Стефка тоже с наслаждением терлась и мылась в ушате на постоялом дворе. Но каковы были её радость и удивление, когда дверь распахнулась, и какая-то толстая бабища в одежде служанки ворвалась в её комнату. Она, рыдая и причитая, кинулась перед ней на колени, целуя ноги и крича по-немецки:

- Госпожа, моя госпожа! Нашлась! Есть Бог на небе! А мы с Мадлен только приехали, за нами послал его светлость. Уж так спешили, так спешили и все равно опоздали! Я привезла вам платья, белье, башмаки!

Время поработало над немкой, прибавив ей добрых три пуда веса, но, тем не менее, это была она.

- Хельга!- заплакала от радости Стефания, целуя голову в чистейшем накрахмаленном чепце. - Как там вы все? Как Катрин, Тибо, твой малыш?

- Все живы и здоровы! Но, Пресвятая дева, на кого это вы похожи? Кожа шелушится, обветрела и обгорела, а от тела остались только кожа и кости! Вас что, в сушильне томили?

- Почти что,- горько улыбнулась Стефка, с любовью глядя на свою преданную служанку,- как ты живешь, Хельга? Граф тебя не обижает?

- Несчастный человек,- неожиданно сочувствующе вздохнула та,- уж сколько он вас искал, переходил от надежды к отчаянию и обратно. Страшно было смотреть. А у нас сейчас всем заправляет донна Терезия.

- Кто такая?- настороженно поинтересовалась графиня.

- Испанка, жена мессира Гачека. У них тоже маленький сыночек,- охотно пояснила служанка,- она из лекаря веревки вьет! Настоящая фурия! Впрочем, вы сами увидите, она здесь!

Стефа удивилась - за все время пути Славек ни разу не проговорился о своей жене.

Встреча двух женщин произошла вечером за ужином. Донна Тереза была молода, почти девочка, но, несмотря на юный возраст, держалась чопорно и надменно. Ей уже рассказали о роли мужа в паломничестве провинившейся перед мужем графини, и было видно, что ей не терпится остаться с ним наедине, чтобы устроить головомойку. Гачек виновато и робко поглядывал на свою суровую половину.

Карел же неожиданно изъявил желание проводить супругов до Парижа. Дон Мигель понял, что Збирайда хочет удостовериться, что между ними наладились отношения.

На следующее утро кавалькада графа де ла Верды поспешила в Париж, следом в повозке с многострадальными сундуками госпожи тряслись Хельга и Мадлен. Теперь на всех привалах, жена Тибо смазывала графиню мазями, натирала ароматическими маслами, отпаривала ей ноги в молоке, накладывала на лицо сметану, в общем, делала все, чтобы госпожа восстановила свою прежнюю красоту. Немка же насильно пичкала её жирной пищей, сокрушенно стеная по поводу худобы. Супруг же вел себя спокойно и почти не замечал жену, что-то по обыкновению обсуждая с Гачеком.

И вот, наконец-то, Париж! Стефка даже прослезилась при виде знакомых улиц. Сразу же вспомнились и мэтр Метье, и беспутный Вийон, и девицы Мами. Как это было давно!

- О нем ничего неизвестно,- охотно ответил Гачек на её расспросы о поэте,- Вийона за беспутство в очередной раз выслали из города, и он исчез! Жив ли, мертв, никто не знает! А мэтр Метье жив и здоров, по-прежнему все такой же добряк. Лечит всех, кто к нему обращается, не зависимо от того, есть ли у тех деньги или нет. Быть ему канонизированным после смерти!

У графини приятно и тепло сжалось сердце при воспоминании об этом чудесном человеке. Все-таки, этот мир не самое плохое место, если в нем проживают люди, подобные мэтру Метье.

На улице Ферр, в доме, снимаемом графом, их с нетерпением ждали.

- Вот нашлась у нас пропажа,- тот час заплясал вокруг мало изменившийся за эти годы Тибо,- истончилась, будто пряжа! Похудела донна - жуть, так ей мужа не вернуть. Вот наест она бока, будет графу дорога!

- Остынь, дурак! - отмахнулась от надоеды Хельга.- Без твоих прибауток тошно!

- Чтоб бабенку затошнило, нужно взять мужское шило, и вонзить его в местечко, о котором ни словечка вам не скажет дурачок, хоть сажайте под замок!

- Тьфу! - только и смогла, что громко сплюнуть немка.

А вот соскучившаяся по безобразнику Стефания только ласково дернула шута за рог колпака.

- Умолкни, Тибо! У дона Мигеля всегда было плохо с чувством юмора!

Карлик как-то странно покосился на госпожу.

- Граф, конечно не Бог, но не так уж и плох!

Но графине было не до сентенций своего шута, поэтому она только отмахнулась от уродца и занялась своими делами.

Вечером все семейство собралось за поздним ужином. Не сказать, чтобы шел какой-то увлекательный разговор, но все осознавали, что так долго длившаяся разлука, наконец-то, закончилась и теперь жизнь всей семьи должна пойти по-другому. Светловолосая женщина, сидящая за столом напротив графа должна в неё внести какие-то изменения, но вот вопрос - какие?

Готовя госпожу ко сну, Хельга сообщила, что сейчас придет муж. Графиня нервно вздрогнула - она все-таки рассчитывала, что это произойдет попозже, не так быстро!

- Да всё будет нормально,- по-своему поняла её волнение служанка,- он же мужчина, а не демон какой!

Так-то оно так, но...

Мигель даже не сделал никаких попыток внести в их отношения хоть какую-то нотку тепла. Жену ждали суровые объятия, в которых чувственности было не больше, чем в стоянии за молитвой.

- Я доволен вами, донна,- тихо сказал он сразу же после окончания соития, встав с постели, - скромность и целомудренность желательны в постели между супругами. Особенно в нашем случае!

Стефка даже не повернула головы к супругу, только по слуху определив, что он покинул комнату. Слезы текли по её щекам.

- Всё уладится,- запричитала сочувственно Хельга. - Он просто отвык от вас! Вот увидите!

Но Стефка ничего не ответила на уверения служанки. Зарывшись в подушку лицом, она сотрясалась в безудержных и безутешных рыданиях.

БЕСЧЕСТЬЕ.

За завтраком Стефка сидела вместе с надутой мрачной Терезой и Карелом.

Граф же с Гачеком спозаранку устремились в аббатство Виктория. За ними ни свет, ни заря прибыл гонец от Людовика.

Графиня заглянула в детскую, на кухню, составила с Хельгой список необходимых для дома вещей. Но воспоминания о прошедшей ночи не давали женщине сосредоточиться на каких-нибудь делах, и все валилось из рук при мысли, что вскоре вернется супруг и все повторится сначала.

Они не ждали дона Мигеля раньше, чем дня через четыре, но неожиданно, спустя лишь двое суток вернулся взволнованный Гачек.

- Мадам,- заявил он с порога,- у нас крупные неприятности - ваш муж арестован!

Графине, в последствие было стыдно за свою первую реакцию на это тревожное известие. Она обрадовалась. Ведь это означало, что теперь супруг надолго покинул её спальню!

Но потом Стефания все-таки взяла себя в руки.

- Что произошло?

- Толком не знаю, - волновался секретарь, - я с бумагами оставался в приемной, а король уединился с графом. Но они очень часто разговаривают наедине, этим никого не удивишь! И вдруг я вижу, как его светлость из кабинета выводит стража. Единственное, он успел попросить, чтобы я срочно выехал в Трир и попросил епископа Трирского прибыть во Францию.

Стефка немного подумала. Как жена она должна была что-то предпринять в этом случае?!

- Мне пойти к королю?

- Пробиться к его величеству без протекции не так-то просто!

Графиня порылась в памяти - Вийон и девицы Мами вряд ли могли оказать ей протекцию, а вот...

- Я знакома с кардиналом Бурбонским!

Гачек заметно обрадовался.

- Это идеальная фигура для такого рода дел!

Дворец кардинала находился не так далеко от их дома, нужно было только миновать мост из Нового города в Сите. В этот предобеденный час на улице было полно народу, поэтому пробираться пришлось крайне медленно, и, тем не менее, когда носилки с женщинами добрались до цели, выяснилось, что его преосвященство ещё не садился за стол.

Стефка тяжело вздохнула - придется дожидаться конца обеда, но все-таки попросила доложить прелату, что встречи с ним просит графиня де ла Верда. Каково же было её удивление, когда в приемную, где сидели ещё с десяток посетителей, вышел взволнованный кардинал собственной персоной.

- Ни за что не поверю, пока сам не увижу,- выговаривал он идущему следом викарию,- этого не может быть, если только граф вновь не женился!

Его преосвященство быстро пробежался взглядом по посетителям, и его взгляд остановился на женщине. Стефка откинула вуаль, улыбнулась и низко присела перед прелатом.

- Она!- поднял тот руки к небу. - Силы Господни, дитя мое! Я ведь сам отслужил по вас панихиду! И вот вы здесь, живы и здоровы, в этой грязной приемной! Пошлите быстрее отсюда, я вас накормлю обедом, потому что, спешу заметить, вам все-таки надо есть побольше. Так и до чахотки не далеко!

Графиня с улыбкой подошла к его протянутой руке, поцеловала перстень, следом за ней приложилась к святыне и сопровождающая её в поездке Тереза. Женщины проследовали за пурпурной мантией в обеденную залу, где слуги установили ещё два прибора.

Стол его преосвященства поражал изобилием и изысканностью - рагу из оленя, колбасы из мяса каплуна, жареные бараньи ножки с шафраном, мясо кабана со сливами и изюмом, жареная крольчатина и зайчатина, мясо домашней птицы. Далее к столу подали пироги и десерт. Десерт состоял из фиников и яблок, а также пирожных. В конце застолья вновь подали мясные блюда, приправленные большим количеством пряностей: перцем, толченым мускатным орехом, имбирем и гвоздикой.

Сам же кардинал не только много и с аппетитом ел, но и восхищенным взором посматривал на гостью.

- Как вам мой повар?

- Великолепен,- вполне искренне похвалила Стефка, пробуя нашпигованную салом пулярку, - он виртуоз в своем деле!

Обед продолжался не менее полутора часов, пока не убрали пряности, и только тогда кардинал выказал свою осведомленность делами гостьи:

- Я знаю, что привело вас сюда, дочь моя! Но, увы, я не в курсе, почему был арестован ваш муж, и сам об этом узнал прямо перед вашим приходом!

- Вы не знаете, но ведь есть люди, которые знают,- обмакнула сухие глаза краешком платка, притворившаяся расстроенной Стефа,- что могло случиться?

Кардинал заинтересованно глянул на молодую женщину. От него не ускользнуло, что её тревога о благополучии мужа несколько фальшива, и теперь он задавал себе вопрос - зачем эта женщина демонстрирует обеспокоенность там, где её нет.

- Я думаю, - наконец осторожно высказался он,- что только его величество знает ответ на этот вопрос. У них с графом, знаете ли, очень сложные отношения! Ваш муж уже не первый раз оказался в тюрьме, поэтому вы зря тревожитесь - он сам в состоянии о себе побеспокоиться!

В общем-то, графиня была с ним согласна.

- Спасибо за утешение, ваше преосвященство, вы пролили бальзам на мои душевные раны и все же.... Я только слабая женщина, у меня нет такой стойкости и мужества, как у мужчин, поэтому я бы вас попросила походатайствовать за меня перед его величеством. Может, он снизойдет до встречи со мной?

- Не знаю даже что вам сказать, мадам! Наш король - человек занятой, поэтому обещать я ничего не могу, но постараюсь поговорить с ним на эту тему.

- Вы меня очень успокоили вашим участием! - признательно склонила голову Стефания.

Разговаривать непринужденно под инквизиторским взглядом Терезы было очень трудно и кардиналу, поэтому он смерил презрительным взглядом окаменевшее лицо испанки и поспешил закончить аудиенцию.

- Мне жаль, что приходится с вами расстаться, мадам,- виновато развел он руками,- но, к сожалению, мне уже пора. Жак, проводи дам!

Графиня покинула кардинала со спокойной совестью. Она сделала все, что могла. А не получится у прелата добиться для неё аудиенции у короля, так что ж! В чем её можно обвинить? Придется дорогому мужу посидеть в тюрьме! Это ещё надо выяснить, что приятнее - брести в ледяную стужу по дороге в одной насквозь продуваемой рубашке или сидеть в заточении?!

Дома её ждал только взволнованный брат. Гачек уже ускакал в сопровождении отряда в Трир.

- Я собирался завтра тронуться в путь домой, но не могу оставить вас в такой сложной ситуации,- взволнованно заявил Карел,- что же могло произойти? Именно в тот момент, когда вы, наконец-то, оказались вместе после стольких злоключений и невзгод!

- Не знаю,- вздохнула Стефания,- возможно, что на днях я получу ответ на этот вопрос!

- На днях?- недоверчиво хмыкнул брат. - Сразу видно, что ты далека от придворных порядков и не знаешь, что такое королевский двор. Хорошо хотя бы через месяц попасть на прием к королю. Людовик всегда занят!

Стефка только небрежно пожала плечами. Все эти занятия - сущая ерунда! Мужчины только прикрываются делами государственной важности, чтобы создать видимость бурной деятельности в глазах у зависящих от них людей, но они всегда найдут минутку (и не одну!) для встречи с хорошенькой женщиной. Если её помнил кардинал, то вряд ли забыл и король.

И действительно, через день, к удивлению домочадцев, в дом прибыл королевский скороход с приглашением для графини де ла Верда посетить аббатство Виктория.

Карел был изумлен.

- Удивительно,- с подозрением посмотрел он на сестру,- как быстро перед тобой распахиваются обычно крепко запертые двери!

Стефка только улыбнулась в ответ. Должен же быть хоть какой-то прок от её красоты!

В путь они устремились вдвоем, решив оставить Терезу дома, хотя та и встретила это решение с откровенным недовольством.

В темной приемной королевского кабинета Стефка с Карелом оказались ближе к вечеру, и долго сидели на жесткой лавке в ожидании аудиенции.

За окном сгущались поздние летние сумерки, когда за ними пришел слуга. Пришлось просителям идти в неизвестном направлении, пока не открылась незаметная дверь в стене, и они оказались в небольшой келье. Стефка шагнула вовнутрь, а вот Карела задержали и велели подождать за дверью. У открытого настежь окна в монастырский сад стояли двое мужчин - один в пурпурной шелковой мантии, а другой в простом черном шерстяном костюме, который более приличествовал, какому-нибудь ремесленнику, чем властительной особе.