Луис проснулся при нормальной гравитации и с улыбкой на лице. Каждый мускул ныл приятной болью, глаза пощипывало. За ночь ему удалось поспать совсем немного. Харкабипаролин не преувеличивала относительно склонностей своего народа. Даже после связи с Халрлоприллалар Луис не мог предположить, что Строители Городов могут приходить в такое.

Он повернулся, и большая кровать заволновалась под ним. Рядом лежал ничком Каваресксенджаджок, раскинувшийся, как морская звезда. Он тихо посапывал.

Харкабипаролин, свернувшаяся на оранжевом меху в футе от кровати, шевельнулась и села. Потом сказала, видимо, извиняясь, что покинула его:

— Я проснулась и никак не могла понять, где нахожусь.

Культурный шок, подумал Луис. Он помнил, что Халрлоприллалар нравилось спальное поле, правда, не для сна.

— Здесь и пол хорош. Как вы себя чувствуете?

— В данный момент гораздо лучше. Спасибо.

— Это вам спасибо. Вы голодны?

— Еще нет.

Тогда Луис занялся упражнениями. Его мускулы еще сохраняли крепость, но он давно не «качался». Строители Городов смотрели на него с изумлением. Закончив, Луис заказал завтрак: дыню, суфле Гранд Марнье, сдобные булочки и кофе. Как и следовало ожидать, от кофе его гости отказались, впрочем, как и от булочек.

Появился растрепанный и еще более уставший Спрятанный.

— Все народы и племена делали свои доспехи, копируя внешность Защитника Пак, — сказал он. — Доспехи эти не во всем похожи друг на друга, но принципиальных отличий в них нет, возможно, в этом виновато распространение культуры Строителей Городов. Их империя так все перемешала, что источников происхождения уже не найти.

— А как насчет эликсира бессмертия?

— Вы были правы. Великий Океан воспринимается как колыбель всех ужасов и удовольствий, включая и бессмертие. Причем этот дар не всегда связан с лекарством, порой он приходит без предупреждения, как подарок капризных богов. Луис, для меня, как негуманоида, эти легенды не имеют смысла.

— Покажите эту ленту нашим гостям. Может, они объяснят то, чего не сумею объяснить я.

— Хорошо.

— А как с ремонтом?

— Судя по данным описаниям, на Кольце не было ремонтной деятельности.

— Вы шутите!

— Подумайте сами: велико ли пространство, на котором происходят события, попавшие в летопись города, и далеко ли эта летопись проникает в прошлое? Кроме того, я изучил интервью с Джеком Бреннаном и пришел к выводу, что у Защитников была очень долгая жизнь и они успевали уделить внимание очень многим вещам. Кроме того, они предпочитали не пользоваться техникой, если могли сделать работу сами. Например, на борту корабля Физпока не было автопилота.

— Это противоречит тому, что мы видим здесь. Система сливных труб наверняка автоматизирована.

— Типичный подход с позиции формальной логики. Нам неизвестно, почему Защитники вымерли или покинули Кольцо. Возможно, они знали, что их ждет, и заранее автоматизировали сливную систему. И вообще, Луис, зачем нам это знать.

— Вот как? Метеоритная защита, вероятно, тоже автоматизирована. Неужели вам не интересно, как она действует?

— Интересно.

— И маневровые двигатели работали автоматически. Можно, конечно, не принимать это во внимание, однако тысячи видов гуманоидов развились с тех пор, как исчезли Защитники Пак, а автоматика Защитников все еще действует. Или это может означать, что Защитники собирались уходить с самого начала — во что я не очень-то верю…

— Или их агония растянулась надолго, — закончил Спрятанный. — У меня есть собственные предположения на эту тему… — однако высказывать их он не стал.

В то утро Луиса ждало чудесное развлечение. Истории о Великом Океане оказались отличным эпосом с героями, королевствами, подвигами, схватками с ужасными чудовищами. Впрочем, наблюдались явные расхождения с мифами и эпосами земных цивилизаций: так, любовь в сказках Кольца не была вечной.

Спутники (или спутницы) главного героя (или героини) — Строителя Городов всегда принадлежали к противоположному полу, их преданность поддерживалась образно описываемыми РИШАТРА, а их странные способности считались само собой разумеющимися. Волшебники не обязательно были злыми — но представляли собой непредсказуемую опасность, которой следовало избегать без борьбы.

В просмотренном материале Луис обнаружил некоторые общие черты: всегда присутствовала безбрежность моря, страх перед бурей и морские чудовища.

Часть их была акулами, кашалотами, касатками, вундерлендскими рыбами-тенями или хищными водорослями. Некоторые имели разум. Здесь встречались морские змеи в мили длиной, с паром, идущим из ноздрей (подразумевало ли это легкие?) и пастями, усеянными острыми зубами. Упоминались сожженные земли и корабли, прибывавшие в порт без экипажа (выдумка или солнечники?), рассказывалось о неких островах, которые на самом деле были животными, такими большими, что на их спинах возникали целые маленькие мирки. Такой мирок существовал, пока тяжесть не начинала беспокоить гиганта, и тогда он погружался в воду. Луис мог бы поверить в их существование, если бы не встречал подобных легенд и в литературе Земли.

Однако в жестокие шторма он поверил. Громадные циклоны могли достигать ужасной силы, даже без учета силы Кориолиса, вызывавшей ураганы на обычных мирах. На Карте Кзина Луис видел корабль величиной с город, возможно, его размеры как-то связаны со штормами Великого Океана.

Вместе с тем Луис не поверил упоминаниям о волшебниках, точнее, не поверил всему. Судя по трем легендам, они относились к расе Строителей Городов, однако, в отличие от волшебников из земных легенд, были могущественными воинами. И все трое носили доспехи.

— Каваресксенджаджок! Волшебники всегда носят доспехи?

Мальчик удивленно поглядел на него.

— Вы имеете в виду сказки? Нет. Но зато они всегда живут у Великого Океана. Почему бы это?

— А они сражаются? Они — хорошие воины?

— Им это ни к чему. — Вопросы явно беспокоили мальчика.

В разговор вмешалась Харкабипаролин.

— Лувиву, я могу знать больше, чем Кава. Что вы пытаетесь выяснить?

— Я ищу жилище Инженеров Кольца. Эти бронированные волшебники могут быть ими… Впрочем, волшебники жили слишком недавно, чтобы быть Инженерами!

— Это не они.

— Что послужило основой для легенд? Статуи? Захоронения? Родовые предания?

Она задумалась.

— Обычно волшебники принадлежат к расе, которая создала миф. Описания их различаются: рост, вес, любимая еда. Однако у них есть и общие черты: все они ужасные забияки, без всяких нравственных устоев. Их нельзя победить, но можно избежать столкновения.

Как подводная лодка под полярными льдами, «Раскаленная Игла Следствия» шла под Великим Океаном.

Спрятанный слегка замедлил полет, и они заметили длинную петляющую ленту континентального шельфа.

Дно Великого Океана было таким же рельефным, как суша: горы, достаточно высокие, чтобы подниматься над водой, подводные каньоны, видимые снизу как хребты высотой в пять-шесть миль.

Обширная область, темная даже при максимальной освещенности и казавшаяся опасно близкой даже с расстояния в три тысячи миль, — должна была быть Картой Кзина (об этом сообщил навигационный компьютер). Видимо, во время создания карты Кзин переживал период тектонической активности: моря его были очень выпуклы, провалы горных хребтов — глубоки, с резкими контурами.

Луис ничего не смог узнать, покрытых пеной контуров оказалось слишком мало. Ему требовался солнечный свет и желто-оранжевые джунгли.

— Заставьте камеры вращаться. Есть ли сигнал с бота?

Спрятанный повернул к нему одну голову.

— Нет, его блокирует скрит. Видите почти круглый залив, в который впадает река? Огромный корабль закрывает вход в него. Практически на другой стороне Карты, у слияния двух рек, расположен замок, где сейчас находится Чмии.

— О’кей. Спуститесь на несколько тысяч миль. Дайте мне взглянуть сверху… или снизу.

«Игла» приблизилась к изрезанной поверхности.

— Вы совершали такой же облет на «Лгуне». Думаете, за это время здесь что-либо изменилось?

— Нет. Мой интерес вас раздражает?

— Конечно, нет, Луис.

— Сейчас я знаю больше, чем знал тогда. Может, замечу то, что мы пропустили. Кстати, что это торчит возле южного полюса?

Спрятанный усилил увеличение. Длинный, узкий, абсолютно черный треугольник выступал прямо из центра Карты Кзина.

— Охлаждающая пластина, — прокомментировал кукольник, — разумеется, на полюсе должно быть холодно.

— Я полагала, что кое-что смыслю в науках… Но о чем вы говорите?

— Это слишком сложно. Спрятанный…

— Лунину, я не дурочка и не ребенок!

Вряд ли ей больше сорока, подумал Луис.

— Ну хорошо. В этом месте сымитирована планета — вращающийся шар. На планете солнечные лучи у полюсов направлены практически горизонтально, поэтому там холодно. А на этой имитации планеты полюса охлаждаются искусственно. Спрятанный, дайте большее увеличение.

Поверхность пластины состояла из множества горизонтальных клапанов, серебристых сверху, черных внизу. Лето и зима, подумал Луис, а вслух произнес:

— Невероятно.

— Лувиву?

Он беспомощно развел руками.

— Я просто теряюсь. Слишком часто мне кажется, что я во всем разобрался, а затем оказывается, что все гораздо сложнее. Гораздо сложнее…

В глазах Харкабипаролин стояли слезы.

— Теперь я вам верю. Мой мир — лишь подделка под настоящий.

Луис обнял ее.

— А ну — топните ногой! Ваш мир так же реален, как этот корабль. Просто он больше.

— Луис! — окликнул его Спрятанный.

Наблюдения в телескоп помогли ему обнаружить новые пластины, меньших размеров, расположенные по периметру Карты.

— Разумеется, ведь арктические районы тоже нужно охлаждать.

— Конечно. Спрятанный, через минуту я буду в норме. Курс на Кулак Бога. Компьютер может его найти?

— Вполне. Но вдруг окажется, что он заткнут? Вы говорили, что Глаз Циклона исчез.

— Заткнуть Кулак Бога не так-то легко. Это дыра площадью больше Австралии, к тому же гора простирается ввысь далеко за атмосферу. — Он сильно потер рукой зажмуренные глаза.

«Нельзя позволить, чтобы я свихнулся, — лихорадочно думал он. — Все это реальней реального, и я вполне владею моим разумом. Дьявол, если бы я не пользовался «штепселем»! Он искажает восприятие реальности… Но охлаждающие пластины под полюсами?»

Они уже вышли из-под Карты Кзина. Глубинный радар не обнаруживал в толще скрита никаких труб, однако они были там, иначе флуп заполнил бы все дно.

Хребты на изнанке Кольца на месте длинных подводных каньонов… Поставить землечерпалку в самые глубокие из них — и можно держать все океанское дно в порядке.

— Спрятанный, сверните чуть в сторону: посмотрим на Карту Марса, а потом на Карту Земли. Это не слишком далеко.

— Это займет почти два часа.

— И все же рискнем.

Эти два часа Луис продремал в «конденсаторе», хорошо зная, что искатели приключений спят, когда только есть возможность. Проснулся он незадолго до прибытия к изнанке Марса. Над кораблем еще продолжало скользить дно океана. Вскоре «Игла» остановилась.

— Марса нет, — сообщил Спрятанный.

Луис резко тряхнул головой — просыпайся!

— Что?

— Марс — это холодный, сухой, почти безвоздушный мир, верно? Всю его Карту нужно охлаждать, да и осушать тоже, и к тому же поднимать почти за пределы атмосферы.

— Да, все это так.

— Тогда посмотрите вверх. Мы должны находиться под Картой Марса. Вы видите где-нибудь «холодильник»? А он должен быть намного больше, чем тот, под Картой Кзина? Или впадину, уходящую вверх на двадцать миль?

Над их головами не было ничего, кроме перевернутых контуров морского дна.

— Луис, это беспокоит меня. Если наш компьютер вышел из строя… — Ноги Спрятанного подогнулись, головы наклонились.

— Компьютер работает отлично, — сказал Луис. — Успокойтесь. Проверьте температуру океана. Не выше ли она над нами?

Уже наполовину свернувшийся Спрятанный заколебался, потом сказал:

— Слушаюсь, — и взялся за пульт управления.

— Правильно ли я поняла, — спросила Харкабипаролин, — что один из ваших миров исчез?

— Да, один из самых маленьких.

— Но это же не шары, — задумчиво произнесла она.

— Верно. Здесь они выглядят так, как будто с них счистили шкурку и расправили ее на ровной поверхности.

— Температура в этом районе колеблется от сорока до восьмидесяти градусов по Фаренгейту, — доложил Спрятанный.

— Вокруг Карты Марса вода должна быть теплее.

— Карты Марса нет в наличии, и вода ничуть не теплее.

— Что-о-о?! Но это же ужасно!

— Если я правильно понял… да, это проблема. — Шеи кукольника изогнулись так, что один его глаз взглянул прямо в другой. Луис уже видел, как то же самое проделывал Несс, и ему было интересно, значит ли это, что кукольник смеется. Впрочем, это могло означать задумчивость.

Луис принялся расхаживать взад-вперед. Марс должен охлаждаться. Но как?

Внезапно кукольник издал какой-то странный свистящий звук.

— Может, сеть? — предположил он.

Луис замер на полушаге.

— Сеть? Верно! Но тогда это значит… черт! Так просто?

— Мы, пожалуй, стали немного ближе к цели. Что теперь?

Они многое узнали, осматривая изнанку миров, поэтому…

— Пожалуй, заглянем на Карту Земли.

— Слушаюсь, — опять произнес Спрятанный, и «Игла» возобновила движение.

Такой большой океан, думал Луис, и так мало суши. Зачем инженерам Кольца понадобилось сосредоточить так много соленой воды в двух местах?

В двух, разумеется, для равновесия, но зачем так много? Резервуары? Отчасти да. Обиталища морских жителей того мира, который Пак покинули? Борцы за охрану природы назвали бы это похвальным занятием, но эти запруды устроили не любители природы, а Защитники Пак. Все их действия были направлены на обеспечение безопасности их кровных потомков — производителей.

Несмотря на изрезанное океанское дно, узнать Землю оказалось несложно. Луис указывал на очертания континентального шельфа, когда они пролетали под Африкой, Австралией, Америками, Гренландией… под пластинами, охлаждающими Антарктиду и Северный Ледовитый океан. Женщина и мальчик смотрели, вежливо кивая головами. Да и почему это должно их интересовать? Это же не их дом.

Да, если ничего не удастся сделать, самым правильным будет вернуть Харкабипаролин и Каваресксенджаджока домой. Сам Луис By был в настоящий момент ближе к Земле, чем когда-либо прежде.

Морское дно продолжало скользить мимо них. Затем показалась береговая линия: плоский изгиб континентального шельфа, окаймленный лабиринтом заливов, бухт и речных мелей с полуостровами и архипелагами. Множество деталей были слишком мелки. «Игла» забирала влево от вектора вращения, минуя невысокие горные цепи и плоские моря, за которыми четко видимая линия уходила прямо по ходу вращения, а за ее ближним концом…

Вот он, Кулак Бога.

Очень давно огромный космический бродяга-астероид ударил прямо в Кольцо. Огненный шар продавил скрит вверх в виде наклонного конуса, а затем прорвал его насквозь. А прямую линию оставил искалеченный космический корабль с пассажирами, замурованными в статическом поле: он прочертил ее на скорости семьсот семьдесят миль в секунду. Дьявол, да они действительно продавили скрит!

«Раскаленная Игла Следствия» поднималась словно в луче прожектора: солнечный свет вертикальным потоком падал сквозь кратер горы Кулак Бога.

Лохмотья скрита, оставшиеся с тех пор, когда огненный шар прорвал Кольцо, окружали вулканический конус венком из пик. Корабль завис над ними.

Во все стороны расстилалась пустыня. Удар, создавший Кулак Бога, испепелил все живое на территории большей, чем площадь Земли.

Далеко-далеко, в сотне тысяч миль голубизна воздуха сменялась голубизной моря — увидеть это можно было только с тысячемильной высоты, на которой висела «Игла».

— А теперь вперед, — сказал Луис. — И подключитесь к камерам бота. Посмотрим, как дела у Чмии.

— Слушаюсь.