- Там, где и должны быть,- захныкал тот, потирая ушибленные места,- уже должны от берега отплыть! А с ними и паскудник Вийон - приспешник дьявола и шпион!

Гачек только и сумел, что взвыть, усевшись прямо посереди коридора.

- Что я за несчастный!

Тибо неловко мялся рядом, не понимая причин такого взрыва отчаяния со стороны обычно сдержанного секретаря. Побег вроде бы удался!

- Всё случилось, как случилось, ей скитаться не в первой, - довольно мудро заметил он,- пусть прольется Божья милость над их с сыном головой!

- Да,- понурился Гачек,- нам остается только молиться!

И он обессилено поплелся в свою комнату молиться и дожидаться момента, когда граф узнает, что в эту ночь лишился не только жены, но и всего лишь несколько часов назад обретенного сына.

А что же Стефания?

Графиня не подозревала, что дон Мигель, наконец-то, признал Сида виконтом. Да и если б узнала о дознании, вряд ли это изменило её отношение к мужу!

В эту ночь женщине слишком много предстояло сделать, поэтому узнав от встревоженного Тибо, что муж задерживает Гачека, она взяла осуществление побега в свои руки.

Прежде всего, позаботилась о средствах. Зная, что супруг застрял в комнате Славека, графиня отправилась в его кабинет и недрогнувшей рукой выгребла из шкатулки все наличные средства. Покопавшись в ларце с драгоценностями забрала парадную нагрудную цепь графа с фамильными рубинами, и прихватила ту самую жемчужную нить, к созданию которой, когда-то приложила столько бесполезных усилий. Ничего, не обеднеет супруг, а ей эти вещи ещё как пригодятся!

Потом её путь лежал в детскую, где оставался последний из близнецов. Стефке было невыносимо тяжело расстаться с Рамиро, но что поделаешь! Ему хотя бы не угрожали пытки, как его брату. И горько заплакавшая мать, прижалась губами ко лбу сына и обвила пеленки своим нательным крестиком. От боли разрывало грудь, и чтобы окончательно не лишиться мужества, женщина прихватила узел с самым необходимым и поспешила покинуть особняк. В саду её дожидались переброшенные через высокий забор веревки и сам Джон Гленкирк. Мужчина подсадил беглянку на стену, и она скользнула по веревкам вниз на руки ждущих снаружи мужчин.

- Быстрее, миледи! Как бы нас не застукал ночной патруль!

Никогда не бегала столь быстро Стефания, да ещё в компании морских бродяг. Они буквально несли её над землей, тщательно скрываясь в тени домов. Показались черная громада, стоящей при входе в порт горы Монтжуих с обрывистыми скалами, в тени подножья которой посверкивали рассеянные огни не спящих даже в этот поздний час портовых кабаков.

Лодка уже ждала беглецов, и, покачиваясь на морских волнах, Стефка грустно попрощалась с залитым луной городом, в очередной раз уходя в неизвестность.

ПЕРЕПОЛОХ.

Гачек стоял на молитве. Какой уж сон, когда он не находил себе места от тревоги за графиню с ребенком, да и, что уж кривить душой, за всех домочадцев дома де ла Верда. Что их всех ждет, когда дон Мигель обнаружит пропажу? Чех молился, чтобы Господь вразумил его, как правильно себя вести. Может, признаться в содеянном? Но он не мог подвести Сэлисбурна - англичанин и так многим рисковал, согласившись взять графиню на борт.

Не успела ещё ранняя весенняя заря позолотить верхушки деревьев сада, как спящий дом поднял на ноги крик перепуганной кормилицы, обнаружившей пропажу одного из питомцев. Причем, исходя из курсирующих по дому слухов, женщина решила, что маленького дона Сиднея унес дьявол, и именно об этом она отчаянно кричала, подняв на ноги весь квартал.

Нервно вздрогнувший Гачек выскочил в коридор, как раз для того, чтобы столкнуться с бегущим из своих покоев в детскую графом. Дон Мигель даже ничего не накинул на рубаху, и теперь торопливо перебирал ночными туфлями, путаясь в подоле одеяния. Выглядел он забавно, только никому в голову не приходило смеяться.

Отцу достаточно было увидеть крестик жены на пеленках Рамиро, чтобы сразу же догадаться о произошедшем.

- Гачек,- яростно взревел он, и прибавил крепкое цветистое словцо,- ... опять ударилась в бега! Да ладно бы ушла сама - зачем она прихватила виконта?

- О! - только и сумел промямлить тот, виновато пряча глаза.- Неужели?

Если бы граф не был настолько выведен из себя, он, наверное, сразу же догадался об участии секретаря в побеге жены. Но дону Мигелю было не до этого:

- Она не могла далеко уйти. Городские ворота ещё закрыты!

И через несколько минут его люди уже рыскали по всем городским улицам, расспрашивая всех встречающихся на пути людей о женщине с ребенком. Увы, ни ночующие на улицах оборванцы, ни городская стража не видели пропавшую графиню. Да, болтались по улице какие-то моряки со стоящих на рейде кораблей, и, может, были с ними и женщины, но вот младенцев на руках у этих блудниц не видел никто!

И тогда дон Мигель приступил к допросу домочадцев. Он-то хорошо знал, что в его доме мышь не проскочит, чтобы её не просто не заметили, но ещё и не обсудили длину хвоста и красоту усов!

Граф собрал своих людей во дворе дома и начал дотошно разбираться в том, что произошло.

Его сузившиеся от подозрений глаза сразу же остановились на Гачеке. Впрочем, если он и обвинял секретаря, то только в излишней болтливости:

- Я же просил вас молчать о дознании!

Гачек ежился от озноба, не смотря на заливающее двор яркое солнце.

- А я ничего и не рассказывал донне Стефании о готовящемся дознании! - честно ответил он, и красноречиво покосился на Хельгу.

Все равно, рано или поздно дону Мигелю бы рассказали о болтливости немки другие слуги.

- Да,- во весь голос заревела та,- это я рассказала госпоже о дознании, но я ничего не знаю о её побеге! Клянусь мощами св. Петра! Ничего!

- Как же она отреагировала на твой рассказ?

- Никак,- всхлипнула Хельга,- стояла, как окаменелая, и ничего не говорила! Не знаю я ничего, не знаю!

Прокурорский взор быстро пробежался по ошеломленным лицам остальных слуг, пока не остановился на пышущей здоровьем фигуре Мадлен.

- Тибо? - выдернул граф карлика из-за спины супруги. - Ты ведь всюду суешь свой нос? Неужели ничего не слышал?

Тибо был самым слабым звеном в их затее, и у Гачека от страха дух перехватило, но шут только вяло огрызнулся:

- Пусть нос мой кой-кому мешает, чужие тайны мне не доверяют! Не знаю я, куда ушла графиня, я ночью спал, и мне не снилось - кто куда пропал!

Граф задал ещё несколько вопросов разным людям и понял, что если кто-то что и видел, то делиться с ним не собирается.

- Ладно!- скрипнул он зубами, - Но берегитесь, если я узнаю, что вы меня водите за нос - убью собственными руками!

Посланные на поиски графини слуги вернулись ни с чем - стража на городских воротах не видела никого более или менее похожего на графиню, уж не говоря о ребенке.

Оставался ещё один путь из города и дон Мигель решил отправиться на поиски жены в порт.

СВ. СТЕФАНИЯ.

Утро этого дня началось с крика и для стоящего на рейде корабля. Это кричал проголодавшийся Сид. Совсем недавно сомкнувшая глаза Стефания, покачиваясь спросонья, расшнуровала прорези блио, и сунула сосок в детский ротик. Пока малыш сосал, она немного подремала, но потом материнские заботы заставили женщину стряхнуть с себя дрему и заняться неотложными делами. Сына, прежде всего, нужно было перепеленать.

Мать вытащила из прихваченного узла пеленку, развернула её, а потом распеленала сына. Открывшееся перед её глазами зрелище заставило женщину громко закричать от ужаса - младенец оказался покрыт точечными пятнами запекшейся крови.

На её крик в каюту вбежал испуганный Чарльз.

- Что случилось, донна?

За спиной сына показалось и встревоженное лицо отца.

- Вот, - трясущимися руками показала она на тельце сына,- вот...

Отец с сыном озадаченно переглянулись, и тогда женщина расстроено пояснила:

- Дон Мигель все-таки провел дознание - он истыкал Сида иглами!

Граф смущенно крякнул.

- Это все достаточно неприятно, миледи, но ваш сын в результате этой мерзкой процедуры остался цел и невредим, поэтому нет причин для дальнейших волнений! И ещё, если вам не трудно, больше не кричите так громко! За годы плавания мы отвыкли от женского общества!

Стефания принялась быстро пеленать ребенка, а Сэлисбурн тем временем продолжал пояснять:

- К сожалению, св. Стефания не может быстро покинуть Барселону. Мы дожидаемся находящихся на подходе кораблей, с тем, чтобы потом всем вместе совершить поход к берегам Африки. Ваш супруг, наверняка, уже поднял на ноги весь город, и вас ищут! Ради вашей же безопасности, я прошу не выходить из каюты - все необходимое будет приносить Чарльз. В любой момент может появиться погоня - мы к этому готовы, но вам нужно научиться держать себя в руках и не давать малышу плакать.

Стефания качнула головой и обессилено опустилась на лежанку. Мысли метались в голове, как сумасшедшие - тут и необходимость стирать и купать малыша, и недостаток пеленок, и прочие, столь понятные любым матерям заботы, да и как сделать так, чтобы младенец не плакал? Задача далеко не из легких.

Едва коснувшись постели тем местом, о котором не говорят, Стефка с придушенным в свете последних событий визгом взвилась вверх. Мужчины сначала изумленно глянули на неё, а потом дружно расхохотались. Оскорбленная Стефка, которой что-то больно впилось в зад, смерила наглецов мрачным взглядом, а потом только глянула на кровать.

- Вийон,- простонала она,- ты-то как здесь оказался?

- Его вместе с юным доном передал моим людям ваш карлик, велев обязательно прихватить с собой на корабль!- пояснил ей сэр Уильям.- Этот зверь исцарапал и покусал половину моего экипажа! Хотелось бы узнать, чем он так отличается ото всех остальных кошек, что вам необходимо его присутствие?

Ну, что тут скажешь?

- Тибо несколько перепутал,- сухо уточнила она,- Вийон - любимый кот моего мужа! И неизвестно, кого он будет искать с большим старанием - сына или этого полосатого скандалиста!

- А если его пустить за борт, поплавать?

- Нет,- перепугалась Стефания за кота,- Вийона мне подарил мой хороший друг!

- Вам виднее!

- Не бойтесь, донна Стефания,- жизнерадостно уверил её Чарльз,- все будет хорошо и с вами, и с вашим котом!

Легко сказать - не бойтесь! От страха и напряжения графиня была как натянутая тетива. Ей нездоровилось от качки, приходилось выполнять всю непривычную работу по уходу за Сидом, и она чувствовала себя страшно утомленной. Зато Вийон передрался со всеми котами на борту св. Стефании, украл у кока солидный кусок мяса, оставив весь экипаж без ужина, а потом нагло приплелся к Стефании жаловаться на полученную выволочку.

- Господи! - молилась она. - Да когда же мы покинем Барселону? Это ожидание убивает меня!

- В порту переполох! - доложил ей, принесший ужин Чарльз, с любопытством наблюдая, как она смазывает складочки на теле Сида оливковым маслом. - Вас ищут на суднах. Завтра, наверное, будут у нас! А зачем вы смазываете малыша маслом?

- Чтобы не было опрелостей!

Стефания ещё за время пути в Каталонию заметила в графском сыне неуемную любознательность к делам, казалось, весьма от него далеким. Вот и сейчас он крутился вокруг Сида с любопытством, обычно несвойственным юнцам его возраста и положения. Удивленно разглядывал младенца, заинтересованно трогал ручки и ножки, бархатистую кожу и добился улыбки.

- Я ему понравился!- радостно восхитился он.

- Разве есть человек, которому бы ты не понравился?

Стефка вяло ковырялась ложкой в овсяной похлебке, больше по необходимости, чем из чувства голода. Тревога снедала её душу, лишая аппетита и сна.

Де ла Верда появился на судне, как и предсказывал Чарльз, утром следующего дня.

Едва завидев направляющуюся в их сторону шлюпку, Стефанию с сыном посадили в ящик для хранения якорной цепи, накидав сверху тяжелые бухты канатов. Помещение оказалось настолько тесным, что графине пришлось сложиться чуть ли не вдвое, да ещё прижимая к себе спящего Сида. Правда, душно не было - из открытого портала, через который в море уходила якорная цепь, поступало большое количество морского свежего воздуха. Только бы Сид не проснулся - мать на всякий случай держала наготове грудь, чтобы в случае необходимости заткнуть ей ротик. Но из-за бьющихся о борт волн она не слышала, что тем временем происходило на палубе.

Между тем, там разворачивалось почти комедийное действие, только зрителей, сумевших бы его по достоинству оценить не было - одни актеры!

- Простите, любезный граф, что я появился на вашем корабле без приглашения, но поверьте, только неотложное дело могло подвигнуть меня на этот поступок!

Де ла Верда был предельно вежлив, впрочем, ему ответили тем же:

- К чему извинения, дон Мигель, для нас большая честь принимать вас на борту св. Стефании!

Теперь, когда обмен любезностями был закончен, можно было приступать и к делу.

- В моем доме несчастье, сэр Уильям! Исчезла вместе с новорожденным сыном и наследником жена. У донны Стефании были тяжелые роды, и видно, что-то стряслось с рассудком!

Чарльз дерзко встрял в разговор взрослых:

- Когда мы навещали вас, донна вела себя как здоровая женщина!

- Ты не прав, Чарльз,- вместо гостя укоризненно пожурил сына Сэлисбурн,- и ещё мало знаешь женщин! Все они с виду тихие, а внутри настоящие фурии! Естественно, что дон Мигель лучше знает, больной или здоровой является его жена!

И он озабоченно обернулся к де ла Верде.

- Вы говорите донна Стефания исчезла, да ещё и ребенком? Какое горе! Может, требуется помощь? Говорите, и я всё сделаю для людей, спасших моего сына!

Дон Мигель настороженно смерил взором лицо англичанина. По логике событий Стефания должна быть здесь, но так уверенно ведут себя обычно люди, которым нечего бояться!

- Собственно, я хотел узнать, не обращалась ли моя жена за помощью? Графиня вообразила, что я собираюсь её и сына отдать инквизиции! Не больше, не меньше..., но что взять с помешавшейся?!