Это решение не понравилось вообще никому, ну, если не считать эльфов. Ошибкой было то, что я не учел простейший нюанс – совмещать должности корректора рабочей атмосферы и начальника не только непродуктивно, а порой и опасно.

В преддверии изменений жизнь в лагере бурлила, как наваристая похлебка в котле. Часть легионеров занималась на новом плацу, а часть копала защитный ров по всем римским канонам. Из армии я вынес не так уж много правил, с которыми могу согласиться, но то, что боец должен быть постоянно занят, – вполне здравая мысль. Иначе в скучающие головы парней с переизбытком телесной мощи полезет все что угодно. Параллельно с этими работами строители заканчивали возведение необходимых мне зданий.

Занятия на плацу проводили центурионы и приоры, а вот я занялся обучением будущих гладиаторов. Поступил просто – отложили на время ежедневный отбор в штурмовки. Упорство диких начало меня утомлять, так что я с большой радостью направил его в продуктивное русло.

Мои познания в боксе ограничивались просмотром голливудских фильмов. В армии нам давали основы самбо, но по зрелищности оно было слабоватым.

Первым моим делом на поприще промоутера стала безопасность будущих боксеров. Буквально за один день приглашенный из города скорняк пошил десяток перчаток. Не стандартных боксерских – поменьше, нечто похожее на амуницию для тайского бокса.

Я не стал втолковывать новые идеи в головы хоть и немного обтесанных, но все еще упрямых диких. Зашел с другой стороны – вызвал Кота и просто дал ему советы, как эргономичнее наносить удары, ставить ноги, двигаться и уклоняться. Мои скупые советы плюс природная смекалка разведчика сделали свое дело, и в первом же показательном бою низкорослый декурион разделал под орех противника, который был как минимум на две головы выше его. Народ проникся, и теперь уже Кот стал инструктором, который, так сказать, учился, обучая.

Другие претенденты быстро догнали инструктора, но не зря прозванный Хитрым декурион больше не вступал в спарринги и лишь давал советы, держась от дерущихся на безопасном расстоянии.

Теперь пришло время организовать музыкальное оформление нашего шоу. К Бултыху я не стал обращаться, потому что догадывался, как старый эльф отреагирует на подобную просьбу. Поступил хитрее. На групповых танцах, которые изредка проходили на вечерних посиделках, я приметил парней с хорошим чувством ритма. Вот им и были вручены купленные в городе простейшие барабаны. Грохот над лагерем стоял тот еще. Как я и предполагал, минут через двадцать Бултых не выдержал и вмешался в процесс.

Классные специалисты, причем в любой отрасли, почти всегда являются очень несговорчивыми субъектами, потому что знают себе цену. При этом невозможно стать мастером, не являясь перфекционистом. Это и есть их ахиллесова пята. Не нужно просить профессионала о помощи, просто начните делать его работу максимально коряво, он не выдержит и, скорее всего, вмешается. Это, конечно, если его гонор еще не подавил перфекционизм. Такое тоже случается.

Бултых был недостаточно высокомерен. Старый эльф отобрал у вошедших в раж барабанщиков палки и наорал на них. Сам он возвращаться к музыкальной карьере не стал, но взял процесс обучения в свои руки, так что цели я добился.

Привлечение эльфа к обучению неожиданно дало еще один результат. Гобой решил поделиться приемами из своего арсенала рукопашного боя. Его инициатива напомнила мне, что я так толком и не пообщался с будущим замом декуриона разведчиков и инструктором в одном флаконе.

– Гобой, зайди ко мне, – позвал я эльфа, который жестами и скупыми фразами что-то втолковывал Коту.

Дождавшись эльфа, который быстро, но без спешки подошел ко мне, я пригласил его в дом. В ответ на приглашающий жест в направлении гостевого кресла эльф забрался на него с ногами.

Ну и пусть сидит, как ему удобно.

Заняв место за столом, я, чуть подумав, начал важный разговор:

– Так, мастер Гобой, если у вас появилось желание обучать разведчиков боевым приемам, то учите их, как убивать, а не как выступать на арене. На ринг я разведчиков все равно не пущу. От вас мне нужно другое. Научите этих увальней двигаться тихо и скрытно.

Лицо эльфа исказилось. Я не специалист по мимике эльфов, так что нужно запоминать. По-моему, это было презрение.

– Я понимаю, вам кажется, что сделать это невозможно, но нужно постараться. Если среди диких появятся нормальные разведчики, срок вашей службы сильно уменьшится.

А вот это заявление вызвало у эльфа живейший интерес. И неудивительно, мотивация – это наше все. Заинтересовав собеседника, я перешел к более щепетильным вопросам:

– Мне говорили, что эльфы используют духовые трубки и отравленные иглы. Это так?

Хоть и нахмурившись, но эльф все же кивнул.

– Вы можете изготовить их, используя то, что есть под рукой?

Теперь пауза на размышление была дольше, и все же она закончилась утвердительным кивком.

– Мне нужны три состава яда. Один – чтобы просто усыпить человека без малейшего вреда его здоровью, – увидев быстрый кивок, я продолжил: – Второй – для того, чтобы обездвижить врага, но оставить его в сознании. Третий – смертельный. Сразу скажу, использовать его мы будем только в самом крайнем случае. Слава отравителей нам не нужна.

Эльф опять кивнул, и, как мне показалось, в этом кивке была толика одобрения.

– В будущем, если что-то пойдет не так и у вас не будет другого приказа, старайтесь держаться поближе ко мне. Если я незаметно для других покажу этот знак, – не особо напрягая фантазию, я продемонстрировал на пальцах самый известный в нашем мире знак «окей», – а затем покажу один, два или три пальца, вы используете трубку с нужной стрелой. Один палец – это снотворное, два – обездвиживающий яд, три – смертельный.

Я не стал затягивать инструктаж и быстро выложил эльфу, какие именно надежды возлагаю на их странную семейку. Получив в ответ все те же кивки, отправил ушастого восвояси.

Ну что, вроде все насущные проблемы решены, и можно заняться кое-чем по моему профилю. Мелодраматическая сцена с переселением была больше комической, чем трагедийной. И все же кому как не мне знать, что из таких вот мелких глупостей порой вырастают большие проблемы. Лека нужно жестко ставить в рамки, потому что в его возрасте любые разумные доводы проходят мимо. Влюбленный подросток не просто не способен воспринимать конструктивную критику, он даже самые мягкие увещевания сочтет агрессией и злым умыслом.

Тут нужно работать либо значительно тоньше, либо откровенно грубо. Он должен осознать глупость поспешных действий на пути к сердцу возлюбленной или до дрожи бояться их последствий.

Увы, заняться доморощенным Ромео мне не дали. Снаружи вдруг разразился дикий ор. Казалось, что на лагерь напали какие-то жуткие монстры. От неожиданности я выскочил на крыльцо, даже не прихватив свои парные клинки, что уж говорить о броне.

Внутреннее напряжение тут же сменилось облегчением – практически звериный рев оказался проявлением искренней радости. В лагерь входила целая толпа диких во главе с широко улыбающимся Кустом. Он не только доставил в горные селения серебро для голодающих семей, но и приволок пополнение. Младших было много, не меньше сотни.

– Вождь, – подбежал к крыльцу Высокий Куст, – я вернулся, и со мной пришли еще младшие.

Продолжая улыбаться, бывший глава моей разведки словно невзначай повернулся ко мне правым плечом, на котором виднелся свежий шрам.

– О, – притворно удивился я, – вижу, ты стал старшим? Поздравляю. Давно пора.

Казалось, что физиономия Куста сейчас лопнет от самодовольной улыбки. А вот лицо маячившего за его спиной Хитрого Кота особой радостью не отличалось. Он ведь считал свою должность главы разведчиков временной.

Ну, ничего, сейчас мы это исправим.

– Что ж, если старейшины решили тебя повысить, я тоже не стану отставать. Декурион Высокий Куст. – Мой торжественный тон был правильно воспринят диким, и он постарался изобразить стойку «смирно». – Повышаю тебя до центуриона. Ты получишь под командование пару опытных декурионов и займешься обучением пополнения.

Оглушающий рев был ответом на мои слова, причем новички хоть и не понимали, что здесь происходит, орали не тише ветеранов. Хорошо, что с Кустом пришли одни младшие. Это значит, что будет меньше проблем с перевоспитанием. Увы, на этом хорошие новости заканчивались. Теперь мне предстояло найти способ не только экипировать еще сотню диких, но и просто прокормить их. Хуже всего то, что навалившиеся проблемы отвлекали меня от, как мне тогда казалось, менее важных забот. В голове остались лишь мысли о размещении новичков и желание не допустить провала моей новой затеи.

Глава 6

Подготовительная суета затянула меня без остатка, к тому же вечно отвлекали заботы об интеграции новичков. В этот раз все было намного легче. Традиции нового формирования уже устоялись и окрепли, так что легко взламывали племенные уклады и наставления старейшин. Чтобы приструнить строптивого новичка, хватало авторитета центурионов, и только в редких случаях вмешивался Снежный Медведь.

При всех этих заботах ни я, ни Вайлет не забывали о персональных занятиях. Сотник ежедневно гонял меня по тренировочной площадке. Пока удавалось лишь отбиваться от него, используя поочередно комбинацию «щит – кинжал» и два длинных кинжала. Радовало одно – синяков после тренировок становилось все меньше.

Утро решающего дня началось с уже привычных забот. Я традиционно обошел лагерь, наблюдая за тем, как Медведь гоняет по плацу «две коробки» центурий своей манипулы, а центурионы манипулы Вайлета издеваются над легионерами на полосе препятствий. Штурмовики под руководством Утеса и Быстрого Буйвола, в поте лица возвращающего мое доверие, занимались силовыми упражнениями. Большая часть штурмовиков была облачена в усиленную лорику сегментату и выглядела грозно. Увы, привычная суета была нарушена самым грубым образом.

– Вождь, – подбежал ко мне командир разведчиков, которые в виде дополнительной нагрузки занимались охраной лагеря, – у нас чужак в расположении.

– Не понял? – нахмурился я. – И как он здесь оказался?

– Ну… – замялся Кот.

– Не мямли, говори четко!

– Его привела Тири. Мои как-то умудрились их прохлопать. Только сейчас ушастый учуял чужака в доме лекарки и сказал мне.

– И чего ты ждешь?

– Тири сказала, чтобы мы убирались к демонам.

– Даже так? – еще больше удивился я. – Хорошо, пойдем посмотрим, что там за мексиканские страсти образовались.

– Какие страсти? – тут же напрягся любознательный дикий.

– Есть такая страна, жители которой сначала делают, а лишь потом думают.

В ответ декурион разведчиков фыркнул:

– Так у нас таких полон лагерь, особенно новички.

– Это немного другое, – отмахнулся я, направляясь к домику Тири.

Хаоситка все же сумела облагородить запущенное Леком помещение, превратив его в эдакий кукольный домик. Хотя учитывая то, что в этот домик сейчас забрался какой-то мужик, кукольным он уже не казался.

– Тири, – жестко позвал я, стукнув кулаком в закрытую дверь.

Ответом мне была тишина.

– Тири, я сейчас выбью эту дверь, и разговор у нас пойдет совсем в другом тоне. – Открывай.

Похоже, мой архиятр поверила в реальность угрозы и отодвинула засов. Хрупкая хаоситка попыталась выскользнуть наружу, но я без особых церемоний вдавил ее внутрь домика и осмотрелся.

Да уж, картина маслом. На уютной девичьей кровати сидел какой-то бомж в черной и изрядно потрепанной хламиде. На героя-любовника он никак не тянул, потому что был стар, уродлив и изможден.

– И как это понимать? – спросил я у притихшей лекарки, одновременно закрывая дверь прямо перед носом любопытного Кота.

– У меня не было другого выхода, – горячо заговорила она. – Это один из наших. Он бы не выжил в городе. Чудотворцы почти настигли его, когда я увидела, как Орад прячется за мусорными коробами на базаре…

– Стоп, – остановил я пулеметную очередь отрывистых слов. – Он что, хаосит?

– Да, – кивнула девочка, и синхронно с нею дернул головой нежданный гость. – Он нам нужен. Бабушка почти ничему не успела меня научить, а Орад сделает меня мастером хаоса, и тогда я смогу помочь вам не только зельями и слабыми знаками.

В чем-то Тири была права, но ее действия это не оправдывало.

– Пусть будет так, но в твоем доме он жить не будет. Кот!

Разведчик тут же появился из-за двери как чертик из табакерки.

– Звал, вождь?

– Забирай этого замухрышку. Отмой его в бане, и пусть Турбо выделит чистую одежку. Затем посели в казарму с остальными разведчиками, – распорядился я и тут же добавил на всякий случай: – Да, еще, он нужен мне целым и невредимым. Так что присмотри, чтобы парни его не слишком помяли.

– Не помнут, – криво ухмыльнулся дикий.

– И пугать его тоже не надо, – правильно прочитал я ухмылку декуриона, которая тут же увяла. – Имей в виду, он мастер хаоса, так что, когда придет в себя и отъестся, сам сможет запугать кого угодно.

Ну, это я наверняка загнул – будь этот бомж мастером, вряд ли дошел бы до такой жизни. Хотя девочке нужно учиться, а на безрыбье, как известно, чего только не жрут.

Выдворив незваного гостя из домика, я занялся своевольной девчонкой:

– Теперь ты. Я не могу тебя просто выгнать, и ты это знаешь. Но это не значит, что можно творить все, что вздумается. Зачем я посылал тебя в город?

– Забрать из трактира девочек для обслуживания зала, – тихо пискнула Тири.

– И?

Ответом на этот вопрос стал совсем уж неразборчивый писк.

– Раз уж на тебя надежды нет, из лагеря больше ни ногой.

– Но… – попробовала возмутиться Тири.

– Помолчи, – жестко оборвал ее я. В таких случаях приходится пользоваться кое-какими не совсем честными приемами. – Запрет пока на десять дней. Дальше просмотрим, но ты должна понимать, что без последствий твои поступки не останутся. Сегодня я накажу всю охрану лагеря и тех, кто провожал тебя к городу и обратно.