Ах, как всё прекрасно начиналось! Утро стало для всех прекрасным, особенно полны надежд были первокурсники. Первый урок – всегда с деканами факультетов. И вот тут Снейп резко изменил манеру преподавания. Я вошёл в класс, разложил свои записи на столе, кабинет зельеварения сильно изменился… Только первокурсники этого знать не могли, они не знали прошлого Снейпа, разве что по рассказам старшекурсников. В кабинете было светло, тепло, сухо, парты новые, свежетрансфигурированные из трансгеля, все в стиле хай-тек. То есть стеклянные столешницы и стальные ножки, нигде не спрятать шпору. Да и к кислотам и прочему они нейтральны. Северус вошёл в зал быстрой походкой. На нём была уже не та ужасная чёрная мантия, что раньше, а модная маггловская верхняя одежда, да и в целом он выглядел очень неплохо. Но это, конечно же, моё мнение. С точки зрения девочки-школьницы он был просто великолепен – стройный, высокий, с хорошей причёской и загорелый – открыл для себя прелести кратковременного отдыха в жарких странах. Он ослепительно улыбнулся, увидев целую кучу учеников – Гриффиндор и Слизерин, и махнул палочкой, закрывая дверь:

– Уберите свои палочки! Мы будем изучать Зельеварение – величайшую и сложнейшую из магических наук. Зелья позволяют совершать удивительные вещи, не тратя собственных сил волшебника во время их применения. Мир зелий – разнообразен и прекрасен в своей гармоничности! В школе вы научитесь варить основные зелья и приобретёте базовые навыки варки зелий. Начнём с теории!

Ученики ловили каждое слово. Северус начал рассказывать основы Зельеварения. Про суть происходящих процессов при создании зелья – это была большая вводная лекция, во время которой он продемонстрировал разные интересные примеры и поражающий воображение потенциал Зельеварения и Алхимии. Можно было сделать практически всё то же, что и обычными заклинаниями, и даже больше. О безопасности разговор был особый – Снейп заставил первокурсников проникнуться необходимостью неукоснительного следования рецепту. Особенно подозрительно он поглядывал на Невилла, который пока ещё ничего не натворил.

Прозвенел звонок. Урок окончился. Урок был чрезвычайно интересным. А вот мои следилки в кабинете Дамблдора дали положительный результат – Дедушка следил за первым уроком у Снейпа с помощью магии и был удивлён, вставал, ходил по кабинету, и стоило лишь прозвенеть звонку – вызвал к себе Северуса.

Мы отправились после Снейпа сразу к МакГонакалл… Что тут можно сказать? Северус нанёс серьёзный удар по репутации преподавателя Трансфигурации. Кабинет и преподавание МакГонакалл были далеки от Снейпа, что наш курс быстро заметил, МакГонакалл не давала теории, показала движения палочкой и вербальную формулу, после чего выдала спички с наказом превратить их в иголки. Я справился с первой попытки, как и Гермиона, мы вообще не видели смысла скрываться в Хогвартсе. Минерва была довольна результатом, осмотрев наши иголки, она прилюдно похвалила меня и Гермиону, улыбаясь и немного хвастливо глядя на слизеринцев. Это тоже было отнюдь не в пользу Минервы, Снейп не выделял себе любимых и нелюбимых учеников. А потом начался обед. Я даже придумал новую смешную шутку, которую проверну над близнецами Уизли. Хотя нет, сначала потренируюсь на кошках. В прямом смысле.

Дело в том, что любовные зелья здесь крайне популярны и варить их умеет каждая бабёнка. Но вне Европы они строжайше запрещены. Вообще, любые зелья, подчиняющие разум и чувства других людей – строго запрещены, здесь же я могу воспользоваться отсутствием запрета и хорошенько повеселиться. А решил я подлить мощное любовное зелье, устроить братский инцест на потеху яойщицам Гриффиндора. Но нет, сначала решил потренироваться и подлить это зелье Минерве МакГонакалл и Септиме Вектор. А что? Обе ничего так мамзели и, я думаю, при грамотной обработке из них получится прекрасная пара. Тем более, что обе вдовствующие профессорши…

На обеде я подлил в кубок им по капельке сваренного Снейпом в порядке эксперимента любовного зелья. Сначала – щепотку алхимического порошка, потом – по капле зелья. Я не спешил, если влить сразу много, они резко влюбятся, а если вливать по капельке каждый день, привязанность будет расти. Как-то не замечал, чтобы кто-то кроме Дамблдора проверял свою еду на зелья. Поэтому первая капля была благополучно ими выпита и съедена. А я думал над новой шуткой. Гермиона подозрительно на меня поглядывала, хотя не дёргала. Она налегала на учёбу. Не по Хогвартской, а по обычной мировой программе, осваивала более сложные беспалочковые чары. Работала очень упорно, как я в Японии, постоянно тренируясь.

Обед проходил в тёплой, дружественной обстановке. Остаток зелья я разом вылил в стаканы Кребба и Гойла, причём завязал их действие на Малфоя. Поскольку остатка во флаконе было много, то сладкая парочка тупых толстых амбалов к концу ужина влюблёнными глазами смотрела на Малфоя. Тот ёжился под их взглядами и спрашивал, что на них нашло. Это вызывало краску на лицах поросят. Ну ничего, если я прав – Малфоя ждёт сегодня прекрасный день!

Впрочем, я погорячился. Уже к концу обеда Кребб не выдержал и резко поцеловал Драко. В засос. Драко отбивался, Драко краснел от злости, но Кребба с Гойлом с трудом удалось оттащить. И то не сразу – оба совершенно сорвались. Вот что значит – полное отсутствие самоконтроля. Остальные слизеринцы гораздо более дисциплинированы. Это происшествие заметили преподаватели и Снейп оторвал от Малфоя двух его бугаёв-подопечных…

– Что здесь происходит? – гневно он пролетел между столами и держал двух вырывающихся детишек за шкирку.

– Они набросились на меня! – верещал Драко, – Они…

В этот момент мой Дартаньян закончил за него речь, сев на слизеринский стол, и голосом чопорного дворецкого, ответил ему:

– Пидарасы, Сэр!

За гриффиндорским столом не то что смеялись… Бились в истерике. Близнецы Уизли просто рыдали от смеха, девочки тоже хихикали, но были все красные. Яойщицы хреновы. Но это того стоило, ведь верно? Смех длился минуты три, даже слизеринки со старших курсов слегка покраснели, глядя на такую милую картину, что уж говорить о других?

– Без вас вижу, – огрызнулся Снейп на мою пташку, – немедленно в Больничное крыло. Налицо отравление любовным зельем! – нахмурился Северус, догадываясь, куда пошли его работы.

Он не совсем прав, эти двое – лишь отвлечение внимания. По моим подсчётам примерно к Хэллоуину действие зелья на двух кошечек достигнет рабочей силы и они сойдутся.

Шалость удалась. Это тебе, белобрысый, за мою бывшую девушку. Хотя она и была неверной, хотя я её не любил, но всё равно, уже начинал считать своей. Гермиона наверняка понимает подоплёку ситуации, но промолчала. Дамблдор сверлил меня взглядом, но доказательств у старика не было. Но почему-то все знали, что это я! Почему? Да благодаря Дартаньяну, который транслировал мои мысли. Но ни в чём обвинить меня нельзя – я даже близко к столу Слизеринцев не подходил. По крайней мере, этого никто не видел. Снейп сверлил меня взглядом, а Дамблдор прокашлялся и при всём зале попросил зайти к нему в кабинет.

* * *

Третий день в Хогвартсе. Замок был не просто мне родным, он был привычен. У посторонних людей слово «Хогвартс» вызывает ассоциации с большим залом, башнями и целым замком, у тех, кто в нём учится – с многочисленными лестницами и целым лабиринтом, состоящим из комнат и коридоров, классов, залов, и всего такого прочего. Крайне разнообразный замок, скажу я вам! Лучше всего мне запомнился аванзал большого тронного зала – это относительно небольшой, размером с четверть большого, зал, с большой и широкой лестницей, застеленной багровым ковром. У стен стояли доспехи, висели портреты…. Этот зал – одно из самых примечательных помещений, каждый ученик хоть раз, да проходит через него. Отсюда же можно было попасть к любой точке замка, пройдя в разные коридоры. Лестница вела на второй этаж, всего у Хогвартса было девять этажей, считая подземный, в котором была вотчина Слизерина.

На третий день был назначен урок полётов. Это урок блуждающий, сейчас он начался раньше. По школе пополз слух, что кто-то решил подарить школе новые мётлы. Гермиона взяла меня под локоток:

– Гарри, ты должен научить меня летать!

– Летать? Рождённый ползать – летать не может!

– Да, я знаю, – она втянула носом воздух, – но мне больше не у кого попросить помощи. Я так и не смогла научиться более-менее нормально летать на метле.

– Понятно. Я думаю, у тебя на этот раз не будет проблем. Твоя нечеловеческая сила, реакция и скорость позволят тебе летать не хуже квиддичистов.

– Кстати, – она наклонилась к моему уху, – не хочешь играть в Квиддич?

– Зачем? – так же шёпотом спросил я.

– Ты только подумай, сколько можно провернуть приколов на поле, с твоим то уровнем сил!

Я задумался ненадолго. А и правда. Можно же прикольнуться. Улыбнулся, приблизил своё лицо и поцеловал Гермиону в щёку. На мою беду в этот момент из главного зала выходила МакГонакалл.

– Мистер Поттер! – недовольно сказала она, – что вы себе позволяете?

Я обернулся:

– Просто поцеловал подругу. Вы против, профессор?

– Воздержитесь от подобного на людях, – она резко отвернулась и пошла прочь. Вот же ж… Ну ничего, будет и на моей улице праздник, посмотрим, как ты будешь с Вектор кувыркаться!

Гермиона проводила профессора взглядом и погрустнела:

– Первокурсникам запрещено иметь собственные мётлы…

– Гермиона, в одной формулировке этого правила содержится чёткое указание на то, как его обойти.

Грейнджер с любопытством посмотрела на меня и хитро улыбнулась:

– Пошли искать старшекурсников?

И мы направились к Хаффлпафцам. Я первый пролез в гостиную через огромную бочку. Никто даже особого внимания на нас не обратил. Оглядев всех присутствующих, я призвал своего феникса, который громко курлыкнул и прокричал:

– Привет, Пидарасы!

Я только грустно вздохнул. Дартаньян в своём репертуаре.

Ученики, вестимо, начали оборачиваться на меня, многие заулыбались. Я заприметил одну пятикурсницу, весьма симпатичную и обратился к ней:

– Леди, можете помочь нам в нашей беде?

– Гарри Поттер? – она удивлённо осмотрелась, сомневаясь, что я обращаюсь к ней.

– Он самый. Леди, вы могли бы принять от меня в подарок пару мётел? Естественно, потом вернёте обратно, а я щедро оплачу услугу.

– Мётлы? – она с сомнением на меня посмотрела, – зачем это?

– Всё просто. Первокурсникам нельзя иметь собственные мётлы, а полетать то хочется. А так – никаких проблем, мётлы не наши. Ну так как?

– Хорошо, – девушка со смехом в глазах посмотрела на Дартаньяна, – а твоя птица меня не обматерит за это?

– Что вы, Дартаньян любит красивых девушек, – невинно говорю ей.

Она смущённо улыбнулась и согласилась. Я достал листок и быстро накидал простенький договор о том, что она побудет владелицей моих мётел до конца учебного года. Поставили подписи при всём честном народе и пожали руки.