На территории современной России стоянки гейдельбергского человека, относящиеся к так называемым шелльским и ашельским эпохам (500–100 тыс. лет до н.э.), обнаружены на Нижней Волге, Алтае и в Южной Сибири. Наступление ледникового периода (~100 тыс. лет до н.э.) заставило первобытных людей переселиться в южную часть Евразийского субконтинента. В эпоху палеолита племена, обитавшие на просторах России, научились добывать огонь и поддерживать процесс горения (см. т. 1, глава 2, п. 2.2). К XV тысячелетию до н.э. закончилось великое оледенение, и на территории нашей страны возникли климатические условия, близкие к современным. Древние люди мигрировали с юга в двух направлениях: на север и на восток.
Как свидетельствуют раскопки стоянок неолитического периода, девять тысяч лет назад человек уже овладел технологией изготовления глиняной посуды, в результате чего возникло гончарное производство (например, трипольская культура). В Сибири раннюю глиняную посуду изготавливали следующим образом{1}. Плотно сплетенную из тонких прутьев корзину обмазывали изнутри глиной. Полученный таким образом сосуд ставили на костер для обжига: при этом каркас из прутьев выгорал, но его следы оставались на стенках керамических изделий. Позднее глиняные горшки стали лепить от руки примитивным жгутовым способом с последующим обжигом.
Знакомство человека с медью произошло в тех районах, где ее самородные образцы можно было найти непосредственно на земной поверхности. На территории России самородная медь до сих пор встречается на Урале и Алтае. Именно здесь были обнаружены остатки первых орудий, изготовленных из этого металла. Долгое время из меди изготавливали небольшие поделки в виде ножичков, шильев и других мелких предметов.
На рубеже между V и IV тысячелетиями до н.э. в южные районы России из Западной Азии стали проникать орудия труда и оружие, изготовленные из чистой меди{2}. В III тысячелетии до н.э. здесь стала развиваться собственная металлургия и металлообработка. Примерно в это же время на территории России появляются бронзовые изделия. Наиболее древними считают очаги металлургии меди и бронзы в предгорьях Алтая и Саян, на Урале, в Минусинской котловине и в Забайкалье. Отсюда отдельные изделия и медно-бронзовые слитки в обмен на другие товары стали распространяться в соседние области{3}. К концу II тысячелетия до н.э. металлургия меди и сплавов на ее основе становится известной и в других районах Евразии, особенно в тех, где находились источники сырья. Самые древние разработки медных руд были обнаружены на Урале и на Алтае. Медные изделия, относящиеся к этому периоду, находят и на территории современной Якутии-Саха, однако с бронзой из-за отсутствия поблизости оловянных месторождений население этого края познакомилось уже в эру железа. Возможно, что в те времена добывали медную руду и в Донецком бассейне. Древние выработки оловянной руды, как основного компонента бронзовых сплавов, известны в Калбинских и Нарымских горах, где также добывали и золото.
Анализ проведенных археологических раскопок позволяет отметить два основных периода в развитии горного дела бронзового века. Первый этап связан с открытыми горными разработками — ямами. В этом случае добычу руды осуществляли только из верхних горизонтов месторождений. Такие ямы, из которых добывали малахит и азурит, находят на Западном Алтае. Здесь же обнаружены целые поля подобных выработок на касситерит (SnO2).
На втором этапе стали вести подземную разработку месторождений, с помощью которой добывали и сернистые медные руды. При проходке глубоких шахт естественного освещения было недостаточно, поэтому использовали лучину или масляные плошки. При археологических раскопках в Калбинских горах в подобных шахтах был найден каменный светильник. В такие каменные или глиняные плошки наливали масло и помещали фитиль[1].
Непосредственно в выработках крупные куски породы дробили на более мелкие фрагменты каменными молотами и затем сортировали. Отделенную от пустой породы руду насыпали деревянными лопатами в кожаные мешки или деревянные корыта и выносили на поверхность. Остатки деревянного корыта были найдены в древних разработках у г. Степняка, а кожаные сумки отыскали при исследовании Змеиногорского, Золотушинского и Гумашевского рудников.
Медные руды плавили в небольших, менее 1 м глубиной, ямах, вырытых на склонах гор или на возвышенных местах, с естественным прохождением воздуха через отверстия, оставленные в нижней части. Стенки ямы обмазывали толстым слоем глины.
Например, в долине Енисея обнаружено много остатков медеплавильных сооружений бронзового века, которые относят к т. н. чудским древностям{4}. Как показано на рисунке, плавильные чудские ямы имели кувшинообразную форму. Их высота составляла около 1 м. Поблизости от некоторых ям находят глиняные сопла, которые применяли для создания искусственного дутья.
Чудская плавильная яма (а), литейные формы (б, в) и дутьевые сопла (г):
1 — черная земля, 2 — глина, 3 — глина и черная земля, 4 — шлак с древесным углем
Ценность выплавленной таким образом меди была чрезвычайно высока. Металл использовали в основном для изготовления мелких изделий методом ковки: небольших ножей, рыболовных крючков, шильев и различного рода украшений. При этом ножи не затачивали на грубом абразивном материале, а лишь зашлифовывали.
Во II тысячелетии до н.э. на Урале, в Западной Сибири и долине Енисея местные племена пользовались преимущественно медными орудиями, поскольку в этих местах существовали богатые залежи меди, но практически не было месторождений олова. В это же время впервые на территории России бронзу стали выплавлять на Алтае, где известны богатые залежи оловянной руды — касситерита. Зачастую плавление руд осуществляли в поселках, расположенных за несколько километров от выработок. Получение бронзовых сплавов дало толчок быстрому развитию металлургии. Как известно (см. т. 1, глава 2, п. 2.3.1), наилучшая литейная бронза содержит 10–12% олова. Древние литейщики установили, что твердость, а вместе с тем и хрупкость металла возрастает с увеличением содержания олова в сплаве. Поэтому они могли увеличить концентрацию Sn в бронзе, когда получали изделия, не требующие после литья дополнительной обработки в виде ковки. Если требовалось отлить такие орудия, как серпы или ножи, рабочие края которых были тупыми без дополнительной проковки и заточки, тогда содержание Sn в сплаве уменьшали.
В те времена использовали преимущественно два способа литья — в формы и по восковой модели. Готовые формы, главным образом, вырезали из камня. Гораздо реже применяли литые медные формы. Формы были либо открытые, либо двусторонние, вырезанные в двух каменных плитках, каждая из которых соответствовала половине изготавливаемого предмета{5}. В открытых формах отливали односторонне выпуклые изделия. Для образования проушин у топоров в форме вырезали углубления, в которые во время отливки вставляли еловые шишки. При заполнении формы сплавом в таких местах оставались пустоты необходимого размера.
Литье по восковой модели также использовали при отливке оружия и орудий труда, а позднее — при производстве художественных изделий. Из воска лепили точную копию предмета, на которую слоями наносили тонко измельченную глину. После того, как глина затвердевала, воск вытапливали через заранее подготовленные отверстия, а саму форму для придания большей прочности подвергали обжигу. Полученная глиняная форма служила лишь однократно — после кристаллизации металла ее разбивали.
Бронза получила широкое распространение у племен, проживавших на территории современной России (см. цветные иллюстрации к главе 2, т. 1). Она стала основным материалом для изготовления орудий сельского хозяйства (мотыг, серпов), ножей, орудий горного дела (кирок) и оружия (топоров-секир, наконечников стрел, копий, дротиков, кинжалов, мечей), а также ряда других предметов.
Применение бронзы способствовало дальнейшей специализации ремесел, о чем свидетельствуют многочисленные археологические находки того времени. Например, на Волге у с. Сосновая Мыза был найден клад, состоявший из 55-ти косарей, 5-ти кинжалов, 3-х топоров-кельтов, 1-го долота и куска меди{6}.
Разделению ремесел, связанных с химическими превращениями веществ, способствовало распространение гончарного круга. По характеру изготовления керамической посуды установлено, что впервые гончарный круг стали применять ремесленники Средней Азии примерно во II тыс. до н.э. В остальных районах современной России он появился несколько позже. Увеличившийся объем керамических изделий повлек за собой и усовершенствование процесса их обжига. C этой целью стали сооружать специальные горны, которые представляли собой глиняные печи овальной формы, имеющие приспособления для размещения сосудов и других предметов. Такие горны обеспечивали равномерный обжиг всего керамического изделия при температуре выше 500 °C.
Древнейшие находки железных предметов на территории России датируются II тыс. до н.э., однако широкое распространение оружие и орудия труда из этого металла получили лишь спустя практически тысячу лет. Среди первых находок следует назвать копье, наполовину медное, наполовину железное, обнаруженное при раскопках кургана вблизи Мелитополя, а также небольшое четырехгранное шило, найденное на раскопках около Воронежа{7}.
По свидетельству археологических исследований, в VII в. до н.э. скифские племена, обитавшие в предгорьях Алтая, стали переселяться на запад и проникли в степные районы европейской части России (междуречье Волги и Дона). В это время железо в Скифии было распространено практически повсеместно. Вплоть до IV–III вв. до н.э. металлургия железа была тесно связана с медно-бронзовым производством. Раскопки крупного поселения скифов, известного под названием Каменского городища, позволили обнаружить жилища ремесленников, а также меднолитейные и железоделательные мастерские общей площадью около 900 гектаров{8}. Полученные данные говорят о том, что в IV–III вв. до н.э. скифские ремесленники уже выделились из общей среды населения и что один и тот же мастер выполнял функции металлурга, бронзолитейщика и кузнеца.
Выбор изделий, производимых скифскими кузнецами, был весьма разнообразен. Это, прежде всего, оружие (наконечники стрел и копий, кинжалы, знаменитые короткие мечи — акинаки), топоры, пилы, разнообразные гвозди и все орудия земледелия. Кроме того, в Каменском городище найдены остатки глиняных горнов для выплавки руд цветных металлов. Сильная прокаленность стенок отдельных горнов свидетельствует об их длительном использовании. Скифские мастера осуществляли литье в каменных и глиняных формах, а также по восковым моделям, в особенности, высокохудожественные изделия из серебра и золота, выполненные в т. н. «зверином» стиле (см. цветные иллюстрации к данной главе).
Скифия вела интенсивную торговлю с греческими городами в северном Причерноморье. Поэтому при раскопках на территории обитания скифских племен находят множество изделий эллинистического происхождения. В свою очередь, скифские образцы ювелирного искусства были хорошо известны и в греческих колониях.
Конный скиф. Нашивная бляшка из золота. Курган Куль-Оба, г. Керчь. Москва, Государственный исторический музей
К северу от скифов на европейской части России расселялись славянские и финно-угорские племена. В лесных районах вследствие отсутствия источников сырья медно-бронзовое производство не достигло высокого уровня развития. В некоторых районах железо научились восстанавливать из окисленных руд ранее, чем была налажена плавка цветных металлов. Примерами могут служить раскопки поселений на Онежском (стоянка Орров-Губа) и на Галичском (стоянка Умиленье) озерах.
В этих краях исходное сырье встречалось в изобилии (по берегам озер и в заболоченной местности), поэтому его добыча не представляла никакой сложности. Восстановление железа сначала проводили в кострах, а позднее — в глинобитных или наземных горнах с искусственным дутьем.
Самое примитивное сооружение для получения железа обнаружено при раскопках стоянки Умиленье{9}. Сварное железо получали здесь в глиняных сосудах, которые ставили в большой костер. В таком костре при ветреной погоде возможно достичь температуры, необходимой для восстановления небольшого количества руды. Химический анализ шлаков показывает, что при таком способе получения железа температура процесса могла достигать 1250 °С. После появления жидкого шлака горшок вынимали из костра, а шлак выплескивали. Чтобы извлечь железную крицу, горшок приходилось разбивать. Такой способ получения кричного железа являлся одним из наименее производительных. Он требовал использования только самых обогащенных железом и легкоплавких руд, и, кроме того, большая часть металла оставалась в шлаках.
В Приуралье и Сибири технология получения железа основывалась на опыте медно-бронзового производства. Бронзовые изделия медленно уступали место железным. Тем не менее, уже в первых веках нашей эры с железом познакомились и северные племена, обитавшие в низовьях р. Лены. Население в этих краях большей частью занималось охотой, рыбной ловлей и кочевым скотоводством. Поэтому основная часть железа шла на изготовление оружия, а также охотничьего и рыболовного снаряжения. Только в Минусинской котловине, где мотыжное земледелие сочеталось с искусственным орошением, отмечено производство железных сельскохозяйственных орудий труда.