Чейз вздрогнула от звонка будильника и проснулась. Несколько мгновений полнейшей дезориентации, и воспоминания о том, что произошло накануне, преодолев барьер забвения, начали проясняться в ее голове.

Собираясь на работу, она, словно на автопилоте, приняла душ, достала из платяного шкафа серый деловой костюм и слегка накрахмаленную белую блузку. Через полчаса зеркало отразило внешне все такого же прилежного, безукоризненно одетого профессионала, каким и должны были снова увидеть ее коллеги.

Чего нельзя было сказать о ее внутреннем состоянии. Она едва ли могла сейчас работать.

Возвращаясь домой, Чейз никак не ожидала встретить у своего порога Брайана Шепарда. По сути, она никогда и предположить не могла, что он снова когда-нибудь попадется ей на глаза. Но, как видно, неприятности имеют обыкновение возвращаться. Недаром же говорят: «Ты можешь бежать, но тебе не скрыться». Было глупо, конечно, думать, что Брайан Шепард – это не что иное, как далекое воспоминание о не самом лучшем периоде жизни Чейз. Он был одним из ближайших приятелей Шона с детства. Они вместе росли, и именно Брайан научил десятилетнего Шона всевозможным ловким приемам взлома замков и проникновения в дома, спекуляции и мошенничеству. Будучи на шесть лет старше его, Брайан был его наставником во всем до тех пор, пока наконец Чейз и Шон не уехали в Лондон, расставшись с Шепардом, казалось, навсегда. Как бы не так!

Брайан Шепард вернулся.

– Узнал, что ты теперь преуспеваешь, – сказал он Чейз, сам себя пригласив к ней в гости и по привычке сканируя ее квартиру расчетливым взглядом прирожденного мелкого воришки. – Слышал также, что ты нашла замену Шону.

Чейз коробило каждый раз, когда Брайан протягивал руку к какой-нибудь вещи, однако прошлый опыт подсказывал ей, что всякое проявление слабости будет ошибкой в обращении с этим человеком. Ей был хорошо известен его крутой нрав.

Спрашивать Брайана, как он узнал об Алессандро, не имело смысла. Ему ничего не стоило привлечь друзей-приятелей к получению нужной информации.

– Это все Энджи. Ты помнишь Энджи Карсон? Такая жирная корова. Она сфотографировала вас на свой телефон.

Брайан не сдвигал с лица капюшон все то время, пока был в квартире, переходя из комнаты в комнату, трогая вещи и вертя их в руках, как бы оценивая их стоимость. Чейз долго молчала, но в конце концов не выдержала и прямо спросила Брайана, чего он хочет, так как тому явно было что-то нужно от нее.

Денег. Он оказался в несколько затруднительном положении, и ему нужны деньги, чтобы перекантоваться какое-то время. Брайан был уверен, что Чейз могла бы добыть их для него, потому что любовники уезжали в роскошном автомобиле с багажом… Отличный багаж. Дорогостоящий. Энджи была впечатлена. Щелкнула несколько кадров своим телефоном, и все. Итак, нужно немного денег, сущая мелочь для парня, который ездит в лимузине с наемным водителем и с кучей дорогостоящего барахла в придачу.

Так что она решила? Неужели Чейз пожалеет для старого друга сущую мелочь? Что ж, как видно, ему придется убедить ее сделать это. Он ведь узнал, где она работает…

Помнит ли она клуб, где их накрыли фараоны? Конечно, Чейз была тогда совсем малолеткой и не злоупотребляла наркотиками, не то что он, Брайан, Шон и другие члены их банды. Однако напыщенным коллегам в ее адвокатской конторе будет интересно узнать, как она втерлась в их ряды. Ряды тех, в чьем распоряжении находились все полицейские протоколы о задержаниях и приводах. Не так ли? Вполне можно предположить, что и Чейз задерживалась полицией. Тут уж будет не до смеха! А если говорить честно, уже сам факт, что она и Брайан приятельствовали когда-то, наверняка покажется коллегам Чейз небезынтересным.

Мобильный Чейз зазвонил как раз у входа в офис. Алессандро! Она отключилась, не в силах разговаривать с ним сейчас. Но говорить придется, потому что Брайан Шепард не оставит ее в покое до тех пор, пока не получит того, что ему надо. Паршивые деньги, которые, как выяснилось, едва ли было можно назвать «мелочевкой». Сумма оказалась куда большей, чем Чейз удалось отложить после возврата ипотечной ссуды.

Ее жизнь рушилась с предельной быстротой, и Чейз необходимо было заставить себя не утратить самообладания, к чему она была совсем близка.

К тому времени, как она дошла до дверей офиса, она с прискорбием поняла, какие шаги должна предпринять.

Прежде всего зайти в кабинет босса.

Тони Грей, надо отдать должное, был справедливым и участливым руководителем, всегда готовым поддержать сотрудника в трудную минуту. Чейз была обязана уведомить его о своем решении оставить работу. Она пришла к этой мысли, как только вышла из дома. Брайан не только осуществит свою угрозу навредить ей на работе. Он непременно пойдет дальше, если она не выполнит его требование. Разве не ждала его тюрьма за то, что он едва не убил кого-то в потасовке, устроенной в баре, когда ему было всего четырнадцать лет? И что делать Чейз, если Брайану взбредет в голову дать волю своему взрывному нраву и отыграться на ней? Да он запросто убьет ее. Ей была противна сама мысль уступить ему в подобной ситуации, однако гордость вряд ли была равноправным соперником здравому смыслу.

Ей срочно требовалось найти компанию, специализирующуюся на услугах про-боно – работе, которую она любила больше всего, и даже если Брайан продолжит преследовать ее, он должен будет понять, что на такой работе с нее много не возьмешь.

Она до сих пор не могла взять в толк, как он разыскал ее. Впрочем, какой смысл тратить время на попытку узнать это? Сегодня благодаря социальным сетям, запустившим свои щупальца во все сферы жизни, даже такому, как Брайан, не составило бы труда найти нужную информацию.

– Моя дорогая, – произнес Тони, когда она уведомила босса, что вынуждена подать заявление об увольнении по личным причинам. – Вы уверены, что это действительно то, что вы хотите сделать? Ведь в нашей компании у вас есть перспектива многого добиться. – Убедившись в твердости ее намерения, Тони заверил Чейз, что он предоставит ей блестящие рекомендации. Вот с таким участием и благожелательностью, которые для Чейз значили очень много, босс согласился с ее уходом.

Алессандро… Она проигнорировала еще два звонка от него, ответив лишь ровно в пять часов, когда, закончив работу, собиралась покинуть офис.

– Где ты была, черт возьми? Я звонил три раза!

– Прости, я была занята… – Чейз спустилась в лифте на первый этаж и шагнула в еще один холодный и пасмурный день, направляясь к многолюдной остановке общественного транспорта.

– Занята чем?

– Я… ну… В общем, я подала заявление об увольнении из «Фитцсиммонс».

Несколько секунд Алессандро находился в сомнении, правильно ли он расслышал то, что сказала ему Чейз. Но ее голос дрожал, чего ей скрыть не удалось. Что-то было не так, неправильно, и несколько, пожалуй, эксцентрично. Он встал из-за стола, беспокойно прошелся по офису, подошел к окну, рассеянно поглядел вниз.

– Ты шутишь.

– Нет, не шучу. Нам надо встретиться, Алессандро. Я могла бы приехать в твой офис.

– Я могу предложить для встречи место получше.

– Я бы предпочла офис.

– Что происходит, Чейз? – Вопрос был задан прямо, безо всяких церемоний. – И пожалуйста, не говори, что ничего. Ты сообщаешь, что подала заявление об уходе, несмотря на то что до сих пор была удовлетворена своей работой, а теперь еще и хочешь встретиться со мной в именно в офисе.

– Пожалуйста, Алессандро…

Он тяжело вздохнул и взъерошил пальцами волосы. У него было очень плохое предчувствие, что произошло нечто серьезное. Алессандро неохотно, но все-таки уступил Чейз.

– Я предпочитаю не выставлять напоказ свою личную жизнь перед моими сотрудниками, – сказал он Чейз. – Но если ты не можешь изменить время и место встречи, чтобы мы могли побеседовать где-нибудь келейно, так сказать, без посторонних, то я постараюсь увидеться с тобой минут через сорок пять в том ресторанчике, что за углом моего офиса. Ты знаешь, где это.

Она знала.

Чейз не торопилась, предпочтя скорости и удобству знаменитого лондонского такси, так называемого «черного кэба», утомительную поездку в общественном транспорте. Принятию такого решения способствовало и ее настроение.

Как же круто изменилась ее жизнь за столь короткое время!

Возле ресторана, места их встречи с Алессандро, на нее внезапно накатило ощущение дежавю, чего-то уже виденного и испытанного когда-то. Восемь лет назад именно сюда пришла она к Алессандро в последний раз. Уже тогда Чейз понимала, что этой встречей она разрывает свое сердце пополам, и вот теперь происходит то же самое. Только сейчас все гораздо хуже, и сожалений у нее будет куда больше, когда она скажет Алессандро то, что должна была сказать.

Алессандро сидел в глубине зала. Он ждал уже десять минут. После телефонного разговора с Чейз он так и не смог больше сосредоточиться на работе. Он никогда и представить себе не мог, что попадет в разряд остро чувствующих, обладающих сильной интуицией людей, но что-то действительно было не так. И сколько бы он ни говорил себе, что сможет разрешить проблему, какой бы она ни была, но которая, черт возьми, терзает Чейз, неопределенность его сильно тревожила.

Впрочем, почему он так беспокоится? Они расстались с Чейз вчера, и все было ясно-понятно. Ни о какой интуиции и не думалось. Так что же могло произойти с тех пор, чтобы она решилась на такие крутые перемены в жизни?

Он заметил ее в ту же секунду, как она вошла в ресторан. Словно по команде возникшая эрекция создала неудобства, и ему пришлось поменять положение, чтобы несколько смягчить болезненные ощущения в паху.

Алессандро сам не ожидал, что безумное влечение к этой женщине окажется почти постоянным его состоянием даже после того, как они уже переспят бессчетное количество раз. По задумке он должен был получить от нее то, в чем ему было отказано когда-то, а затем отшвырнуть эту женщину за ненадобностью безо всяких объяснений. Но все пошло не так, как он планировал.

С чисто мужским интересом Алессандро наблюдал за Чейз, когда она обводила взглядом зал в поисках его. А он уже мысленно раздевал ее. Не торопясь, постепенно освобождая сочную плоть роскошных грудей и обнажая розовые соски. Он изнывал от желания поочередно взять их в рот, когда они, напрягшись, соблазняюще потянутся ему навстречу. Он представил себе, как спадает на пол чопорный серый костюм Чейз, а за ним следует нижнее белье… Алессандро даже почувствовал вкус медовой сладости между ног Чейз, услышал ее тихие постанывания от наслаждения, когда кончик его языка касался заветного местечка. Но хотя он все больше возбуждался, просто сидя и наблюдая за Чейз, позволив своей фантазии буйствовать, он все же осознавал, что ему предстоит разобраться в происходящем сейчас с ней, чтобы поставить все на свои места. А это вряд ли можно было осуществить в спальне.

Алессандро усмехнулся, когда Чейз заметила его. Она на самом деле выглядела испуганной и была встревожена чем-то.

– Алессандро… – еле слышно произнесла она. Сердце Чейз колотилось словно кузнечный молот.

– Итак, ты подала заявление. – Он прервался, чтобы заказать ей капучино. – Однако счастливой при этом ты не выглядишь.

– Я… я… – Чейз не могла связать и двух слов. Все оказалось еще ужаснее, чем ей представлялось. Она не учла, что не сможет заставить себя быть спокойной, невозмутимой и собранной.

– Сядь и расскажи мне обо всем этом. Почему?

– Я… У меня не было выбора, – честно призналась она. – Личные причины.

– Какие личные причины?

– Я не хотела бы говорить об этом.

– Ты заболела? – На Алессандро сразу нахлынуло смешанное чувство страха и безотчетной паники. – Из-за этого, да?

– Нет, я не больна.

– Тогда что же? – Он начал сердиться. С каких это пор его стали интересовать жизненные истории временных любовниц?

Сузив глаза, он смотрел на Чейз, и новая догадка сформировалась в его мозгу.

– Если ты не больна, – медленно произнес он, – и хоть неохотно, но вынуждена была подать заявление об уходе с работы, которая тебя более чем устраивала, то есть только одно объяснение этому, которое приходит на ум…

Чейз взглянула на Алессандро в недоумении.

– Какое же?

– Кто-то домогался тебя? Кто? – Голос Алессандро звучал негромко и сдержанно, но руки сжались в кулаки.

– Домогался меня?

– Даже несмотря на этот чопорный костюм с накрахмаленной блузкой, ты все равно выглядишь чертовски сексуальной, Чейз. И я не единственный, кто замечает это. Так что выдавай секрет. Скажи мне, что за человек позволяет себе приставать к тебе?

Алессандро представил себе одного из тех богатых отпрысков, который цеплялся к самой сексуальной женщине в офисе, и поразился взрыву собственной ярости.

– Нет, никто ко мне не приставал, Алессандро!

– Тогда что же все-таки происходит? – Он заметил, что Чейз старается не встречаться с ним взглядом.

– А не беременна ли ты? – осенила его очередная догадка.

Чейз, вдруг побледнев, подняла на Алессандро глаза, и на несколько мгновений выражение ее лица отразило терзающее душу беспокойство и страх. Судя же по выражению его лица, уже само только предположение о возможной беременности Чейз ошеломило его.

– И что, если и беременна? – не щадя его спросила Чейз. – Что, если маленький Алессандро уже растет во мне?

Все краски сошли с лица Алессандро за те мгновения, которые предоставила ему Чейз, чтобы осознать весь ужас подобного сценария.

– Не волнуйся ты так. Я не беременна.

На несколько секунд Алессандро почувствовал себя словно под дулом пистолета. У Чейз будет ребенок. Его ребенок. И как ни странно, это дуло показалось ему не столь уж угрожающим.

– О, Алессандро… – Чейз вздохнула, покоряясь неизбежному, которое можно было сравнить с несущимся на нее смертоносным снарядом. – Я здорова, маленького Алессандро в перспективе нет, и на работе ко мне никто не приставал. Мне хотелось бы объяснить все это иначе, но… – Чейз выпрямилась на стуле и снова сделала глубокий вздох. – Я хочу попросить тебя кое о чем.

– О чем?

– Мне необходимо… одолжить у тебя денег.

Гробовое молчание последовало за этой просьбой. Чейз не смела поднять глаза на Алессандро. А разве был у нее выбор, беспомощно оправдывала она себя. Брайан не отстанет от нее до тех пор, пока не получит требуемые деньги, которых у нее попросту не было. Если бы она одолжила их, отдала Брайану, а затем убедила его в том, что порвала отношения с Алессандро, он должен был бы уйти, оставив ее в покое. А если денег не будет?.. Тогда Чейз и представить себе боялась, что может сделать этот человек. Все самое ужасное, что было в ее жизни, вновь настигло Чейз у порога ее собственного дома.

– Скажи мне, что я ослышался.

– Я сожалею. Естественно, я верну тебе долг до последнего пенни. С процентами.

Алессандро невесело рассмеялся.

– Ну что ж, – произнес он. – Вот и открылось истинное лицо Чейз Эванс. Я удивлен, как долго тебе удавалось скрывать его. – Он чувствовал себя так, будто ему дали под дых. И ощутил не просто гнев. Это была боль невероятной силы. При этом Алессандро совершенно не понял, кого он сейчас больше ненавидел – себя, за то. что во второй раз был обманут, или ее, за то, что вновь одурачила его?

– Для чего тебе потребовались деньги?

– Прости, но это… не твое дело. – Она произнесла самые жестокие слова, которые, однако, четко обозначили полный разрыв их отношений.

– Твое право… И когда же ты решила, что можешь развести меня на деньги? Когда побывала в моей квартире? Или в Италии, когда увидела, чем я там владею? Скажи мне. Любопытно ведь.

– Ты не понимаешь, Алессандро. Я не пришла бы сюда просить у тебя денег, если бы… не оказалась вынужденной сделать это.

– И все-таки отказываешься сказать, зачем они тебе.

– Я же сказала, что тебя это не касается. Если ты не хочешь одолжить мне денег, так и скажи. – Сердце Чейз разбилось надвое.

– Да, кстати. Сколько же денег ты возмечтала выкачать у меня?

Чейз назвала сумму и с удивлением наблюдала, как Алессандро, запрокинув голову, хохочет, хотя ничего смешного в том, что она сказала, не было… Его смех был пронизан недоверием и скептицизмом, а темные глаза оставались при этом такими суровыми и холодными, как глубины вечной мерзлоты.

– Так что… – Чейз прочистила горло и храбро встретила его взгляд.

– Ни объяснений, ни оправданий, даже никаких, обычных для тебя выдумок… Сожалею, но так дело не пойдет. Считай разговор оконченным. – Черт возьми, эта женщина умела себя держать. Побледневшая до цвета бумаги, с дрожащими руками, Чейз являла собой впечатляющее зрелище. Алессандро ощутил, как что-то в нем болезненно сжалось. – Я думаю, можно сказать, что и наше, незавершенное когда-то дело, закончено. Тебе понятно?

– Понятно, – едва слышно произнесла Чейз.

Алессандро злился на себя за то, что не смог заставить себя уйти без оглядки. Но еще больше его бесило невольное сострадание, словно буксирным тросом удерживающее его возле этой женщины. И тем не менее в этом вихре эмоций Алессандро явно различил будоражащую душу боль утраты иллюзий и горькое разочарование. – Если ты так нуждаешься в деньгах, почему же бросаешь работу?

– Я не могу обсуждать и это тоже.

Алессандро резко поднялся:

– Удачи тебе в поисках денег, Чейз. А если возникнет надобность что-либо обсудить относительно приюта Бэт, для этого понадобится, скорее всего, другой адвокат.

Чейз смотрела, как уходит Алессандро. Она сказала себе, собираясь с духом, что в любом случае к этому все шло, однако опустошенность в душе отозвалась такой болью, оказалась такой разрушительной, как цунами. Ей надо спешно уезжать куда-нибудь. Здесь ее больше ничего не держало.

Ни работа, ни Алессандро. Одна лишь угроза, ожидающая ее по возвращении домой. Она собрала остатки мужества, чтобы прийти в себя, и направилась к метро.

Брайан должен был ждать у дома. Он сообщил ей об этом как бы по-приятельски, однако с явной угрозой в голосе. Ему необходимо дождаться Чейз, и если бы она дала ему свой ключ…

Чейз даже сейчас вздрогнула, вспоминая этот разговор с Брайаном.

По пути обратно к своему офису Алессандро в сердцах осознал, что работать сейчас он был не в состоянии.

Черт возьми! Неужели он оказался глупым настолько, что снова попался на ту же удочку и его опять провели? С чрезвычайным трудом ему удалось оттеснить на задворки сознания бушевавшую в нем ярость и припомнить детали их недолгого разговора с Чейз в баре. Она не ответила на его вопрос, почему подала заявление об уходе с работы, если ей так необходимы деньги. Это же бессмысленно. Черт побери, как же ему узнать хоть что-нибудь об этой ситуации, если сама Чейз не захотела ничего объяснять?

Нет, это не должно повториться. Алессандро категорически не желал больше оставаться в неведении, с грузом неотвеченных вопросов, как это случилось в прошлом. Не ожидая, когда Чейз снова случайно попадется ему на глаза спустя годы, он навестит ее и не сдвинется с места, пока не получит ответы на все интересующие его вопросы. Вот тогда и только тогда он расстанется с ней навсегда.

Алессандро вызвал своего водителя, чтобы тот забрал его с работы. Движение транспорта в час пик предполагало, что тому понадобится абсурдно много времени, чтобы прибыть по вызову. Мобильный телефон Алессандро непрерывно звонил, и он, в конце концов, выключил его. Ему надо было окончательно разобраться с Чейз. Он ощущал себя человеком, в распоряжении которого находилось достаточно разрозненных частей сложной головоломки, чтобы возбудить его любопытство, но все-таки не хватало некоторых важных составляющих, без которых головоломку воедино не сложить. А ему оказалось крайне необходимым это сделать.

Время было уже гораздо более позднее, чем то, на которое он рассчитывал, когда автомобиль свернул в улочку, ведущую к дому Чейз. В ее окнах горел свет.

– Ты можешь уезжать, – сказал Алессандро водителю, – я доберусь домой на такси.

Если и прозвучал в его голове слабый голосок, говоривший, что появление на пороге дома Чейз имело мало смысла, учитывая тот факт, что ей никогда не суждено стать спутницей его жизни, он решил проигнорировать это предупреждение. Добиться ответов от Чейз казалось сейчас Алессандро более важным делом, чем рассуждать о побочных нюансах ситуации.

Он вдавил кнопку дверного звонка и держал ее довольно долго. Где, черт возьми, она? Если свет горит, значит, она дома.

Чейз услышала дверной звонок. Но прошла минута или две, прежде чем до нее дошло, что надо бы открыть дверь.

А в гостиной, буквально кипя от ярости и злобы, Брайан набивал мешок для мусора тем, что, по его понятию, он мог у нее забрать. И тут она ничего не могла поделать. Он был куда сильнее ее, к тому же не имел совести и не выбирал выражений, оскорбляя Чейз. Да ей и не удалось бы выпроводить Брайана из своего дома. А тот потребовал, чтобы она спровадила того, кто стоял у двери и бесконечно трезвонил. Кто бы это ни был… Чейз распахнула дверь и в шоке замерла.

– Тебе не удастся избавиться от меня, пока не скажешь, черт побери, что происходит! – Такова была вступительная речь Алессандро.

– А… Алессандро, ты должен уйти.

Чейз была перепугана до смерти – это было явно видно. Алессандро протиснулся мимо нее и остановился, когда из гостиной вразвалочку вышел мужчина лет тридцати. В считанные секунды Алессандро окинул его взглядом и понял, что это бандит и, что бы здесь ни происходило, Чейз боялась его.

– Вы кто? – спросил он бандита для порядка. Если предстояла драка, пожалуйста. У Алессандро возражений не было.

– Не твое дело, приятель. Ну, держись, сука! – Бандит стал наступать на Чейз. – Я поверил, что ты действительно порвала со своим любовничком. Обманула меня, да?

Чейз в испуге попятилась. Алессандро сжал кулаки. Нет, так не пойдет. Он схватил бандита за футболку и почувствовал, как от него пытаются увернуться упакованные в нее примерно восемьдесят килограммов мышечной массы. Однако вырваться из рук Алессандро не удавалось еще никому. Он толкнул негодяя обратно гостиную, мельком отметив, что комната практически опустошена. Один черный мешок для мусора, набитый до отказа, лежал на полу, другой был заполнен наполовину. Не этот ли тип стал источником проблем для Чейз?

– Ты объяснишь мне, что происходит? – Алессандро обращался к Чейз, но не спускал глаз со своего бешено извивающегося пленника. Несомненно, этот человек – бандит. Это видно за версту. Из тех жалких типов, которые не возражают при случае поиздеваться над теми, кто слабее, однако живо удирают, столкнувшись с более сильным соперником. А Алессандро оценивал себя как последнего. Он внимательно слушал, пока Чейз все еще испуганно мямлила что-то про то, что Брайану нужны деньги… что он отбирает у нее вещи…

Ну вот, недостающие элементы пазла легли на свои места. Просьба Чейз одолжить деньги оказалась вполне обоснованной – она вовсе не собиралась нажиться на Алессандро.

– Вот что ты сейчас сделаешь, приятель. – Низкий голос Алессандро казался мягким, однако резал как острая бритва. – Выгрузишь все из мешков и вернешь все вещи. Затем извинишься перед леди и покинешь этот дом, чтобы никогда больше тебя здесь не видели. И вот еще что, на всякий случай… – Алессандро усилил и без того железную хватку. – Если ты вообразишь себе, что можешь наплевать на мои слова, то знай заранее, что я воспользуюсь своими возможностями, найду тех, кто переворошит твое грязное прошлое, а я полагаю, что оно у тебя именно такое, и удостоверюсь, что ты угодил за решетку, ключ от которой и выбросить не жалко.

Сложив руки на груди, Алессандро молча наблюдал за тем, как выполняются его приказания. Ушел Брайан тихо, как и было велено.

Они остались вдвоем в развороченной гостиной.

– Я сожалею, что так получилось, – сказала Чейз.

– Тебе нужно выпить чего-нибудь покрепче. У тебя не найдется бренди?

Наконец-то она встретила его взгляд и нерешительно присела на край стула.

– Там, в холодильнике, есть полбутылки вина, – сказала она. – Это единственное, что я могу пить.

Стресс накрыл ее с головой. Чейз не хотела пить, однако должна была признать, что спустя совсем немного времени после глотка вина она почувствовала себя лучше.

– Я полагаю, ты хочешь знать, что здесь произошло, – проговорила Чейз устало.

– Я хочу узнать все, что замалчивалось минувшее десятилетие, Чейз.

Она опустила взгляд на свои руки. Ее спас человек, который вернулся к ней только для того, чтобы выяснить, что происходит. И все же она просто обязана объяснить ему, откуда она знает Брайана, как тот оказался в ее доме. Ей придется рассказать начистоту все о своем происхождении и быть готовой к его презрению. Презрению к женщине, которая придумала свое прошлое от начала и до конца и все время поддерживала эту ложь.

– Тебе лучше сесть. Я расскажу. А потом… – Чейз сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. – Потом ты сможешь уйти, потому что между нами наконец будет все кончено.