Серьезным прорывом в процессе эволюции химии в России стал Первый съезд русских естествоиспытателей, который открылся 28 декабря 1867 г. в Петербурге. По инициативе Н.А. Меншуткина, Н.Н. Зинина и Д.И. Менделеева члены химической секции съезда на своем заседании 3 января 1868 г. решили создать химическое общество, которое было призвано объединить не только петербургских, но и вообще всех русских химиков{190}. 4 января 1868 г. на последнем общем собрании съезда по предложению членов химической секции было вынесено постановлении об учреждении Русского химического общества. В постановлении содержались такие строки: «Секция полагает, что это общество будет иметь членов во всех городах России и что его издание будет заключать труды всех русских химиков, печатаемые на русском языке. Секция просит Съезд ходатайствовать об учреждении общества»{191}.
После окончательной выработки проекта устава в результате широкого обсуждения на местах его представили на утверждение министру народного просвещения. 8 ноября 1868 г. отмечено, во многом, эпохальным событием в развитии российской химической науки. В этот день состоялось первое заседание Русского химического общества (PXO) под председательством Д.И. Менделеева. В числе остальных членов первого состава следует упомянуть П.П. Алексеева, Ф.Ф. Бейльштейна, Н.Н. Бекетова, А.П. Бородина, Н.А. Бунге, Ф.Р. Вредена, Г.Г. Густавсона, П.А. Ильенкова, К.И. Лисенко, Н.А. Меншуткина, В.Ю. Рихтера, Ю.К. Траппа, Ю.Ф. Фрицше и других ученых.
Оценивая роль PXO в деле становления российской химической науки, Л.А. Чугаев (см. т. 2, глава 7, п. 7.3.2) писал: «Возникнув в эпоху живой творческой мысли, когда, наряду с провозвестниками и сторонниками новых течений в науке, было немало химиков, придерживающихся прежних взглядов, Химическое общество не замедлило сделаться ареной самого оживленного обмена мнений, горячих споров, придававших особый интерес заседаниям, тем более, что в них участвовали самые творцы тех открытий, тех новых направлений, которые составляли предмет спора»{192}.
Члены химической секции Первого съезда русских естествоиспытателей.
Стоят (слева направо): Ф.P Вреден, П.А. Лачинов, Г.А. Шмидт, А.Р. Шуляченко, А.П. Бородин, Н.А. Меншуткин, Н.А. Соковнин, Ф.Ф. Бейльштейн, К.И. Лисенко, Д.И. Менделеев, Ф.Н. Савченков.
Сидят (слева направо): В.Ю. Рихтер, С.И. Ковалевский, Н.П. Нечаев, В.В. Марковников, А.А. Воскресенский, П.А. Ильенков, П.П. Алексеев, А.И. Энгельгардт
Русское химическое общество определило своей основной целью содействие развитию химии и распространение химических знаний в нашем Отечестве. Первым президентом PXO практически единогласно был избран Н.Н. Зинин. На заседаниях PXO было решено создать собственный печатный орган — «Журнал Русского химического общества» (ЖРХО). Первым редактором журнала (до 1900 г.) был профессор Петербургского университета Н.А. Меншуткин, вся деятельность которого на этом посту была нацелена на то, чтобы содержание издания достигало мирового научного уровня. Уже в первом томе нового журнала, вышедшем в 1869 г., была опубликована работа Д.И. Менделеева, посвященная Периодическому закону (см. т. 2, глава 2). Эта статья принесла мировую известность не только ее автору, но и самому журналу.
C течением времени увеличивались объем журнала и число публикуемых в нем статей. Ни одна сколько-нибудь значимая работа русского химика не обходилась без того, чтобы не найти отражения на страницах нового издания. В 1873 г. Д.И. Менделеев предложил печатать в «Журнале Русского химического общества» протоколы заседаний и труды Физического общества. После одобрения этого предложения российскими учеными было изменено название печатного органа: он стал именоваться «Журналом Русского химического общества и Физического общества при С.-Петербургском университете».
Наметившееся сближение двух российских научных обществ побудило Д.И. Менделеева в начале января 1876 г. внести предложение об их объединении. При этом он предполагал образование единого Русского физико-химического общества «с двумя отделениями с общими публичными заседаниями». Предложение великого русского химика было одобрено комиссией, специально созданной по этому поводу. Официальное утверждение устава Русского физико-химического общества (РФХО) министром народного просвещения состоялось лишь в январе 1878 г. После этого было изменено и название печатного органа единого общества российских естествоиспытателей, который стал именоваться «Журналом физико-химического общества» (ЖРФХО). За 62 года существования «Журнала Русского физико-химического общества» в нем было опубликовано свыше 3500 работ, посвященных результатам оригинальных исследований русских ученых{193}.
В последней четверти XIX столетия в российском обществе наметился определенный интерес к научной деятельности отечественных ученых. Некоторые почитатели талантов русских химиков из состоятельных слоев населения жертвовали свои денежные средства на создание специального фонда, банковские проценты с которого в течение ряда лет выплачивались как премии за лучшие научные работы в области химии, выполненные в России. На эти средства были учреждены две Бутлеровские премии и две Менделеевские — Большая и Малая, а также премия имени Л.Н. Шишкова и др. Эти премии, безусловно, сыграли весьма существенную роль в процессе развития отечественной научной мысли, поскольку оказывали моральную и материальную поддержку выдающимся ученым.
Титульный лист первого тома «Журнала Русского химического общества»
Подчеркивая особые заслуги Н.Н. Зинина и А.А. Воскресенского перед российской химической наукой, в честь этих ученых РФХО учредило в 1880 г. именную премию, которую присуждали за лучшие самостоятельные исследования, выполненные в России и опубликованные на русском языке.
В 1893 г. состоялся праздник отечественной химии — 25-летие со дня основания Русского химического общества. В ознаменование этого события российские химики собрались на экстренное общее собрание Общества, которое состоялось 6 ноября 1893 г. В своей речи Л.Н. Шишков, один из учредителей РХО, сказал: «Оглядываясь назад, на протекшее время, нельзя не порадоваться тем поистине громадным успехам, которые сделала химия в нашем отечестве. Мы с удовлетворенным патриотическим чувством можем теперь взирать на труды наших прочих европейских собратий, и этому мы обязаны нашим передовым ученым, умевшим собрать около себя и вдохновить к труду столько молодых сил»{194}.