Резкий стук в открытую дверь кабинета заставил Идриса оторвать взгляд от компьютера. Его помощник, Ашар, уже прошел в комнату, выглядя настороженным. Идрис заподозрил неладное.

– Что случилось?

– Все под контролем. Они оба в безопасности. – Он говорил об Арден и Дауде.

Идрис вскочил на ноги:

– Что это значит? Что произошло? – Арден не нарочно вляпывалась в неприятности. Просто ее ограниченное знание Захрата и энтузиазм иногда создавали неожиданные ситуации.

Дворец был наводнен детскими рисунками: цветов, животных, драконов и морских чудовищ. После того как в стране узнали о том, что банкетный зал украсили детскими рисунками, их стали отправлять во дворец со всей страны. Министерство образования приняло закон о поощрении творчества и инноваций в школах. Планировалось устраивать выставки детских рисунков в новом здании муниципалитета.

– Вы уверены, что они в безопасности? – Идрис уперся кулаками в письменный стол.

– Да. Телохранители стараются следовать за ними.

– Стараются? Это означает, что они не знают, куда они идут.

– Вот поэтому я пришел к вам. Вам известны планы шейхини на сегодняшний день?

Идрис покачал головой:

– Она собиралась вместе с Даудом посетить детский клуб, а потом вернуться во дворец.

– Они были в детском клубе, затем сходили на крытый рынок, где покупали еду.

– Где они сейчас?

– Едут по внутреннему шоссе. Шейхиня за рулем.

Идрис нахмурился. Обычно Арден ездила с водителем и телохранителями. В основном свита была символом ее статуса, потому что в Захрате ей практически ничего не угрожало.

Его поразила очередная мысль. Конечным пунктом внутреннего шоссе были горы и аэропорт. Арден не поехала бы в горы к вечеру. Возможно, она направляется в аэропорт.

Идрис прошагал к двери:

– Подготовьте вертолет и соедините меня с начальником охраны.

Услышав шум вертолета, Арден подняла голову, но ничего не увидела. Шум прекратился. Должно быть, вертолет приземлился неподалеку. Идрис говорил, что на вертолете доставляют в больницы пострадавших. Возможно, кто-то попал в аварию на шоссе.

– Мама! Рыба! – Дауд привлек ее внимание к пруду с разноцветными рыбками.

– Да, дорогой. Красивые рыбки. – Она улыбнулась. Ее сын обожал воду – неожиданная черта для сына пустынного шейха. Уже пора учить его плаванию. – Давай поедим? – Она похлопала рукой по мягкой траве, сидя в тени.

– Пока, рыбка. – Он с серьезным видом помахал рыбке рукой, подбежал и уселся рядом с Арден.

В тот же момент она краем глаза заметила движение и резко обернулась.

– Идрис! – Он шагал через сад внутреннего двора, выражение его лица было суровым. У него за спиной были двое охранников в черных костюмах. – Что ты здесь делаешь?

– Я могу спросить тебя о том же, – натянуто ответил он.

Идрис выглядел как высокомерный и жесткий аристократ и воин, каким она увидела его в Лондоне. Он требовал мгновенного послушания.

– Папа! – Дауд подскочил к отцу, широко раскрыв объятия. Идрис легко подхватил его на руки и поднял так высоко, что мальчик захихикал.

Арден наблюдала, как суровые черты лица Идриса смягчаются. Он улыбнулся, когда Дауд обнял его за шею и прильнул к нему. При виде того, как ее сын полюбил своего отца, которого не знал несколько месяцев назад, ее сердце чуть не выскочило из груди. Идрис относится к мальчику с такой нежностью. Все-таки она правильно поступила, выйдя замуж за Идриса ради Дауда.

Идрис посмотрел ей в глаза, и она вздрогнула от волнения.

– Что вы здесь делаете?

– У нас пикник. – Она указала на финики, абрикосы, хлебные лепешки, мягкий козий сыр, орехи и свои любимые маленькие пирожные с фисташками, пропитанные сладким сиропом. – Не хочешь присоединиться к нам? Я не ожидала увидеть тебя до вечера. У тебя изменились планы?

– Можно сказать и так. – Он подошел к ней, держа Дауда на руках.

– Ты выглядишь напряженным. Что-то не так? – Она нахмурилась. Его взгляд нервировал ее.

– Небольшая проблема, связанная с тем, что ни твои телохранители, ни сотрудники дворца не знали, куда вы собираетесь во второй половине дня. Вы сбежали от охранников.

– Неправда! Я сказала им, что мне надо побыть наедине с Даудом. После этого я их не видела.

Идрис покачал головой:

– Ты думаешь, они вернулись бы во дворец без тебя? Твоя охрана – это не просто работа, а дело чести. Они держались от вас в тени, но они не могли оставить вас одних. Ты напугала их, когда они потеряли вас на крытом рынке.

Арден поднялась на ноги, она была шокирована:

– Ты говорил, что в Захрате мы с Даудом в безопасности. На рынке все были с нами приветливы. Ты утверждал, что нам пойдет на пользу, если мы будем чаще общаться с простыми людьми, а не только с придворными.

Идрис на секунду закрыл глаза – Арден поняла, что он набирается терпения. Ей было ненавистно думать, что она опять ненарочно совершила ошибку. И потом, она не привыкла объяснять каждый свой шаг.

– Разве так неправильно проводить время, делая что-нибудь нормальное? – сказала она.

– Нормальное? – Он выглядел так, будто никогда не слышал это слово.

Арден обвела рукой вокруг себя. Даже ее выбор места для пикника был продиктован тем фактом, что члены королевской семьи не едят в общественных парках. Несколько недель назад Идрис показал ей этот маленький дворец за городом. Девичий дворец был приданым его бабушки, и Арден понравилось здешнее спокойствие и красота. Сегодня она не готова вернуться в Золотой дворец, а после чуть более трех месяцев в Захрате Девичий дворец был единственным укромным местом, которое она знала.

– Да. Например, поход за покупками. Спокойное времяпровождение. Общение с другими матерями и детьми.

Только после посещения детского клуба Арден поняла, как ей не хватает таких мероприятий, на которых она чувствует себя свободнее. Ее пригласили как шейхиню, но в действительности она вела себя как обычная женщина по имени Арден – мать пытливого и любознательного малыша, которая общалась с другими матерями.

– Мне нужна свобода, Идрис. Ты должен это понимать.

Вздохнув, Идрис опустил Дауда на землю и обхватил ладонью затылок, словно желая избавиться от боли. Ей захотелось помассировать его напряженные мышцы. Она почти пожалела, что затеяла этот пикник.

Дауд уселся у их ног и потянулся за курагой.

– Идрис?

– Я понимаю. Ты родилась в другом мире. Тебе придется ко многому привыкать. Но в следующий раз пусть сотрудники знают, куда ты собираешься. Ты напугала службу безопасности. – Он опустил уголки губ и расправил плечи.

Арден почувствовала себя виноватой. Ей было не по себе всякий раз, когда она нарушала королевский протокол или неписаные правила.

– И сильно я ее напугала? – Она округлила глаза. – Вертолет? – Идрис кивнул, и она зажмурилась. Если бы понадобилось, они мобилизовали бы целую армию. – Мне очень жаль. Я не подозревала.

Идрис прав. Она не понимает всех правил. Ему было бы намного проще, если бы он женился на настоящей принцессе, которая знает, как себя вести, и ничего не нарушает.

Арден покачала головой. Она не собирается вешать нос. Она очень старается привыкнуть к новой жизни.

– Эй! – Идрис обнял ее и притянул к себе. Она открыла глаза и увидела бархатный взгляд его карих глаз. – Все в порядке. Никто не пострадал.

Она постаралась улыбнуться:

– Я уверена, что ты говоришь неправду, но спасибо тебе за эти слова. Телохранители не пострадают из-за меня?

Он покачал головой:

– Они просто получили выговор. Считай, что ты их взбодрила. Теперь они будут держать ухо востро. – Он внезапно усмехнулся. – Ты отлично их провела.

На этот раз улыбка Арден была естественнее, однако она по-прежнему была расстроена. Она так наслаждалась сегодняшним днем. Она и представить не могла, что кому-то навредит.

– О чем ты думаешь? – Его дыхание согревало ее лоб, он обнимал ее рукой за талию.

– В следующий раз, когда я захочу поехать на пикник, я прихвачу с собой трех поваров и десять человек обслуживающего персонала. А еще я оставлю для телохранителей подробный план своих действий, поминутно.

– Неплохая идея. – Она подняла брови, и он улыбнулся. – Я позабочусь о том, чтобы проблем больше не возникало. А теперь я предлагаю отдохнуть.

Он резко опустился на землю, потянув ее с собой, и она упала ему на колени. Он с жадностью припал к ее губам, и она схватилась руками за его плечи, ощущая растущее возбуждение.

Внезапно Дауд пропищал:

– Мама! – Теплое, мягкое тело мальчика прижалось к ней, а его липкая ладошка коснулась ее щеки. – Дауд хочет поцелуй.

Она услышала смешок Идриса и почувствовала, как он прижал к себе Дауда. На мгновение она позволила себе поверить, что они трое – настоящая семья.

Идрис, воспользовавшись своим незапланированным побегом от королевских обязанностей, превратил пикник в заманчивое приключение. Они втроем осмотрели маленький, но прекрасный старинный Девичий дворец. Маленький по стандартам Захрата. Это был очередной особняк с великолепной обстановкой и непревзойденным видом на побережье, город и горы за его пределами.

Они разглядывали великолепные мозаики, спальни и великосветские салоны. Дворец был украшен красивыми предметами антиквариата, но почему-то казался скорее уютным домом, а не королевским жилищем.

Наступил вечер, и начался грандиозный пикник, о котором Арден даже не мечтала. Слуги из Золотого дворца в белой униформе расстелили на траве бирюзовые и алые ковры. По всем саду расставили мангалы, на которых готовилась изысканная еда.

Позже слуги исчезли, а няня забрала спящего Дауда, чтобы отвезти его в Золотой дворец.

Идрис и Арден наконец остались одни, и он настоял на том, чтобы покормить ее десертом: спелыми персиками, темно-красным виноградом и сладкими апельсинами.

Она смеялась, наслаждаясь особенным временем наедине и чувствуя на себе страстный взгляд мужа и его нежные, но нетерпеливые прикосновения рук. Раздев Арден, Идрис подхватил ее на руки и внес в дом, где уложил на кровать, застеленную тонкими льняными простынями с ароматом корицы и лепестками роз. В комнате горели свечи, создавая романтическую обстановку.

– Медовый месяц, которого у нас не было, – сказал Идрис, когда Арден ахнула при виде этой красоты. Как только он положил ее на кровать, Арден забыла об окружающей обстановке.

Арден глотнула воздух. Кровь бурлила в ее жилах, пока она подрагивала от постепенно затихающих волн наслаждения, пробегающих по ее телу.

Идрис лежал на ней, окружая мощным телом и плечами и дрожа. Ей нравилось, как он теряет голову в ее объятиях и полностью отдается страсти. Простонав у ее плеча, он перекатился на спину, увлекая Арден за собой. Она растянулась поверх его тела.

Открыв глаз, она увидела, что светает. Скоро Идрис встанет, чтобы приступить к работе.

Она не желала покидать дворец его бабушки. Это место ее очаровало. Она хотела как можно дольше оставаться здесь с Идрисом, забыв о королевских обязанностях. Здесь она чувствовала себя не только счастливой, но и желанной.

– Я тут подумал, – пробормотал он у ее волос и обнял рукой за талию.

– Угу?

– О втором ребенке.

Арден замерла и перестала поглаживать его торс:

– Ребенок?

– Брат или сестра для Дауда. Что скажешь?

Ей показалось, что он говорит с волнением. Потом она решила, что ей показалось.

– Ты хочешь еще одного ребенка? – спросила она.

– А ты не хочешь?

Ей не терпелось сразу ответить, что она очень этого хочет. Она моргнула, удивляясь тому, как внезапно разволновалась.

– Арден? – Идрис поддел пальцем ее подбородок, заставляя поднять голову. Он слегка приподнялся, положив руку за голову. Она обратила внимание на впечатляющие мускулы его руки и плеча и мгновенно снова возбудилась.

– Да? Я… – Она задумалась над его вопросом. – Я не знаю, – уклончиво ответила она по непонятным ей причинам. – Почему ты хочешь еще одного ребенка?

Он сдвинул брови, словно ему не понравился ее вопрос. Он наверняка ожидал, что она с радостью ухватится за его идею.

– Ты не думаешь, что Дауду будет хорошо с братом или сестрой?

– Возможно. – На самом деле она думала, что это было бы замечательно. Но потом напомнила себе, что обязана ради своего сына и себя действовать обдуманно. Поддавшись эмоциям несколько лет назад, она добилась того, что ее жизнь перевернулась с ног на голову.

– Ни у тебя, ни у меня не было братьев и сестер, – сказал он. – Мы знаем, как одиноко бывает единственному ребенку в семье, особенно когда случается трагедия.

Арден мрачно кивнула, от воспоминаний о детских лишениях у нее скрутило живот.

Ее охватил ужас. Как в тот день, когда шесть месяцев назад она на несколько минут потеряла Дауда в переполненном магазине.

Она прижала ладонь к груди Идриса, чувствуя его размеренное сердцебиение.

– К тому же, – продолжал он, не догадываясь о ее страхе, – пусть это звучит старомодно, но много детей – хороший способ обеспечить преемственность власти.

– На случай, если что-нибудь случится с Даудом? – резко спросила она.

Идрис обхватил ладонью обнаженное плечо Арден, желая ее успокоить:

– С Даудом ничего не случится. Но кто знает? – Он чувственно улыбнулся. – Возможно, наш первенец решит отказаться от трона и стать ученым, как мой кузен. Или рок-музыкантом. Если у него будет брат, который унаследует трон…

– Или сестра, – сердясь, выпалила Арден. В настоящее время по закону наследовать трон мог только мужчина. Но не это разозлило Арден. Ей было неприятно слышать, что она должна родить Идрису ребенка, чтобы сохранить трон в безопасности и избежать политических потрясений. Они говорили о детях! Детях, которые заслуживают любви. Они не должны быть пешками в династической игре!

– Или сестра. – Идрис поднял одну бровь. – Это подводит нас к обсуждению того, скольких детей мы хотим родить.

Она знала, о чем говорит его ленивая улыбка. Он намекал на сексуальные утехи. Арден нравилось заниматься любовью с Идрисом. Он заставил ее чувствовать себя не только довольной, но и желанной. Он отличный любовник. Для него рождение ребенка подразумевает секс, которым он явно наслаждается.

Но рождение ребенка не такой простой вопрос.

– Я подумаю об этом. – Она отстранилась от Идриса и заметила, как с его губ сходит самодовольная улыбка. – Это очень серьезно.

Очевидно, он не ожидал этого ответа.

– Конечно. – Нахмурившись, он сильнее сжал рукой ее плечо. – У нас много времени, чтобы это обдумать. Решать нам обоим.

Потому что он дал слово.

Потому что он женился на ней перед тысячами свидетелей.

Потому что ему не остается ничего другого, как быть ее мужем.

Внезапно на Арден навалилась ужасная усталость.

Она вышла замуж не по любви, а ради своего ребенка. Она на самом деле насладилась браком с Идрисом. Он был ей хорошим мужем. Даже ее жизнь в Захрате, хотя и оставалась сложной, принесла ей удовлетворение и робкое чувство выполненного долга. Поэтому непонятно, почему напоминание о том, что они заключили брак по расчету, так ее задело.

Потому что Идрис смотрит на все – на Арден, на свой брак и даже на детей – только с практической точки зрения. А в этом время Арден не может не испытывать к нему сильных чувств.

Идрис придвинулся к ней, обхватил рукой ее затылок и притянул к своей груди. Арден машинально прильнула к нему, положив колено ему на бедро и обняв рукой за талию.

От ужасающей и суровой правды в ее голове беспорядочно кружились мысли. Это внезапное, невыносимое озарение разрушило ее уверенность в том, что она смирилась со своим браком без любви.

Она украдкой сморгнула слезу.

Почему она так долго заблуждалась? Казалось невозможным, что она не замечала истину раньше.

Она просто не желала знать правду. Она хотела оставаться упрямым слепцом, потому что боялась последствий.

Арден прикусила губу и попыталась не паниковать, но это было практически невозможно.

Она поздравила себя с тем, что разумно и цивилизованно позволила отцу Дауда заниматься своим сыном. Согласившись на брак по расчету, она начала жить с человеком, которого едва знала. Она приехала в его страну и погрузилась в новую культуру, отказавшись от безопасного и привычного ей мира.

Она даже аплодировала себе за то, что сумела возобновить сексуальные отношения с мужчиной, которого когда-то любила.

В глубине души она отлично понимала, что ее брак был не совсем жертвой с ее стороны.

Потому что она по-прежнему влюблена в Идриса.

Она не переставала его любить. Отрицать свою любовь к нему ее заставляла гордость и обида.

Он ее единственный любовник и мужчина, которого она когда-либо хотела.

Вернувшись в Золотой дворец, Арден принялась ритмично вышагивать по своей гостиной, крепко сложив руки на груди, словно это помогало ей избавиться от душевной боли.

После того как они приехали из Девичьего дворца, Идрис оставил Арден, жадно поцеловав в губы и плотоядно сверкнув глазами. Она прижалась к нему, отчаянно нуждаясь в его объятиях, хотя разум говорил, что ей надо вырваться на свободу и решить, как жить дальше. А для этого необходимо пространство и уединение.

Прежде всего она отменила все назначенные на сегодня встречи и удостоилась понимающей улыбки секретарши. Арден догадывалась, что весь персонал дворца знает о том, как она и Идрис провели незапланированную ночь в другом дворце.

Потом она пошла к Дауду, желая увидеть его яркую улыбку. Она поиграла с ним в игрушечные автомобили, которые с шумом ездили по коврику в виде автомобильной трассы. Но даже улыбаясь, Арден ощущала ужасающую пустоту в душе, от которой яростно хотела избавиться.

Наконец, когда она почувствовала себя достаточно спокойной, чтобы противостоять тому, что ей предстоит, она оставила Дауда с Майшей и отправилась в свою комнату. Остановившись у окна, она посмотрела за пределы города на небольшой Девичий дворец.

Ей хотелось вернуть магию прошедшей ночи. И острые ощущения, которые она испытывала с Идрисом не как невеста, навязанная ему обстоятельствами, а как любовница. Как женщина, которая любила его и несколько беззаботных часов верила, будто он тоже любит ее.

Стена, сдерживающая суровую боль отчаяния, рухнула, и, чтобы не упасть, Арден схватилась за оконную раму.

Она осознавала, что ничего не изменилось. Идрис никогда не притворялся, что любит ее. Он порядочный, заботливый, надежный, уважительный и обаятельный человек с отличным чувством юмора. Он прекрасно ладит с Даудом. На самом деле у отца и сына фантастические отношения.

Но Арден изменилась. Вернее, если ее подозрения правильные, она просто поняла, что дурачила саму себя. Потому что она любила Идриса всей душой. Так же, как она любила Шакила несколько лет назад. Любила и проиграла.

Арден тяжело опустилась на подоконник.

Любовь и разлука – ее постоянные спутники.

Сначала ее родные родители. Потом приемные родители. Затем Шакил.

Теперь Идрис.

Нет, она не потеряет его совсем. Он обещал остаться с ней, поддерживать ее и воспитывать Дауда. Он сделает, как сказал, в этом не надо сомневаться. Теперь она знает Идриса лучше прежнего. Он относится к своему браку как к долгу, который обязан исполнять.

Он никогда с ней не разведется. Но Арден уже не наивная девочка. Она знала, что такой человек, как Идрис, захочет удовлетворять свои сексуальные потребности после того, как к ней охладеет. После затянувшегося медового месяца и рождения детей она будет ему неинтересна.

Что тогда? Арден говорила ему, что не желает узнавать о его любовницах. Он не возражал, а просто согласился с ней и продолжил разговор. В то время она ужасалась идее выйти замуж за человека, который уже планирует спать с другими женщинами.

Это было до того, как она поняла, что любит его.

Как она выживет, когда он отвернется от нее и тайком станет встречаться с другими женщинами?

Арден в отчаянии простонала.

Когда Идрис повернется к ней спиной, она снова останется одна.

Она в очередной раз позволила себе надеяться. Она сознательно думала, что в один прекрасный день Идрис полюбит ее.

Она всегда жаждала любви, стабильности. Она хотела быть для кого-то самым важным человеком в жизни. Каждый раз ее надежды рушились.

Вероятно, она обречена любить и разочаровываться.

Идрис неравнодушен к ней, но ей этого мало. Любя его и получая от него только легкую привязанность и зная, что он спит с другими женщинами, она просто погибнет. Она не позволит этому случиться. Она должна быть сильной, ради себя и Дауда.

Арден поднялась на ноги и медленно выпрямилась, пристально глядя на прекрасный маленький дворец за городом.

Она должна найти способ выжить и сделать лучшее для Дауда и Идриса, а также сохранить чувство собственного достоинства. Теперь она знает, как это сделать.

На этот раз она не позволит, чтобы ее бросили.