– Тири, – позвал я ее, и она тут же зажглась, как новогодняя лампочка.

Когда хаоситка улыбалась, ее лицо преображалось, и это очень радовало. Потому что улыбаться она начала не так уж давно.

– Слушаю вас, вождь, – как всегда в шутливой манере отсалютовала мне Тири по всем правилам легиона, ткнув себя кулачком в грудь.

Я вообще-то хотел, чтобы меня называли легатом, но как-то приклеилось это звание, к тому же, если все пойдет как нужно, легатом мне все равно не быть. А называться как-то надо, тогда почему не вождем?

– Хватит кривляться, – проворчал я, хотя растягивающая губы улыбка смазывала все впечатление от строгости. – Мне нужна лошадь, желательно поспокойнее.

– Возьмите Грушку, – указала Тири на кобылку, которую только что расчесывала, и улыбнулась еще задорнее, хотя куда уж больше.

Чем-то она мне напоминала офис-менеджера Яну – такая же светлая и позитивная, несмотря на то что хаоситка. Хотя что мне вообще известно об этих самых хаоситах? Нужно как-то выспросить у Лека подробности, когда появится время.

– Хорошо, выводи. И надень на нее уздечку.

– А куда вы поедете? – спросила Тири и, не дожидаясь ответа, добавила: – Можно мне с вами?

– Нет, мы в город и, наверное, до самой ночи.

– Ну и почему мне нельзя?

– Разговорчики, архиятр Тирика! Выполнять приказ!

– Слушаюсь, вождь! – Тири повторила жест, опять же – без малейшего почтения к высокому званию.

Ну что ты будешь с ней делать? В город она, конечно, уже ездила, только в сопровождении гнома и стражника. Но в поход по злачным местам мы ее точно не возьмем.

– А седло не нужно? – спросил гном, наблюдая, как Тири обхаживает лошадь.

– Нет, Турбо, не для того я столько серебра выкинул, чтобы лезть на такую высоту. Ничего, пройдемся до города пешочком, а уж после этого будем ездить со всем комфортом.

Сам не знаю почему, но становиться наездником у меня не было ни малейшего желания. Вечно в голову лезли воспоминания о том, как белым лебедем над рекой летел рыцарь, для которого это самое седло стало стартовой площадкой.

Прогулка до города была спокойной и веселой. Затем мы снова воспользовались услугами проводника-телохранителя из стражников. Надеюсь, с получением собственного транспорта и прогрессом в утренних тренировках с Вайлетом от этой части расходов удастся избавиться.

Чего я не люблю, так это необдуманного геройства. Конечно, против подвигов во славу добра у меня возражений нет, но головой ведь тоже думать нужно. Хоть иногда. Ввалился бы я в город без прикрытия да с Турбо под мышкой, как это делают герои большинства приключенческих романов, там бы нас и приняли те, кто раньше наблюдал сквозь щели за караваном повозок и недобро косился на охраняющих нас стражников. Приняли бы и наваляли под первое число, и это в лучшем случае, а в худшем – обобрали бы уже остывающие трупы. Это вам не провинциальный городок, на окраине которого стоит армия, а столица хоть и не империи, но все же немаленького королевства.

Звучит не очень по-мужски? Возможно. Зато честно.

Мастер Брум, казалось, только нас и ждал. Когда его ученик открыл ворота, из здания мастерской тут же выскочил круглый, как шарик, хозяин.

– Заходите, господин полусотник, все уже готово.

Мастер-колесник постарался на славу. По большому счету даже не скажешь, что выкатившуюся во дворик колесницу собирали из заготовок для обычной телеги. Ученики тут же перехватили уздечку Грушки и быстро впрягли ее в повозку. По моей просьбе мастер Брум сам заказал сбрую у шорника, который сделал ее максимально простой. В принципе там было всего четыре пряжки. К тому же, помня о поведении лошадей в стрессовой ситуации, я заказал простейший стопор. После его выдергивания лошадь могла спокойно бежать дальше, предаваясь панике в свое удовольствие. А в это время колесница вместе со мной останется на месте.

Вскочив на заднюю подножку, я осмотрелся.

Очень неплохо.

Было два варианта моего положения внутри колесницы – стоя или сидя на одной из двух откидных боковых скамеек. Кроме функциональных и декоративных деталей гражданского назначения имелись и крепления под щиты, а также зажимы на бортах и колесах для специальных лезвий, которые еще предстояло заказать у нашего кузнеца.

– Вам нравится? – спросил мастер Брум, явно довольный делом своих рук.

– Более чем, – похвалил я мастера и передал ему вторую часть оплаты.

Немного подумав, я все же отпустил стражника – нахождение в колеснице давало определенное чувство уверенности в себе. Главное, чтобы оно не оказалось ложным.

Задерживаться мы не стали. Гном, недовольно пыхтя, уселся на боковое сиденье, а я осторожно вывел повозку на дорогу. За время нашего путешествия по королевству я неплохо наловчился управлять телегой, так что азы вождения имелись. Но сравнивать колесницу и телегу – это все равно что ставить в один ряд грузовик и спортивную машину.

Впрочем, пара сотен метров по улицам – и повороты на перекрестках показали, что я вполне справляюсь, а прав на вождение здесь все равно никто не выдает.

Дорогу до квартала, где проживали офицеры королевского войска, мы искали пару часов, основательно попетляв. Чем ближе мы были к так называемому Белому городу, тем приветливее становились прохожие, и тем точнее были их указания нужного направления пути.

Наконец-то перед нами появилась каменная арка, которую упоминали сердобольные горожане. У арки находился пост из бойцов тяжелой пехоты. Это была главная отличительная черта от остальных кварталов Белого города. Подобные арки имелись только у внешних ворот, у Золотого города и у цитадели, но там службу несли рыцари и гвардейцы.

– Стой! – решительно встал посреди дороги пехотинец, хотя я и без этого резко натянул поводья. – Кто и куда?

Стражник скользнул взглядом по моему браслету полусотника, но, явно разбираясь во всех нюансах, не особо впечатлился знаком отличия командира наемников.

– К сотнику Вайлету Тарксу, – спокойно и доброжелательно ответил я.

– Жди здесь, – хмуро, но без хамства приказал пехотинец и громко свистнул.

Из-за арки тут же показался какой-то пацан. Причем, судя по хоть и запачканной, но добротной одежде, малец явно не являлся беспризорником.

– Чего, дядя Рух?

– Сбегай к сотнику Тарксу и скажи, что к нему приехал полусотник наемников.

– Ага, – шмыгнув носом, кивнул паренек и рванул по мостовой как маленькая ракета.

Долго ждать Вайлета не пришлось. Буквально через десять минут он появился в арке входа и удивленно посмотрел на колесницу. Обычно, являясь к нам, Вайлет был одет в броню. Даже странно было видеть его в темно-сером камзоле и каком-то несерьезном берете на голове.

– Что же случилось с тобой в детстве, если ты до сих пор боишься ездить верхом?

Когда сотник признал гостя, пехотинцы тут же расслабились, и из их поз ушла хищная напряженность.

– Так проще, – пожал я плечами. – Не хочешь прокатиться? Мы тут решили все же отпраздновать победу, да и город посмотреть.

– Почему бы и нет? – пожал плечами сотник. – Твоими стараниями забот у меня практически не осталось. Даже скучно немного.

– Поверь, скоро скучать тебе не придется.

– И что ты задумал? – насторожился сотник.

– Пусть это будет сюрпризом, – сказал я, уже автоматически проверяя наличие в местном языке сложных слов.

Нужное понятие было, только разделялось оно на два слова. Получилось нечто похожее на «чудесная новость».

На улице еще не стемнело, так что сначала мы отправились на прогулку по городу. Вайлет, несмотря на возраст, не захотел занимать сиденье напротив гнома, а встал рядом со мной.

– Знаешь, – хмыкнул он через некоторое время, – удобная штука, особенно если ты не должен воевать в конном строю. У нас когда-то было что-то похожее, но пришли другие времена и воевать стали по-другому. К тому же такие повозки точно не использовали как обычную коляску для городских прогулок.

В ответ я только пожал плечами, легонько хлопнул поводьями по спине Грушки. Лошадка повернула голову, словно хотела узнать, чего это я удумал, но все же побежала быстрее. Даже возникла мысль впрячь в колесницу какого-нибудь рысака и устроить гонки за городом.

Белый город, в отличие от мастеровых кварталов и тем более Черного города, поражал количеством людей на улицах. Мне даже стало как-то неуютно в этой кутерьме, но постепенно все же удалось приноровиться и вписаться в движение легких колясок, карет, рикш и сновавших между всем этим пешеходов.

Весь Белый город представлял собой смесь огромного торгового центра и спального района для горожан среднего достатка. Верхние этажи трех-, четырех- и порой даже пятиэтажных зданий являлись жилыми. А вот практически все первые этажи отводились под магазины, кабаки и другие заведения для обслуживания нужд горожан. В Белом городе магическая составляющая этого мира была представлена наиболее ярко, но культурного шока у меня уже не вызвала. По большому счету бытовые артефакты не делали ничего такого, с чем бы не справились бытовые приборы в моем мире.

Здесь обосновались владельцы мастерских, торговцы и воины. Квартал, в котором проживал Вайлет, находился на самой окраине Белого города. Все это сотник рассказал мне, параллельно знакомя с местными достопримечательностями:

– Вон там квартал, где продается лучшее оружие в королевстве. Там виднеется шпиль храма Великого Чудотворца. А вот здесь – неплохой кабачок. Правда, закуска там не очень, зато пиво просто чудесное. Если ты предпочитаешь вино, можно сходить в «Лесную лилию», хотя я не сильно верю, что у них действительно есть эльфийские вина. Скорее, качественные подделки.

– Эльфийские? – тут же ухватился я за знакомое слово, которое мое подсознание перевело именно так.

В воображении тут же нарисовались персонажи из романов Толкина – холодные и прекрасные жители лесов с заостренными ушами и длинными волосами, что у дам, что у мужиков.

– Да, ушастые коротышки – народ, конечно, вредный, но вина они делают превосходные.

– Коротышки? – Сложившийся в голове образ благородных эльфов тут же разлетелся с веселым звоном. – Они разве не выше гномов?

Сидевший на скамье Турбо, голова которого находилась где-то на уровне наших поясов, презрительно фыркнул:

– Выше? Да эта мелюзга может поцеловать мне одно место, даже не сильно пригибаясь.

– Ну… – хмыкнул в седые усы сотник.

Не знаю, правильно ли гном понял намек Вайлета, но тут же окрысился:

– А тебе я могу в это же самое место кинжалом ткнуть, тоже не особо нагибаясь.

На секунду в колеснице воцарилось напряжение, которое тут же разрядилось дружным хохотом гнома и сотника. Похоже, их взаимные принюхивания наконец-то закончились переходом в товарищеские отношения, так что вечер сегодня точно удастся.

– А ты что, никогда не видел эльфов? – отсмеявшись, спросил Вайлет.

– Не доводилось.

– Тогда сворачивай на следующем перекрестке, и поедем на площадь Ароматов.

Свое название площадь получила благодаря окружающим ее магазинам. Почти везде там торговали специями и благовониями со всех концов мира. Отличительной чертой данного квартала Белого города были двухэтажные здания, которые полностью отводились под магазины. Ароматы вокруг витали приятные, но мало кто согласится постоянно жить в таком благоухании.

По периметру площади приютились выносные лотки, заваленные теми же специями, а также тележки с различным фастфудом. Мне сразу захотелось перекусить чем-то экзотическим, но не слишком экстремальным для желудка.

Вайлет отмахнулся от моей просьбы и настоял на первоочередном посещении цирка, огромный шатер которого раскинулся прямо посреди площади. Колесницу мы, по совету Вайлета, оставили рядом с фургонами циркачей, выдав старику в раздутых шароварах и со следами грима на лице три медяка за услуги парковщика.

Представление уже началось. Причем сидячих мест на трехуровневых трибунах вокруг квадратной арены не было.

– Ага, сейчас будет огненный шут, затем борец с обезьяной, и потом пойдут эльфы, – сказал Вайлет, явно знакомый с местной программой.

Эта осведомленность говорила, что премьеры в местном цирке бывают нечасто.

Огненный шут оказался то ли магом огня, то ли спецом по иллюзиям. Скорее всего, второе, потому что полноценные маги здесь в большой цене и вряд ли стали бы выступать в цирке. Расписанный оранжевыми полосами худой как щепка мужик был одет в одну набедренную повязку, но не она являлась главной изюминкой номера. Шут, широко расставив ноги, покачивался посреди арены и водил перед собой руками, порой выгибая суставы в, казалось бы, непредусмотренных природой направлениях. Он словно направлял плывущую в воздухе струю огня, которая казалась живой и вилась вокруг тощего тела.

Оригинально, но не так чтобы очень. Подобное зрелище могло удивить меня сразу после попадания в этот мир, но увидев, как буквально перед носом огненный шар расслаивается на лепестки вместо того, чтобы сжечь твою плоть до костей, как-то начинаешь привыкать.

Борец с обезьяной являлся неким подобием древнерусских скоморохов, борющихся с медведями. Только сейчас в роли медведя выступала здоровенная горилла. Борьба закончилась ничьей, и под довольные крики зрителей борец удалился с арены.

Такая реакция зрителей на незамысловатую борьбу была хорошим знаком – есть шанс, что задуманное мною произведет настоящий фурор.

После борцов на арену вышли еще три циркача. Сначала мне показалось, что это просто дети разного возраста, но, присмотревшись, я понял, что перед нами вообще не люди. Эти существа были настолько хрупкими, что, казалось, не будь вокруг полотняных стен шатра, их бы сдуло ветром. Одетые в зеленые набедренные повязки и коротенькие курточки эльфы танцующим шагом вышли в центр арены. Две фигурки повыше явно принадлежали мужчине и женщине, если можно так назвать существа с острыми ушами, огромными глазами и двумя вертикальными прорезями вместо носа. Не скажу, что выглядели они отталкивающе – просто непривычно. Я давно заметил, что нечто мерзкое способна создать только человеческая фантазия. Все, что рождено природой, прекрасно в той или иной степени.