеки ее покраснели, а глаза заблестели от слез.

Она не отстранилась, когда мужчина взял ее за руку, и Габриель насторожился. Улыбка Элени слегка поблекла, став какой-то натянутой. Ее взгляд блуждал по лицу мужчины, словно она не могла на него насмотреться. Она провела руками по его плечам, словно не верила, что он находится перед ней.

Габриеля охватило собственническое чувство, когда мужчина обнял Элени за талию и повел ее на танцпол. Она обняла его за шею и откинула назад голову, ловя каждое его слово. Во время их танца на ее лице было смятение, будто присутствие этого человека одновременно доставляло ей удовольствие и причиняло боль.

Габриеля раздирало любопытство, но он тихо выругался себе под нос и удалился. Он не собирался уподобляться ревнивым мужьям и следить за каждым шагом свой жены. Черт побери, он даже не может считать ее своей женой в полном смысле этого слова.