В качестве учебного пособия я выдал Гермионе Нимбус, а сам достал из сумки свою экспериментальную метлу. Она была слишком крута для простого человека, без сверхрефлексов. Метла была невероятно мощная, скорость звука достигала за три секунды, и если бы не специальный комплекс чар, что удерживал седока, то она улетела бы у меня из-под задницы, на прощанье ударив по бубенчикам своим хвостом.

Гермиона наконец-то сняла ненавистную ей мантию и облачилась в спортивный костюм, предварительно заперевшись в одном из пустых классов. Что я могу сказать? Даже в таком теле она выглядела привлекательно, что уж говорить, когда созреет – вообще все парни будут по ней слюнями и прочими жидкостями исходить. Грейнджер поймала мой взгляд и подмигнула. Похоже, это ей льстило. Ну ничего, ещё накатаемся, но попозже… Или можно сейчас принять оборотное и покататься в уединённом уголке? Да нет, не стоит.

Мы вышли на большой, просторный Хогвартский двор и приступили к полётам. Гермиона держалась на метле неплохо, но это только первое впечатление. Она начала с медленного облёта меня по кругу, пытаясь управлять метлой. Я подсказывал и заодно помогал ей. Грейнджер боялась высоты, но этот страх может лечиться. Нужно только как следует… Точно, придумал! Придумал кое-что прикольное.

– Гермиона, давай кое-чем развлечёмся?

– А? – она села на землю и поднялась, оставив метлу лежать, – как у меня? Получилось?

– Да, неплохо. Твоя магия держит тебя на земле, учитывая, чьё ядро ты поглотила – это и неудивительно.

– Не люблю эти полёты… Ты, наверное, любишь летать… – посмурнела она.

Я решил провести небольшую романтическую прогулку. Слышал, девушки это дело любят. Поднял её метлу и кивком сказал сесть, после чего уселся сам позади неё и взялся за древко, как мог – то есть между ног у Гермионы. Она немного порозовела.

– Полетели, покатаемся!

И мы полетели… Сначала над полем, не быстро, а потом ускорились и полетели уже над запретным лесом, на приличной высоте. Хогвартс – удивительно красивый замок, с определённых ракурсов он прекрасен. Особенно осенним вечером. Гермиона вцепилась в метлу, мы поднялись на пять сотен метров над Хогвартсом. Вид отсюда открывался такой, что дух захватывало – громадный замок, от него через каньон на север шёл мост, с восточной стороны – большое озеро и за ним – лес… Гермиона всё своё внимание сконцентрировала на тонком древке метлы. Я убрал руки и коснулся её волос. Говорят, это успокаивает. Погладил по волосам, потом плечи, талию…

– Расслабься. Отпусти метлу, она никуда не полетит.

Гермиона отпустила метлу и выпрямилась, я её обнял и продолжал гладить по голове. Поцеловал в щёку. Она хихикнула:

– Гарри, что ты делаешь?

– Да так… Посмотри, какой хороший вид!

И правда, пейзаж был невероятен. Грейнджер расслабилась окончательно и привалилась спиной ко мне, я продолжал её успокаивающе гладить по волосам.

– У тебя очень красивые волосы.

– Правда? – ленностно спросила она, – спасибо.

Она взялась рукой за мою руку, которой я её обнимал и улыбнулась, созерцая пейзаж.

– Красиво?

– Да, очень, – обернулась, – ну почему ты сел позади меня, а не впереди и задом наперёд?

– Хочешь кое-кого поцеловать?

– Ну раз уж в кое-ком проснулся романтик… – хихикнула она, – спасибо. Это было прекрасно, но нам пора возвращаться…

* * *

Урок полётов начался с Рона Уизли и Драко Малфоя. Оба ребёнка очень любили прихвастнуть, особенно перед лицом магглорождёных. Драко, напыжившись, рассказывал остальным детям, как он летал на метле и даже чуть было не врезался в самолёт. Рон Уизли в пику ему тоже рассказывал. Я его особо не слушал, но остальные – развесив уши. Такой хороший урок на природе не мог обойтись без хорошей шутки. Благо, у меня было их! Слизеринцы и Гриффиндорцы собрались вместе – это уже был взрывоопасный коктейль. Лидерами противостояния самоназначились Драко и Рон. Оба не блистали умом. Остальные только подзуживали их, отчего у них тут развернулся батл на тему, кто круче летает на метле. Гермиона уже не так боялась, что у неё ничего не получится и просто ждала учителя, что-то читая на планшете. Заглядываю ей через плечо и чуть было не выругался! Манга! Басара. Сёдзё – это уже совершенно не моё. Гермиона так ушла в чтение манги, что совершенно не обратила внимание на мадам Хуч, которая появилась внезапно, зайдя со спины к школьникам. В смысле – со стороны замка, с собой она несла охапку мётел.

– Итак, – грозный и громкий голос Хуч заставил Драко и Рона прекратить свою перепалку, а Гермиону – с недовольным видом отвести взгляд от планшета, – сегодня будет урок полётов. Радуйтесь, кто-то подарил школе новые мётлы, ещё не облётанные, так что прежний инвентарь отправился нашим домовикам для использования по прямому назначению.

Хуч осмотрела своим орлиным взором всех присутствующих и разложила мётлы.

Гермиона спрятала планшет и скосила взгляд на двух спорщиков. Рон и Драко недовольно смотрели друг на друга с выражением лица «я сейчас покажу, кто тут главный». Я же не удержался. Стоило им сказать «вверх», как мётлы так резко вскочили, что ударили обоих мальчишек по лбу. Несильно, но ощутимо, оба свалились, вызвав смех.

Гермиона оседлала метлу, как и все остальные. Но произошёл конфуз. Прежде, чем Хуч успела свистнуть в свою свистульку, Невилл оторвался от земли, переволновавшись. И, как говорят полицейские, обнаружившие на асфальте груду металлолома – «не справился с управлением». Даже не пытался справляться. Нда, есть люди, которые способны прекрасно действовать в сложной ситуации, есть люди, которые теряются и начинают вытворять незнамо что. И те и другие могут быть хорошими людьми, но Невилл был из вторых. Он растерялся и начал совершать с метлой непонятные телодвижения. Хуч крикнула «Мальчик, вернись!» – не видела что ли, что он потерял управление?

Описав кривую, похожую на косинусоиду, он оказался над стеной замка и всё-таки сорвался вниз. Но, прежде, чем он успел упасть на землю, в небе появился Дартаньян и схватил Невилла за ногу, махая крыльями, он дотащил верещащего мальчишку до Хуч и громогласно произнёс:

– Падают тут пидарасы! Поспать не дают!

И во вспышке пламени исчез. Хуч, доселе не знакомая с Дартаньяном, бросилась к Невиллу. Как оказалось, у мальчика подвёрнута нога. Ещё бы, такой вес! Ему срочно нужно худеть…

Преподаватель применила заклинание мобиликорпус, магические носилки, и обернулась на застывшую в изумлении народную массу:

– Я в больничное крыло. Если вы хоть пальцем дотронетесь до мётел, то вылетите из Хогвартса быстрее, чем успеете сказать «Квиддич»! – угроза была серьёзная… Но у детей возраст такой, что это было понято как приказ полетать.

Драко Малфой внезапно поднял что-то с земли и подкинул в воздухе:

– Смотрите-ка! Этот остолоп уронил напоминалку!

– Отдай! – Рон был настроен решительно.

– Что, решил украсть у дружка? – Драко схватился за метлу и взмыл в воздух.

Я не хотел сидеть на земле, сложа руки. Напоминалку верну Невиллу. Он конечно остолоп, но это не повод издеваться над ребёнком. Надо бы этому Малфоёнышу показать, кто есть кто. Поэтому полез в свою школьную сумку и достал из неё метлу «Кобра».

Эта метла была моим личным произведением искусства и ничегонеделанья. Хотелось вот иметь что-нибудь эдакое. Поэтому кобра была особенной метлой. Сверхскоростной – достигала четырёхсот миль в час за две секунды, сверхманевренной и самое главное – у неё было удобное седло, удобная рукоять с протектором ладони – выглядела рукоять как овальное раздвоение древка, стремя для ног и конечно же, превосходная скорость и сверхманевренность. Благодаря изменяемому вектору тяги метла могла выделывать в воздухе небывалые кульбиты. Ну и конечно – декор, куда же без него. Пафос девятьсот девяносто девятого уровня. Золотая роспись на древке, пафосное название, гравированное золотыми буквами и навершие метлы с кристаллом, через который и выходило защитное поле, защищающее ездока от перегрузок и погодных условий, включая встречный поток ветра. Пока не ускорялся сильно, но всё равно, то, что метла быстрая, было понятно сразу, она буквально выпрыгнула в небо, остановившись чуть повыше и поодаль от Малфоя. Я держался за его спиной, а Уизли – был перед ним.

И вот, наконец, настал мой час. Малфой метнул со всей своей невеликой силы напоминалку в стену замка. Рон гневно на него посмотрел, ну, а я – замедлил время так, что полёт напоминалки был вполне приемлем, я даже хорошо видел, как она вращалась в полёте. Даю полный газ – в замедленном режиме использовать обычные мётлы очень… Непросто. Раздражают неимоверно своей инерцией и медленным набором скорости, а вот эту метлу использовать – одно удовольствие. Выбросив фонтан магии, метла резко ускорилась, я пролетел мимо Малфоя, который словно улитка, медленно переводил взгляд на меня и перехватил напоминалку у самой стены замка, резко остановив метлу. Ещё бы чуть-чуть…

Но со стороны, насколько я знал по изучению видео испытаний, бросок Кобры выглядел очень внушительно. Молнией пронёсся между двумя мальчишками, они только и видели, что чёрную тень, промелькнувшую перед их носами и поток воздуха. Перехватив напоминалку поудобнее, я подлетел уже на нормальной, хотя тоже весьма большой скорости к Малфою:

– Слушай, Малфой, издеваться над детьми – это полное днище.

– Тебе то какое дело, Поттер? – оскалился он.

– Мало ли… Может, он мне денег должен? – усмехаюсь, – в любом случае, брать чужие вещи – моветон. Будешь так делать – волосы порыжеют.

Оставив его, я пронёсся над толпой школьников на большой скорости и резко затормозил у отшатнувшейся Гермионы.

Не успела она ничего сказать, как меня окликнул голос нашей кисы.

– Мистер Поттер, идёмте со мной!

Спустившийся Драко начал зубоскалить, однако, Минерва не будь дура – сняла с него пять баллов за мелкое хулиганство. А я, провожаемый взглядами всех присутствующих, сочувствующими или злорадными, пошёл следом за Минервой…

* * *

Вот так я и стал ловцом сборной Гриффиндора. Причём, у меня совершенно не было опыта, но это не прецедент. Первокурсникам запрещено только иметь мётлы, летать на них и играть в квиддич – всегда пожалуйста. После оглашения вердикта я вернулся в гостиную, и попал в заботливые руки Гермионы. Она, по-моему, решила восполнить недостаток романтики и нежности в наших отношениях, поэтому стоило мне прийти в гостиную и свалиться в кресло, запрыгнула частично на меня и прижалась посильнее. Я только удивлённо на неё посмотрел – что это нашло? Другие девочки смотрели на эту картину с недоумением – мол, «чего эта Грейнджер делает?» Или даже с отвращением, типа, «фи, как она себя ведёт? Обняла мальчика, какой стыд!».

Но Гермиона на них внимания не обратила, она улыбалась:

– Ты сегодня был крут!

– Вот видишь, я уже из бесполезного очкарика превратился в ловца сборной факультета. Может, даже сделаю спортивную карьеру.

– Ну нет, спорт – это не твоё, – совершенно серьёзно сказала она. Я только вынужден был признать. Любила Гермиона командовать и решать, сейчас то же самое, не успели мы как следует друг с другом наладить контакт, а уже каблук заносит… Ничего, сдюжу. У меня нервы крепкие, а голос командный. Будет.

– Посмотрим… Ты чем сегодня вечером занимаешься?

– Конечно же учёбой, – Гермиона поёрзала и устроилась на мне поудобнее. Она была необычайно лёгкая и улыбчивая, и вообще, обнимать её – сплошное удовольствие, – а ты задумал какую-нибудь шалость?

– Хм… Надо бы что-нибудь такое придумать, – согласно кивнул я, – ничего путного в голову не приходит.

– Будь проще, Гарри, – Гермиона незаметно для тех немногих, кто на нас глазел, погладила меня по голове, – если они считают, что навозные бомбы – это смешно, то подойдёт любая шутка. Ты вроде бы любишь пошлые?

– Эм… – Задумался я, – знаешь, не то чтобы люблю, просто среди англичан это особенно хорошо проходит. А вот в Японии это восприняли бы не так уж и остро.

– Тогда давай я что-нибудь придумаю, – предложила Гермиона, – ну… Например, можно перекрасить бороду Дамблдора.

– Это мы обязательно сделаем, но во время Хеллоуина.

– О, Хеллоуин, – она улыбнулась, – ты просто обязан всех развеселить!

– Не беспокойся, скучно не будет. Обещаю. Кажется, я кое-что придумал.

И действительно, глядя в эти унылые лица школьников, особенно старшекурсников, которые уже заколебались здесь быть и крайне автоматично всё делают, я придумал кое-что весёлое. И поднял Гермиону, чмокнув в губки алые:

– Это будет весело!

Через час я уже принёс в гостиную шары. Обычные шары для так называемого детского сухого бассейна, в моей сумке было несколько тонн этих шариков, зачарованных так, чтобы они были прыгучими. Вечер в гостиной был обычным – кто-то делал уроки, кто-то – играл в шахматы. Гостиная у факультета была большая, тем веселее было, когда я незаметно для всех, дал сумке команду на полное освобождение и поток разноцветных светящихся шариков хлынул на пол. Через минуту все дети уже были в шарах по пояс, и это старшекурсники. Младшекурсникам они были по грудь, или даже до плеч, начался смех. Многие не понимали, что происходит, но большинство, причём даже старшекурсников, просто игрались. Шаров было много, вся гостиная утонула в них, поднялся шум, из гостиных выбрались люди и тоже присоединились к веселью. Гермиона весело хохотала, а остальные наши сокурсники кидались шариками. Старшекурсники были немало удивлены, но со временем втянулись, и начали получать удовольствие. Я включил вибро-мод и шарики начали тихо вибрировать. Массаж получился что надо! И это изрядно раззадорило девушек – шарики то касались всего тела. И пошло веселье!

Через двадцать минут в гостиную влетела МакГонакалл, оказавшись по пояс в шариках.

– Что здесь происходит? – недовольно спросила она, пробираясь через целое озеро виброшариков, – Старосты?

– Не знаем, Мэм, – ответил ей староста.

– Эванеско! Эванеско Максима! – она попыталась убрать шарики, – Фините!

Но куда там. Шары так просто не взять. Минерва оказалась среди студентов, которые радостно улыбались, и недовольно сверлила взглядом эти шарики… Что ж, а теперь – пора для шутки. Я наложил на гостиную слабое, но очень тонкое заклинание из школы ментала, внушение радости, озорства и игривости. И через минуту Минерва уже бегала за шариками и ловила кидаемые шары руками, как маленький котёнок. Волосы её растрепались, а улыбке позавидовал бы Чеширский кот. Был слышен заливистый смех. Откуда-то сбоку даже стон возбуждения, причём в исполнении девочек. Хм… Отключу-ка я вибрацию, а то слишком они закайфовались. Ну точно, зажали шарики бёдрами. Получилось что-то вроде вибромассажёра Хитачи – любимого японскими извращенцами.

Через полчаса веселья, когда Минерва наигралась, в гостиную зашёл Дамблдор собственной персоной и я впервые видел, как у деда очки упали вместе с челюстью. Минерва заливисто хохотала, перебрасываясь шариками с студентками-шестикурсницами, а остальные в это время кто как проводил время. Некоторые даже целовались в уголочке, некоторые просто ныряли в это озеро…

Да, охреневшее лицо Дамблдора – это того стоило! Да и такую Минерву я ещё не видел. Она словно бы помолодела и часть морщин разгладилась, а волосоы свободно спадали на плечи. Вот он рецепт молодости – больше позитива!

– Что здесь происходит? – спросил он внезапно охрипшим голосом и прокашлялся.

– А у нас тут весело! – Минерва МакГонакалл заливисто засмеялась, – присоединяйтесь, профессор!

– Хм… Благодарю, не стоит, – он достал палочку и мощным заклинанием снёс мои слабые ментальные чары, вторым заклинанием убрал шарики, телепортировав их куда-то. Хм. А защиту от телепорта я и не учёл. В итоге гостиная была переполнена народом – мальчики и девочки, парни и девушки, некоторые красные после игр, все растрёпанные и с улыбками на губах. Минерва тоже такая же, её, кажется, начало отпускать. Дамблдор внезапно улыбнулся:

– Тридцать баллов Гриффиндору за позитивное настроение и превосходное зачарование шариков! И профессор, пойдёмте со мной, – махнув мантией в лучших традициях джедаев, ушёл не прощаясь. МакГонакалл побежала за ним следом, вприпрыжку, а я хихикал в уголочке. Дартаньян, спящий на камине, поднял голову:

– Было кррруто!

Близнецы Уизли только сейчас, похоже, поняли, что на их поприще объявился новый игрок. И он уже нанёс сокрушительный удар. Они, переглянувшись, кивнули друг другу и с решимостью показать, кто здесь приколист номер один, удалились в спальню, составлять план своего розыгрыша…