«Боинг-747» авиакомпании «Дельта-Эйрлайнс», выполняющий рейс Санкт-Петербург — Нью-Йорк, оторвался от взлетной полосы аэропорта Пулково и стал набирать высоту.

Вздохнув, Инна посмотрела на Молчанова. Сказала шепотом:

— Павел, я все равно еще боюсь.

— Чего вы боитесь?

— Да всего. Я боялась, когда мы с вами брали билеты. Боялась, когда ехали в Петербург. Потом боялась, пока ехали в Пулково. Боялась, когда мы ждали посадки. Боюсь сейчас.

— Сейчас-то чего вы боитесь?

— Боюсь, что здесь, в этом салоне, могут сидеть люди Буруна.

— Исключено. Зачем им здесь сидеть?

— Чтобы меня убить. Или захватить в заложницы.

— Исключено. Людей Буруна в этом салоне не может быть ни в коем случае.

— Почему вы в этом уверены?

— Потому что их пахан убит.

— Ну и что? У них наверняка уже новый пахан.

— Нового пахана они пока еще не выбрали. Сегодня воскресенье, Буруна убили в четверг. Фактически в их распоряжении было только два дня — пятница и суббота. За два дня такие вещи не решаются. Это я гарантирую.

— Уф-ф… — Откинулась в кресле. — Немного легче. У вас ведь есть с собой оружие?

— Инна, сейчас у меня оружия нет. Я не взял его, чтобы не было сложностей при посадке. Но как только мы окажемся в Нью-Йорке, я тут же куплю пистолет. — Улыбнулся. — Инна, не волнуйтесь. В самолете на меня и на вас никто не нападет.

Табло наверху известило, что можно отстегнуть ремни. Отстегнув ремень, Инна улыбнулась:

— Знаете, Павел… Правда, хоть я и боялась… но рядом с вами я всегда знаю — вы меня защитите. Даже если у вас нет при себе оружия.

— Спасибо.

— Слушайте, как вам вообще удалось меня найти? Там, в этой квартире? Расскажите, а?

— Знаете, Инна… когда все это случилось… когда Слава оказался в Склифосовского, а вас увезли из цветочного магазина, я от отчаяния решил встретиться с Буруном.

— Встретиться с Буруном?

— Да…

Выслушав рассказ, начавшийся со встречи с Буруном в «Восточном шатре» и закончившийся моментом, когда они с Радичем нашли ее в квартире на Чистых прудах, она заметила:

— Надо же… Какая-то цепь странных событий…

— Действительно, события не очень обычные.

— Вы можете хоть как-то их объяснить?

— Мне кажется, кто-то очень хотел смерти Буруна.

— Кто?

— Здесь может быть два ответа. Один — что это был кто-то из соперничающей преступной группировки. Второй — что это был кто-то из своих.

— Из своих?

— Да. Человек, который хотел бы занять место Буруна. И у которого были реальные шансы занять это место.

— И что сделал этот кто-то?

— Мне кажется, когда этот кто-то узнал, что Бурун вас похитил, он все очень точно просчитал. В том числе и то, что, пока Бурун будет занят тем, чтобы вас спрятать, он на какое-то время потеряет бдительность. И устранил его.

— Но кто именно мог его убить?

— Тот, кто мог реально стать новым главарем. Или тот, кто претендовал на территорию дорогомиловцев. Вам ничего не говорит имя Тумба?

— Нет, ничего не говорит.

— Тумба — пахан измайловской преступной группировки, злейший враг Буруна, убить его он мог вполне. Но скорее это сделал свой, тот, кто рассчитывал занять место Буруна.

— А кто рассчитывал занять его место?

— Кандидат на эту должность сейчас может быть только один — Виталий Филимонов. Он же Моня.

— Это… тот, который в Америке?

— Да, который в Америке. Я вам о нем рассказывал. У дорогомиловских он после Буруна и Гудка был третьим по значению, заправляя всеми делами в «Нью-Инглэнд энерджи энд импрувмент». Сейчас, после смерти Буруна и Гудка, все капиталы дорогомиловской группировки оказались фактически в его руках. Так что вопрос решен, он главный. Убийство Буруна было полностью в его интересах, я в этом нисколько не сомневаюсь.

— Выходит, мы сейчас летим прямо к нему в руки?

— В общем, да. Хотя еще посмотрим насчет рук. Я лично рассчитываю на обратное — что он попадет к нам в руки.

— Но… вы же один. А их много.

— Это верно, один. — Сказав это, Молчанов в который раз подумал о Джоне Лейтнере и о том, что в Америке тот может им очень помочь. — Вообще, у меня в Америке есть друг, американец. И я подумал, если бы вы предложили ему присоединиться к нам и он бы согласился, нам было бы намного легче.

С Джоном Лейтнером, своим ровесником, он, будучи в Америке, учился с пятого по девятый класс в одной школе и в одном потоке. Правда, тогда, будучи детьми, они мало интересовали друг друга, общаясь лишь в аудиториях и на спортивных площадках. А вот когда они встретились через пять лет в одной из горячих точек, куда оба попали в составе миротворческих сил, он — российских, Джон — американских, они стали настоящими друзьями. Их судьбы оказались похожими, Джон после школы поступил в Вест-Пойнт, окончил его и, когда они встретились, работал в штабе соседней американской части, куда Молчанов постоянно приезжал как переводчик.

А потом Джон так же, как он, неожиданно уволился из армии и стал владельцем консультационного агентства, выполняющего, по сути, те же функции, что и агентство «Охранник». После этого судьба часто сводила их вместе. И так же, вместе, они не раз попадали в переделки.

— А чем он занимается, ваш друг?

— Он глава фирмы «Консалтинг интернейшнл». Фирма эта, по существу, является тем же детективным агентством. Только занимается не слежкой за неверными мужьями и женами, а более серьезными вещами.

— Павел… я не очень в этом понимаю… но, по-моему, это как раз то, что нам нужно?

— В общем, да. Дела, которыми занимается «Нью-Инглэнд энерджи энд импрувмент» — как раз специализация Джона. К тому же у Джона везде огромные связи, в том числе и среди журналистов.

— Так я обязательно попрошу его присоединиться к нам. Где он живет?

— В Нью-Йорке, в Верхнем Вест-Сайде.

— Все это меня очень устраивает. Вы с ним дружите?

— Да. Мы с ним учились в одной школе, когда я еще мальчиком несколько лет жил в Америке.

— Нуда, вы говорили, что учились в американской школе. Вы здесь были с родителями?

— Да. Моего отца пригласили преподавать в Гарвард. Мы провели здесь пять лет — отец, мама и я. Потом отец решил вернуться в Россию, и мы с Джоном долго не виделись. Джон за это время окончил Вест-Пойнт, я — Военный институт иностранных языков. Потом я уволился из армии. Джон тоже вскоре ушел в отставку. С тех пор мы с ним довольно часто встречаемся.

— Конечно, он может нам очень помочь. А он согласится работать на меня?

— Думаю, согласится. Во всяком случае, я постараюсь его уговорить.

— Тогда все. Как только мы окажемся в Нью-Йорке, вы сразу же устроите нам встречу. Хорошо?

— Нет вопросов. — Посмотрел в окно. — По-моему, мы уже над океаном.

— Раз океан, значит, скоро будет Нью-Йорк. Скорей бы.

— Кажется, вы сказали, что любите Нью-Йорк?

— Люблю, но в небольших дозах. Я хоть и горожанка, но… Как бы вам сказать… — Усмехнулась. — Ведь в России я часто жила вообще неизвестно где. В коммуналке, в общежитии, просто снимала угол. Но последние три года, после того как вышла замуж за Стива, я в основном жила в его поместье на Нантакете. Там так здорово… Райское место.

— Представляю. Большое поместье?

— Огромное. Одна сторона выходит на океан. Объехать его можно только на машине. Тишина, покой. Можно ходить где хочешь, делать что хочешь. И за весь день никого не увидеть.

Инна откинулась в кресле. Перебрав лежащие на журнальном столике газеты и журналы, Молчанов увидел «Коммерсантъ дейли» с фотографией мертвого Буруна на первой полосе. Взяв еженедельник, всмотрелся в фото. Бурун лежал на ковре рядом с кроватью в той же позе, в какой они с Радичем оставили его. В рамке крупным шрифтом было набрано: «Разборки между московскими преступными группировками продолжаются. В одной из квартир в центре Москвы органами ГУБОП обнаружен труп известного криминального авторитета Геннадия Бурунова, более известного по кличке Бурун. Ведется расследование. Рассказ о том, как органам ГУБОП удалось обнаружить тело Геннадия Бурунова, читайте на стр. 6. На снимке: Г. Бурунов».

Мельком просмотрел текст на шестой странице: «Органы РУБОП г. Москвы, получив из своих источников информацию о задуманном Г. Буруновым преступлении, пошли по его следам, которые в конце концов привели в квартиру, фактически принадлежащую Бурунову. Здесь и был обнаружен труп. Бурунов был убит выстрелом в упор, что показывает, что это сделал тот, кому он доверял».

Показал газету Инне. Прочитав репортаж, она спросила:

— Что означает «получив информацию о задуманном Г. Буруновым преступлении»? О каком преступлении они получили информацию?

— О вашем похищении. Как только мы узнали, что вас похитили, я попросил Радича подключить к вашим поискам МВД. Как я вам уже рассказал, труп Буруна нашли мы с Сергеем Петровичем, и о том, где находится мертвый Бурун, я сообщил милиции, позвонив под видом блатного. Это и есть «источник информации».

— Понятно.

— Спрячьте газету. Это ведь тоже документальное свидетельство.

— Конечно. — Инна спрятала газету в сумку. — Смотрите, внизу уже земля.

Молчанов посмотрел в иллюминатор. Самолет шел на посадку над нью-йоркским аэропортом имени Кеннеди.

Когда, уже с багажом, они подошли к залу ожидания, внимание Молчанова привлекли двое рослых мужчин. Похожие друг на друга, в почти одинаковых костюмах, они стояли у самых канатов.

Встретив его взгляд, Инна улыбнулась:

— Тот, кто постарше, — Джордж Грэнби, наш батлер. Помоложе — его сын Питер. Они очень хорошие. Вообще, теперь, когда рядом Джордж, мы можем ни о чем не думать. Он позаботится обо всем. Это настоящий американский батлер, старой закалки. Я забыла спросить — вы ничего не имеете против отеля «Плаза»?

— Нет. Хотя, если честно, я не привык останавливаться в таких шикарных отелях.

Когда они вышли за канаты и Молчанов поставил сумки и чемоданы на пол, Инна представила его:

— Джордж, Питер, познакомьтесь, это Пол Молчанов. Мой друг и одновременно телохранитель.

— Очень приятно.

Джордж и Питер по очереди пожали Молчанову руку. Оглядев чемоданы, Джордж сделал еле заметный знак Питеру и тут же повернулся к Инне:

— Мэм, зная, что вы любите «Плазу», я заказал там два номера. Вам и мистеру Молчанову. Прошу в машину.