На следующее утро папа выглядел усталым и бледным, как привидение, он проработал всю ночь.

— Во всяком случае, сейчас мы дадим тебе отдохнуть, — сказала мама. — Сократа мы отправим к маме Нюсси, а Аврору я забираю с собой.

— Хорошо! — сказал папа.

Он зевнул, но старался сохранять бодрый вид, хотя это у него получалось плохо.

Тут в дверь позвонили. Это пришла мама Нюсси, вставшая спозаранку, чтобы забрать Сократа. Сократ пристально на неё взглянул. Какие странные волосы у этой женщины? Они светлые? Ни у мамы, ни у Авроры таких нет.

И как только Сократ их увидел, он тут же решил за них потянуть. К счастью, мама Нюсси была необидчивая и только засмеялась, когда он потянул их изо всех сил. Её снабдили пелёнками, другой одеждой и игрушками, и она ушла с Сократом, а тому только бы тянуть её за волосы. Поэтому со всеми остальными он расстался без сожалений.

Мама, папа и Аврора сидели за столом и завтракали. Но сегодня за столом сидела совсем другая Аврора. Она водрузила перед собой старую газету, а потом налила в свою кофейную чашечку молоко. Время от времени она откусывала немного хлеба, но всё время смотрела только в газету. Она ещё не умела читать, но внимательно разглядывала фотографии и думала только о них. Иногда она тянула руку за чашечкой и подвигала её к себе. Не всегда это получалось, газета была большая, и одной рукой справиться с ней было нелегко, но всё же можно. Она отхлебнула немного из чашки и её отставила.

— Как же я без тебя сегодня, — сказал папа.

— М-да, — сказала Аврора. Потом помолчала, пока не закончила есть. Сложила газету и сказала: — Ты уже приготовил мне пакет с бутербродом, папа?

— Боже мой! — взмолилась мама. — Неужели это я? Я веду себя так каждое утро?

— Да, примерно, — ответил папа, — но я не против. Каждый из нас делает своё дело, и твой пакет с бутербродом, Аврора, уже готов.

— Отлично, папа, — сказала Аврора. — Теперь мне остаётся почистить зубы, и я тоже готова. Как ты думаешь, мне взять с собой зонтик?

— Нет, не надо, — сказал папа. — На небе ни облачка.

Папа целиком включился в игру Авроры.

«Это хорошо, — подумала Аврора, — у меня ведь вовсе нет зонтика».

Она превратилась в прежнюю Аврору, только собираясь уходить. Стояла и смотрела на папу, такого бледного.

— Так ты что же, остаёшься совсем один? — спросила она.

— Да, — сказал папа. — Буду работать, но без тебя дома будет как-то странно. Я буду скучать по тебе.

— Я вернусь домой, обязательно, — сказала Аврора. — Встретимся в обед.

— Ну ладно, ладно, — сказал папа.

Он обнял Аврору с мамой, а когда обе они спустились вниз к машине, встал у окна и помахал им розовой кухонной салфеткой, чтобы его было видно.

— Бедный папа, — сказала мама. — Он так выдохся. К счастью, до окончания работы над диссертацией остаётся не так много дней.

Мама села за руль, а Аврора устроилась позади неё и, подражая маме, тоже вела машину. Они проехали по большим и узким городским улицам. В одном месте мама нашла ворота и, въехав в них, оказалась на заднем дворе, в котором уже стояло несколько автомобилей. Среди них нашлось место и для них тоже, но маме пришлось несколько раз сдать назад, прежде чем она поставила машину в остававшееся небольшое пространство.

Затем они вошли в дверь, выходившую на тот же задний двор, и поднялись по старинной лестнице вверх.

Узорчатые железные перила украшали здесь каждый пролёт лестницы. Сквозь узоры Аврора просматривала всю её вглубь. Это было чуть жутковато. И ещё на лестнице было темно и как-то странно пахло. Аврора уже бывала здесь прежде, но не помнила этого запаха. От лестницы пахло старинным городом. Когда они поднялись на три пролёта, мама покопалась в сумочке, нашла ключ и отперла дверь. Так они попали в мамину комнату. Она оказалась небольшой, но соединялась с большим кабинетом, где стояли роскошный стол и изящные стулья.

— Здесь работает мой начальник, — сказала мама. — Сегодня днём он будет отсутствовать, так что ты имеешь полное право здесь находиться.

В примыкавшей к большому кабинету комнатке размещались два рабочих стола.

— Здесь работает ещё один мужчина, — сказала мама. — Он конторский служащий, который нам помогает, но сейчас и его нет, он в отпуске.

— Ага.

— А сегодня моим клерком будешь ты, — сказала мама, очистила от бумаг незанятый стол, дала Авроре лист белой бумаги, карандаш, ластик и печать. Печать выглядела совсем как настоящая, а стул, на который Аврора села, мог крутиться, но она на нём не крутилась, во всяком случае пока ещё. Она вошла в роль, почувствовала себя настоящей конторской барышней, и поэтому ей не подобало так вот сидеть и на стуле крутиться.

Мама сняла чехол с пишущей машинки и стала на ней что-то печатать.

Время от времени звонил телефон, мама брала трубку и говорила:

— Адвокатская фирма Снуверса к вашим услугам. Нет, его нет на месте…

— А что же тебе никто не звонит? — спросила Аврора.

— Звонят, но пока не так часто…

Она снова стала что-то печатать, и Аврора почувствовала, что мешать ей не следует.

Она сидела у себя в углу и шептала:

— Адвокатская фирма Снуверса к вашим услугам. Да, её зовут Мари Теге. Она очень прилежна. Вам следует обратиться к ней. Она отложила свой отпуск и будет работать ещё некоторое время… ещё две недели.

Она говорила так тихо, что мама её не слышала. Потом Аврора немножечко порисовала. Она бы с удовольствием попечатала на машинке, это было веселее, чем царапать по бумаге карандашом. Ничего особенно конторского в карандаше не было. На столе лежала коробка со скрепками. Аврора притворилась, будто это был телефон, и он сразу же зазвонил, а она ему прилежно ответила, что звонивший обратился в адвокатскую контору Снуверса.

— Ну вот, сейчас мы поедим, — сказала мама.

— И мы можем никому не отвечать? — спросила Аврора.

— Да, — сказала мама. — Да, ведь у нас тоже есть свободное время. И я могу выйти из конторы, если мне захочется, но не сейчас, когда никого, кроме нас, в конторе нет.

Бутерброды были ужасно вкусные, мама пила кофе из термоса, а Аврора пила сок, который папа незаметно для Авроры положил им с собой в пакет.

— Хорошо всё-таки не сидеть здесь одной. Знаешь, Аврора, я, пожалуй, улизну с работы и куплю нам по мороженому. Запру контору снаружи и побегу. Ты не боишься остаться одна? И ты сможешь отвечать за контору. Я бы тебя не оставляла, но одна сбегаю за мороженым быстрее.

— Хорошо.

Мама ушла и заперла дверь снаружи, а Аврора осталась на месте.

Теперь она вообразила себя мамой. Мамой, которая сидела здесь в одиночестве каждый день целое лето. Аврора раньше как-то об этом не думала. В комнате стояла тишина, а снаружи было так шумно. Когда придёт мама, она сядет у окна и будет смотреть на улицу, но сейчас она сидеть у окна не могла, она за контору отвечала.

И тут зазвонил телефон. Не коробка со скрепками, которая только что притворялась телефоном, а настоящий телефон. Аврора сидела и смотрела на него. А он всё звонил и звонил, а она всё сидела, хотя это она отвечала за контору.

Так сказала мама, и мама знала, что следует по телефону отвечать. Телефон всё не унимался, он звонил и звонил, и Аврора поднялась и подошла к нему. Если он сейчас умолкнет, можно будет не брать трубку, но если он будет продолжать названивать, то она должна её взять. И он продолжал названивать. И тогда Авроре не оставалось ничего иного, как поднять трубку. Она взяла себя в руки и сказала:

— Адвокатская фирма Снуверса к вашим услугам.

— Говорит Сну вере, — послышалось ей из трубки, хотя, конечно, голос сказал совсем не это. Голос попросил соединить его со Снуверсом, но то же самое спрашивали все остальные сегодня, и Аврора прекрасно знала, что следует отвечать.

— Нет, его нет на месте. Он в отпуске ещё две недели. Позвоните потом! Пожалуйста! Спасибо! — сказала она и побыстрее положила трубку, потому что голос из трубки начал чуть не рычать «Да что же это такое» или что-то подобное.

Аврора быстро пошла и села на своё место, и в следующий раз, когда позвонил телефон, она не взяла трубку, хотя телефон так надрывался, что едва ли на месте не прыгал. Ну и пусть! Наконец он умолк, а тут подоспела и мама.

— Надеюсь, тебе не показалось, что я тебя бросила, — сказала она. — Я встретила коллегу в магазине мороженого, и он почему-то решил, что я обязательно должна узнать, как он провёл свой летний отпуск. Давай поторопимся и съедим мороженое!

И в самом деле им следовало спешить, мороженое почти текло.

Они обе скорее выпили, чем съели мороженое, мама обтёрла платком уголки губ Авроры, и они ополоснули пальцы. После этого мама снова села за пишущую машинку, а Аврора стала смотреть в окно. Как же странно ведут себя люди! Они так торопятся, что едва не сталкиваются друг с другом. Один раз Авроре показалось, что двое прохожих должны были неизбежно столкнуться, один начал сворачивать в сторону, но другой повернул туда же, и так они шарахались из стороны в сторону, словно затеяли друг с другом игру. Это было до того смешно, что Аврора заулыбалась.

Мама взглянула на неё и хотела что-то сказать. И тут они услышали донёсшиеся с лестницы тяжёлые шаги…

— Слушай, Аврора, — сказала мама. — Посиди-ка ты пока в кабинете начальника!

Аврора послушно кивнула, и, когда раздался стук, она шмыгнула в кабинет и плотно закрыла дверь.

Она как следует огляделась. Кабинет был очень просторный. Здесь можно было свободно погулять по ковру и поразмышлять или смотреть в окно, но под конец она уселась за большущий письменный стол. Вот бы мама Нюсси на него посмотрела! Столешница его блестела ярче, чем поверхность её журнального столика. Кресло, в которое Аврора села, было обито кожей, и оно к тому же крутилось. Оно вращалось быстро и абсолютно беззвучно.

На столе стоял массивный серебряно-серый телефонный аппарат с двумя разноцветными квадратными кнопками — красной и чёрной.

Аврора взяла и нажала на красную, а потом нырнула глубже в роскошное кресло. В это время открылась дверь и через порог в кабинет вошёл незнакомец.

— Это кто же здесь сидит? — сказал он и поклонился.

— Это я, начальник, — сказала Аврора.

— Значит, я — бывший начальник, — сказал человек. — Это я только что разговаривал с вами по телефону.

Тут Аврора словно проснулась, выпрыгнула из кресла, побежала к маме и за ней спряталась.

Но никакой опасности не было, мама подробно объяснила человеку, как Аврора тут оказалась, и тот сказал:

— Ну что ж, за то время, что ты тут просидела, тебе следует выплатить жалованье. Вот вам, пожалуйста. Здесь пять крон, и ещё я сказал вашей матери, что на сегодня вы совершенно свободны. Я в любом случае остаюсь в городе.

Когда они уже сидели в машине, Аврора сказала:

— Вот папа обрадуется!

— Чему? — спросила мама.

— Тому, что сегодня я заработала на обед. — И она разжала кулачок с монетами.