Саша пробирался сквозь толпу к комментаторской, прокладывая дорогу то одним плечом, то другим. Тот тут, то там слышались крики футбольных фанатов и звуки рожков. По пути ему встретилось несколько полицейских, но они лишь скользнули по нему взглядами, не обратив внимания. Взбежал по лестнице к двери, с левой и правой стороны от которой расположены длинные окна, откуда хорошо должен просматриваться весь стадион. Толкнул дверь, шагнул внутрь, запер за собой. В помещении, где он оказался, находилось несколько человек. Двое сидели в огромных наушниках и даже не обернулись, когда Бендер хлопнул дверью. Остальные оторвались от настройки оборудования и посмотрели на непрошеного гостя.

Вытащив из-за пояса свою «беретту», щёлкнул затвором:

— Добрый день, господа. Попрошу тишины. Не бойтесь, пистолет стреляет только в экстренном случае. Если вы не создадите мне этот самый случай, то все останутся целы… Мне всего лишь надо воспользоваться вашим микрофоном, чтобы сделать заявление… Вы позволите?

Пожилой оператор молча кивнул на микрофон.

— Включите громкую связь, пожалуйста, — сказал Саша и взял микрофон, продолжая второй рукой держать пистолет. — Раз, раз, проверка связи. Отлично. Господа, у меня для вас неприятная новость. Стадион заминирован, и в течение часа сработает детонатор. У вас есть время, чтобы уйти. Только попрошу без паники, времени у вас вагон и маленькая тележка.

Не успел это сказать, как откуда-то издалека послышался стрёкот. С обеих сторон к стадиону приближались три вертолёта. Грохнул ракетный залп, после чего затакали короткие пулемётные очереди. Над стадионом завязался самый настоящий воздушный бой.

— Что это за хрень такая?, — выкрикнул Бендер, и его голос разнёсся над стадионом.

Высоко в воздухе взорвался полицейский «Сокол». Потом закоптил ещё один, военный, с подвешенными на крыльях боевыми ракетами. Стал медленно заваливаться на бок, а потом вдруг стремительно полетел вниз. Комбинатор увидел, как из него вывалилась маленькая фигурка, над которой раскрылся белоснежный купол парашюта. «Беркут» упал на поле и взорвался, образовав немаленькую воронку. Теперь стадион наверняка непригоден для посадки звездолёта. Следить за парашютистом времени не оставалось, и Саша выбежал из комментаторской.

На стадионе царила паника. Можно было бы и не объявлять о заложенной мине, достаточно и взрыва. Дудеть в рожки прекратили, теперь слышались только крики боли и ужаса. И снова пришлось продираться сквозь толпу, на этот раз все стремились назад, к выходу. Шахназарова и Глыбу он нашёл на месте. Это был уголок спокойствия — весь стадион стоял на ушах, все кричали и бегали в панике, лишь два человека спокойно сидели и ждали вестей от Бендера.

— Видали, что я натворил? Армагеддон им устроил. А ещё и вертолёт этот.

— В другой ситуации я бы тебя арестовал за ложное сообщение о бомбе. Серьёзная статья, между прочим. Считай, терроризм.

— Да ладно, «терроризм», — Комбинатор фыркнул. — Так, баловство! Солдафоны, вон, и без моей бомбы фейерверк устроили. Вот где терроризм. И чего это полиция с военными не поделила? Зачем вертолёт сбили? Вы видели? Я было подумал, что это ты по ошибке приземлил вместо звездолёта.

— Всё поле перепахали, хоть засевай его, — майор огорчённо покачал головой. — Куда теперь приземлить Мира? Даже не знаю, сядет она на таких колдобинах, или нет?

Егор вспомнил, что на Марсе этот звездолёт на неподготовленной площадке опускался, а там колдобины не чета этим, и ничто ему не мешало.

Андрей отметил, что наладил связь со звездолётом и только ждёт, когда опустеет поле. Комбинатор предложил на время скрыться, ведь неизвестно, сколько ещё будут кружить вертушки над стадионом, а если они останутся здесь одни, то их быстро найдут. Куда уйти, уже решил — под стадионом есть подземные переходы, сеть магазинов, складов — целый город. На время игр всё это закрывают, и там сейчас нет ни одного человека, но проникнуть туда не составит никакого труда.

Прилетел вертолёт со спасателями, и те принялись тушить горящие обломки. Толпа между тем не редела, паника была на пике. Это позволило незаметно пробраться ко входу в подземные переходы. Двери, разумеется, заперты, но Бендер открыл замок за несколько секунд, а после, когда вошли внутрь, снова замкнул его.

Стало тихо, в подземелье не доносились крики снаружи. Теперь нужно переждать, пока на стадионе не останется людей, а после можно посадить звездолёт на поле. Что будет дальше — об этом не думали ни Саша, ни Шахназаров, главная цель сейчас — уйти от преследования. Лишь один майор имел цель — ему необходимо передать архивы Месса, но кому — и сам не понимал.

Спустившись вниз, попали в подземный мир. Тут стояли автоматы, продающие напитки и сигареты, но оказались выключены. Здесь располагалась сеть магазинов и развлекательных центров, но все были закрыты. Свет горел вполсилы, это позволяло видеть, куда ведёт дорога. Широкий коридор уходил куда-то вдаль.

Шли минут пять и забрели неизвестно куда. Вокруг всё так же находились запертые двери магазинов и фотосалонов, офисов и выставок.

— Ну залезли мы сюда, и чего теперь делать?, — спросил сержант. — Мы ж здесь, как в западне. Теперь наружу не сунься, вмиг с вертолётов расстреляют.

— Подождём, пока звездолёт прилетит. А там видно будет, — ответил Бендер.

— Я чувствую его, — остановившись и закрыв глаза, выдохнул Андрей. — Или её? Это… живой он. Женского рода.

Шахназаров обалдело посмотрел на майора.

— Звездолетиха?.. Живой звездолёт женского рода. Я с вами с ума сойду.

Глыба открыл глаза и оглянулся. Ему показалось, что за ними кто-то идёт. Совсем рядом. Развернулся и сделал несколько шагов назад. Егор и Комбинатор замолчали и ждали, что он скажет.

— Может, показалось.

— Нервы, — констатировал Саша.

И вдруг услышали голос, донёсшийся из полусумрака:

— У всех нервы. Уф! Еле вас догнал.

Из-за поворота показался человек в форме бойца ОсОБ. Бендер выхватил из-за пояса пистолет, щёлкнул затвором и навёл ствол на Прошина.

— Э, чувак, стой на месте! Я тебя узнал. Ты в моей квартире шарился.

Эмпат отступил на пару шагов.

— Не стреляйте. Я хочу вам помочь.

Андрей пожил ладонь на пистолет и отвёл ствол в сторону.

— Это свой.

— Знаю я таких своих…, — пробурчал Комбинатор, но оружие убрал.

Майор внимательно посмотрел на бывшего подчинённого.

— Ты откуда здесь взялся, Эмпатий?

— На вертолёте подвезли. И даже высадили. Кстати, Шах, — обратился к Егору. — Объясни мне, почему я тебя не чувствую. Неужели в тебе нет никаких эмоций? Ты абсолютно ничего не испытываешь, ни волнения, ни страха?

Шахназаров вытащил из кармана глушилку, подаренную Георгом.

— Чувства во мне прямо-таки клокочут. Но есть одна штучка, её мне подарил мой старый друг. Кулибин. Это глушитель чувств. Работает, как я понял, только на ограниченном расстоянии, то есть скрыть сразу нескольких человек не в состоянии.

Теперь всё стало на свои места. Лейтенант понял, почему прошляпил его в банке. Товарищ, о котором говорил сержант, действительно Кулибин, Сергей и не слышал никогда о таких устройствах. Потом он вспомнил о самом важном.

— Пока я догонял вас, то почувствовал генерала, с Иваном идёт за вами. Вернее, за нами. Они где-то рядом. Пока на поверхности, но могут и спуститься, если поймут, где мы находимся. И что ещё хотел сказать.. Таракан узнал о том, что Шах его прослушивал и проследил сигнал. Теперь твой телеком — маяк для него.

Егор вытащил из кармана устройство и беспомощно воззрился на него. Оказалось, что палка была о двух концах. Хотел было бросить телеком на пол и растоптать, но Саша остановил его. Он просто отключил прослушку, решив, что, возможно, она ещё понадобится.

Теперь генерал лишён глаз, не мог отследить, где сейчас находятся беглецы. Однако было поздно — лейтенант определил, что преследователи спустились в подземелье, и не двое, а с подкреплением — с ними шло человек десять. И они идут именно сюда.

— Ну тогда мы им устроим салочки с препятствиями, — заметил Бендер.

Он снова включил прослушку и оставил телеком при себе.

— Продолжайте иди дальше, а я немного в Сусанина поиграю. Если что, я вас догоню. Я быстро бегаю. Одна нога здесь, а другая там.

— Смотри, чтоб фигурально, а не буквально, — попросил Глыба.

Саша, прихрамывая, убежал назад, вскоре его шаги растаяли в тишине подземелья.

Андрей предложил не бегать, а просто посидеть и подождать. Выбрал ничем не примечательный офис, проник внутрь, удивив и Шахназарова, и Прошина, а затем открыл дверь с той стороны, предварительно отключив сигнализацию.

Вошли внутрь, заперли за собой дверь, расселись в мягких креслах и принялись ждать. Майор рассказал лейтенанту всё, что знал — про архив Месса и про звездолёт Странника, который скоро должен за ними прилететь. Прошин поведал им про то, что генерал, скорее всего, затеял какую-то свою игру. Может быть, решил стать таким же суперменом, а может, у него есть и другие цели.

Внезапно Глыба почувствовал Миру. Она уже держалась на орбите и ждала лишь команды. Теперь осталось только дождаться, когда Комбинатор наиграется в кошки-мышки с генералом и вернётся к ним.

Но вдруг оказалось, что Мира его не слушается. Что случилось, майор не понимал. Кто их знает, этих баб! Никогда с ними общего языка найти не умел. Сколько ни пытался, а звездолёт на его зов не откликался, хотя связь между ними установилась.

Сергей заинтересовался звездолётом.

— Интересно, а я смогу почувствовать ваш… вашу…

— Звездолетиху!, — подсказал Егор.

Андрей этого не знал.

— Вот я её чувствую… Не знаю как, но чувствую.

— А я — нет. Выходит, что она неразумная?, — спросил эмпат.

— Похоже на то…, — ответил майор. — Она как лошадь, понимаешь. Бывают разумные лошади?

— Не встречал. В сказке только про Гулливера.

— А может, её приручить надо?, — подкинул идею сержант. — Может, она от рук отбилась?

— Или привыкла к своему прежнему хозяину. Я не могу с ней общего языка найти!

— Ищите!, — воскликнул лейтенант. — Иначе нам придётся искать общий язык с генералом. А это намного сложнее.